Глава 21

Повисшая тишина меня немного нервировала. Демьян увлечённо составлял трассу нашего полёта. Первые минуты я пыталась вникнуть в суть того, чем занят мой мужчина, но быстро поняла, что такую науку мне не постигнуть. Не моё это.

Моё внимание снова привлекла открытая панель. Демьян так и не захлопнул открывшуюся благодаря мне крышку, которая теперь провокационно оттопыривалась, демонстрируя содержимое потайной полочки. Не удержав любопытства, что случалось со мной крайне редко, я полезла внутрь. Мой марионер промолчал, хотя и заметил, как моя рука нырнула в полочку. Ну, значит, ничего опасного там нет.

Вслепую пошарив, я вынула стопку каких-то цифровых бумаг. На таких, как правило, составляли контракты или печатали отчётность. Я настолько часто в мамином салоне занималась бухгалтерией, что на ощупь могла определить качество бумаги. Внимательно осмотрев каждый лист, с удивлением обнаружила помимо инструкции толщиной с мой кулак ещё и чистый бланк купли-продажи уже заверенный юристом. Все нужные фамилии и подпись продавца присутствовали в соответствующих графах, оставалось только внести данные покупателя.

Осмотрев более внимательно остальные бумаги, извлекла полную распечатку электронного паспорта некоего генерала, который, собственно, и выступал в качестве продавца. Моё недоумение достигло предела: как можно вот так оставлять такие важные документы, ведь теперь любой может внести свои данные и стать хозяином этого корабля. И ни один суд не сможет доказать несостоятельность сделки, ведь на руках копия паспорта ответственного лица марсианской армии. Генерал — это не простой солдатик рядовой. Видимо, не такая это и контрабанда, скорее серенькая сделка. Если вспыхнет скандал — ему первому и достанется, так что забудут про эту «осу» и всё. «Или лицо вымышленное» — тут же пришла в голову другая мысль. Кто же станет проверять прошлых владельцев, если сделка чистая. Никому это не нужно.

Глянув на Демьяна, призадумалась: как лучше донести до него, что есть возможность прикарманить этот корабль.

— Что у тебя там? Чего такое личико загадочное? — прямо спросил он.

— А ты когда-нибудь хотел иметь такой корабль как этот? — мой вопрос не показался ему странным. Кивнув утвердительно, он глянул на бумаги в моих руках.

— А если я скажу, что нашла заполненный бланк купли-продажи и осталось только твою фамилию внести, ты поверишь?

Оторвавшись, наконец, от своей панели, Демьян осторожно взял из моих рук бланк и вчитался в него.

— Чёрт, — выдохнул он, — утиль!

— Что? — не поняла я. — Что такое "утиль"?

— Этот корабль перевозили чистой контрабандой, видимо, списали с завода под видом брака и решили продать подальше. Фактически этого корабля нет, никто и искать пропажу не станет. По документам в армии его скорее всего утилизировали.

— А если мы заполним графы пустые? — широко улыбаясь, спросила я.

— То станем юридически чистыми владельцами военного межзвёздного корабля четвёртого класса. Нужно только найти специалиста, который сможет правильно всё заполнить. Не каждый юрист пойдет на такое, если только заплатить хорошо, — размышлял Демьян.

— Я могу это сделать прямо сейчас, — весело отозвалась я.

— Анита, это серьёзный документ, его нельзя испортить, — тут же возразил Демьян, осадив мой пыл.

— Но я за всё время ещё ни одного бланка не запорола, — обиделась я на такое пренебрежение.

— Анита, это не обсуждается — голос мужчины стал суровым с металлическими нотками.

— Но, Демьян, это же очень легко: паспортные данные правильно вписать и всё. Тут нужны-то только фамилия, имя, дата рождения, место выдачи документа и подпись. Что тут заполнять-то, ерунда.

— Остынь, солнышко. Такой важный документ я тебе не доверю. Это не шутки.

Вот теперь я действительно обиделась по-настоящему.

— Значит, ты считаешь меня глупой необразованной деточкой с одной извилиной в голове?

— Я такого не говорил, но бланк всего один и ошибиться там нельзя, — насупился Демьян.

— Ты, видимо, никогда не заполнял подобные бланки, на исправление опечатки даётся минута, если заполнять цифровой ручкой. А такая есть у любого владельца малого и среднего бизнеса и у доверенных лиц, в том числе.

— Но ты у нас не владелец и не доверенное лицо, — припечатал меня мужчина.

— С чего ты это решил? — моя обида набирала обороты.

— Анита, успокойся, что ты завелась? Ну, какой у тебя может быть опыт по части таких бумаг, — посмеявшись, отмахнулся от меня Демьян.

Дёрнувшись, я слезла с его колен и, прикрывшись одеялом, пошла к своему рюкзаку за одеждой.

— Анита, ну что за детство?

— Раз я в твоих глазах такая дурочка, что же ты со мной связался?

— Хватит, — резко выдохнул он, — ссориться с тобой я не намерен.

— Ну, конечно, что с сумасшедшей связываться? Думаешь, я настолько глупа? Что ты вообще обо мне знаешь, чтобы вот так заявлять, что я не способна простенький бланк заполнить?

— Никто тебя за дуру не держит. Ты разбираешься в медицине — это я уже понял, скорее всего, младшая медсестра в больнице. Но этого недостаточно, чтобы оформлять бланки купли-продажи.

— Я не медсестра. Я уже говорила, что окончила двухгодичные медицинские курсы. Но я не медицинский работник. Моя мать владелица элитного салона красоты «Риола», а я — её доверенное лицо. Я не просто мастер-визажист, парикмахер и косметолог, а еще и менеджер малого и среднего бизнеса. По каждому направлению индустрии красоты у меня имеется сертификат и лицензия. Если мама отсутствовала в салоне, все вопросы менеджмента я брала на себя. Я заполнила сотни вот таких вот бланков купли-продажи. Они все стандартные! Не важно, что ты покупаешь: квартиру, магнокар, щипцы для педикюра или космический корабль. Бланк один и тот же.

Выдохнув свою тираду, я демонстративно залезла в рюкзак и вытащила из косметички футляр с цифровой ручкой, которой я пользовалась уже лет пять. В футляр было встроено зарядное устройство, так что такая ручка считалась вечной, если её, конечно, варварски не сломать.

В приступе лёгкой ярости и обиды, я кинула футляр в Демьяна.

— Держи, с такой ерундой, как этот проклятый бланк, даже вояка справиться может, большого ума там не нужно.

Демьян футляр поймал, но даже не глянул на то, что оказалось в его руках. Убрав ручку в сторону, он вновь уткнулся в своё голоокно, оставив кипу обнаруженных бумаг на свободном кресле.

Таким образом, мне показали, что разговор окончен.

Подхватив вещи из рюкзака, я пошла в душ. Тёплая вода облегчения не принесла, внутри клокотала обида. Давно меня так не принижали, я и забыла каково это, когда на тебя смотрят, как на полоумную. Одевшись в простую сиреневую облегающую футболку и изящный, но просторный комбинезон, я выудила небольшой тазик и, набрав в душе воды, замочила свои грязные вещи, те в которых я ушла из дому.

Вымещая злость, я тёрла ткань мылом. Грязь со швов и низа штанин отходила с большим трудом. Но я не сдавалась, не хватало ещё, чтобы меня обличили в женской несостоятельности. Что-что, а уж постирать я могу.

— Зачем ты это делаешь, Анита? Я ведь сказал, что сам всё постираю, — голос Демьяна за спиной прозвучал неожиданно. Вздрогнув, я выронила мыло, которое тут же покатилось по полу. Быстро спохватившись, я поймала кусок и крепче зажала в руке.

— Постирать свои вещи я могу и сама, тут не нужно быть гением, — огрызнулась я.

— Для тебя это так важно? — процедил недовольно мой марионер, — Доказать мне, что ты способна заполнить бланк. Или это просто каприз?

Сжав зубы, я решила промолчать и не вступать в очередной спор, который может закончиться ссорой.

— Что тебя так сильно задело? — допытывался мужчина, — К чему всё это самопожертвование со стиркой?

— Ты сам говорил о доверии, разве не так?! — горько усмехнулась я. — Ты сказал мне бежать или замереть по первой твоей просьбе, просил безоговорочно доверять. А сам не способен поверить мне!

— Это единственный бланк на корабль, ошибка слишком дорого будет стоить, — откровенно распсиховался Демьян, не желая отступать.

Не поворачиваясь, я махнула рукой.

— Да делай ты с этим бланком что хочешь. Мне ни до тебя, ни до твоего корабля больше дела нет, — в сердцах выпалила я.

— Даже так?! Ну, может тогда покинешь меня и мой корабль раз такая гордая?

— И покину, — огрызнулась я, — на первой же станции, или могу прямо сейчас выйти в космос полетать.

Психанув окончательно, я бросила мыло в таз. Отстирать грязь у меня не выходило, что взбесило меня ещё больше. Такой униженно никчёмной я себя никогда не чувствовала.

— Хорошо, пусть будет по-твоему. Ты для меня важнее, чем этот чертов корабль, — развернувшись, Демьян вышел.

Вернулся он буквально через пару секунд. Передо мной прямо на пол он положил лист информационной бумаги и мою ручку.

— Раз так уверена в себе, то заполняй. И не говори потом, что я тебе не доверяю. А как испортишь — так и не плачь, утверждая, что оно само так получилось!

— И заполню, — легко поддалась я на провокацию, — давай свой паспорт.

Демьян не отступил, решив посмотреть, как далеко я зайду, и насколько хватит моей уверенности. Он протянул мне пластиковую карточку со своими данным. Криво усмехнувшись ему в лицо, я сняла защитный колпачок с ручки. Приложив штрих-код паспорта к бланку, я активировала незаполненные графы. Глубоко вздохнув, я отключила эмоции и включила рассудок. Как и сотни раз до этого, мой мозг чётко контролировал действия.

Прочитать заголовок строки, сверить с паспортом, списать данные.

Внеся фамилию и имя, без ошибок, красивым каллиграфическим почерком указала дату рождения. Потом так же внимательно прочла дату и место получения паспорта. Активировав строку, убедилась, что это оригинал документа, а не дубликат. Затем чётко внесла все цифры и аббревиатуры в бланк. Цифровой лист мгновенно вспыхнул и строки погасли, указывая на то, что все данные верны. Осталось только подписать.

Протянув ручку и бланк Демьяну, я кивком головы указала на сияющую графу подписи.

— Распишись как в паспорте, у тебя всего две попытки — не напортачь, — с долей издёвки проговорила я.

Всё также молча, Демьян расписался. Лист повторно вспыхнул и сверху в правом углу проявились цифры, указывающие номер регистрации и заверения бланка. Сделка была окончена. Теперь Демьян Стартхов — полноправный владелец корабля. Вот только радости на его лице не наблюдалась, скорее досада.

Отвернувшись, я снова схватила кусок мыла и принялась шоркать штанину.

— Тебе не кажется это глупым? Так себя вести? — тихо спросил он.

— А что тебя не устраивает? Что я опять делаю не так? — пробурчала я.

— Положи это мыло — от него на коже появляется раздражение. К чему ты сейчас портишь свои руки? Я признаю, что оказался не прав. Ты способна заполнить такой бланк, я в этом убедился. Я никогда не говорил, что ты глупая или сумасшедшая. Но и ты должна признать, что испортить такую бумагу повинуясь эмоциям, было бы глупо.

— А с чего ты взял, что я собиралась его портить? Где же твоё доверие? Где оно? — в сердцах воскликнула я и выжидательно глянула на Демьяна.

— Я дал тебе заполнить этот бланк. Я же пошёл у тебя на поводу, — натурально взревел он, теряя всё своё показное спокойствие.

— Ну, так я и заполнила его. Я тебе с самого начала сказала, что через меня сотня, а то и тысяча таких бумажек прошла. Я ни одну не испортила! Ни разу! А ты мне не поверил и унизил, заставляя почувствовать себя никчёмной. Что ты теперь психуешь? Корабль твой — радуйся, бланк неиспорчен, — ледяным тоном отчеканила я и принялась снова отстирывать штанину на нервах.

— Да положи ты это мыло, — из моих рук вырвали брусок и с силой оттолкнули тазик.

Не успела я возмутиться, как Демьян уселся позади меня так, что я оказалась между его ног, и обнял со спины.

— Мы плохо знаем друг друга. Такие споры и ссоры неизбежны, но не надо приписывать мне то, что я не говорил и не делал, — уже более спокойно произнёс он.

Нагнувшись, Демьян уткнулся носом мне в затылок и тихо выдохнул. Тёплый воздух пробежался по моей коже, согревая.

— А ты не унижай меня и не держи за дуру. Если я что-то говорю или делаю, то я уверена в себе. К чему мне было портить этот бланк? Зачем мне лезть его заполнять, если я в этом ничего не понимаю. Чтобы себя идиоткой потом выставить?! Ты так всё это себе представил?

— Нет, — спокойно выдохнул он.

Демьян замолчал на время. Моя обида крепко угнездилась внутри и не желала отступать.

— Вся эта ситуация глупая, Анита, — наконец произнес он. — Глупо так ссориться без причин.

— Ты мне не доверяешь! Ты меня унизил тем, что даже не допустил мысли, что я способна заполнить легчайший бланк. По сути, усомнился, что не в состоянии переписать пару слов и цифр с паспорта на бумажку. Я понимаю, когда дело касается твоей панели управления. Тут всё ясно: я никогда раньше не летала и в глаза её не видела. Да и не женское это дело. Но простой бланк купли-продажи или простая стирка мне под силу. Не такая я и тупая, не такая безрукая, как ты считаешь.

— Я так не считаю, Анита, это твои слова, не мои, — устало выдохнул Демьян и провёл подбородком по моей макушке.

— Но это твои действия. Твои, а не мои. Я в тебе ни разу не усомнилась, а ты… — слов не осталось, но и плакать не хотелось.

Я не слабая, и нечего раскисать.

— Ссора пустая. Я в тебе усомнился, ты утёрла мне нос, — прошептал Демьян. — Зачем продолжать препираться? Зачем портить отношения?

— Незачем, — согласилась с ним я, доводов и сил на ругань у меня не осталось.

— Тогда поцелуй меня и помиримся, — тихо проговорил он.

От такого заявления я сглотнула. Поцеловать его сейчас означало признать, что я больше не обижаюсь и простила. А я не была уверена в том, что так просто всё забуду. Проигнорировав его предложение, я попробовала встать и уйти. Тяжёлая ладонь опустилась на моё плечо, усаживая на место. Вторая рука обвила мою талию и прижала к мощному мужскому обнажённому торсу. Демьян так и не оделся, чем сейчас смущал меня.

— Мы будем сидеть здесь, пока ты не простишь меня и не поцелуешь, — с нежностью прокомментировал он свои действия.

— А если я не собираюсь пока тебя прощать? — поинтересовалась я, хотя чувствовала, что обида и злость отступают понемногу.

— То я не собираюсь тебя пока отпускать. Я не люблю ссор, не люблю скандалов, но они неизбежны. Вот и будем сейчас мириться.

— Это глупо, не находишь? — вяло возмутилась я

— Глупо — это портить отношения из-за недопонимания. А вот восстанавливать это самое понимание — это не глупость. Ты мне нужна. Я хочу прожить с тобой жизнь, и поэтому мне легко сейчас признать свою неправоту. Да, я виноват. Я прошу у тебя прощение за то, что унизил. Этого я не хотел и даже не понял, как так получилось. Ну, твоя очередь, пойди мне на встречу. Поцелуй и прости. Неужели это так сложно? — его голос обволакивал и подкупал.

Прикусив нижнюю губу, я всё же мысленно наступила на горло своей гордости и потянулась к нему. Первые прикосновения моих губ вышли неумелыми и неуклюжими, но Демьян легко перехватил инициативу и подарил нежный и такой просительный поцелуй. Я растаяла в его руках. Да ну эту обиду! Я утёрла нос своему мужчине, больше он не будет во мне сомневаться. Расслабившись, я позволила рукам Демьяна подхватить меня и поднять с пола.

— Мир? — шепнул он мне в висок, поглаживая спину.

— Мир, — легко согласилась я.

— Замечательно, — тёплые губы прошлись по моему лбу, — я такой способ мириться знаю, хочешь, покажу?

Я не успела ничего ответить, горячие ладони скользнули под мою футболку и потянули ткань вверх. Через минуту я стояла полностью обнажённой, а через две — лежала на полу и стонала от страсти.

Такой способ мириться мне очень понравился.