Глава 6. Кто ищет, то найдёт

Татьяна резко отстранилась, незнакомец усмехнулся, разжал пальцы и сказал: – Я напугал? Прошу прощения! Правда, по его внешнему виду никак нельзя было сказать, что он хоть немного в курсе, что это такое – у кого-то просить это самое прощение – рыжий-рыжий, со светло-светло карими глазами, насмешливый, с длинными волосами, собранными в высокий хвост… Тане не надо было долго думать, чтобы понять, кто перед ней. – У вас какое-то дело? Или вы просто… мимо пробегали? – спокойно уточнила она, и незнакомец присвистнул: – Ого! Ещё и нетрусливая. Забавное сочетание! – Рада, что вы позабавились. А теперь, извините, но я тороплюсь. – То есть моё появление для вас – обыденность? – поднял брови её собеседник. Таня пожала плечами, не считая себя обязанной докладывать первому встречному-поперечному, сколько она видела лисовинов, которые могут принимать человеческий облик. – Хм… ещё и неглупая! – констатировал незнакомый лис. Татьяна аккуратно обошла рыжего, который стоял у неё на дороге, и продолжила свой путь. Правда, шагнуть успела только пару раз – перед ней опять оказался тот же тип. – И даже не поинтересуешься, зачем я приехал? – насмешливо спросил он. – Это же вам что-то надо, а не мне, – Таня решила, что заходить будет через гостиницу – там, если что, и гуси, и Сшайр… Нет, угрозы от собеседника она не ощущала, но кто их знает, этих незнакомых лисов. – А мне и правда кое-что надо! – согласился тот. – Я вообще-то в гости приехал – к другу. Насколько я понимаю, ты с ним хорошо знакома. Он прервался, явно давая Тане возможность что-то сказать, но она не собиралась играть в угадайку, называя этому непойми кому имена известных ей лисовинов. – Нет, всё-таки неглупая! – с явным сожалением заметил рыжий. – Тяночка тебе знаком? Только не делай вид, что первый раз слышишь это имя. – Извините, но мне пора, – Татьяна опять обошла настойчивого типа и направилась к дверям гостиницы. – Тян, привет! – услышала она за спиной. – А ты плохо описываешь людей – я с трудом её узнал. Кого? Ну, как кого? Твою Татьяну! Кстати, она прям кремень! Поняла, кто я, но на контакт ни в какую не идёт! Да что ты так верещишь-то? Аж в ухе засвербело! – с досадой продолжил рыжий. – Ничего такого я с ней не сделал, просто поговорить подошёл. Тут он увидел, что Татьяна заходит в какую-то дверь, и метнулся следом, проговорив на бегу в смартфон: – А ещё я нашёл твою нору, Тяночка! – Да что ж такое? – успела подумать Таня, проходя в вестибюль гостиницы и сознавая, что рыжий явно ныряет за ней. – Чего их сюда так тянет, словно, тут мёдом намазано? Что Илья, что этот чудак? Сейчас ведь огребёт… Она притормозила у лестницы, чтобы в случае чего успеть остановить охрану, и очень себя за это похвалила, потому что, стоило только незваному гостю пересечь порог гостиницы, как дверь захлопнулась за ним, придав ускорение, а слева из незаметной боковой дверцы вылетели гуси. – Попал, как есть попал! – сообразила Татьяна, собираясь притормозить гусаков до выяснения личности пришельца, но тот… – Да он обрадовался! – сообразила она, увидев, как рыжий ухмыльнулся, уворачиваясь от первого броска гусей. – Вот же… искатель приключений на охвостье! Она была явно недалека от истины, потому что знакомый Уртяна, вместо того чтобы попытаться покинуть незнакомый дом, ответил шутовской поклон Тане и рассмеялся: – Креативно! Держать гусей около Тяночки! Странно, что они пока не пошли на гусей с яблоками. Ну мне же лучше, хоть позабавлюсь! Таня только вздохнула и посоветовала: – Вы лучше обернитесь! Может, у лиса и был переизбыток наглости, но вот реакция оказалась отменной – стоило ему увидеть боевую форму гусей, как веселье уступило место сосредоточенной настороженности: – Ого-го! Вот это сюрприз! Тогда вынужден вас покинуть – вернусь с Тяночкой! – успел высказаться рыжий, делая попытку пробиться к входной двери. – Опрометчиво, – констатировала Таня, оценившая прыжок рыжеволосого типа, прерванный взмахом змеиного хвоста. – Сшайр, осторожнее, возможно, это приятель Уртяна. Мальчики, не надо его есть! – притормозила она сильно разочарованных гусей. – Возможно, приятель? – со слабым любопытством уточнил Сшайр, спеленавший хвостом рыжеволосого и с комфортом разместивший его на мраморном полу. – А разве приятели приходят вот так? – он пошевелил хвостом, отчего лежащий непроизвольно совершил какое-то извивистое движение и зарычал сквозь стиснутые зубы. – Смотря какой приятель, – пояснила Таня, успокаивающе наглаживая гусей и машинально считая, сколько раз кого погладила. Нет, можно было бы гладить и двумя руками, но мешали купленные босоножки. – Если авантюрного склада – запросто может. – Ааа, понял, – задумчиво кивнул Сшайр. – Авантюризм – это особый склад характера, который подразумевает в личности постоянный поиск приключений и любовь к рискованным действиям? – Именно так, – Татьяна пропустила «справедливое» поглаживание, и один из гусей гагакнул, напоминая ей о том, что справедливость – наше гусевсё! – Да-да, прости, – повинилась она, исправляя свою оплошность. – Я не понял… – с пола подал голос лис. – А это всё вообще нормально? Динозавры эти… змей в полуобороте, да ещё с энциклопедическими формулировками? – Соответствие нормам есть явление относительное, ибо нормы на каждый случай могут отличаться, – абсолютно спокойно ответил ему змеевич. – Круто! – выдохнул лис. – А может, отпустишь? – Может и отпущу, – согласился Сшайр. – А может, и нет. Посмотрим! Тут у Тани зазвонил смартфон, и одновременно с этим с верха лестницы послышался голос Соколовского: – А что это у нас тут такое происходит? – Филипп Иванович, я не знаю точно, но, возможно, это – приятель Уртяна, – Таня тактично представила спелёнутого рыжего, лежащего в кольцах змеиного хвоста. – Он вас напугал? – Соколовский выводы делать умел. – Преследовал? – Я не могу сказать, что напугал, – честно ответила Таня, выключая звук верещащего смартфона. – Он ничего такого уж пугающего не делал. Но я сочла, что не стоит идти домой, извините, Филипп Иванович. – Да вовсе не за что извиняться – вы абсолютно правильно поступили, нельзя вести хвост к дому. – Ого, не знал, что тут кто-то знает лисий закон! – отозвался пойманный. – А отпустить-то меня можно? – А зачем? – c ленцой осведомился Соколовский. – Я вас сюда не звал, кто вы, знать не знаю, ведать не ведаю. – Мне как раз Уртян звонит, – Таня предъявила начальству смартфон. – Вот как раз и уточните у него, кто это тут такой бегает, – скомандовал Филипп. – Таня! – голос запыхавшегося Уртяна был прекрасно слышен не только Тане, но и Соколу. – Где ты? Где Итафф, ну, тот рыжий, который за тобой шёл? – Мы в гостинице, – ответила Таня. – Он говорит, что твой приятель, это правда? – Да! Он тебя не напугал? Погоди… в гостинице? Он живой? – Живой, конечно, – просветила Уртяна Татьяна. – Хорошо, передай ему, пожалуйста, что я сейчас прибегу и откушу ему его тупую башку! – выпалил Уртян. Соколовский хмыкнул: – Настоящие дружеские отношения! – а потом покосился на откровенно озадаченного Сшайра и добавил: – Не заморачивайся, это такая… игра слов. – Хорошо, – покладисто согласился тот. – А этого… его отпустить или подержать пока? – Отпускай, что уж тут, – разрешил Филипп. – Может, он хоть теперь объяснит, зачем затеял все эти игры. Золотисто-песочный хвост распустил тугие кольца, и пленник начал подниматься, запнулся, чуть не упал, отстранил хвост, который его поддержал, белозубо ухмыльнувшись: – Сам справлюсь. И тут Таня обратила внимание на мелкие бисеринки пота, выступившие на лбу рыжего, а ещё на то, что он прилично побледнел. – Надо будет Сшайру сказать, чтобы он, если будет ещё какой-то такой случай, так кольца не сжимал, – подумала она, но тут входная дверь распахнулась и в вестибюль влетел Уртян. – Итаффин! – воскликнул он. – Вот авантюрист! Чего ты устроил? Он пересёк вестибюль и дружески хлопнул по плечу приятеля, от чего тот неожиданно зашипел и резко нырнул прямиком на пол. – Итафф! – Тян попытался подхватить рыжего, но не успел. Зато расчудесно успел Сшайр, поймав падающего и бережно опустив его на пол – раз не враг, то, чего уж там, можно и поддержать. К тому же его нос чуял некий запах… – Итаффин, ты что? – Уртян подхватил друга за плечи, но тот уже справился с собой. – Да чего ты так подорвался? Я просто не ожидал, что у тебя тут так окрепли лапы! – через силы усмехнулся он. – Учитель, от него пахнет старой незажившей раной, – почти беззвучно шепнул Татьяне Сшайр. – Я старался ссильно там не сжимать – на сспине. Правда, учуял этот запах не только Сшайр… – Таф, ты что? Ранен? – прищурился Уртян. – Да слегка зацепили, – крайне неохотно признался рыжий. – Но уже давно… – И, судя по запаху, заживить рану у вас не получилось? – уточнил Соколовский. – Странно… с вашей-то регенерацией… – С мой регенерацией всё чудесно, просто пулю я так и не сумел достать, а она, зараза, тревожит, – объяснил Итафф, отстраняя руку приятеля и поднимаясь на ноги. – Вот, думал, приеду к Тянке, обращусь к его знакомой ветеринарше. – Так кто мешал-то так и сделать? – уточнил Соколовский. – Да вот… уловил интересный набор запахов от девушки, решил проверить догадку, опять же, Тяночке сюрприз сделать, пошутить… Не удержался, – обаятельно улыбнулся Итафф. – Прошу прощения, – это уже в адрес Тани. – Авантюрный склад характера, – словно про себя, задумчиво произнёс Сшайр. – Однозначно! – согласился с ним Уртян. – И всегда таким был! – Да ладно тебе… с женой-то познакомишь? – хмыкнул Итафф. – Сначала пусть твоего приятеля осмотрит Таня, – посоветовал Уртяну Соколовский. – Запах нехороший… – Что? И вы чуете? – усмехнулся Итафф, – Да, тогда, пожалуй, лучше знакомство отложить. Не хочу прослыть перед красавицей-Аури покалеченным и больным! Уртян закатил глаза, но бережно поддержал друга, когда того чуть шатнуло на лестнице. – Я оплачу его лечение, – сказал он, проходя мимо Соколовского. – Я сам! – не согласился рыжий. – Я при деньгах, и не строй ты такую морду! В смотровой гостиницы Итафф насмешливо подмигнул Тане: – Мне раздеться? – Вам принять истинный вид, – суховато ответила она. – Я лечу исключительно животных. А почему вы, кстати, не обратились к человеческим врачам? Судя по всему, вы с людьми общаетесь часто и проблем в этом не испытываете. – Не испытываю однозначно, – насмешливо прищурился Итафф. – А почему не обратился – это же огнестрел, врачи обязаны поставить в известность об этом правоохранительные органы, а мне неохота было объяснять, кто в меня палил. Да и выдумывать ничего не хотелось. – Поняла, – кивнула Таня, ожидая, пока он обратится в лисий вид, но Итафф помялся и, кажется, даже немного, самую малость смущённо заявил: – Я… я при обороте могу это… короче, когда падаю, очень больно. Если вскрикну, то не пугайся. Когда абсолютно авантюрное, нагловатое и самоуверенное существо начинает смущаться и… краснеть, причём так, как это делают рыжие, – тотально, до кончиков ушей, то сложно удержаться от невольной улыбки, но Татьяна отчётливо поняла, что лис, пожалуй, боится этого больше, чем новой раны. Поэтому максимально корректно ответила: – Спасибо, что предупредил! Я поняла. – А тут он был прав, – задумчиво констатировал Итафф и пояснил: – Тян говорил, что ты необычная. Ладно, чего тянуть-то лиса за хвост… – вздохнул он. Итафф отошёл от Тани подальше, упал на пол, принял истинный вид и, сколько не пытался не кричать, всё-таки заверещал, да так, что аж уши закладывало от пронзительности. – Н-да… вот это реакция, и ведь он ещё сдерживался! – оценила про себя Татьяна, заторопившись к лису, который так и остался лежать на боку, видимо, пережидая боль. Когда он чуть отдышался, Таня уже увидела проблему – под лопаткой возникло небольшое пятнышко жидкости… тут уж и она учуяла запах давнишнего воспаления. – Надо на стол… – сказала она. – Я сам, – оскалился он, когда Таня попыталась его поднять. – Сам ты сейчас только свалишься и добавишь себе проблем! – строго сказала она. – Я сам! – Ужас какой! – подумала Татьяна, глядя, как лис осторожно вскарабкивается на подставленный ею стул, а с него перебирается на смотровой стол. – Нет, всё-таки говорящие животные – это далеко не всегда проще… Осмотр заставил её нахмуриться – регенерация лиса сыграла с ним дурную шутку, практически полностью затянув пулевое отверстие вместе с пулей внутри, а каждое движение лиса волей-неволей её сдвигало, травмируя ткани. – Всё плохо? – бодро осведомился лис, когда Таня отошла от стола и сняла перчатки. – Вовсе нет. Надо вскрыть рану, достать пулю и почистить, всё гораздо лучше, чем могло бы быть! – спокойно отозвалась Таня. – А когда сможешь сделать? – Завтра! – уверенно пообещала Татьяна. – Не волнуйся, всё будет хорошо! – Да кто тут ещё волнуется, – презрительно сморщил нос лис. – Я вообще абсолютно спокоен!