Глава 46. О пользе дополнительных обязанностей

Татьяна прекрасно понимала, что с Викой что-то придётся решать, причём, похоже, именно ей, а не кому-то другому, но решила подождать: – Так поспеши, а потом выяснится, что всем без моих усилий было лучше, и буду я во всех бедах и неудачах виновата, – что уж и говорить, если подобного опыта у Тани хватало. Её невесёлая задумчивость была заметна, так что Иван, который пригласил её прогуляться на теплоходе по Москве-реке, достаточно быстро осознал, что тут что-то не так: – Тань, у тебя всё в порядке? – Да, конечно! – с готовностью откликнулась Татьяна. – Давай на бис – может, как-то пободрее получится! – оценил её ответ Иван. – Что, так заметно? – А я наблюдательный, когда компа поблизости нет, – самокритично признался Иван. – У тебя точно что-то произошло – не очень-то приятное, и такое… от тебя что-то требующее. – Глаз-алмаз, – кивнула Татьяна. – Мама собирается выйти замуж… Её жених – очень… неординарный человек. Он состоятелен, жаждет собрать вокруг всех родственников и массово их осчастливить. Например, мне предложил перейти к нему работать – у него в доме, нет, точнее в поместье, коровы, кони, и прочие сельскохозяйственные животные, а жить я должна у него в доме. Мою младшую сестру уже осчастливили – перевезли туда и собираются перевести в местную школу – он живёт в Подмосковье. – Она, как я понимаю, против? – Иван глупые вопросы задавать не любил, поэтому и не подумал спрашивать у Татьяны, как она отнеслась к такому «щедрому предложению». – Категорически! Но кто там будет спрашивать у подростка. – А мама твоя? – Она уверена, что действует в наших интересах – ради нас старается. – Ну-ну… – скептически хмыкнул Иван. – Забавный у неё жених! – Чрезвычайно! Меня домой из его поместья вёз его племянник, который честно признался, что они с его матерью, которая там тоже проживает в «осчастливленных», категорически против увеличения числа потребителей «кормушки». – Понятно, конкурентов опасаются. – Именно так! – Таня пожала плечами. – Поэтому я подозреваю, что мамин брак будет весьма непростым – её будущий муж крайне… самоуверен и очень любит настаивать на своём! – И ты хочешь отговорить её от этого брака? – Нет, что ты! И не думаю даже – она взрослая, сама разберётся. Но мне бы не хотелось, чтобы моей сестре пришлось быть счастливой по приказу и высочайшему повелению отчима. – И так, как он это понимает… – кивнул Иван. – Точно! Он уже и про институт Викин подумал – решил, куда будет её «поступать», и лошадь ей нашёл, это при учёте того, что сестра их отчаянно боится – её в детстве пони в парке напугал – она хотела его морковкой угостить, а он чуть не укусил. – И ты… хочешь её к себе забрать? – Нет, конечно! Вика – человек со сложным характером. Её растили в понимании того, что ей очень многое можно, а я в семье как бы… второго сорта. Даже если мне удастся её забрать, слушать меня она и не подумает, будет делать то, что ей хочется, а потом я же останусь виноватой, причём абсолютно во всём! И в том, что она чего-то не успела, не сделала, не смогла, и в том, что лишила её «бохххатой жизни» и возможности платно учиться. Короче – это не вариант. Моя задача сейчас – продумать, как быть, когда Вика взбунтуется. – Думаешь, это будет? – Обязательно! Причём, боюсь, что очень скоро. – А её отец? Он её не возьмёт? – Нет, конечно – у него, насколько я в курсе, новая жена или вот-вот будет таковая. – А бабушки-дедушки с его стороны или твоей мамы? – Со стороны Викиного отца, я думаю, ничего делать не станут. А вот мои – да, возможно. Но это будет зависеть от того, как они воспримут Виктора – он на днях планировал к ним заехать для официального знакомства. – Слушай, а если не секрет – как его фамилия? Таня сосредоточилась: – Гульбищев Виктор Александрович. – Хорошо, что не Иванов, – хмыкнул Иван. – Сейчас глянем, чем он занимается… Так, чисто ради интереса… За пару минут он выяснил, какими организациями владеет Гульбищев, «нырнул» на сайт ФНС, ввёл ИНН первой из пяти организаций и усмехнулся: – Забавно… – А что именно? – Подожди, я сейчас все проверю – может, это так… просто фирма-помойка. Иван просматривал какие-то данные, фыркал, переходил к следующей фирме, потом к ещё одной, а когда закончил с последней, взъерошил волосы и сообщил: – Мужик, судя по истории его регистраций в налоговой, бизнесом занимался ещё с девяностых. И, похоже, что по одной схеме – брал фирму, выкручивал из неё всё, что можно, и благополучно сливал. Сейчас это сделать всё труднее и труднее, так что он держит старые фирмы, но на них куча всего – и кредиты со всех сторон понавешаны, и арбитраж, и… короче, всё не очень красиво. Его «рабочая лошадка», то есть актуально работающая организация, в прошлом году взяла очень и очень приличный кредит, но, если честно, я не вижу, чем он будет расплачиваться – активов-то не густо. – Даже так… Погоди, а как ты в этом во всём разбираешься? – Таня отвела взгляд от набережной и покосилась на спутника. – А я оказываю добровольно-принудительную помощь институтской бухгалтерии, – рассмеялся Иван. – Обновление бухгалтерских программ, настройка их под наши нужды, а также всякое «спасите-помогите, я тут пальчиком тыкнула, а оно всё опачки, и куда-то того…» – Бедный, – от души пожалела его Татьяна. – Да уж, начальство прибавило обязанностей… – развёл руками Иван. – Причём с этим может справиться любой более-менее грамотный программист-студент, но нет, надо было меня прикопать. Хотя, с другой стороны, я теперь знаю, как что работает, и куда смотреть, чтобы анализировать показатели. – Какой ты умный! – от души сказала Таня. – Я в этом абсолютно не разбираюсь! – Да и не страшно – я ж всегда посмотрю и всё скажу, если тебе что-то будет нужно, – Иван постучал пальцем по экрану смартфона, закрывая лишние вкладки. – Короче, Тань, судя по всему, мужик этот так привык жить барином, что денег уже давно не считает, а они так не могут, особенно если не свои, а в кредит взятые. – То есть ему скоро будет уже не до облагодетельствования окружающих, а лишь бы самому на плаву удержаться? – Точно! Нет, Татьяна вовсе не злорадничала – не было у неё такого в характере. Даже успела подумать, что жаль – маме так и не удастся насладиться безмятежной жизнью с завтраком на веранде и прогулками по саду. Так и пригрезился розарий в саду Виктора, круглый столик, покрытый льняной белоснежной скатертью, чашка кофе на нём... безжалостно разлитая по белому полотну непредвиденными, но неизбежными обстоятельствами. – А с другой стороны – она пока в отпуске, а если бы успела уволиться, несколько лет так прожить и расслабиться целиком и полностью, было бы, по-моему, только хуже. Я уж не говорю, что веранда и на даче у бабули есть, да и сад там приятный. А Иван продолжил: – Всё будет зависеть от того, сколько этот Гульбищев сумел накопить личных активов, потому что, если у него приличная «подушка безопасности», он сможет из неё покрыть кредиты, а если не очень – то барский образ жизни придётся отложить в сторонку, присыпать его песочком и сделать вид, что так и задумывалось. – Тогда для меня главное – подстраховать сестру, чтобы её не успели сдёрнуть из школы. – Точно! – Вань, спасибо тебе! Ты извини, что я на прогулке тебя нагрузила… – Вот что ты за ерунду говоришь? – Иван пожал плечами. – Ничем ты меня не загрузила, тем более что у меня тоже родственники регулярно дают жару! Хорошо хоть Илья сейчас как-то приутих – как на работу в гостиницу устроился, так и успокоился. Таня вообще-то догадывалась, что это было не просто так, но рассказывать Ивану об особых талантах Соколовского не стала – это не её секрет. Она отодвинула на время решение о «подстраховке» Вики, а также вопрос, как сказать маме о том, что привыкать к беззаботному образу жизни не стоит, и решила просто наслаждаться прогулкой с Иваном, которому и в голову не пришло отмахнуться от её озабоченного вида. *** А в это время в гостинице волновался Генчик – переживал, что кто-то может уточнить, а почему это он тащит с собой сумку? Раньше-то не возил! – Скажу, что я… решил ездить ответственно – с удобствами! Мало ли, вымокну опять, испачкаюсь, а тут и одежда, и обувь – всё имеется, – репетировал он исчерпывающий ответ. – Да где этот Илья? Когда не надо, был как штык, а сейчас куда его унесло? Короче, стоило только Илье появиться на пороге гостиницы, как к нему подошёл Геннадий и абсолютно правдиво, ни разу не издав даже самого коротенького квака, заявил: – Я рад тебя видеть! Когда поедем? – Да вот сейчас инструкции получу и поедем. Илья отправился к Соколовскому за маршрутом и услышал неожиданное: – Сегодня ваш подопечный вас покинет! – В смысле? – опешил Илья. – Да он сбежать решил. – Не пускать? – предположил простодушный спортсмен. – Зачем же? Мы тут разве звери какие-то? – рассмеялся Соколовский. – Мы – за свободу и чистый горизонт! – Да? – Точно! – солидно кивнул Сокол. – Короче, когда Генчик сопрёт из машины сумку и куда-то в кусты её уволочёт – вы этого не заметите. – Совсем? – простодушно изумился Илюша. – Абсолютно – вы смотрите в другую сторону! – А! Это я могу! – Прекрасно! А главное – когда лягух не вернётся, вы для вида будете его искать – побегаете по берегу, покличете его, сделаете вид, что мне звоните. – Понял! А потом? – заинтересовался ответственный тип. – А потом расстроитесь. – Зачем? – Для вида, – Сокол получал истинное удовольствие от инструктажа – во-первых, ему нравилось общаться с фенотипичными Иванами-дураками, пусть даже по имени Илья, а во-вторых, он предвкушал, как Генчик среагирует на его личный подарочек. – А! Понял! – осенило Илью, правда, он как-то погрустнел. – Что-то не так? – Да это… раз лягух сбежит, то я, выходит, вам больше не нужен? – Что вы! Я так думаю, что наше сотрудничество только начинается, – обрадовал собеседника Филипп Иванович. – Не переживайте. – Тогда хорошо! – Илье, как ни странно, тут очень нравилось работать, так что, получив подтверждение от Соколовского, он воззрился на название населённого пункта, куда ему надо ехать, а также на карту с дальнейшим отмеченным маршрутом, которые ему прислал на смартфон работодатель. – Только смотрите, Илья, не ошибитесь! Надо остановиться в аккурат там, где я вам показал. Это очень важно. – Так я ж того… никогда не промахиваюсь! – скромно улыбнулся Илюша. Соколовский хмыкнул, глядя на дверь, закрывающуюся за неожиданно исполнительным типом, и прищёлкнул пальцами: – Я надеюсь, дорогой вы наш принц, что вам очень понравится ваша новая обитель! Да, боюсь, что «кладов» от моих дальних родственниц вы там не обнаружите, зато кое-кто из местных обитателей вам может показаться весьма и весьма знакомым! Сокол встал, подошёл к зеркалу, осмотрел своё изображение и сообщил: – Да, я коварен, а кому сейчас легко? А у меня даже оправдание имеется – куда ж родовую харизму-то девать? А? Вот, то-то же! Геннадий с нетерпением ждал, когда же, наконец, его довезут до места поисков, но Илья ехал, ехал и ехал, время от времени косясь на навигатор, послушно показывающий маршрут. – Тут направо, а дальше – налево! – бубнил Илья вполголоса. – Тыыыкс, а тут – прямо-прямо. Он остановил машину перед болотистым берегом, вытащил ширму, поставил её так, чтобы Геннадий мог принять свой лягушачий облик, а потом, заметив, как тот вытаскивает из машины свою сумку, старательно сделал вид, что этого вообще не видит. – И где ж тут рыбу можно половить? – забормотал Илья, топая к берегу. – Щука в прошлый раз уж такая удачная была! – Иди-иди за своей щукой! – презрительно скривился ему в след Геннадий, пряча подальше вещи. – Представляю, что с тобой Сокол сделает! А так тебе и надо, тупое бревно с мышцами! Он дождался возвращения Ильи, ударился об ширму и важно влез на широкую ладонь своего ассистента – для доставки к воде. – Ладно, я поплыл! – сказал Геннадий, спрыгивая с ладони. – Плыви-плыви, лебедь ты наш, этот… белокрылый! – Илье, как выяснилось, некий сарказм тоже был не чужд. Кто бы знал, как правдоподобно Илюха разыгрывал ожидание Геннадия, как замечательно изображал «поиски». Наблюдающий за всем этим Крамеш был прямо-таки приятно удивлён: – Талант, пррямо откуда что беррётся! Потом Илья якобы «позвонил» Соколовскому, поискал ещё, оглушая окрестности воплями: – Гена! Геннадий! Да где ж тебя носит! Паразит, вернись, я всё прощу! Крамеш изо всех сил старался хохотать беззвучно, а ещё – не выронить смартфон, на который снимал происходящее! А когда Илья наконец-то собрался и уехал, а из прибрежных зарослей выпрыгнул лягух и поскакал по берегу, Крамеш принял истинный вид и последовал за ним: – Прравильно пррыгаем, прравильно! Да-да, вот в напрравлении того дома и двигай! – мысленно понукал ворон упорное земноводное. – Всё рравно тут никакого дрругого стррроения нет, и люди тут не часто бывают. Так что иного выхода у тебя и не прредвидится! Выход тут единственный – он же вход!