Глава 9. То, к чему шёл всю жизнь

Итаффин, допив отвар, всё-таки поднялся и начал ходить по комнате, постоянно пытаясь потянуться, размяться. – Да куда ты так торопишься? – не выдержал Уртян. – Дай ты тканям восстановиться! – Куда тороплюсь? – невесело фыркнул его приятель. – Понимаешь, я нашёл то, к чему стремился, к чему шёл всю жизнь! Я нашёл свой клад! Уртян удивлённо прижмурился – чтобы другу было комфортнее, он принял истинный облик и теперь сидел, аккуратно обернув хвостом лапы. – Не жмурься! – строго велел Итафф. – Я серьёзно! Помнишь, когда я уехал на Урал, ещё тебя с собой звал, но ты с травмой был после боя, а мне ехать надо было срочно… – Помню, конечно, – кивнул Уртян. – Ты тогда надолго запропал. – Ещё бы… чуть совсем там и не остался, зато кое-что вызнал – в одной из деревень в грозу завернул в заброшенную избу и там случайно нашёл записи последнего хозяина о легенде, которую ему поведал его прадед. Да не фыркай ты! Хозяин дома был историк – учитель истории и краевед, так что всё всерьёз. Он всю жизнь уточнял те данные, которые узнал от прадеда, похоже, историком-то стал благодаря им. – И эти записи просто так валялись? – Да там много чего просто так валяется – никому не нужно, поэтому так и вышло. Я так понял, что наследники-то были, только вот записями никто не заинтересовался. – И этот прадед писал о кладе? – повёл ушами Уртян. – Не совсем – он писал об обозе с золотом, который шёл с одного из приисков купцов Строгановых. Обоз, само собой, сопровождала охрана, да вот только он до пункта назначения так и не добрался. Места глухие, лихих людей хватало, короче, сгинул обоз со всеми людьми и золотом. – Так, небось, какие-то грабители напали, охрану перебили, а золото забрали! – Так-то оно так, только вот прадед историка узнал, что один охотник наткнулся на пещеру в лесу, рядом были старые обломки от телег. Пошёл он в пещеру, а там – кости под ногами, да в глубине мешки свалены и что-то поблёскивает. Он, пока до них добрался, такого страха натерпелся… Жутко ему было в той пещере. Короче, обнаружил он множество мешков, часть из них порвана, а в них – золото! Он, конечно, давай его грести, а тут вода… – Какая ещё вода? – Там в пещере ручей протекает. Его надо перейти, чтобы до золота добраться. Так вот, как только он золото взял да назад повернул, ручей забурлил, стал разливаться, да так, что перебираться надо было вплавь! Охотник-то с золотом был, так едва не потонул! Начал слитки выкидывать, чтобы выплыть. – И ничего у него не осталось в результате? – понимающе протянул Уртян. – Нет, как раз осталось – один слиток сумел сохранить и выбраться из потока – тот ручей уже реально потоком стал! Аж из пещеры выплёскивался. Охотник бежал оттуда со всех лап, в смысле, ног, и больше никогда туда не возвращался, но место запомнил. – А почему не возвращался? – Да он местный, решил, что это золото проклято, вот и не пошёл туда больше. Тот слиток, который у него был, он разбил на маленькие куски и потихонечку продал, так, чтобы его за хвост не взяли и не начали допытываться, откуда у него такая находка. – А потом он это всё вывалил прадеду историка? – c сомнением произнёс Уртян. – Вывалил, потому что старый совсем был, а прадед историка его внука спас. Вот он ему и рассказал, но честно предупредил, что место то дурное, соваться туда нельзя! Прадед, ясное дело, хотел сходить, да так и не выбрался, зато ориентиры все оставил потомкам. А историк всё записал и мечтал сам туда наведаться. Даже был один раз в тех местах… – И почему же не собрался зайти в пещеру? – Так не один был, а с группой геологов. Сам понимаешь, за золотом так не сходишь! – И ты поверил во все эти басни? – Да это не басни, Тян! Я-то туда как раз дошёл… Добрался как раз по ориентирам, описанным в записях историка, телег там уже, разумеется, нет, всё рассыпалось в прах, а вот костей внутри неожиданно много. А главное – золото есть! Оно там, понимаешь? Я его видел, касался его! Я взял много, как тот охотник, а потом… Потом ручей словно кто-то включил на максимум! Я думал лисом проскочить, но не вышло – сносило вглубь пещеры, а там и правда жуть какая-то… Итафф помолчал, словно снова видя над головой тёмные своды, гремящий поток воды, а ещё – странный негромкий звук, едва слышный за шумом потока, который словно затягивал его в темноту пещерных сводов. Ему пришлось вернуться в людской облик, чтобы перестать слышать этот звук, а ещё – чтобы удержаться на воде, не дать потоку себя снести в то самое страшное место. – Мне, как и тому охотнику, пришлось повыбрасывать всё, что я набрал, за исключением одного слитка, и бежать так! – наконец-то выговорил рыжий лис. – И мне… мне не справиться одному, понимаешь? – Ты хочешь вернуться? – Да! Ты же знаешь, у меня мать и сестрички, я должен их толком обеспечить! – Для этого не надо лезть в ту жуть! – Уртян умел выделять в рассказах друга самое главное и, кажется, наконец-то понял, почему тот с видимым неудовольствием отреагировал на то, что он сейчас стал травником. – Тян, ты же знаешь, у меня вечно хвост закручен штопором… – усмехнулся Итафф. – Я не могу сидеть в тёплой норе, меня так и тянет на приключения. С моей жизнью, я не знаю, когда и где окажусь, а мама и лисёны… Им нужна хорошая и надёжная жизнь. С этим золотом она у них будет! – Знаешь, судя по тому, что ты рассказал, скорее вероятно, что у тебя её не будет. Вообще никакой жизни! И что тогда случится с твоими? – Вот поэтому-то я и хотел, чтобы ты меня подстраховал! Ты можешь даже в пещеру не ходить – я просто обвяжу мешок с золотом верёвкой, и ты его вытащишь! – Ты ж понимаешь, что если что-то будет с тобой, то я в любом случае попрусь в эту пещеру?! – фыркнул Уртян, прекрасно помня, как когда-то Итафф пошёл за ним, вляпываясь в абсолютно безнадёжную ситуацию. Пошёл и спас! – Я знаю. Поэтому постараюсь, чтобы со мной ничего не было! Я же уже один раз оттуда выбрался, и охотник выбрался… Только вот добыча маловата оказалась! Тян! Давай, соглашайся! Смотри, ты зарабатываешь сбором трав, варкой отваров, но если мы найдём и заберём хоть часть золота, то ты сможешь делать то, что захочешь! Ты можешь начхать на этого человека, которому сейчас вынужден подчиняться для заработка! Ты будешь волен делать то, что захочешь! – Мы же всё поделим пополам! – продолжал Итафф. – Тебе хватит на всю жизнь. Помнишь, это же твоя мечта – круто заработать и делать потом только то, что тебе хочется? Уртян невесело вздохнул – они первый раз за много времени разговаривали совсем недавно – Таф позвонил ему, и как же он был рад! Правда, поговорить вышло с пятого на десятое – он только и рассказал, что живёт теперь в Москве, только что женился, что жену зовут Аури. Потом, силясь объяснить, как оказался в Москве, рассказал о знакомстве с Татьяной-ветеринаром, короче, разговор был сумбурный и недолгий – у Итаффа то и дело пропадала связь. А вот теперь, похоже, надо рассказывать всё подробно, тем более что Сокол его друга не впечатлил – куда-то торопился, так что просто распорядился выделить ему номер, да и всё. – Таф, ты мне о себе рассказал, а я тебе сейчас о своих делах протявкаю! – решился Уртян. – Сядь только, не мельтеши! – он решил по минимуму говорить о норушах – это не его секрет, как можно меньше рассказывать о самом доме. Не потому, что не доверял, а просто из-за особенностей места, где живёт. Итафф послушался, неловко уселся на тёплое и толстое одеяло, которое ему постелили на полу, и принялся слушать. Он не перебивал друга, только прищуривался в особо сложных местах рассказа, правда, и выловил из него главное: – Я помню, как ты спрашивал у меня про запахи – вижу ли я их, словно они – цветные полосы, – наконец-то сказал он. – Так вот почему ты тогда спрашивал… – Да. И теперь ты понимаешь, что для меня это не навязшая в зубах работа, которую надо делать ради денег, а моё призвание, моя радость и гордость. И Аури – не просто лисичка, которую я привёл в свою нору, потому что так решила родня или вроде как уже пора, а лиса, с которой я готов бежать рядом всю жизнь! Да и Сокол… это не начальник, которого век бы не видел! Это кто-то вроде… князя, понимаешь? – Если честно – не очень! – насторожился Итафф. – Ты, видать, уже никакой был, так что и внимания на него не обратил, а он не стал показываться… Он из исконных земель, Таф. И очень непрост, прямо скажем! Я у него… работал в разных ситуациях – сам же слышал, как всё было, так вот, если выбирать, одному бегать по лесам или под рукой у Сокола, я выберу второе! – Да я тебе и не предлагал одному, – тяжело вздохнул Итафф. – Я предлагал вместе со мной! Он не был глупцом, так что на протяжении всего рассказа Уртяна всё с большей чёткостью осознавал, что сманить друга с собой в тайгу ему не удастся – слишком много есть такого, что его тут держит. Причём держит не насильно, а гораздо более прочными узами. – Ладно, – продолжил он. – Я понял! Тем более что отвар, который ты мне принёс, действительно… талантливо сделан – такой действительно выходит только из-под лап одарённого травника. Итафф, и это был редкий случай, говорил серьёзно. У них и так случалось, правда, нечасто – они оба предпочитали покусывать да подшучивать друг над другом. Уртян ответил тем же: – Таф, я не хочу, чтобы ты так рисковал. Оставайся здесь – у Сокола найдётся для тебя работа! Уж поверь, скучать не придётся! – Ты же знаешь, что я на дядю, какого бы он ни был роду-племени, не работаю! – мотнул головой Итафф и тут же пожалел об этом – жест отозвался болью в спине. – Знаю, что ты так не работал… но надо же когда-то меняться! – А зачем? Я – вольный лис! Бегу туда, куда считаю нужным, никому не подчиняюсь и всегда делаю то, что хочу! – Неправда… – серьёзно возразил ему Уртян. – Разве совсем недавно ты мог делать то, что хочешь? У тебя пуля в спине была, уж она-то придерживала тебя значительно лучше любого «дяди». – Аррх, – Итафф насмешливо клацнул зубами перед носом Тяна. – Не читай мне нотаций – у меня для этого есть мать. – Это само собой, – серьёзно кивнул Уртян. – Кстати, а кто тебя подстрелил? – Да это я сам виноват! Оказался глупее того охотника – поторопился продать слиток… – неохотно признался Итафф. – А люди были очень уж любопытны. – Захотели узнать, где ты его взял и нет ли ещё? – понимающе кивнул Уртян. – Именно! К счастью, я сумел улизнуть, принять истинный вид и смыться от них! – Ты уверен? Такие люди редко теряют след. – Да не парься ты! Конечно, я удачно улизнул! – беззаботно отмахнулся Итафф. – В любом случае, к твоей норе я их не привёл! В этом Итаффин был уверен на все сто процентов – он специально оставил машину в Подмосковье, а сам путал следы по всему городу, так, что ни одна слежка его бы не обнаружила – он сам мог быть сколь угодно беспечен, но, если речь шла о близких, никогда не жалел времени на то, чтобы запутать любого охотника, кем бы он ни был! – Ладно, я понял… – кивнул Уртян. – В любом случае, пока отдыхай и восстанавливайся. Мы с тобой ещё поговорим обо всём этом! Спина болит? Могу ещё обезболивающее сделать. – Нет, всё совсем неплохо, – с некоторым даже изумлением ответил Итафф. – А ты и правда редкий умелец! Да не надо на меня так смотреть. И вообще, иди уже, мне бы полежать… Рыжий лис смотрел вслед чернобурому, уходящему из комнаты, а потом, когда дверь закрылась, опустил голову так, что почти достал носом до пола – он очень надеялся, что Тяночка поедет с ним, прикроет спину, что сможет помочь вытащить золото из пещеры! – Я бы и не пустил его внутрь! Ни за что бы не пустил! – думал Итафф. – А так… так всё стало гораздо сложнее. Хотя… можно же лебёдку взять! Ну конечно! И как я сразу не подумал? Это же выход. Он встрепенулся, с некоторым трудом поднялся на ноги и начал снова выхаживать по комнате, стараясь как можно скорее разработать мышцы. В междустенье за лисом мрачновато наблюдала Муринка. Она-то всё поняла верно: – Так это он не ошкорблял лишика, а прошто они так общаютшя – погрызами и покушами. Это бывает. Мы с Мурашиком тоже кушаемшя иногда – в шутку, но шильно. Ладно, это я поняла, но вот дальше… Он же хотел шманить моего лиша в какую-то штрашную пещеру! Но мой лиш умный… не шоглашилша. Шейчаш не шоглашилша! Только вот, этот рыжий… он же точно пойдёт туда! Мурина понаблюдала за метаниями Итаффина и кивнула сама себе: – Шо вшех лап побежит! А это значит, что попадётшя! Это шамое золото – оно, наверное, прошто так нигде не лежит! И что потом будет? – она покрутила в лапке одну из выращенных ею лично и очень послушных плетучек. – А потом мой лиш будет переживать и помчитшя шпашать швоего друга! Ей ужасно хотелось спеленать плетучками этого глупого рыжего по всем лапам и даже хвост не оставить без внимания – такие неспокойные типы непременно хоть кончиком хвоста да влезут в беду! – Пока нельзя, – вздохнула умная Муринка. – Пока он вешь рaнeтый, надо подождать! А вот потом я пошмотрю, куда там эта рыжемордая лишовина побежит! Она неохотно удалилась из междустенья, ворча про себя о том, что нипочём не позволит каким-то рыжим дурням мешать её лишикам нормально жить! Но надо было узнать кое-какие детали. В таком гремучем состоянии души Муринка и прибыла к Тане, сердито оттолкнула лапкой чайную ложку, уселась на край блюдца и требовательно воззрилась на человека: – Кто такие шлитки? – спросила она очень строго. – И что такое эти штрогановы?