Глава 17. О вреде настырности

Если Филипп чего-то и не переносил, так это навязчивости! Сказали тебе «не надо», значит, не лезь! Ну хорошо… первый раз кто-то не понял, уточнил ещё разок, но если уж второй раз услышал тот же ответ, то в третий раз лучше не приставай, не рискуй! Однако вороницы из весьма состоятельных семей рода Ветроловов, которые «прославились» тем, что издевались над запроданной в вечное услужение безответной и беззащитной Кариной, тормозить умели плохо, так что на отказ Соколовского особого внимания не обратили. Цель их была проста и незамысловата – уговорить Филиппа, чтобы он разрешил работать у него, а дальше – или подлизаться к Карине и уговорить её попросить за них главу рода, а ещё лучше – захомутать среднего сына Кирранда, ведь всем известно, что глава рода Ветроловов послал его, чтобы попытать счастья с носительницей первого дара, но… – Да кому нужна эта облезлая нелетучка? – возмущались вороницы, пока добирались до Москвы. – Да! И перрвый дарр ей, и Киррин! Не трреснет? – Крррэксэрр на неё! – Не вырражайся. Так же не пррилично! – Отстань, как хочу, так и вырражаюсь! – А если он не захочет нас нанимать? Кирранд говоррил, что он Соколу прредлагал десять воррониц в услужение на двести лет! Бесплатно! Но Финист отказался! – Да это он так… пошутил! Неужели же вы думаете, что мы не сумеем перреспоррить какого-то человека, пусть даже и Сокола? – насмешливо уточнила одна. – Запрросто! – решила вторая. – Лучше бы его всё-таки уговоррить, а то Кирранд пррригрозил, что нас пошлёт рработать в ту же гостиницу, куда и ворронков наших загнал, а там людишек полно! В гостинице-то Сокола постояльцев немного, и они не люди, всё лучше! – запереживала третья. Правда, первая встреченная гостья гостиницы Сокола как раз была человеком, но пташки высокого полёта решили, что это не так уж и страшно – одну людишку они, так уж и быть, переживут! Тем более что она с ходу растерялась, а это значило, что они её быстро приучат саму всё делать, главное было тут закрепиться. Аня, окружённая тремя красивыми черноволосыми и черноглазыми девицами, которые её тормошили, и правда растерялась, но ненадолго. – Ой, дайте я ваш чемодан отнесу! – тянула её первая. – А я вторрой возьму! – теребила вторая. – А я сумочку, – гомонила третья. – Так, ХВАТИТ! – рявкнула Аня, сверкнув глазами на навязчивых девах. – Я не нуждаюсь в вашей помощи! Так-то оно и бывает – вроде человек беспомощный, нежный весь такой, а этот человек, однако, врач. Да ещё стоматолог – то есть решимости у такого должно быть с избытком, да и харизмы тоже. Вороницы опешили, не ожидая такой реакции от красивой и явно нежной девицы. – Мне никакие горничные не требуются! – рыкнула Аня. – Вы что? Оглохли? – лениво уточнил Соколовский. – Вам же сказано, в ваших услугах никто тут не нуждается! Кыш! Анна, простите за этот… инцидент. Это один мой знакомый решил прислать провинившихся членов своей семьи на отработку в мою гостиницу, хотя я категорически отказался от такой радости! Соколовский обаятельно улыбнулся, Аня понимающе кивнула, явно посочувствовав Филиппу, а потом вошла в номер и плотно закрыла за собой дверь. – Так… вы ещё здесь? – ледяным тоном осведомился Сокол. – Мы пррросим вас! – заныли вороницы. – Ну, пожалуйстаааа… Да, когда мама с папой любят и балуют, то и дело вкладывая что-то ценное то в открытый клювик, то в жадные лапочки, не стоит думать, что и все остальные в этом мире будут так же себя вести, как бы ты ни канючил и ни смотрел умоляюще. – Здесь вы работать не будете! – ещё холоднее констатировал Соколовский. – Мне тут высокомерные особи в горничных не нужны! Тем более такие, которые на людей сверху вниз смотрят! Или вы думали, что я не замечу, как вы косились на мою гостью за её спиной? Вороницы стремительно переглянулись – они и не думали, что он различит их истинное отношение к светловолосой девице. – Потрудитесь покинуть гостиницу, – велел Сколовский. – Но… но ррразве вы не можете над нами сжалиться? Если вы нас не прримете, нас отпрравят рработать в гостиницу для турристов, так же, как и двух наших ррродичей – их послали год там отрррабатывать корридоррными. – Бедная гостиница! – усмехнулся Сокол. – Несчастные туристы! – Вот! Вот и мы говоррим, что нам там делать нечего! А у вас мы… – А у нас вы уже видели входную дверь? Я полагаю, что да. Вороны вообще-то умные, так что думаю, что и вы в состоянии вспомнить, где именно она находится! Выходите за дверь и убираетесь отсюда подобру-поздорову, пока я добрый! И тут они решились: – Но, если вам не нужны горничные, мы… мы готовы работать вообще кем скажете! – Да что ты тут делать будешь? – фыркнул Сокол. – Вы и тормозить не обучены? Хотя… я могу вам предложить кое-какое занятие, но, боюсь, вам оно точно не по вкусу придётся! – Мы готовы на любое занятие! – радостно отозвались все три вороницы. – Ну, хорошо же! Сами согласились, – непонятно усмехнулся Сокол. – Идите за мной! Шушана, которая слышала весь этот разговор, сидя в непосредственной близости от Соколовского, сразу поняла, куда именно он их ведет, и захихикала: – Вот нарвались настырницы! Так-то он их просто выгнать планировал, но довели же! Филипп, не оглядываясь, спустился по лестнице на первый этаж, остановился у незаметной двери справа от лестницы, открыл её и пропустил туда всех трёх «ценных работниц». – Сшайр! – окликнул он змеевича. – Сслушаю, хозяин, – Сшайр вышел в людском виде и вопросительно воззрился на трёх черноволосых девиц. – Тут у нас три вороницы, которые так жаждут у нас трудиться, что согласны на любую, вот просто вообще на любую работу! Я вас правильно понял? – уточнил он у ворониц. – Да! – с готовностью согласились они. – Что ж… вот и чудесно! – усмехнулся Филипп. – Вы поступаете в подчинение Сшайра и выполняете все его распоряжения по уборке здешних помещений. Тут уже трудятся двое ваших соплеменников, так что скучно вам не будет! Рекомендую переодеться, на шпильках и в таких платьях тут не выжить. – Постойте! – окликнула его самая бойкая из девиц, видя, что он собрался уходить: – Но… но это же змеевич! Нам что – змеевичу подчиняться? – Разве я как-то непонятно объяснил? – с обманчивой мягкостью спросил Сокол, сверкнув глазами так, что вся троица попятилась, начиная понимать, что, кажется, вовсе не просто так Кирранд Ветролов ищет дружбы с этим типом. – Вы подчиняетесь ему и выполняете любую работу, которую он вам прикажет сделать! Отменить мой приказ он не может, поэтому если вас что-то не устроит в ваших новых обязанностях, вам придётся подождать, пока я вновь сюда не загляну. До этого момента настоятельно рекомендую выполнять команды Сшайра – у него весьма широкие полномочия! Соколовский кивнул полозу и стремительно вышел из гусятника, уловив нарастающий за спиной визг – это понятливый Сшайр открыл дверь, ведущую непосредственно к фронту работ, и продемонстрировал, где и, собственно, над чем будут трудиться вороницы. – Выпустите! Немедленно выпустите! Я не буду это чистить! Я… в горрничные к туррристам хочуууу! – эти вопли уже достались Шушане, которая только лапками разводила, глядя, как Сшайр, приняв полуоборот, хвостом подгоняет новых подчинённых к инвентарю, а потом мрачно поворачивается к опешившим и облезлым воронам, которые аж лопаты побросали, узрев «подкрепление». – А вы что? Давно в гусссебасccсейне не плавали? – прошипел Сшайр, и два чистильщика схватили орудия труда и сосредоточенно заскребли ими особенно унавоженный угол. Соколовский поднимался по лестнице, одновременно набирая номер главы рода Ветроловов. – Добрый день, Кирранд! – поприветствовал он знакомца. – Добррый день! – Я тут получил от вас нежданный подарочек… Только вот, кажется, мы с вами уже говорили о том, что мне горничные-вороницы не нужны! – А! Они уже прибыли… – протянул Кирранд. – Прростите великодушно! Я говорил им, что вам их услуги не понадобятся, но они были уверены, что смогут как-то облегчить работу Карины, заодно и подружиться с ней! Вот и уговорили меня отпустить их на пробу… – Ах, это подруги приехали! И как это я сразу не понял? – усмехнулся Соколовский, понимая, что упёртый и властный Ветролов пытается продавить своё решение, заодно прощупывая границы дозволенного. – А я-то предложил им покинуть гостиницу – во-первых, как я вам сразу сказал, мне они не нужны, даже из уважения к вам. А во-вторых, они мне в качестве горничных ОСОБЕННО не нужны, после того как начали корчить презрительные рожи за спиной одной из моих постоялиц – видите ли, им не понравилось, что она – человек! – Эээ, но может быть, они вам хоть в каком-то качестве прригодятся, – Кирранд слегка занервничал, о чём свидетельствовала чуть более чем обычно раскатистая «р» в его речи. – Они настолько не хотели уходить, что я им предложил службу под началом одного из моих подчинённых. Он отвечает за клининговые работы в помещении охраны, – расплывчато объяснил Соколовский. – Вот и отлично! – обрадовался Кирранд. – Я очень рррад, что воррроницы всё-таки рработают у вас! – Боюсь, это ненадолго! Работа трудная, – притворно посетовал хитрец-Финист. – Я пррикажу им прродолжать в любом случае! – категорично заявил Кирранд. – Рррод Ветрроловов славится стойкостью! Без этого на Северре не выжить! – Ну если вы смотрите на вопрос с этой стороны… – Филипп филигранно заманивал упёртого типа в ловушку. – Но работа грязная. – Наши воррроны никакой не боятся! – со всего размаху влетел в западню Ветролов, увлёкшийся картинами величия и выносливости своего рода. – Хорошо, как скажете! Если вы считаете, что им это полезно, ладно, я пойду вам на встречу – так уж и быть, пусть и дальше работают в гусятнике! Если бы Ветролов был в птичьем виде, у него бы клюв открылся на непозволительный приличному ворону угол, а так – только нижняя челюсть отвисла. Пришлось делать хорошую мину при плохой игре, поблагодарив собеседника за столь ценную услугу, а потом метаться по собственному дому, круша предметы, попадающие ему под руки, а потом и под крылья. Впрочем, это продолжалось недолго, уже через полчаса Ветролов успокоился, полетал немного, а потом со смехом признался сам себе, что: – Вот же Сокол, вот пёсий сын! Но как обставил-то! Вчистую! Впрредь мне наука – с князюшкой без крррайней нужды не игграть – заигрраться можно! Однако… надо дуррочек вырручать. Нет, не сейчас, конечно. Ррраз ума хватило клювы от гостьи ворротить да рррожи коррчить, пусть порработают! Только на пользу им будет. А потом отпррравлю к Соколу Карруса с супрругой! Заодно, может, они и с Карринкой смогут увидеться, глядишь, понрравятся! Вообще-то он сразу, только узнав о первом даре у Карины, спланировал отдать её на усыновление своему первому помощнику и «правому крылу» – почтенному ворону Каррусу, но для этого надо было бы её у Сокола как-то добыть да ещё и во вражду не скатиться – даже первый дар не стоит получения такого врага! – А вот Киррина надо обрратно отослать уже сейчас – порра ему снова с Кариночкой свидеться! – решил глава рода, посылая за средним сыном. – Так или иначе, я её заполучу! Правда, вряд ли он был столь же уверен, если бы знал, как в данный момент посмеивается «князюшка»: – Да-да… сейчас ты бедолагу-Кирина обратно пришлёшь, а небось ещё какое-то посольство вдогонку – чтобы своих готокур вызволить. А потом опять будешь круги вокруг Карины описывать! Нет уж, Карина остается под моим крылом, раз уж тут освоилась и счастлива. Эх… как я воронов-то не люблю – аж скулы сводит! И что за настырные птицы?! – нелогично фыркнул Сокол, отправляясь решать следующую по очереди задачу – с несчастной голубкой. Он позвонил родителям Светланы, которые уже с дочкой поговорили и были счастливы, что она жива-здорова да в безопасности, но по уговору с Соколовским не выспрашивали у неё, как вышло, что она в неволе оказалась, и родичам о нахождении дочери не говорили. Зато теперь узнали… – Как Владик? ВЛАДИК? Да этого не может быть! Они же росли как родные брат с сестрой! Он за неё жизнь готов отдать! Сам говорил! – Говорить-то говорил, да вот вывез погулять прямо под лапы ягишны! – прервал их причитания Соколовский. – Но это же могла быть случайность… – несмело предположила мать Светланы. – Конечно могла бы быть, если бы он потом поднял тревогу, рассказал, как сестра любимая «почтиродная» пропала, – перебил её Сокол. – А вы, насколько я понимаю, вообще не могли понять, как Светлана исчезла? – Не могли, – глухо согласился отец голубки. – Вы правы. Значит, Владик… Да разве такое может быть? – в отчаянии произнёс он. – Ещё как и ещё сколько! – невесело подтвердил Сокол. – Если хотите, можно выяснить, что и почему произошло. Я вам пришлю своих сотрудников, они за Владиком последят… – Да! Я согласен! Мы согласны! – твёрдо решил отец, едва не потерявший дочь. – Хорошо. Тогда вы ни слова не говорите о том, что она нашлась, не меняете поведения – у вас отчаяние и всё такое прочее! – Да! Договорились! Сокол, закончив разговор, потёр ладони: – А теперь посмотрим, что там за женишок такой! Может и не придётся за Владиком-гадиком следить! Хотя… чего это я гадов так оскорбил? Вон… Сшайр и то как-то приятнее. Всё, однако, познаётся в сравнении!