Глава 34. Здрасьте, я ваша кошка

Разумеется, Терентий, узнав о прибытии говорящей кошки, воспрял, уговорил Карину вычесать его в «парадном стиле», то есть наводя окончательный лоск тремя щётками, а потом отправился к Тишинору, чтобы выпросить у него свежий котовник. – Сам понимаешь, я пахну каким-то дурацким фффшампунем! Это неприлично! Нет, я могу, конечно, пойти и ещё раз подраться с Эдиком для уравновешивания ароматов, но вдруг она не поклонница брутальной натуральности. Тишинор, принюхавшись, счёл разумным выдать Терентию несколько молодых веточек котовника для ароматизации котоорганизма, на чём приготовления к приезду кошечки были завершены. – Идеал улучшать – только портить! – изрёк Терентий, осмотрев себя. – Интересно, какая она? Тань, Сокол ничего не говорил, а? – Нет, Терёнь, внешность он не описывал. – Да что там описывать… и так понятно, что рыжая, изящная, красивая! Наверняка кошь моей мечты! Вопрос только в том, пушистая, полупушистая или гладкошёрстная? Ну и характер хорошо бы знать – может, какая-то робкая или стеснительная, – разглагольствовал Терентий. – Тогда я буду для неё авторитетом и защитником! Практически всем очень нужная говорящая кошка прибыла на следующий день на переднем сидении автомобиля Соколовского в элитной переноске огромного размера. Сокол въехал в гараж, извлёк оттуда переноску, а потом уточнил: – Сама пойдёшь или мне донести? – Донести, конечно! Я по гаражам не ходок! – прозвучал из переноски звучный голос. – Как скажешь, дорогая! – сдержанное веселье Сокола прорывалось даже сквозь профессиональную выдержку. Он аккуратно пронёс переноску через гараж, вышел в гостиничный вестибюль, свистнул, вызывая гусей и Сшайра, представил им новую обитательницу, а потом отправился вверх по лестнице, оставляя за собой гусей с приоткрытыми клювами и слегка ошарашенного Сшайра, который услышал комментарий из переноски: – Главное, постарайся не попадаться хвостом мне под лапы! Далее особа в переноске была представлена Шушане, Тишинору и норушатам, с которыми говорящая кошка поздоровалась исключительно вежливо и тактично, а потом ей был показан Гудини, удостоенный комментария: – Славный зверОк! – Так, это мой кабинет, это номера постояльцев, сама потом разберёшься, – тоном экскурсовода вещал Соколовский, усмехнувшись на ответ: – Разберусь, конечно! – А вот тут вход в Татьянину квартиру. Прямо на кухню. – Очень разумно! – одобрила кошка. – Так что… мы входим? – Входим-входим… – заверил её Соколовский, переступая границу, отделяющую гостиницу от Таниных владений. – Танечка, я вам кошечку принёс! Татьяна выглянула из коридора и заторопилась к начальству, а из переноски ей навстречу вышла крупная, красивая, очень пушистая и упитанная особа кошачьей наружности, серая в полоску, с толстенными лапами и яркими зелёными глазами. – Терентий в обморок упадёт! Она же практически с него размером! – успела подумать Татьяна, присаживаясь около кошки. – Я очень тебе рада! – сказала она. – Я тоже! – сообщила кошка, осматриваясь и принюхиваясь. – Ты Таня? – Да! А как тебя зовут? – Я – Басина. Это на одном из арабских наречий «котёнок», – она насмешливо фыркнула и пояснила. – Просто у меня первый хозяин был арабистом – переводчиком с арабского, вот он так и назвал. Тебе можно звать меня Бася. Ой, какая прелесть! Таня обернулась и увидела, что из коридора к ней торопится чихуа Мышка. – Это же собачка? Всегда мечтала о маленькой собачке! – сообщила Басина. Таня покладисто кивнула, она даже при учёте опыта общения с Терентием не была готова к такой… котобарыне, но сразу поняла – лучше, чтобы ей собака нравилась. – А когда у вас тут кормят? И чем? – осведомилась кошка, благосклонно обнюхав чихуа, опасливо прибывшую для знакомства. – А что ты предпочитаешь? – Таня назвала несколько марок корма, из которых Басина бестрепетно выбрала ту, что ей больше всего по вкусу, а потом обернулась на Соколовского: – Я не поняла… у тебя что, больше дел нет? – Вообще-то есть, – Сокол никак не мог пропустить момент знакомства котодамы с Терентием, даже смартфон держал наготове, чтобы зафиксировать эпохальное событие, – но попозже, так что я пока попрошу Танечку мне чай сделать! Таня, вас не затруднит? Кажется, у вас таёжный заварен… – Да, он самый! Сейчас я вам налью, – заторопилась Таня. И тут из коридора появился заспанный, примятый с одного бока, зевающий Терентий, который уставился на «кошь своей мечты», которая оказалась НЕ миниатюрной, НЕ рыжей, ни разу не кроткой и даже ничуточки не стеснительной! Пасть Терентия, открытая в процессе зевания, так и осталась в не в совсем закрытом состоянии, глаза выпучились, а голова сама по себе склонилась набок. – Таня, – окликнула Басина, – а это вот у тебя кто? – Это – Терентий! Говорящий кот! – Да ладно! ВОТ ЭТО? Хм… какой-то на редкость хлипкий и мятый экземпляр! Пасть Терентия захлопнулась со стуком, глаза засверкали гневным блеском, шерсть поднялась дыбом и… – И пушится он как-то не очень, – констатировала Басина. – Вот как нужно! Она встряхнулась и с ходу начала напоминать меховой шар. – Уела ты его по всем фронтам, – рассмеялся Соколовский. – Басина, он вообще-то не такой уж безнадёжный! – Ссспасибо за «не совсем уж»! – наконец-то прорезался голос Терентия. – Таня, а почему у нас в кухне катается какой-то пылесборник, да ещё чего-то невнятное произносит? – Фу, какая низкопробная попытка нагрубить! – насмешливо фыркнула Басина, подходя к кухонному диванчику и запрыгивая туда… в аккурат на терентьевский драгоценный пледик! – Это маааёёё! – взвыл кот. – Куда легла? – Ну вот, – прокомментировал Соколовский свару, которая разгоралась из-за пледика, – теперь-то уж нам ВСЕМ будет очень весело и затейливо жить! – И не поспорить… – выдохнула Таня, спешно вспоминая, где у неё лежит ещё один плед, похожий на тот, из-за которого шёл котоконфликт. Впрочем, пока она за ним ходила, в кухне стало на порядок тише, даже странно! – И Терентия не видно… – удивилась Таня, а потом заметила странное – плед под Басиной совершал какие-то непонятные движения. – Бася, а почему под тобой так нервно шевелится пледик? – Потому что под него залез Терентий, который из чистого упрямства отказался уступать даме место. За это и поплатился! – с превеликим достоинством ответствовала Бася, не обращая никакого внимания на шевеление под пледом. – Но почему он шевелится молча? – Потому что у него одновременно закончились и мяв, и воздух, – Басина приподняла лапу, плотно прижимающую край пледа к дивану, из-под пледа высунулся нос Терентия, жадно вдохнул воздух, а потом сипло провыл: – Снимите с меня эту кошебегемоту! – Опрометчиво! – прокомментировал Филипп. – Весьма опрометчиво! Терёнечка, разве так поступают джентльмены? Как поступают или не поступают джентльмены, никто так и не узнал, потому что Басина снова опустила лапу на морду Терентия, из-под пледика послышался какой-то звук, похожий на сдавленный всхрюк, и всё стихло. – Эээ, Басенька, а может, сырку? – предложила тактичная и вежливая Таня. – Не откажусь! – решила кошка, уверенно поднимаясь на лапы и весьма осознанно проходя по всем стратегически важным частям тела подпледного обитателя. К вечеру выяснилось, что Басина обожает сыр из топлёного молока, оливки и груши, трепетно любит всех малышей, чем тут же воспользовались норушата и присоединившаяся к ним Мышка. Кошка с ходу нашла общий язык с Шушаной и Таней, моментально приняла под свою покровительственную лапу Каринку, снисходительно отнеслась к Врану и задумчиво – к Крамешу. Ящерь Плющерь вызвала у неё искренний интерес, а Гудини – любопытство: – Он действительно грызёт всё и защёчные мешки бездонные? Никогда таких не видела! Классный! И на фоне всего этого благолепия и прекраснодушия страдал оскорблённый до глубины души Терентий… Он сидел в комнате Врана, которому надо было позаниматься, и бухтел: – И это кошечка моей мечты? Да это… это росомаха какая-то! Она идёт, а под лапами аж пол подрагивает! – Не преувеличивай, – Врану Басина понравилась, так что поддакивать коту он не собирался. – Я не преувеличиваю, а преуменьшаю! И потом, мы должны быть рыжие! Ры-жи-е! А она? Какой-то пыльный неинтересный серый цвет! – Басина говорила, что пошла в прародителя! Они похожи мастью… – Она ещё и не то скажет! – прошипел Терентий. – Да, Кот серый, но совсем другого, благородного оттенка! – Да ты же его не видел! – И что? Я сердцем чую! И вообще, вот попомни мои слова, вы ещё пожалеете, что Таня приняла это… это явление! Это котодама из тех, кто разбегается, с криком «и любите меня теперь» рушится на ваши колени, отчего нервничает даже ваш стул, потому что у него расползаются ножки! – мрачно пророчествовал Терентий. – Ты ещё всё сам увидишь! – Я вот только не понял, а почему её подарили Тане? – вдруг спросил Вран. – Наивный птенец! – фыркнул Терентий. – Её невозможно кому-то подарить, это ей можно подарить хозяина, а она ещё подумает, принимать его или нет. Так что её не подарили, а принесли, чтобы она решила, подходит ей этот дом или нет! Но это МОЙ, МОЙ дом! Для таких толстых троллекошек тут места нет! – Ты ещё погромче поори! – шикнул на кота Вран. – Вот услышит она и тогда тебе каждое слово припомнит. – Это да… такие бывают мстительными гарпиями! – горько вздохнул Терентий. – И за что мне это, а? Предок, ну за что? – взвыл он в пространство. Он оставался безутешным до глубокой ночи, ничего не ел, пользуясь только теми заныканными крохами, которые скопились в его тайном месте на Танином шкафу. Впрочем, этими «крохами» можно было питаться пару дней… – Терёня, – Таня вошла к себе в комнату, – где ты, бедный мой? – Ааа, вспомнила, да? – обиженно протянул кот, спешно проглатывая всё, что было во рту. – Не прошло и многих-долгих часов моего голодного и холодного одиночества… – Терентий, ты же был с Враном, тут тепло, а на шкафу у тебя одна из нычек! – хладнокровно ответила ему Таня, которая пожалеть могла запросто, а вот на шею усаживать – нетушки, такое никакая шея не выдержит! – Слезай давай! – Слезать? – горько вздохнул Терентий, свесив голову со шкафа и внимательно отслеживая Танино выражение лица. – Именно! – Но зачем? Зачем тебе я, если у тебя теперь есть такая Басинда-Батонда! – Затем, что я тебя люблю! – улыбнулась ему Таня, буквально через минуту получив увесистое доказательство взаимности – всего котика в комплекте с его вредностью и обаянием, ревностью и слегка поприжавшей хвост самоуверенностью. – И я тебя тоже! – вздохнул Терентий. – Если что, я этого не говорил, – заторопился он. – Сама понимаешь… – Понимаю-понимаю! Пошли, я тебе новый пакетик корма открыла. – А эта где? – Ходит по гостинице и со всеми знакомится. – Мне их жаль, – чопорно выдал Терентий. – Несчастные люди! Главное, чтобы она не зажевала Никиту. – Я Аню предупредила, – очень серьёзно заверила его Таня. – Слушай, а давай мы Соколовскому скажем, что она нам не нужна, а? – воспрял кот. – Тогда, боюсь, он решит, что ты просто слабак, раз не смог расположить к себе кошку своего племени. Сам понимаешь, с простой-то кошкой это легко, а вот с такой… – Да! Ты права! Избавиться от кошки проще, чем от дурной славы! – серьёзно кивнул Терентий. – Тем более что про это узнает Предок… о! Я понял! Это же испытание для меня! Он наверняка отправил мне эту… кошкодамочку, чтобы я ему доказал свои котокачества – изворотливость, хитроумие, обаяние! – Эээ, возможно, – неуверенно ответила Таня. – Тань, точно! Вот железно всё так и есть! Ладно, я не сдамся! Я её обаяю! Она не устоит, вот увидишь! Таня радовалась только тому, что Басина это не слышит. – Сдаётся мне, что вопрос не в том, устоит ли она – Бася кажется во всех отношениях на редкость устойчивой, а в том, не падёт жертвой ли сам Терентий… Ну посмотрим, как оно будет, что ж делать?