Глава 42. Приём котоболота

Аури, уставшую до крайности, увезли домой её бабушка и мама, а Рууха и Лелланд отправились в гостиницу. – Надо же передохнуть после такой чудесной охоты! – довольно улыбалась Рууха, с комфортом размещаясь в автомобиле Соколовского. – А, кроме того, ещё и посмотреть, что там с бедными мальчиками! – под «бедными мальчиками» она имела в виду отца и брата Аури. – К бедным мальчикам пока заходить сильно не рекомендуется! – покачал головой Филипп. – Ты же знаешь, что лисоярость долго не выводится из крови… – Знаю, конечно, – кивнула лиса. – Другое дело, что Лёлик может сделать их немного поспокойнее, конечно, до известного предела, но всё-таки… – Не факт, что Лёлик сможет успеть поймать взгляд, – честно признался Соколовский. – Зелье было сварено концентрированное – зельеварка очень умелая. – Ты поэтому велел Лёлику полностью лишить её воли? – Да, она реально опасна. Её можно было или превратить в рабочий автомат, выполняющий команды ограниченного количества лиц, которым я доверяю, или… разбазарить целую лисицу, – невесело усмехнулся Соколовский. – Что так, что этак – для неё не сильно весело, но первый вариант даёт возможность хоть как-то нивелировать вред, который она нанесла. – Знаешь же, что о веселье для лисицы, которая варила лисоярость и всё остальное, говорить уже не приходится! По нашим законам она полностью лишила себя права на жизнь! – Знаю и был готов к тому, что убеждать твоих соплеменников мне придётся дольше. – Ты себя недооцениваешь! Ты говоришь и действуешь как тот, кто имеет на это право. А что самое потрясающее, так это то, что ты управляешь не только людьми, или лисами, или воронами, – Рууха усмехнулась, – ты парадоксальным образом становишься тем, кто может управлять ВСЕМИ нами. Такого я и не припомню. – Такого раньше и не было, – абсолютно спокойно кивнул «скромный» Соколовский. – И вообще-то я этого не хотел. Так получилось… – И это замечательно, потому что обычно разновидовые существа исконного мира в этих землях действовали по отдельности. Разве что лично где-то общались, но это были единичные случаи, да ещё весьма редкие. А вот сегодня лисы и вороны начали работать вместе, и всё вышло на порядок удачнее! – Я не могу обещать, что это станет правилом. Кроме того, некоторые виды нипочём не будут сотрудничать, вот хоть те же живойты… Примечание автора: живойты – змеи с петушиным гребнем, «короной» или рожками на голове, существование которых учёные категорически отрицают, а многочисленные очевидцы упорно подтверждают. Про них и сказки бывали. Кроме странностей с головой, утверждают, что они умеют летать или, по крайней мере, высоко прыгать. – Ну ты вспомнил, – усмехнулась Рууха. – Эти вообще ни с кем не сотрудничают! – А вот не скажи! – покачал головой Сокол. – Неужели они к тебе обратились? – Да, правда, через посредников, но что было, то было! – А что им надо? – Сложно сказать. Я пока не общался, они просто прислали просьбу прибыть и выслушать их. Но в любом случае, с учётом их характера, сотрудничать с другими видами они не станут. – Да пусть бы хоть не пугали, уже радость! – фыркнула Рууха. – У людей ведь как? Один увидит летящего на него по воздуху живойта, а потом будет лопатой или палкой стучать по всем встреченным змеям, даже безобидным как дождевые червяки! – Полозам только так не скажи! – рассмеялся Соколовский. – Да, кстати, у меня поселился ещё один представитель рода говорящих котов! Точнее, ещё одна – это кошка. – Да ладно? – обрадовалась Рууха. – А как же мой любимец Терентий это перенёс? – С ходу от души нахамил, а теперь страдает от заслуженного презрения и игнора! – Я должна это видеть! – у Руухи заблестели глаза, а якобы дремлющий Лёлик вздохнул и изобразил на физиономии выражение под названием «я так и знал». В гостинице Сокола, вышедшего из гаража первым, встретили с волнением. – Танечка, всё отлично, Аури с мамой и бабушкой, злодеи пойманы, примерно наказаны, так что у нас всё расчудесно! – успокоил свою сотрудницу Соколовский. – Вран едет на машине Руухи и скоро будет, а Крамеш пока присматривает за поведением одной из злоумышленниц – для контроля за её адаптацией в новом психическом состоянии. – Фууух, вот и хорошо! – выдохнула Таня, которая, конечно, переживала. – А у нас тоже всё хорошо? – Да, только те два лиса расходятся всё больше и больше, уже на стены бросаются! – При применении лисоярости так и бывает, – подтвердил Соколовский. – Я привёз Рууху и Лёлика, они на день-два побудут тут. А я должен съездить на встречу – как раз хорошо успею доехать! Оставляю гостей на вас! – Замечательно! – обрадовалась Таня. – Сейчас я скажу Карине, чтобы она приготовила им комнаты. Сама Татьяна заторопилась на кухню, но была перехвачена Терентием, который встретил её в коридоре и применил приём «котоболота». При таких манёврах небольшого, в сущности, животного человек вязнет в нём как в настоящей трясине и лишается не только скорости передвижения, но и вовсе способности куда-то идти, по крайней мере, пока не выпутается из кота. – Терёня, ты меня зачем стреноживаешь? – возмутилась Таня. – Для содействия! – тихо признался Терентий. – Нужно, чтобы Рууха мне помогла, но тайно, понимаешь? – Пока не очень! – И что ты такая непонятливая? – возмутился кот. – Надо, чтобы ты передала Руухе мой мяв о помощи! Ты же понимаешь, что у меня долг, да? – Какой ещё долг? – Да перед родом же! Ой, что ты сегодня так тормозишь? Перед родом говорящих котов, разумеется! – И в чём же он состоит? – Татьяна как раз сообразила, что именно имеет в виду кот, но не собиралась облегчать ему задачу. – Как в чём? Я просто обязан оставить как можно больше потомства, и тем более – от говорящей кошки! – А ты ей уже об этом сказал? – осторожно поинтересовалась Таня. – Конечно! – Конечно, я сказал! – продолжил Терентий, причём крайне оскорблённо. – А она… она… ну спроси вот, что она сделала, что ты просто так стоишь? – И что же она сделала? – Треснула меня по уху так, что у меня до сих пор ощущение, что вокруг него комар вьётся и звенит! – Эээ, понимаешь, какое дело… я бы тоже оскорбилась, если бы ко мне кто-то пришёл и объявил, что у него супермиссия – сделать как можно больше детей, а сейчас… ликуй, недостойная, очередь дошла и до тебя! – Да почему недостойная-то? – удивился Терентий. – Как раз достойная! – Вот она достойно тебе и ответила! – кивнула Татьяна. – Что? И ты бы по уху дала? – изумился кот. – Морально – безусловно. А если бы стал настаивать, то… право на самооборону никто не отменял! – Ужасно… как нам тяжко жить! – вздохнул кот с непередаваемым выражением. – Нам – это кому? – Котам и мужчинам! – пояснил Терентий. – Ты ж пойми… у меня долг перед родом! – А у неё – перед собой! – парировала Таня. – Бася, видимо, не хочет, чтобы её воспринимали только как средство для заведения котят и отдачу твоих долгов кому бы то ни было! – Да я ж того… я ж не просто! – засуетился Терентий, запрыгнув на подоконник и потянувшись к Таниному уху. – Я тут смотрел, смотрел… а она НИЧЕГО СЕБЕ! – Посмотри ещё! Потому что, если ты ей придёшь и что-то такое скажешь, то тебе не просто по уху дадут, тебе хвост бантиком завяжут! – Серьёзно? – изумился Терентий. – И где логика? – А вот пусть тебе Регина объяснит. У неё это хорошо получится! С огоньком! – посулила Таня. – Погоди, и куда это ты так быстро заторопился? Рууха сейчас из гаража придёт. – Да я тут подумал, что пойду лучше ещё на крышу схожу! Спою о жизни моей тяжкой, Эдику морду начищу, воздухом подышу! Всё проще, чем думать, как и кто воспримет такой житейский, в сущности, вопрос… – Терентий пинком открыл дверь, ведущую на чердачную лестницу, и канул там, впрочем, ненадолго – не успела Таня дойти до стены, которая являлась входом в её квартиру, как он выглянул из дверного проёма и заявил: – Никому ничего не говори! У нас с тобой был конфиденциальный разговор! Я подумаю, как мне выживать в таком беспределе, а потом ещё с тобой побеседую на эту тему! – Хорошо- хорошо, – покивала Татьяна. – Думать, прежде чем говорить, – это вообще очень полезное занятие! Однозначно, по уху реже будешь получать! На лестнице, ведущей с первого этажа, что-то загрохотало, голос Руухи уточнил, цел ли её любимый Лёлик и чуть менее любимый чемодан. Очень невнятный ответ Лёлика свидетельствовал о том, что как минимум один из любимых более-менее цел, так что Таня поспешила вернуться – чайник подождёт, а вот её чудесная знакомая – нет! Рууха действительно ждать не очень любила, так что достаточно язвительно выясняла у внука, собрался ли он жить на её чемоданчике, после того как прокатился на нём вниз с лестницы, или можно рассчитывать на то, что он когда-нибудь слезет с её вещей? – Ой, Танечка! Как я рада тебя видеть! – обрадовались все – и Рууха, которая оставила в покое внука и заспешила к Тане обниматься, и Лёлик, которому выпал шанс без комментариев бабули отсоединить себя от здоровенного чемодана. – Я тоже так тебе рада! Лёлик, тебе помочь? – Таня оценила размеры «чемоданчика», в который можно было запихать всего немаленького лиса, причём в его людском виде, да ещё и место осталось бы! – Ни в коем случае! – провозгласила Рууха. – Лёлик, вперёд, к свершениям! А мы с Танечкой пойдём в наши комнаты и будем ждать тебя там! Рууха шагнула вперёд, а Таня, сочувствуя Лёлику из-за габаритов «свершений», кивнула гостиничной сове, которая пряталась за одной из балясин мраморной гостиничной лестницы, указав ей на несчастного Лёлика. Сова понятливо угукнула и слетела к гостю – ей-то нетрудно. – Так, рассказывай! Сокол поведал мне про говорящую кошку! – Рууха времени зря не теряла. – Какая она? Что с Терентием, как он ей нахамил? От Соколовского никаких НУЖНЫХ деталей не получить – я его люблю, конечно, но мужчины на половину нюансов внимания не обращают! – Не знаю, как Филипп Иванович, он, по-моему, весьма наблюдательный, но вот Терентий точно не обратил внимания… – Таня быстро описала первую встречу и последующие Терентьевские заходы, не упоминая недавней беседы. – Потрясающе! Потрясающе везучий кот! Я бы на месте этой кошечки с ходу вышла бы за него замуж! Вот прямо не раздумывая! – Почему? – Как же! А профессионально испортить ему жизнь, да ещё так, чтоб он не убежал? А отомстить так, как он этого заслуживает? – Рууха в азарте потёрла ладони. – Ах, какие грандиозные возможности! А что она ещё делает, когда не сдерживается, чтобы устроить коту достойное возмездие? Услышав о том, что Иван начал регулярно питаться под воздействием грубого котошантажа, что новенькая пара с проблемой ночных крыльев взята под шефство, а Муринка катается верхом на Басине, когда расстроена из-за Уртяна, Рууха заявила: – Танечка, веди меня к этой замечательной кошке! Я прямо чую родственную душу! Как она сказала? Тапнуть по эскейпу? Великолепно! И почему мне это в голову не пришло? – На следующий день она пригрозила, что уляжется спать на клавиатуру… – рассмеялась Таня. – Безукоризненно! – похвалила Рууха. – Самой это хотелось сделать! Так, а где же Лёлик с моим чемоданчиком? Как выяснилось, и Лёлик, и здоровенный «чемоданчик» уже давно были в коридоре – просто разумный Лелланд решил, что пока лучше под горячую бабулину лисолапку не попадаться, так что притормозил сову, попросив отпустить ношу у окна, а потом просто заболтался с прибывшим Враном. – Лёличек! Радость моя грузоподъёмная! – возликовала Рууха. – Затаскивай вещи в номер и болтай с Враником хоть до вечера! А я пошла знакомиться с новой родственной душой! – О ком это она? – шёпотом уточнил Лёлик у ворона. – Думаю, что о Басине… они чем-то похожи. По крайне мере, решительностью – так точно! Басину Таня и Рууха застали на кухне, и если Татьяна и удивлялась, почему это кошка до сих пор не вышла знакомиться и общаться, то тут сразу поняла в чём дело – Бася была сильно занята – на диванчике сидели и плакали Карина и Светлана. – Чёрно-белое совершенство! – шепнула Тане Рууха. – Карину я знаю, а беленькая – это кто? – Голубка, – также беззвучно ответила ей Таня. – Она человек, но со способностью становиться голубкой. – Потрясающе! Как много я пропустила! Но какая же кошь умница – утешает в высшей степени правильно, – одобрила Рууха, с ходу решив помочь. Когда Рууха начинала кого-то утешать, можно было только сделать выбор и или успокоиться самому, или упокоиться с миром, чтобы долго не мучиться! Девушки разумно выбрали первое – инстинкт самосохранения никто не отменял!