Глава 20

Влад вскидывает брови, когда я игнорирую его протянутую руку, и шагает вслед за мной. В кабинете витает едва уловимый аромат синеглазки, и я невольно смотрю на её стол. Ноутбук закрыт, на столе прибрано, сумочки нет — значит, я всё же пришёл первым.

— Ты сегодня не с той ноги стал? — интересуется коллега, вальяжно усевшись на стул.

— Всегда предпочитаю вставать на обе, — я упираюсь кулаками в стол, прожигая Влада злым взглядом. — Расскажи-ка мне Владислав Николаевич, сколько лет ты в этой компании трудишься?

Тот окидывает меня снисходительным взглядом и надменно отвечает:

— Подольше тебя, знаешь ли.

— Красавчик! — холодно усмехаюсь. — Рохманов тобой доволен?

— А ты как думаешь? Я вообще-то здесь не на последнем месте числюсь.

— А я думаю, что ты расслабился. И свои должностные привилегии растрачиваешь только на то, чтобы баб окучивать.

— Ты за словами следи, — хмурится Влад.

— Зачем? Твою тонкую душевную натуру беречь? Мне на неё насрать. Я лучше за тобой послежу, — обещаю без обиняков. — И параллельно подготовлю командировочный отчёт о расходах в Питере. Впишу туда, пожалуй, люксовый номер на двоих, а букет из роз и шампанское в номер — оставлю вишенкой на торте.

Местный Казанова моментально выпрямляется, расправляя пиджак.

— Ты о чём?

— О твоих попытках завалить мою помощницу в койку во время командировки.

— Ты вместо меня ездил? — ошарашенно спрашивает он.

— А ты не в курсе? Печально.

— Никакого люксового номера не было, — отрезает уверенно и нагло.

— Не в моих привычках быть голословным, Влад. Я же не с пустыми руками приехал. Жаль, шампанское не прихватил, к нему никто так и не притронулся.

— Ладно, угомонить уже. Я тебя понял.

— Ни хрена ты не понял! — рявкаю я, раздираемый злостью и ревностью. — Я тебе говорил не лезть к ней?

А ты полез, мразь такая. Это бесит настолько, что хочется набить его посвежевшую рожу так, чтобы ещё больше разбухла и фиолетовый окрас добавился.

— Тебя каким боком это колышет в конце концов?!

— Это моя сотрудница, — проговариваю каждое слово. — И меня не устраивает, что престижную юридическую организацию, в которой я работаю, ты превратил в личный гарем. Не понимаешь по-хорошему, устрою скандал.

— Ты Дарью подставишь!

— Дарью подставил ты, причём ещё в Питере. К твоему шикарному «сюрпризу» она оказалась не готова. И искала себе отель ночью в незнакомом городе.

Влад умеет держать лицо, даже бровью не ведёт.

— Это потому что ты поехал, — заявляет он.

Чёткий удар прямо под дых. Кулаки сжимаются ещё сильнее. Успокаивает только одно — голубки, похоже, совсем не обсуждали поездку, и Влад ничего не знает. Поэтому я смело гну свою линию:

— Вот так Рохманову и объяснишь.

— Да успокойся ты!

Успокоиться? Это вряд ли. Я теперь ещё долго тебя грызть буду при любом удобном случае.

— Я спокоен, — скалюсь в подобии улыбки. — И сказал тебе всё что хотел, а сейчас будь добр, закрой дверь с другой стороны, у меня дел полно. Отчёт подготовить нужно.

— Какой к чёрту отчёт?! Сдурел?! — Влад кипит. — Тормози давай!

— И не подумаю. По-другому ты не понимаешь.

— Тебе Дарья нажаловалась? — звучит внезапный и совершенно неожиданный вопрос.

Зависаю, продолжая прожигать любвеобильного мачо убийственным взглядом. Дарья мне ни на что не жаловалась. А должна была?

— Мне хватает того, что ты у дверей моего кабинета пасёшься с утра пораньше, чтобы её подловить! — отвечаю уклончиво. — Достал ты меня.

В этот момент дверь кабинета распахивается и на пороге замирает Дарья. Стреляет синевой своих глаз в нас обеих, а потом молча проходит к своему месту.

— Так я тебе говорю, что всё понял! — на полтона тише говорит Влад. — Больше этого не повторится…

Я практически не слушаю. Слежу взглядом за Дарьей: как она садится за стол, включает ноутбук, достаёт бумагу и начинает что-то писать. В голове стреляет запоздалая мысль. Когда голубок к Даше захаживал и спать не давал? В воскресенье? А к матери ездил в субботу… Или же наоборот? Я уже запутался в приключениях этой парочки!

— Когда, говоришь, на тебя аллергия напала? — перебиваю Влада, который продолжает что-то бубнить.

Тот замолкает и бросает на мою соседку по кабинету короткий взгляд. Лицо всё такое же невозмутимое, а шея краснеет.

— В прошлые выходные…

— А поконкретнее? В субботу или в воскресенье, а может вообще в понедельник?

Ручка замирает над листком — Даша прислушивается к нашему разговору. К её щекам приливает кровь.

— Да какая разница? — Влад тоже вспыхивает и поднимается с места. — Как нанюхался, так и почувствовал себя плохо. Ты мне скажи, как мы с тобой действующий вопрос закроем, и я пойду.

— Так ты иди, я не держу, — киваю на дверь. — А наш с тобой действующий вопрос пока останется открытым.

В ответ мне прилетает только настороженный взгляд без каких либо комментариев, и вскоре я остаюсь один на один с виновницей наших распрей. Кабинет погружается в напряжённую тишину. Слышится только быстрое чирканье ручкой по листку.

Чего она там пишет?

Хмурюсь, включая компьютер, и не лезу с расспросами. Просто потому что меня сейчас пошлют в лес по ягоды, а я снова ляпну что-нибудь, о чём потом пожалею. Ухожу к термопоту и делаю себе чай. Параллельно скашиваю глаза, пытаясь подглядеть в листок. Безуспешно. Дашка будто специально на стол навалилась и спиной всё закрыла, стоило мне подойти.

Возвращаюсь к столу с горячей чашкой и проверяю утреннюю почту. Все пятничные письма проверенны, ответы к ним развёрнутые, где нужно прикреплены файлы. Проверяю парочку мельком и ещё раз убеждаюсь, что мне повезло с помощницей. Почти…

Внезапно Даша встаёт, молча забирает листок и выходит из кабинета. А я зависаю, глядя на хлопнувшую дверь. Меня всего охватывает неприятное предчувствие, в груди леденеет. Уж не к Борису ли она направилась? С заявлением на увольнение…

Нет. Бред же. Уходить от Рохманова Дашке не выгодно. Во-первых, репутация у него отличная, фирма на слуху у многих, да и в зарплате он не обижает. А у неё ипотека двадцатилетняя.

Точно бред!

Сижу как на иголках минут двадцать, если не больше, но в кабинет возвращаться никто не торопиться. Тишину кабинета разрывает мелодия собственного телефона. Смотрю на дисплей — Борис Романович по мне соскучился. Принимаю вызов:

— Доброе утро.

— Ты на месте, Илья Львович?

— Да, у себя.

— Зайди. Разговор есть, — звучит серьёзным тоном.

Он отключается, а я напрягаюсь ещё больше. Вылетаю из кабинета и в коридоре пересекаюсь с Дарьей. Она проходит мимо, замешкавшись лишь на мгновение. Меня игнорирует полностью, обходит, не глядя, и скрывается за дверью. Сомнений не остаётся — она точно была у директора, что он и подтверждает, едва я оказываюсь с ним один на один.

— Садись, — показывает мне на стул Борис Романович. — И рассказывай, как вы успели всего за месяц достаточно перспективного сотрудника сожрать.

Твою же… Всё таки подала заявление, глупая!

— Не понял, — прикидываюсь валенком.

— Твоя помощница принесла мне заявление на увольнение, — Рохманов небрежно бросает мне листок. — Не в курсе? Хреновый ты руководитель, Илья Львович.

Уже второй раз за последние несколько дней я слышу эту фразу. Видать, не врут.

— Не в курсе, — отвечаю спокойно. — Причина?

— По собственному желанию! Как я ни пытал Дарью Сергеевну, она ничего не сказала. Вот решил на тебя переключиться.

Я молчу, потирая виски. Подозреваю, что главный виновник этого шага — я, но не говорить же об этом.

— Прежде чем делать какие-то выводы, мне самому разобраться нужно. Дай мне пару дней.

— День, Илья! — обрубает Рохманов. — Ладно, если бы бестолковая была, но она вполне справляется! Как я Глебу Градскому буду объяснять, что от меня его знакомая сбежала сверкая пятками?

— Хорошо, день, — не спорю, двигая к себе заявление. — Я поговорю с ней.

— Тогда не трать ни моё ни своё время, — небрежно машет он на дверь. — Без отработки я всё равно её не отпущу.

Возвращаюсь в кабинет. Дарья стоит у окна и разговаривает с кем-то по телефону и, увидев меня, тут же сворачивает разговор:

— Я вам перезвоню чуть позже и всё обсудим.

Отключает телефон и возвращается на своё место. Я подхожу к её столу и сажусь напротив.

— Увольняешься?

— Я бы не хотела обсуждать с вами эту тему, Илья Львович, — отрезает холодно, не глядя на меня.

— Даш, это глупо. Здесь перспективы и опыт!

— Здесь нет ничего, кроме проблем!

— Это из-за меня?

— Слишком много чести, — фырчит едко, но в то же время бледнеет.

— Из-за Влада?

— Всё проще. Я. Не хочу. Здесь. Работать! — чеканит каждое слово.

— И ты это поняла после поездки на форум. Я правильно понимаю?

Дарья устало прикрывает глаза.

— Пожалуй, мне стоит взять больничный на время отработки! — она поднимается с места.

Я подрываюсь следом, удерживая её за руку и не давая пройти. Дашка резко отшатывается и шипит на меня рассерженно:

— Не смей меня трогать!

Я застываю в шоке, но всё же отпускаю её.

— Хорошо, не буду, — произношу примирительно. — Но сейчас ты меня выслушаешь, Дарья.