Глава 10
Дарья
Не отдам…
Два слова, сказанные уверенным ровным тоном, вонзились в сердце стрелой. И теперь оно пульсирует, нагоняя воспоминания. Обещание, которое развеялось пеплом три года назад. Обещание, о котором я предпочитала не вспоминать.
Прикладываю ладонь к груди, ощущая под тканью блузки свою маленькую змейку. Мой талисман лежит на коже, как свидетельство того, что всё это было взаправду. И обещание, и любовь, и счастье, и… Илья.
В моей жизни бывало не мало моментов, когда то счастливое время казалось мне не больше, чем сон или игра воображения. А синеглазая змейка не давала мне потеряться в реальности. Вот и сейчас не даёт — всё было, и она тому свидетель.
Дверь кабинета распахивается, и в кабинет заглядывает Влад.
— Тук-тук! — улыбается мне, запоздало стукну по косяку костяшками пальцев. — Занята?
Для тебя всегда! — говорю мысленно, но не вслух.
С ним сложно. Мужчина, не принимающий отказов, буквально не даёт мне проходу. Обычно хватало пары-тройки твёрдого «нет», или одного прямого объяснения, что у меня есть парень. Поклонников как ветром сдувало, а этот прилип так, что не отодрать!
— Я работаю, — улыбаюсь натянуто.
Влад всё равно подходит и садится у моего стола.
— Не буду отвлекать тебя надолго, — обещает он. — Ты в курсе, что через две недели пройдет ежегодный юридический форум?
— Да, наслышана о таком.
— Была когда-нибудь?
— Нет.
Когда я работала в компании Марка Градского, на это мероприятие ездили только руководители юридического и договорного отдела. Я бы поехала в этом году, как руководитель, но уволилась. Так что, не судьба…
— В этом году поедешь, — произносит Влад, причём не как вопрос.
— Я? — у меня глаза на лоб лезут.
Я же работаю тут меньше месяца!
— Да. Рохманов считает, что тебе нужно присутствовать.
— Но…
— Командировочные оплачиваются, не переживай!
— Дело не в этом! Разве в компании нет более достойных кандидатов? — я до сих пор не могу поверить.
— А кто сказал, что ты недостойная? К тому же — с начальством не спорят!
— У меня и в мыслях не было…
— Значит, хочешь поехать?
Ещё спрашивает?! Да кто тут откажется?!
— Конечно! А кто ещё поедет?
Тут дверь кабинета снова распахивается, и на пороге застывает Илья. Осматривает нас внимательно и проходит к столу. Мы сталкиваемся взглядами. Его — непривычно тёмный. Кажется, он не в духе…
— Обед ещё не начался, — чуть не по слогам цедит.
Вадим украдкой закатывает глаза и поднимается с места, поправляя пиджак.
— Я уже уходить собирался, — отвечает с вызовом, а потом поворачивается ко мне и добавляет мягче: — До встречи, Дашунь.
Даже его сладенькое «Дашунь» не может перебить моё восторженное состояние. Я чувствую себя так по-особенному важно, словно являюсь неотъемлемой частью большой команды.
— Илья, ты не поверишь… — едва начинаю делиться новостями, как он резко отталкивается от стола, на который только что опирался руками и перебивает.
— Я смотрю, ты неплохо освоилась!
Замираю, широко распахнув глаза. Его тон настолько тяжёлый и резкий, что меня будто гвоздями припечатывает к месту.
— Я… — пытаюсь собраться с мыслями.
Что он имеет в виду? Это ведь не комплимент? Судя по тону, ни черта не похоже!
— Что-то не так? — начинаю волноваться.
Может я допустила где-то ошибку?
— Мой кабинет — не место для твоих свиданий! — поясняет жёстко, испепеляя взглядом. — Если совсем невтерпёж, и вы не можете дождаться вечера, то весь флирт оставьте за этой дверью! — он показывает на выход.
Это обидно. Даже больно. Его резкие слова режут по живому. Сердце, что пару минут назад трепыхалось от восторга, в момент затихает и льдом покрывается.
— Я не устраивала никаких свиданий… Влад пришёл, чтобы…
— Я прекрасно знаю, зачем пришёл Влад — выделает интонацией моё необдуманное обращение. — Если тебя всё устраивает — отлично! Меня это мало волнует, пусть твой благоверный беспокоится о том где, когда и с кем ты общаешься. От меня лишь — самая малость: пока ты работаешь здесь, со мной, будь добра, придерживаться деловой этики. И это не просьба!
В голубых глазах такая буря бушует, что я невольно отвожу взгляд. По венам расползается холод. Господи, почему я вообще оправдываюсь?! Я не должна!
— Как скажете, Илья Львович! — резко поднимаюсь с места. — Впредь, на работе — только деловая этика. И если вас не затруднит, старайтесь сами её придерживаться и больше не суйте в мою личную жизнь свой высоко вздёрнутый нос! — резко ухожу к двери, меня потряхивает: — И это тоже не просьба!
Я отхожу к окну, пытаясь успокоиться. За три ушедших года я не подпустила к себе ни одного мужчину. НИ ОДНОГО! И тем больнее слышать грязные домыслы от того, кого видела своим единственным.
— Ты сама его убедила… — змеёй шипит подсознание, но обида берёт своё.
Да, убедила. Потому что жить не желала. Сломалась и пропала. Я хотела для него счастья. Но дело не в этом! Будь у меня хоть сотня мужчин после Ильи, его это не должно касаться. Он не может выговаривать мне всё, что в голову взбредёт!
Деловая этика в первую очередь нужна мне с Ильёй, а не с настойчивым Владом, который меня волнует меньше всего. Потому что иначе мне больно и сложно. Он мой руководитель, не бывший парень, которого я любила без памяти. Это нужно зазубрить и выжечь на подкорке сознания. Нам обоим.
Вся следующая неделя проходит в холодном напряжении. Мы практически не разговариваем. Обращаемся друг к другу исключительно по имени отчеству и на «вы». Деловая этика в действии на полную силу. Я выдыхаю с облегчением, когда Илья уезжает на встречи или в суд. Мне даже проще работать с ним на расстоянии, когда он звонит по телефону и даёт поручения.
Вторая неделя проходит в таком же холодном градусе. Минимум разговоров, максимум требований. В пятницу Илья уезжает на заседание, а Рохманов, вызывает меня к себе. В кабинете директора уже сидит Влад.
— Вызывали, Борис Романович?
— Проходите, Дарья Сергеевна, — кивает Рохманов благосклонно. — Не могу дозвониться до Ильи Львовича.
— Он в суде.
— Ясно. Вы наверняка в курсе, что у нас по делу Литвинова? Он спешит к нам с очередной проблемой, успокоить надо и помочь.
— Хорошо, — тут же соглашаюсь.
Я конечно не Тихонов, но дело Литвинова изучала, как и все остальные дела нашего ведущего юриста.
— Отлично, тогда ждите гостя, а пока садитесь, обговорим предстоящий форум, на который вы поедете с Владиславом Николаевичем.
Влад улыбается мне, чуть прищурившись, а я немного теряюсь. Мы что, поедем вдвоём?! Вопрос так и глохнет на языке. Я молча сажусь на свободный стул и жду слов директора.
— Светлана Александровна не сможет присутствовать на мероприятии, поэтому поедете вы. Поездка запланирована на вторник, предупредите Илью Львовича, что в этот день вас не будет.
— А Илья Львович не поедет?
— Не планировал. А вы, если не ошибаюсь, изъявили желание…
— Да, я хотела, но…
Никак не вдвоём с Владом!
— Для «но» уже поздно, Дарья Сергеевна. У нас четыре места забронировано, и им лучше не пустовать.
Четыре места… Значит мы будем не одни. Мне легче.
— Я сообщу Илье Львовичу, — киваю гораздо спокойнее.
— Вот и хорошо, — Борис Романович протягивает мне бумаги. — Здесь заявленные к обсуждению темы, изучите в свободное время, чем больше подготовите вопросов, тем лучше.
— Спасибо.
— Теперь вам лучше встретить нашего клиента в переговорной. Владислав Николаевич, составишь Дарье компанию?
— С удовольствием.
Мы вместе выходим из кабинета директора. Влад не упускает возможности коснуться моего локтя, пропуская вперёд, а я стопорюсь, чувствуя, как по коже расползаются неприятные колючки.
— Владислав Николаевич…
— Влад, — мягко поправляет меня.
— Владислав Николаевич, — повторяю упрямо. — Я хочу прояснить один момент. Я очень ценю своё личное пространство. Оно для меня, как на вес золота. Прошу вас не принимать это на свой счёт, и просто постараться это учитывать.
В карих глазах моего коллеги проносится тень недовольства. На мгновение он сжимает челюсти, но довольно быстро расслабляется.
— Хорошо, Даш. Я тебя услышал.
Отворачиваюсь и иду дальше. Влад не отстаёт. Мы почти доходим до переговорной, как за спиной раздаются быстрые тяжёлые шаги. Шеи касаются холодные пальцы, я изумлённо вскрикиваю, когда меня резко разворачивают, буквально схватив за ворот жакета.
Машинально вскидываю руку и сбиваю чужую хватку. И только потом фокусирую взгляд на той, кто меня так «ласково» развернул. Передо мной Грушина. Злая как тысяча чертят.
— Свет, ты охренела? — рявкает Влад, загораживая меня.
— Я охренела?! Это твоя новая лямурка охренела! — рычит в ответ. — Уже её и на форум вместо меня берёшь?!
— Даш, зайди в переговорную, — оглядывается на меня Влад.
Я быстро распахиваю дверь, залетаю в помещение и поправляя одежду. Я в шоке! Красивой, уверенной в себе женщине под сорок лет, а она как девица пятнадцатилетняя за мужика драться готова. Причём который абсолютно этого не стоит!
Сумасшедшая истеричка…
Сажусь за стол, и жду какое-то время. Дверь снова распахивается, но мне заглядывает не Влад, а практикантка Наташа.
— Уже здесь, Дарья Сергеевна? — улыбается мне и пропускает вперёд полного мужчину в годах. — Проходите, Василий Иванович.
— Добрый день, — приподнимаюсь с места, приветствуя Литвинова.
Мужчина скептически меня осматривает, но всё же проходит к столу. Кладёт дипломат на соседний стул и спрашивает:
— А где Илья Львович? Я думал, с ним побеседую.
— К сожалению, он сейчас занят, но я с удовольствием помогу вам разобраться в вашей проблеме.
— Ну… — ещё один скептический взгляд. — Ладно.
Мы беседуем около часа. Мужчина, как истинный предприниматель, дотошный до каждой мелочи. Разбираем с ним тысячу «если», прежде чем он окончательно успокаивается.
— Значит реально это приобщить к делу? — в его глазах уже полное доверие.
— Да, разумеется. Я сегодня же отправлю ходатайство.
— Спасибо, Дарья Сергеевна! — вздыхает с благодарностью мужчина. Успокоили!
Дверь снова открывается и к нам заходит взвинченный Владислав Николаевич.
— Помощь нужна, Дарья Сергеевна?
— Мы уже разобрались, — отвечаю я, поднимаясь вместе в Литвиновым из-за стола. — Или у вас ещё остались вопросы?
— Нет, Дарья Сергеевна! Ещё раз большое спасибо, — довольно рапортует он, и даже протягивает руку, забываясь, а потом поспешно опускает её и просто кивает.
Влад придерживает дверь уходящему мужчине, а потом говорит:
— И в кого ты такая умница?
Я морщусь, чувствуя как шею жжёт. Видимо Грушина задела меня своими коготками.
— Владислав Николаевич, — прикладываю руку к саднящему участку кожи. — Я считаю, что нам стоит ограничить общен… — не договариваю, застывая как потерянная девчонка.
Округляю глаза, ощупывая шею. Скольжу ладонями по плечам, груди. Меня окутывает такая паника, что не описать словами.
— Что такое? — настороженно спрашивает Влад.
— Цепочка… где моя цепочка?! — шепчу не своим голосом и тут же осматриваю пол под ногами.
Моя синеглазая змейка пропала! Я потеряла свою змейку!
Буквально сваливаюсь на колени, осматриваю всё: под столом, под стулом на стуле.
— Нет! ЕЁ НЕТ! — с ужасом смотрю на щель в полу.
Щель достаточно широкая, змейка могла легко проскользнуть.
— Так, успокойся, — командует Влад, тоже склоняясь к полу. — Что мы ищем?
— Кулон! Змейку на цепочке. Она маленькая, с синими глазками!
Я шагаю вдоль стола, двигаясь тем же маршрутом, как шла сюда.
— Господи, только бы в щель не провалилась.
— Может ты её надеть забыла?
— Я НИКОГДА ее не снимаю! Это всё Грушина! Она мне цепочку порвала!
— Не переживай, если не найдём, я лично куплю тебе новую.
— Нет! Мне нужно найти именно её! — мною продолжает управлять самая настоящая паника. — Она мне очень дорога! Влад, пожалуйста, ищи здесь, а я посмотрю в коридоре…
Подрываюсь к выходу, но мгновенно спорюсь. Возле открытой настежь двери стоит Илья. Его голова опущена, взгляд прикован к собственной ладони. Он настолько неподвижен, что я даже не заметила его сразу!
Подхожу ближе, и он протягивает руку ко мне. На пальцах что-то блестит.
— Это ищешь? — спрашивает хриплым басом.
А затем поднимает глаза, в которых столько эмоций плещется: шок, неверие, растерянность. Я ничего не могу ответить. Стою напротив и не дышу. Илья сам касается моей руки, поднимает ладонью вверх и кладёт в неё мою синеглазку.
— Спасибо… — Сжимаю дрожащие пальцы в кулак.
Илья отводит взгляд в пол.
— В коридоре рядом с дверью лежала, — произносит тихо, а затем разворачивается и быстро уходит, ни разу не обернувшись.