Глава 11
«Я всегда мечтал увидеть в ее глазах ту любовь, которая есть в моих… И сегодня, наконец, я ее увидел. Но она - не для меня…»
Автор неизвестен
Валерия
Телефон продолжал настойчиво вибрировать в моих руках. Глупо прятаться, тем более я больше недели с ним не разговаривала. Глянув ещё раз на фотографию Майкла, нажала на кнопку ответа.
- Привет.
- Привет, детка. Ну наконец-то я до тебя дозвонился. Куда ты пропала? Я уже начал переживать.
- Прости, что не звонила. Не было возможности.
Хотя мы оба прекрасно понимаем, что это лишь отговорка. Если бы было желание, нашлось бы и время для общения.
- Что-то случилось? - уже с напряжением в голосе уточняет Майкл.
- Бабушка умерла, было не до разговоров. Организация похорон, сам понимаешь.
- О, боже! Детка, почему ты не сообщила, я бы прилетел!
- Майкл, всё нормально. Не хотела тебе усложнять жизнь: у тебя работа, пациенты. Тем более ты её не знал.
- Я бы нашёл время для ТЕБЯ, малышка. Мы ведь почти одна семья, и в такие сложные моменты должны быть рядом.
Его фраза резанула по ушам… «Почти семья»… От этого внутри всё содрогнулось, и пришло чёткое понимание, что так дальше продолжаться не может.
- Прости, мне просто хотелось чуть-чуть спокойствия и было необходимо хоть немного побыть одной.
- Понятно… Но я не стал бы тебе в этом мешать, сама же знаешь.
- Знаю. Давай закроем эту тему. А что у тебя за этот период произошло? Всё хорошо?
- Да, всё отлично, - и замолчал, словно раздумывая, о чём спросить дальше. - Лера, вы его нашли?
- Ты сейчас о ком спрашиваешь?
Понимаю, глупо было надеяться, что этот вопрос не прозвучит, но как же не хотелось разговаривать с Майклом о Стасе.
- Хорошо, сделаю вид, что я поверил, и ты действительно не понимаешь, о ком идёт речь. Немного перефразирую: вы нашли отца Максима?
Можно было бы, конечно, соврать, но что бы это нам дало в итоге? Ничего, кроме разочарования…
- Да. Мы нашли его и поговорили. Теперь Стас в курсе, что у него есть сын.
- И-и-и…
- Майкл, спроси открыто о том, что тебя интересует. Я тебе никогда не врала, и сейчас не планирую этого начинать. Не думаю, что ты хочешь узнать, как прошла встреча отца и сына.
- Ты права, в действительности меня интересует совершенно другой вопрос. Как прошла ваша с ним встреча? Ведь ты его не забыла, а он?
- Сложно забыть, когда у тебя бегает постоянное напоминание об этом.
- Ты уходишь от ответа.
- Наша встреча прошла спокойно, в баре.
- Он тебя туда пригласил?
- Нет, мы столкнулись совершенно случайно.
- Серьёзно?
- Это допрос?
- Пытаюсь понять, что нас с тобой ждёт в дальнейшем. Ведь ты так и не сказала «да» на моё предложение.
- Это нетелефонный разговор.
- Детка, в этом ты неправа. «Да» - обычно можно сказать по телефону, а вот «нет» требует личного присутствия. Ведь я тебя сейчас правильно понял?
- Если ты ставишь вопрос так, то…
- Подожди…
- Чего ждать, Майкл? Ты всё правильно понял… - резко выдохнула, как же сложно обидеть хорошего человека, но больше нет смысла тянуть с этим вопросом. - Я не хотела этого говорить по телефону, но раз обстоятельства складываются таким образом, то мой ответ - нет.
- Почему?
- Ты достоин лучшего…
- Лера, не надо мне заливать о том, какой я замечательный, когда тебе я не нужен. Значит не так уж и хорош!
Не так я себе представляла наш с ним разговор. Не хотела причинять ему боль, но и продолжать наши отношения больше не могла. «Стерпится - слюбится» это не о нас. Хотя, похоже, это вообще не мой вариант.
Это уже не первый отказ, который Майкл получает от меня, но каждый раз разговор даётся всё сложнее. Он словно не слышит, о чём я ему говорю, а может просто-напросто не хочет слышать. И мы продолжаем оттягивать неизбежное…
Я продолжала молчать, не зная, что ему ответить. Он мне нужен, как друг, но Майкл этого не оценит. Мне было бы сложно принять дружбу любимого человека. Лучше уж в таком случае разорвать все отношения, чем медленно резать себя живьём…
- Что же ты молчишь?
- То, что я могу предложить, тебя не устроит.
- А ты попробуй, и не решай за меня!
- Майкл, зачем ты себя мучаешь?
- Чем он лучше?
- Ничем.
- Хорошо, что Я делаю не так? Плохой любовник? Мало уделяю внимания? Недостаточно заботлив? Что, чёрт побери, не так?! ЧТО?!
- Всё ты делаешь так.
- Тогда почему именно ОН?
- А что ты чувствуешь ко мне, Майкл?
- Я тебя люблю.
- Вот и я…
- Что ты?
Действительно, а что я? Раз наш разговор вышел настолько откровенным, то, наверное, стоит признаться не столько ему, сколько самой себе.
- Вот и я люблю Стаса.
- Он тебя бросил, предпочтя другую.
- Да.
- И ты всё равно продолжаешь испытывать к нему чувства?
- Майкл, ведь любят не за что-то, а в моём случае, так это скорее вопреки, а не благодаря.
- Не понимаю.
- А что непонятного? Я его люблю вопреки здравому смыслу, логике, гордости, в конце концов. Прекрасно понимая, что между нами ничего уже не вернуть. Да, у нас есть ребёнок, но это мои проблемы, не его.
- Ты себя слышишь? Даже в этом вопросе ты его оправдываешь!
- Он же не давал своего согласия на роды, я всё решила сама…
- Лера?!
- Сама знаю, что дура! Так что можешь не утруждать себя дальнейшими красочными эпитетами в мой адрес…
- Что он тебе обещал? - уже не сдерживаясь, перебив меня на полуслове, рявкнул Майкл.
- У него есть девушка, наверняка он с ней счастлив. Я ответила на твой вопрос?
- То есть он тебе ничего не обещал?
- Нет.
- Лера, я тебя ему не отдам.
Несмотря на сложный разговор, вырвался нервный смешок.
- Меня никто и не забирает, успокойся. Никому я не нужна. Закончу все свои дела в Москве и вернусь с сыном обратно. Просто у меня нет больше сил продолжать наши с тобой отношения, и играть в семью, которой нет, тоже не вижу смысла.
- Я буду любить за двоих.
- Зачем?
- Не могу без тебя.
- Мой сын тебя не принимает, и ты прекрасно об этом знаешь. Тебе нужны постоянные конфликты дома?
- Я попробую договориться с ним, решив этот вопрос раз и навсегда. В конце концов, у нас могут быть ещё дети! Наши общие…
- Майкл, не продлевай агонию…
- Ты выворачиваешь мне руки.
Чувствуя, что разговор начинает идти по второму кругу, только теперь добавились ещё дополнительные моменты для обсуждения, я решила закругляться.
- Просто прими мой ответ как данность. Никакие твои действия, наши разговоры или что-то ещё его уже не изменят.
- Мы обсудим всё при встрече. Не стоит принимать поспешных решений, о которых потом можешь пожалеть…
- До свидания, - отключила телефон, завершив общение.
- Смотрю, весело тут у тебя, - тихо поинтересовалась Дарья, входя в комнату.
Зря я не убедилась, что дверь закрыта, могла ведь быть и не она…
- Да, в последнее время веселье бьёт через край.
- Значит, любишь…
- Всё слышала?
- Основное.
- Тогда просто помолчи.
- Даже если есть что сказать?
- Даже если и так.
Встала и начала готовиться ко сну.
- Не хочешь это обсудить?
- Нет, Даша, прости, не сегодня. В голове аншлаг. Давай ложиться.
- Тогда спокойной ночи.
- И тебе сладких снов.
Не успела Даша выйти, как в комнату влетел Максимка, едва вписавшийся в поворот, но при этом умудрился даже не задеть свою крёстную.
- Мама! Представляешь?! Дядя Серёжа подкинул мне просто суперскую идею для выступления в сентябре!
Так, а что у нас в сентябре? Ах да… Школьная конференция по программированию, моделированию и чему-то там ещё…
- И что же такое он предложил?
- Создать 3D-принтер!
- И в чём, собственно, новизна?
- Так непросто же 3D-принтер, а такой образец, который может печатать шоколадом. Тут и цель хорошо прописывается, и выводы. И создать принтер не из Lego, как многие собирают свои образцы, а из подручных материалов.
- Из подручных, милый, это, конечно, хорошо… Но учти, что ты замахнулся на нишу пищевой промышленности, а тут стерильность превыше всего. И так как тебе придётся наглядно показывать, как твой принтер работает, то и образцы будешь есть сам и угощать жюри, а также других желающих, если добровольцы найдутся. Что опять же нас возвращает к стерильности.
- Мам, ты же поможешь?
- Стерилизовать?
- Нет. Выбрать подручные материалы.
- Макс, раз дядя Серёжа у нас такой идейный, то пускай он тебе и помогает с конструкцией. Составите список, мы всё дома купим.
- Спасибо, мамуль! Ты лучшая!
- А теперь бегом спать, подлиза.
Сын был так воодушевлён новой идеей, что тарахтел без умолку. Когда же мы с горем пополам улеглись, он ещё долго ворочался и не мог уснуть.
- Ма-а-ам, ты ещё не спишь?
- Нет. Что ты хотел?
- А когда мы его увидим?
Мои мысли сейчас были настолько далеко, так как я занималась самокопанием после разговора с Майклом, то ляпнула, не подумав, первое, что пришло в голову:
- Когда вернёмся домой в Майами. Отдыхай.
- Э-э-э, мама, ты сейчас о ком говорила?
Только после уточняющего вопроса сына перестала заниматься ерундой, решив внимательнее прислушиваться к ребёнку.
- Прости, задумалась о своём, поэтому ответила не подумав. Так о ком ты спрашивал?
- Об отце. Как думаешь, он скоро к нам теперь придёт?
А хрен его знает, когда он к нам пожалует, но ребёнку я же такого сказать не могу.
- Хочешь, я завтра у него уточню этот вопрос?
- В смысле, ты ему позвонишь?
- Да.
- Нет, я так не хочу. Мы же не можем навязываться, правда?
- Тогда давай подождём немного и дадим переварить эту новость, хорошо?
- Ладно. А сколько будем ждать?
- Давай, хотя бы дня два.
- Давай.
- А теперь спать. Завтра я поеду к бабушке домой, там надо посмотреть кое-какие документы, а ты останешься с дядей Серёжей, заодно, если он будет не сильно занят, то обсудишь с ним конструкцию своей чудо-техники. Как освобожусь, сразу приеду. Постараюсь сделать всё максимально быстро, но тут как получится.
- Только не сильно задерживайся.
- Договорились.
Спасибо ребёнку, он меня переключил с Майкла на Филатова. Правда, радости это особой мне не добавило. Уже погружаясь в сон, мои последние мысли были о Стасе.
Утром встала рано, Максим ещё спал. Завтракать с Дашей не стали, приготовили и оставили для наших мужчин. Сев в машину, подруга глянула на меня, решив уточнить:
- Успокоилась уже?
- Я особо и не переживала.
- Конечно. Эту сказку ты можешь кому-то другому рассказывать, но не мне. Чего ты там себе опять напридумывала?
- Не отстанешь ведь?
- Нет.
- В общем, вчера с Майклом рассталась, но ты уже в курсе. Собственно, вот и всё. Если кратко.
- Да ты талантище! Меньше, чем десять слов в предложении, а всю суть получасового разговора выдала. Но я тебя спрашивала о другом. Мне-то интересны выводы…
- Какие выводы я могу сделать? Если ты спрашиваешь о Майкле, то зная его, могу уверенно сказать: он так просто не успокоится. Если о Стасе, то не знаю, что тебе ответить. Лично с ним не разговаривала, так что и итог не могу подвести. Пока всё на прежнем уровне… Меня сын вчера спрашивал о нём.
- И что он хотел знать?
- Когда Стас к нам придёт. Предложила позвонить и уточнить, ребёнок отказался, мотивировав это тем, что не стоит навязываться.
- Господи! Я, если вы будете продолжать таким макаром, то до пенсии буду ждать, когда вы сойдётесь.
- Не поняла, с чего ты взяла, что мы сойдёмся?
- Да так, мысли вслух… Ты же не захотела меня вчера выслушать.
- Я и сейчас на эту тему не сильно хочу тебя слушать. Если у него есть что мне сказать, пусть говорит об этом сам. Нет, значит - нет. Не хочу тебя обидеть, ты же знаешь, как я к тебе отношусь, но этот вопрос нам надо решить самим. Мнительная сильно стала.
- В общем-то, я тоже так подумала, поэтому не очень-то и настаивала. Слушай, всегда хотела спросить, как ты с такими тараканами, я имею в виду мнительными, подчинёнными в отделе управляешь? У тебя же почти одни мужики.
- Одних травлю, других третирую. Так вот мы весело и живём, - глянув на Дашку, улыбнулась.
- Прямо как в анекдоте.
- Нет, у нас лучше.
Так и подъехали с шутками к коттеджу.
- Ты как освободишься, звякни, я подъеду.
- Хорошо, - и вышла из машины.
Дом встретил полной тишиной. Некогда бывший таким тёплым и уютным, он превратился в памятник былым временам. Сколько здесь всего произошло. Прошлась по комнатам, трогая милые сердцу безделушки, попутно решая, что заберу с собой, а что навсегда оставлю в прошлом.
Услышала дверной звонок. Его ещё дед установил на улице, чтобы не кричали соседи или те люди, кто решил посетить наш дом. Вышла и узнала соседку, живущую неподалёку от бабушкиного коттеджа.
- Здравствуйте, Серафима Петровна. Проходите в дом. У вас что-то случилось?
- Нет, Лерочка, я поговорить к тебе пришла.
- Слушаю вас.
- Понимаю, ещё очень рано об этом говорить, но боюсь, что ты уедешь, а потом к кому идти, не представляю.
- Вы не переживайте так, рассказывайте всё по порядку. Извините, только угостить ничем вас не могу. Живу не здесь пока, а продукты, которые были, мы выкинули.
- Да я же не есть пришла, - замялась она, не зная, видно, как начать разговор.
- Серафима Петровна, ну не съем же я вас, в конце концов. Не стоит так нервничать, тем более в вашем-то возрасте.
- Я вот что хотела, ты же не собираешься возвращаться в Россию или ещё думаешь над этим вопросом?
- А мне не к кому сюда возвращаться больше. А что?
- А с домом как планируешь поступить?
- Наверное, выставлю на продажу. Смысла его оставлять нет, но документы я ещё даже не видела, так что точно могу вам ответить на этот вопрос только после ревизии бабушкиного сейфа. Да и раньше, чем через сорок дней, если опять же бумаги буду в полном порядке, делать ничего не буду.
- Ага. Понятно. Я вот к тебе с чем пришла-то: у меня внук год назад женился, пополнение ждут, а жить пока негде им. Вот и скитаются по съёмным квартирам. Ни с кем из родных жить не хотят. Эх, молодёжь, самостоятельные все… Так вот, а тут надумали они ипотеку брать, да родители, чем могут, помогут. Решили жильё покупать. Дом хотят приобрести. Очень хочется, чтобы поближе жили, а то старая я уже. Боюсь, не успею с правнуками понянчиться. Галинка-то хоть твоего сыночку увидела.
Последняя фраза соседки как гвоздь разбередила воспоминания. Усилием воли заставила себя успокоиться. С трудом, но всё же получилось.
- Я вас поняла, Серафима Петровна. Мне бы тоже хотелось, чтобы дом достался хорошим людям. Так что оставьте свой номер телефона, как только выясню всё с документами, я вам позвоню.
- Спасибо тебе, деточка. Спасибо тебе, родная.
- Всё нормально, не стоит…
Наш разговор был прерван телефонной трелью. Глянула на экран - номер не определён, но вроде российский.
- Да.
- Лера, здравствуй.
- Здравствуй.
- Мы можем сейчас встретиться?
- Если тебе сейчас удобно, Стас, то да. Подъезжай к коттеджу.
- Буду минут через пятнадцать.
Распрощавшись с соседкой, попыталась собрать мысли в кучу, но получалось из рук вон плохо. И самое весёлое или печальное, что ни одной толковой не было. Раздался звонок, второй раз за полчаса, я пошла открывать на негнущихся ногах. Вроде мы уже виделись, и нервничать не стоит, но теперь-то всё обстоит иначе…
Добравшись до калитки и распахнув её гостю, я обалдела… Стас стоял с охапкой роз, хотя не совсем уверена, что такое выражение применимо к таким цветам. Букет был настолько огромен, что он сам держал его с трудом. А над цветами порхало множество маленьких бабочек… Такие яркие, разноцветные, необычные. Одна из них села на мою раскрытую ладонь, когда я протянула к ним руки.
Невольно привстала на цыпочки, пытаясь заглянуть Филатову за спину, вдруг у него там мерин копытом асфальт бьёт… А то мало ли что могло взбрести ему в голову, но, слава богу, обошлось без лошадей, а на парковочном месте стояла машина, на которой мы ездили в больницу. Я даже испытала некоторое облегчение от этого факта. Не знаю, как бы отреагировала на живность… И он прекрасно понял, о чём я подумала.
- Всё нормально?
- Да, - и переключила полностью своё внимание на цветы.
Розы… Они были безумно красивы. Крупные бутоны на длинной ножке, едва начинающие распускаться, на некоторых даже виднелась роса, а может их просто побрызгали из пульверизатора, не знаю, но смотрелось шикарно. Что же касается цвета, то каких только расцветок тут не было: начиная от тёмно-бордовых, практически чёрных роз по контуру букета, плавно перетекающих во все оттенки красного, затем розового, и заканчивая белым центром… Причём цветовой переход был сделан настолько искусно, что его как такового не было заметно. Если честно, даже не предполагала, что такие расцветки роз существуют.
По моим прикидкам цветов в букетике было точно больше ста, но вот насколько больше, определить так и не смогла. Продолжая рассматривать это произведение флористики с парящими над ним красавицами, у меня возник вопрос: как только он умудрился узнать об этом нашем с Дашкой давнем разговоре? Она ему точно ничего не могла рассказать…
Интересно, а розы в букет подбирались с подтекстом или без? Я не сильна в языке цветов, единственное, что запомнила из щебетания Марисы, своей хорошей знакомой, так это про капусту, означающую полезность, и мелису - взаимопонимание, всё остальное как-то прошло мимо моего сознания. И то эта информация отложилась в памяти только потому, что я люблю из первого - салат, а второе как добавку в чай. Но в данной композиции такого добра не наблюдалось…
Видно, я слишком долго разглядывала букет с летающим дополнением, поэтому Стас не выдержал:
- Лера, я могу войти?
- Да, конечно, извини. Проходи.
Он мягко улыбнулся, глядя, как мне показалось, с нежностью, и зашёл во двор. Закрыв калитку, я развернулась к нему лицом.
- Цветы - это тебе, и бабочки, кстати, тоже. Надеюсь, сюрприз удался?
- Да, очень. Откуда ты узнал?
- Подслушал случайно вашу беседу в школе, когда в классе дежурили. Вы тогда с Дашей так весело и беззаботно обсуждали всевозможные варианты предложений руки и сердца, что я решил воплотить маленькую часть твоей мечты в жизнь. Надеюсь, не сильно глупо выгляжу?
- Нет. Всё в порядке. А не боялся получить им? Всё-таки это была детская мечта о прекрасном… Хотя, ты, наверное, именно поэтому такое количество роз и набрал, я же его просто не подниму.
- Если дело только в предложении, то…
- Нет, Стас, спасибо. Хватит с меня уже предложений.
- Много было?
- Достаточно, - холодно ответила в надежде, что он не станет продолжать эту тему. - Проходи в дом.
- Куда я могу поставить цветы?
- Насчёт куда поставить, пока под вопросом. Придётся что-нибудь придумать, не знаю, что тут имеется сейчас.
В коттедж вошли молча. Стас сразу же направился в столовую и положил букет на стол. Я ушла искать тару в кладовке, так как ни одна ваза здесь не поможет, да и количества нужного наверняка у бабушки нет.
Вернувшись назад, застала его возле серванта. Он стоял ко мне спиной очень напряжённый. Подошла ближе, чтобы посмотреть, что же так его вывело из равновесия. Фотографии… Просто огромная стопка замерших мгновений нашей с Максимкой жизни. На двух снимках, которые он держал в руках, была запечатлена я. На одном - беременная, месяце на восьмом. Страшная, как Бухенвальд… Одно пузо торчало и кости. Просила же Дашку не печатать этот кошмар. Надо будет позже выкинуть. На втором, с Максимкой в палате вечером в день его рождения. В Америке что хорошо - долго в больницах не держат, если нет осложнений, могут отпустить в этот же день. Нас выписали на следующий - утром.
Я почувствовала обжигающий взгляд на себе, но так и не решилась поднять на него глаза. Чтобы хоть немного снять напряжение, собралась поставить чайник. Кофе у бабушки должен был остаться, продукт-то не портящийся. Но далеко отойти мне не дали. Стас крепко обнял со спины, уткнувшись в макушку.
- Почему ты на фото такая худенькая? Тебя же там почти не осталось.
- Токсикоз всю беременность… Бывает.
- Синеглазка, прости…
- Филатов, отпусти меня, пожалуйста.
Внутри всё дрожало от напряжения и любое его действие или нечаянно сказанное слово могло вылиться в истерику, а нам этого не надо. Когда же Стас выполнил мою просьбу, я вздохнула с облегчением и поставила-таки чайник. А затем, решительно развернувшись, скрестив руки на груди в защитном жесте, посмотрела ему в глаза.
- Спрашивай.
- Не против, если я заберу эти фотографии?
- Фото Максима можешь взять, а мои-то тебе зачем?
- Надо.
- А девушка твоя возражать не будет?
- У меня нет девушки. А ту, что ты видела… Она неважна для меня.
- Ясно, - и замолчала, так и не решаясь задать мучивший меня вопрос.
Молчание затягивалось, никто не осмелился спросить первым то, что его волновало. И если бы чайник не закипел, привлекая к себе внимание характерным щелчком, то непонятно, сколько бы ещё мы так стояли.
- Чай, кофе?
- То же, что и тебе.
- Хорошо, тогда кофе. Сахар надо? Сливок нет.
- Сахара вполне достаточно. Две ложки, если можно.
Поставив перед ним чашку кофе, села напротив, и взяла свой напиток. Руки немного подрагивали.
- Стас, не возражаешь, если спрошу первая?
- Нет, давай.
- Неужели у тебя и правда не возникло ни единого сомнения в своём отцовстве? Вот так просто взял и поверил на слово?
- Дело не в этом. Я хоть и немного, но видел, КАК вы с Максом относитесь друг к другу. И если мне ты бы могла соврать, то вот сыну вряд ли.
- Но ведь ребёнок сам не знал, кто его отец. Только в общих чертах ситуацию. Ни имён, ни фамилий.
- Ты меня сейчас пытаешься убедить, что Макс не мой сын?
- Нет. Я просто стремлюсь понять, на чём основана твоя уверенность. Хочу сразу озвучить, что не хотела бы делать различные тесты на установление отцовства. Аргументировать это могу лишь тем, что не знаю, как твои родители отнесутся к этой новости и не аукнутся ли потом нам с сыном эти процедуры. И если смотреть на ситуацию с этой стороны, то у тебя нет никаких доказательств, подтверждающих, что он твой. Как быть тогда в этом случае?
- Не хочешь делать, значит, не будем. Мне это абсолютно неважно.
- Стас, если у тебя есть хоть малейшее сомнение в том, что он твой, озвучь это сейчас. Потому что потом, когда он привяжется к тебе, а ты отвернёшься, погрязнув в своих сомнениях… Я просто могу не удержать его от глупостей. Максимка очень эмоционален… Понимаешь?
Осознаю, что меня начинает накрывать, но взять себя в руки не получается. Так всегда случалось, если какие-то серьезные изменения были связаны с моим сыном. Ладони ледяные, их не могу согреть, даже обхватив горячую кружку. Видя моё состояние, Стас, недолго думая, надвинулся на стол, поймал мои руки. Сжал в своих и, глядя в глаза, тихо, но уверенно сказал:
- Лера, успокойся. Я знаю, что это МОЙ ребёнок и мне для этого не нужны никакие тесты. Достаточно лишь глянуть на него. Мы внешне похожи. Я буду с ним общаться, буду помогать… Хочу принимать участие во всех аспектах его жизни, быть с вами рядом настолько, насколько вы с ним мне это позволите.
И то, как он это говорил, позволило отступить накатывающей панике. Уверенность и спокойствие, исходившие от мужчины, сидевшего напротив, вселяли надежду в то, что он мне не лжёт. Я испытывала к нему чувство глубокой благодарности, что не стал трепать нам нервы, настаивая на процедурах.
- Спасибо, - и тихонько вытащила свои прохладные ладони из его горячих рук.
Он лишь печально усмехнулся на это действие, но ничего не сказал.
- Лер, почему ты мне не сказала о ребёнке, пускай не сразу, а чуть позже?
- Я звонила утром в день вылета, но вместо тебя ответила твоя мама. Светлана Ильинична обещала передать тебе мою просьбу о встрече… Хотела рассказать всё перед отъездом, но не вышло, как видишь. Самолёт у меня был вечером, но ты так и не появился, а перезванивать не решилась.
- Телефон лежал в комнате, а меня отец в кабинет попросил зайти. Мать удалила твой звонок из журнала вызовов. Я не знал, что ты хотела со мной связаться. Случайно столкнулся с Дарьей в тот день, она мне и сказала, что ты улетаешь к отцу на ПМЖ. А ещё, что я редкостная сволочь, которая не может приехать попрощаться по-человечески, когда её об этом просят. В аэропорт я приехал так быстро, как только смог, но твой самолёт уже улетел. На старый номер не дозвонился, а новый узнать не получилось… Даша молчала, а твои… Хм, в общем, я слышал, что после того как ушёл от них, деду твоему стало плохо… Скорую вызывали. Больше не рискнул появляться… Побоялся стать причиной его попадания в больницу. Понимаю, это не оправдание… Чёрт! Как же всё сложно!
Он замолчал, и опять между нами повисла неловкая пауза. Я не выдержала его пристального горящего взгляда.
- Очень сложно собраться с мыслями, когда ты так на меня смотришь. Не против, если отойду к окну? Так проще разговаривать, не смотря в глаза собеседнику. Создаётся некая иллюзия одиночества.
Стас промолчал, да мне не особо и нужно было его согласие. Скорее это был риторический вопрос. Встала, взяв свою кружку, и подошла к окну с видом на бабушкин сад.
- Ты меня только не перебивай, хорошо?
- Постараюсь, но не могу обещать.
- Ладно, посмотрим… В общем, как получится уже.
Несколько минут собиралась с мыслями, прежде чем начать свой монолог.
- Максим родился…
- Стоп, - перебил меня на полуслове Стас. - Хочу знать с самого начала, а не с момента родов.
- А что для тебя является началом?
- Хотя бы тот момент, когда ты узнала о ребёнке. Давай с него.
- Зачем? Думала, ты хочешь узнать о сыне.
- Я хочу быть в курсе событий с момента твоей беременности и до сих пор.
- Не сильно ли долго?
- Нет, в самый раз.
- Пф-ф-ф, хорошо… После всего произошедшего между нами, очень ждала женские дни, чтобы убедиться, что у нас всё закончилось без последствий. Но сложность была в том, что я толком не знала, когда их ждать. Средний цикл у меня был около шестидесяти дней где-то. В наш с тобой день Х прошло от силы недели две с начала цикла. По идее, тогда была не середина, как я думала… В общем, я ни разу не медик. А узнала новость тридцатого мая: меня дико начало рвать в последнюю неделю месяца. До этого, как ни странно, никаких проявлений не было. Да и в мае вроде как дни, которые так ждала, прошли. Очень скудно, конечно, но были. Поэтому и беременность отмела, вернее, о ней даже не подумала… Наши с бабулей подозрения пали на грибы, которые я уплетала последние две недели как ненормальная. Решили, что отравилась ими. Пила активированный уголь, бабушка что-то ещё давала, а лучше не становилось… Начались тянущие боли внизу живота. Короче, созрела я на поход к врачу. Выбрала удобное время, - печально усмехнулась, вспоминая «весёлые моменты юности». Сделала глоток кофе и продолжила, - и пошла платно подальше от дома. А там мне просто с гинекологом повезло, хорошая женщина попалась. Я же несовершеннолетняя была, а она приняла без сопровождения старших. Расспросила, посмотрела, потащила на УЗИ… А узистка, обращаясь к врачу, и спрашивает: “Вы её на выскабливание готовите? Девочка-то совсем ещё ребёнок. По срокам успеваете, по УЗИ восемь - девять недель беременности, по менструации получается одиннадцать”. Что мне врач говорила потом, я не сильно помню. По поводу аборта тоже спрашивала что-то… Домой идти боялась, мне казалось, что стоит лишь зайти во двор, как бабушка сразу обо всём узнает… Первого июня, в День защиты детей, мы классом хотели сходить куда-нибудь. Собрались на территории школы, чтобы определиться, куда пойдём, не было буквально пары человек, включая тебя… Я и пошла-то туда только, чтобы с тобой встретиться, так как связаться с тобой не смогла. Поговорить хотела, мне эти все походы были до лампочки в тот момент… Катя была такая счастливая, прямо светилась вся… Радостно объявила классу, что приглашает всех на свадьбу… Что ты ей сделал предложение в эти выходные и… у вас будет ребёнок… А потом глядя мне в глаза, сказала, что меня на вашем торжестве не ждут, там приличное общество соберётся… Я понимала, что неделю назад ты со мной расстался не просто так, но не думала, что причину нашего разрыва узнаю таким вот образом.
Замолчала, так как не могла продолжать. Не хочу, чтобы он слышал, как дрожит мой голос от эмоций. Вроде столько лет прошло, а боль и обида гложут до сих пор. Хотя была уверена, что я это уже пережила, и рана давно зарубцевалась. А выходит, что нет. Или это из-за присутствия Стаса вновь всё так остро ощущается?
- Лера…
- Только не подходи, очень прошу.
Но меня не услышали или проигнорировали, что более вероятно. Стас буквально вырос за спиной, забрав у меня из рук кружку кофе, и поставил её на стол. А я оказалась крепко прижата к нему.
- Хорошая моя, прости, но я тогда ушёл от тебя не потому, что хотел… Меня вынудили определённые обстоятельства…
- Естественно, ребёнок - это очень серьёзное вынуждающее обстоятельство. Полностью тебя понимаю.
- Нет, не это обстоятельство! К слову, эта сук… прости, Катерина, не была вообще беременна.
- Это шутка?
Я задыхалась рядом с ним от бушующих эмоций и таяла одновременно. Боясь выдать хоть чем-то свою реакцию, попыталась высвободиться из его объятий, но мне просто не дали этого сделать, ещё крепче обняв.
- Если бы.
- Как такое может быть? Вы или предохранялись, или нет. Я, конечно, понимаю, что ничего не даёт стопроцентной гарантии…
- Я не помню! НИ-ЧЕ-ГО из той якобы нашей ночи не помню!
- Не понимаю.
- Я был у неё на дне рождения двадцать девятого апреля. Пригласили нас всей семьёй, причём так, что отказаться нельзя. Меня родители уговорили сходить на торжественный ужин в честь этой особы. У отца было несколько крупных контрактов с фирмой их семьи, и родителей «слёзно» попросили сделать имениннице приятное. Мы приехали к ним домой, но ужин был не у Катерины дома, а в ресторане. В коттедже была молодёжная вечеринка. Ей же исполнялось восемнадцать, всё типа по-взрослому. Присутствовали и наши одноклассники. Пробыл для приличия минут сорок, вызвал такси, чтобы домой ехать, а мне всучили коктейль, толпа требовала зрелища в качестве незабываемого пожелания имениннице… Я поздравил, выпил и практически уехал, но как сама понимаешь, не на такси… Какая-то паскуда, планово или нет, подсыпала наркоту мне в бокал. Возможно, не только мне, но и от этого абсолютно не легче… Проснулся с ней… Дико болела голова, и полное отсутствие памяти о прошедшей ночи… Если коротко, то меня взяли за жабры, ведь их Катенька была до встречи со мной чистой и непорочной, а я якобы её испортил, а раз так, то должен жениться.
Я затихла. Неужели так бывает? Ерунда какая-то.
Наркотики - это очень серьёзно. От знакомых слышала, что в Америке на студенческих вечеринках этим тоже грешат, правда, в отношении женского населения… Но у нас?! Для меня это, честно - открытие. Хотя, это же золотая молодёжь, может, для них это норма жизни.
- Ты поэтому весь май редко в школе появлялся?
- Да. Отец слегка увлёкся регулярными проверками на запретные вещества. В последнюю неделю мая даже в Германию утащил, боясь, что наши врачи недостаточно компетентны в этом вопросе. Так что этой дряни я предложение не делал ни в последнюю неделю, ни вообще. Отец по телефону сам согласился.
- Ясно.
- Не думаю, но это и неважно.
- Как скажешь… Стас, я понимаю твоё неприятие Катерины, сама не питаю к ней тёплых чувств, но как ты узнал, что беременность вымышленная? Она могла потерять ребёнка. Выкидыш - это маленькая трагедия для женщины, и никто от неё не застрахован. Не сама же она тебе рассказала об этом.
- Выкидыши случаются, но только с теми, кто находится в интересном положении. Все остальные могут выкинуть только идиотизм из головы. А узнал как… Она действительно сама рассказала, правда, стоит уточнить, что я стал случайным свидетелем. Меня в тот момент не должно было быть не то, что в квартире, а вообще в городе. С отцом постоянно ездил в командировки, чтобы не находиться рядом с ней. Её «беременные» заскоки кого угодно до психбольницы доведут. В этот раз тоже поехал, но мне удалось вернуться раньше на пару дней. Сессия в университете. В квартире орала музыка, из спальни доносился голос моей бывшей жены. Включил видеозапись на телефоне, перед тем как зайти к ним туда, думал, она там с любовником развлекается, но в итоге получилось тоже неплохо. Катерина с подружками в комнате веселилась: пила мартини, смеялась, обсуждала, какие мужики лохи, и я в том числе, что повёлся на справку от врача о её мнимой беременности. Что перед моим возвращением надо будет лечь в больницу, изобразив трагедию вселенского масштаба… Делилась с девочками своим опытом в охмурении идиотов и выражала признательность Светлане Ильиничне за дельный совет «как захомутать мужика»…
Стас наклонил голову чуть ниже, и теперь его горячее дыхание опаляло кожу, а губы едва касались моего виска. Сердце зашлось в бешеном ритме, отвлекая от такого важного и нужного разговора, поэтому даже не сразу дошла его последняя фраза.
- Благодарность твоей маме?!
- Мгм. Представляешь, как мне-то было приятно это услышать?
А меня такая злость разобрала! За что, чёрт подери, с нами так поступили? Возомнили себя богами, которые могут вершить чужие судьбы? Почему они решили всё за нас? Кто им дал такое право? Да, мы были ещё очень юны, но это не повод ломать чужие жизни… В голове череда вопросов и ни одного ответа. И как следствие, всё раздражение вылилось на Стаса, хотя прекрасно понимала, что неправа.
- Сочувствую твоей беде… Наверно, после такого жуткого предательства «близких» ты на других женщин больше смотреть не мог?
Почувствовала, как он напрягся и рвано выдохнул.
- Злишься?
- Да…
- На меня?
Я молчала, пытаясь успокоить злость и не наговорить лишнего, о чём потом могу сильно пожалеть. Пришлось даже прикрыть глаза и сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем объяснить мою реакцию.
- И на тебя… и на себя… и на благодетелей… На ситуацию в целом.
- Лера, в том, что уже произошло, мы ничего не сможем изменить.
- Знаю, и это расстраивает больше всего… Понимаешь, - и посмотрела Стасу в глаза. Они были настолько близко, что можно было рассмотреть в них весь спектр бушующих эмоций: начиная от тоски, переходящей в безграничную нежность, и заканчивая страстью. Горло перехватило, и я едва смогла продолжить слегка севшим голосом: - Нисколько не снимаю с себя ответственность в том, что не рассказала, но мне и возможности особо не дали это сделать. Осознаю, что тебе тоже было непросто, так как я пришлась вам не ко двору. Но негативные чувства меня переполняют, разрывая на части… Почему твоя мать так меня ненавидела? Неужели я была настолько плоха для вас? Да у нас даже речь о свадьбе не шла, мы просто встречались…
- Думаю, дело не в тебе, а во мне. Мать ненавидит меня и всё, что я люблю.
- Любил…
- Я сказал так, как хотел сказать.
Ничего на это не ответила, но определённую смуту это внесло в мою душу, очень надеюсь, что мне удалось сохранить внешнее спокойствие.
- Мне обиднее всего за сына. Максимка больше всех пострадал в этой ситуации.
- Обещаю, всё, что от меня зависит, я для вас буду делать… И постараюсь компенсировать то, что не смог дать ему, неважно по каким причинам.
- Стас, исходя из того, о чём ты только что рассказал, хочу предупредить: твоих родителей видеть рядом с моим ребёнком я не желаю… И всеми силами буду стараться не допустить их встречи.
- Договорились.
- А ты что такой сговорчивый-то? Прямо на всё согласный.
- Потому что поддерживаю твоё желание касательно данной темы. Я тоже не хочу, чтобы моя мать хоть как-то соприкасалась с Максом и портила ему жизнь, а вот насчёт отца, возможно, чуть позже с тобой бы обсудил ещё раз этот вопрос. Но пока рано об этом говорить. Мне самому с сыном надо хоть немного наладить отношения, прежде чем его с кем-то ещё знакомить из своих близких, а может, Макс сам не захочет встречаться с дедом. Настаивать не буду, да и права такого не имею.
- Посмотрим… Но именно сейчас я не готова на это ответить положительно… Стас, может быть, ты меня всё-таки уже отпустишь?
- Зачем?
- Я уже говорила, что разговаривать на серьёзные темы и при этом обниматься - не очень комфортно.
Филатов некоторое время был неподвижен, зарывшись лицом в мои волосы, и глубоко дышал, при этом нежно гладя меня по спине. Я же была уже на грани, натянута, как струна. Одно неосторожное действие с его стороны и мне ничего не стоило сорваться в пропасть, и тогда последствия я не берусь предсказать…
- Стас…
- Сейчас, дай ещё мгновение, - на грани слышимости прошептал он.
Едва я почувствовала, что свободна, сразу от него отошла, создавая некое подобие преграды между нами в виде кухонного стола. Руки слегка подрагивали от бешеного перенапряжения, чтобы скрыть это, взяла кружку со своим давно остывшим кофе.
- Прости за вспышку. Постараюсь впредь лучше контролировать свои эмоции. Продолжай, пожалуйста.
- Да и продолжать там особо нечего. Подруг её выставил на площадку в чём были, а Катерину потащил в клинику для того, чтобы удостовериться в её словах и взять соответствующие документы. Так сказать, приложение к видео.
- И через сколько времени после вашей свадьбы ты это узнал?
- Месяца через два. А вот развестись получилось только через два года.
- Что же тебя столько времени сдерживало?
- Политика партии.
- Что?
- Финансовые обязательства моего отца перед их семьёй. Проще говоря, несколько контрактов, которые были подписаны между ними в январе того года.
- Не улавливаю суть между вашим разводом и контрактами.
- Всё очень просто. Тендеры, которые выиграла фирма отца, были крупными госзаказами. Маячила очень хорошая прибыль. Но сама понимаешь, что без определённых знакомств в политической и экономической сферах выиграть строительство приоритетных городских объектов на тот момент было практически нереально. Сейчас всё немного по-другому обстоит с участием в тендерах, а тогда было так. Вот отец Катерины и являлся тем самым мостиком или, по-другому, гарантом между моим отцом и нужными людьми, и имел неплохой процент с этого. При том что его организация официально нигде не светилась. Но между ними существовал внутренний договор как раз о тех самых процентах, которые получал Кремер. Что же касается развода, то Катерина была категорически против него, с пеной у рта доказывая, как мы идеально подходим друг другу, а трудности у нас временные. И Сергей Васильевич пошёл у любимой дочери на поводу, надавив на моего родителя посредством этих самых договоров.
- Понятно.
- Для меня же особо это ничего не поменяло, я как до свадьбы, так и после неё, в той квартире с Катериной не жил и практически даже не появлялся…
- Не сомневаюсь, всегда найдётся добрая душа, готовая приютить несчастного скитальца.
- Ты ревнуешь? - и опалил взглядом, пытаясь сдержать улыбку.
- Филатов, ты себе льстишь. Я просто констатирую факт.
- Жаль, надеялся, что ещё не всё потеряно.
- Зря.
- Обычно надежда умирает последней.
- Обычно это происходит в муках и агонии. Так что не советую доводить ситуацию до крайности.
- Постараюсь, но не обещаю… Мы что-то не туда разговор увели. Расскажи о себе. Как ты устроилась в Майами?
- Замечательно устроилась. Прилетела, отец и его жена Ребекка встретили, привезли в свой огромный дом, поселили. Через несколько дней подала документы на поступление в Международный университет искусства и дизайна Майами: академическая программа «Визуальный дизайн». Через несколько дней, наконец-то, собрав волю в кулак, а страхи засунув подальше, рассказала, что прилетела не одна… Мой папа, мягко говоря, был в шоке, а Бекки сразу поддержала меня в том, что надо рожать. Медицинскую страховку сделали очень быстро, и буквально через несколько недель я встала на учёт, срок уже позволял. Определилась с клиникой, врачом, педиатром… Училась и жила, насколько позволяло моё состояние здоровья. А шестого января утром начались схватки и ровно в половину десятого вечера, в самый сочельник, я родила сына… Рост пятьдесят четыре сантиметра, вес четыре килограмма пятьсот тридцать грамм…
- Обалдеть! Да это же настоящий богатырь!
- Да, мне так и сказал врач.
- Николай Сергеевич догадывается, кто является отцом Максима?
- А сам-то как думаешь?
- Думаю, да.
- В школе я ему никогда не говорила о том, что встречаюсь с кем-то. Возможно, что бабушка рассказала, или ты слишком сильно врезался ему в память, не знаю. Но он сразу сказал, кто отец Максима. Причём не спрашивал, а именно утверждал. Сколько я его потом ни пытала, с чего он так был в этом уверен, но не преуспела. Папа лишь снисходительно улыбался.
- Мне бы тоже врезался в память одноклассник моей дочери, который бы ТАК пожирал её глазами… Моё отношение к тебе мог не заметить только слепой.
Лишь улыбнулась на это высказывание, может отец, и правда, что-то заметил тогда.
- Лера, расскажи о Максе подробнее. Что любит, что терпеть не может. Кстати, а где он сейчас?
- С Сергеем остался, должны обсуждать конструкцию принтера.
- Это с Дашиным мужем?
- Да.
- Ему нужен принтер? Давай куплю.
- Нет, спасибо, ему, конечно, нужен принтер, но не покупной.
Стас лишь удивленно поднял бровь, как бы спрашивая, что не так с покупным принтером. Пришлось дать более развёрнутое пояснение.
- Максим ежегодно участвует в школьных научных конференциях. В них можно принимать участие группой или индивидуально. Он с шести лет участвует в таких мероприятиях и всегда в числе группы. В этом году Макс в состав группы не войдёт, так как подготовка начнётся через неделю, а мы ещё около месяца будем здесь. Следовательно, будет соло в его исполнении. И сложность заключалась как раз в выборе проекта. Был бы дед рядом, он бы помог, но его нет. Так вот, Сергей вчера подкинул ребёнку идею принтера для создания 3D фигур из шоколада, причём собранную не на платформах Lego или Arduino, а, образно говоря, из подручных средств. Аргументировав тем, что так принято делать в России - «из говна конфетку». А раз он приехал сюда, то соответствовать просто необходимо.
Закончив объяснение, глянула на Стаса. Он сидел и ошарашенно смотрел на меня, и выглядел при этом так забавно, что не выдержала и расхохоталась.
- Ты это на полном серьёзе сейчас говорила или просто пыталась напугать?
- А что тебя, собственно, смущает?
- Что, дети реально в таком возрасте занимаются вот ЭТИМ?
- Ты нормально владеешь английским языком?
- Общаться могу свободно.
- Замечательно.
Лучше один раз увидеть, чем сто пятьдесят раз объяснять на пальцах. Достала свой телефон, нашла прошлогоднее видео презентации проекта их группой, и передала Стасу. Видела, с каким интересом он смотрел, ловя каждый звук, особенно, когда начал свою часть выступления Максимка. Видео он просмотрел несколько раз, я не мешала, наблюдая за ним со стороны.
Невольно в памяти всплыл вопрос «Чем он лучше?»… А ведь действительно, чем? Оба красивы, харизматичны, интересны, каждый, конечно, по-своему. Вот чего мне не хватало в отношениях с Майклом? Он очень хороший и как человек, и как друг, но я его не воспринимаю как своего мужчину, не вызывал он у меня чувств собственницы. Всегда спокойно относилась, если он общался с девушками, и они строили ему глазки. Поначалу он этого вообще не мог понять. Как так-то?! Но потом смирился. Да, у нас был секс. Но никогда я так не трепетала в его руках…
Вспомнились мамины слова, когда мы сидели в нашем «секретном месте» на Воробьёвых горах и она, обняв меня, сказала: «Лерусь, запомни, выбирай только того мужчину, с которым будет петь твоя душа»… Я долгое время не понимала этой вроде бы вскользь брошенной фразы, даже когда встречалась со Стасом. А вот теперь, смотря на жизнь через призму прожитых лет, словно пелена спала с глаз. С другими мне не было плохо, нет, но по-настоящему хорошо было только со Стасом. Мне даже молчать с ним комфортно, что уж говорить о том, когда он меня касается. Я вспыхиваю словно спичка.
- Лер, спасибо тебе.
- За что?
- За такого сына… Ты не пытаешься настроить его против кого-то или сделать таким, каким хочется видеть его тебе. Ты просто любишь и поддерживаешь Максима в трудные моменты, показывая, что с ним рядом есть тот, на кого он может всегда положиться. Это дорогого стоит, быть понятым и принятым своей семьёй, где тебе рады любому, а не только успешному, послушному, правильному… Ему очень повезло с такой мамой. Расскажи, пожалуйста, каким он был маленьким.
- Спасибо, Стас… Каким был Максимка? Знаешь, есть дети, про которых можно сказать «где положишь, там и возьмёшь»… Так вот, наш ребёнок совершенно не такой. Он очень активный, любознательный, иногда даже чересчур. Его никогда нельзя было заставить сделать что-то против его желания. Макс сразу включал глухоту, слепоту и всё в таком ключе, причём это наблюдала я с самого маленького возраста. Только договариваться и убеждать, приводя доводы, но опять же, работать это начало лет с трёх, до этого, если бы не опыт Ребекки, она воспитала трёх сыновей, то я не знаю, как бы справилась с ним.
- Понятно. Он в детстве сильно болел?
Хорошее настроение, которое появилось после воспоминаний о шалостях сына, мгновенно испарилось, и Стас это изменение уловил.
- Что не так?
- Всё нормально.
- Не ври. У него проблемы со здоровьем?
- Уже нет.
- А что было?
Молчала, не хотела касаться этой темы.
- Лера, не заставляй меня на тебя давить. Что было?
- Ему ещё не было трёх лет… Он заболел. Началось всё банально - сопли, к вечеру поднялась температура, через два часа он начал задыхаться. Вот тогда я очень испугалась, так как с таким никогда не сталкивалась. В доме оказалась одна, отец уехал по работе в командировку, Бекки к родственникам. Набрала 911, в панике объяснила ситуацию. Слава богу, врачи приехали очень быстро. Нам оказали первую помощь и отвезли в больницу. Какой нам точно поставили диагноз, у меня не отложилось. Какой-то вирус, вызвавший воспаление почек и сопутствующие сложности - стеноз гортани. Осложнялось всё это очень высокой температурой, которую врачи не могли сбить, в связи с чем его и поместили в реанимацию. Несколько дней провела в больнице… Пыталась дозвониться до тебя. В тот момент мне просто было жизненно необходимо тебя услышать… Всё равно, что ты скажешь, даже если пошлёшь… Но трубку так никто и не поднял, а потом абонент стал не абонент… - глянула на Стаса, чтобы убедиться, что меня ещё слушают. Он слушал, причём очень внимательно. Сжатый, как пружина, готовая рвануть в любой момент. - Не смотри на меня так, знаю, что не имела права звонить и вываливать на тебя свои проблемы, но меня тогда просто переклинило… В общем, всё для нас закончилось хорошо. Макс поправился.
- А ты…
- А я больше тебе никогда не звонила.
Мы замолчали. Глянула на часы, почти одиннадцать. Надо закругляться.
- Стас…
- Лера…
Начали мы одновременно.
- Спрашивай, что ты хотел?
- Это был переломный момент?
- Смотря для чего.
- Для тебя.
- Можно сказать и так.
- Я действительно не отвечал, если номер был не определён. Для друзей у меня была вторая симка. А на этот часто звонила Катерина, в тот момент она была в Германии на лечении.
- Стас, не надо оправдываться. Я не требую у тебя отчёта. Не предъявляю претензии. Ты спросил, а я всего лишь ответила на твой вопрос. Что было, то прошло. Сам говорил, что изменить мы ничего уже не можем. Так что исходим из того, что есть.
- Хорошо. У меня есть шанс вымолить твоё прощение?
- Филатов, не надо у меня ничего вымаливать, я не святая. Что же касается шанса, а зачем он тебе? С сыном я тебе не препятствую общаться.
- Мне нужен не только сын…
- Мне нечего тебе на это сказать.
Врала, причём нагло, но очень надеюсь, что выглядела при этом уверенно. Я не готова к таким откровениям со Стасом… Не тот уровень доверия у нас с ним. Майклу было проще сказать, а ему нет. Язык не поворачивается.
- У тебя кто-то есть?
- Так же, как и у тебя.
- То есть ты сейчас состоишь в отношениях?
- Состоять можно в партии, а насчёт отношений… Их можно или строить, или разрушать.
- Синеглазка, я не жду от тебя душещипательных признаний.
- Даже если бы ждал, не уверена, что ты бы их получил.
- Лера, просто прошу - не отталкивай. Дай хотя бы призрачную надежду…
Молчала, не говоря ни да, ни нет.
- Спасибо.
- За что? Я же ничего тебе не сказала.
- За то, что не послала прямо сейчас.
- Но это не исключено в будущем.
- Буду иметь в виду.
- Стас, у меня действительно ещё много дел. Если у тебя всё, то давай закругляться.
- Тебя подвезти?
- Нет, спасибо. У меня здесь нерешённые вопросы.
- Ладно. Я вечером сегодня заеду, пообщаюсь с Максом. Ты не против?
- Нет.
- Тогда до вечера.
- До вечера.
Проводив Стаса, вернулась на кухню, и только сейчас вспомнила про цветы, которые сиротливо лежали на столе. Начала их распределять по вазам и другой посуде. Документами пришлось заняться чуть позже.