Глава 52

Утро встретило меня опухшим лицом из-за слез, которые я даже не пыталась остановить, оказавшись наедине с собой. Закрылась в ванной, едва успев закрыть дверь комнаты, и плакала, размазывая черные полосы туши по опухшему лицу. Не знаю, что я оплакивала: возможное счастливое будущее или новые раны на сердце после встречи с ним.

А сейчас, потерев воспаленные глаза, я уткнулась взглядом на взъерошенную макушку сына. Тот мирно сопел, прижимая к себе неизменную игрушку. Это какой-то бессмертный динозавр, прошедший не одну стирку, пережеванный и обслюнявленный моим малышом бесконечное множество раз. Я помню, когда дядя купил ему этого динозавра и сказал, что тот будет отгонять от Кира дурные сны. А ведь это должен был сделать отец…

— Привет, мам, — заворчал Кирюшка, проснувшись от того, что я пыталась уложить его непослушные волосы.

— Привет, малыш, — я чмокнула сына в нос, отчего тот поморщился, как делал это всегда. — Я хотела с тобой поговорить?

— Про папу?

— Откуда… откуда ты знаешь? Он тебе что-то говорил?

— Неа, но я… мам, я знаю, что это он. Помнишь, когда дядя, показал мне своего волка? — Я закивала головой, понимая, что хочет сказать мне сын. Он почувствовал Тамира, так же, как и Тамир сразу принял его. Человеку этого не понять. Это нечто больше, на уровне инстинктов, что не доступны обычному человеку. — Мам, он хороший. Ты не обижайся на него.

— Я знаю, малыш. Хороший. — С грустью прошептала я, пытаясь крыть набежавшие слезы.

— Мам, папа обидел тебя?

— Нет, нет, конечно. Просто так получилось, что папа не знал, что ты родился.

— Но теперь он знает.

— Знает, и никогда не оставит тебя.

— А я смогу… смогу называть его папой.

— Конечно, маленький мой, — слезы вновь полились из моих глаз.

— Ну ладно, мам. — Маленькие ладошки торопливо собирали, катившиеся из глаз слезы. — Ты ведь не плакса.

Я хотела уже в очередной раз прижать к себе сына, но громкие голоса из-за закрытой двери, остановили меня. Раздался настойчивый стук в дверь, и не дожидаясь моего ответа, та просто отлетела в сторону.

— Доброе утро, — промямлила я, пытаясь прикрыть одеялом короткую пижаму, но бабушку Тамира не интересовал мой внешний вид. Все ее внимание было приковано к моему сыну, который успел зарыться в груду одеял.

— Вот чертов засранец, — причитала та, отбиваясь от незнакомых мне мужчин, которые тщетно пытались остановить ее. — Даже не сказал мне. Вот помру, — крикнула она куда-то за спину, — посмотришь мне тогда. Кира, детка, где мое маленькое счастье?

— Кирюшка, вылезай из-под одеяла и поздоровайся с бабушкой.

— Прабабушкой, — поправил меня Тамир, показавшись в дверном проеме.

— На твоем месте, я бы вообще помалкивала. — Заворчала Аксиния, чем вызвала у меня улыбку, — Иди ко мне, малыш, старушка рассмотрит свое счастье.

Кир спрыгнул с кровати, представ перед Аксиньей в трусах, майке и с гордо вздернутой головой вверх.

Слезы стояли в глазах пожилой женщины, когда та прижимала своего правнука к груди.

— Это все ты виноват, — спустя некоторое время сказала она, повернувшись к Тамиру. — И если ты ничего не исправишь, я не знаю…

— Все, все, успокойся. Бабуль, я все решу послезавтра. Нас распишут, и я открыто предъявлю стае своего наследника.

— Что? — крикнула я, совершенно позабыл про одеяло, что удерживала перед собой.

— Вот и отлично, — хитро заулыбалась Аксинья, лишь на секунду оторвавшись от Кирюшки.