Глава 61
Ноги сами привели меня к дому. Погружаясь в свои мысли, я даже не заметил, что неведомая сила вела меня к ней. Всегда к ней. Теперь будет именно так. И ничто уже не станет на нашем пути.
Тонкая полоска света пробивалась из-под плотно закрытой двери. Кира не спала. Я слышал ее. А также отлично ощущал запах слез, застывших в ее глазах. И боль, что набатом стучала, найдя отголоски в моей боли. Осторожно толкнув дверь, стараясь не напугать ее, я остановился на пороге комнаты.
Кира сидела спиной ко мне у большого зеркала. Всматривалась в идеальную гладь стекла, машинальными движениями вытаскивая шпильки из свадебной прически. Она не видела меня, погруженная глубоко в себя настолько, что даже не замечала бегущих из глаз слез. Зверь завыл, наблюдая за этой картиной, а я медленно, боясь спугнуть, двинулся к ней.
Заметила меня. Краем глаза ухватила движущуюся тень за спиной. Не испугалась. Знала, что я приду.
Крепкие руки, которые сейчас почему-то подрагивали, легли на хрупкие плечи.
— Я сам, — прошептал я, касаясь белоснежного локона волос.
Не сопротивлялась, ожидая моих действий. Сдалась, признавая мое превосходство. Отдалась на волю судьбы. Всматривалась в образы перед собой, но взгляд ее видел пустоту.
Я медленно вытаскивал шпильки из волос, освобождая очередной локон. Проводил руками по шелковистым локонам, которые так и норовили зацепиться за меня, словно наручники на запястье.
Я отошел на шаг, и замер ослепленной представшей передо мной картиной. Белый диск луны, без разрешения проникнув в нашу спальню, сейчас освещал идеальный силуэт небесного ангела. Идеальная женщина в белоснежном белье и с раскиданными по плечам такими же белоснежными локонами выглядела сейчас настоящим божеством.
Не мог поверить, что сейчас она моя.
Моя, после стольких лет тоски вдалеке.
Моя, освещая тьму, съедавшую мою душу.
Моя…
Зверь выл, перемалывая мое терпение в мельчайшие крохи. Рвался вперед, желая заполучить свою пару. Мне стоило больших усилий, чтобы не наброситься сейчас на нее, но ледяной взгляд, отражавшийся сейчас в зеркале, помог мне попытаться сделать все правильно.
— Задержись тогда ты хоть на минуту, — начал шепотом я, не сводя пристального взгляда с отражения ее глаз, — все было бы по-другому. Мне срочно нужна была информация, и я не видел другого способа ее получить. Играл с Марикой, надеясь выпытать у нее планы отца. Уже тогда я знал, что отец приложил руку к смерти девочки, которую много лет назад выбрал мой зверь. Нет, уже сейчас я прекрасно понимаю, что Айнур никогда не была моей парой. Я был ей старшим братом, который не смог уберечь. И я не мог позволить случиться подобному вновь. А твое появление путало все планы моего отца. Он боялся моего зверя еще восьмилетнего ребенка, не мог приказывать мне и безумно боялся, что я посмею претендовать на власть, которой он владел. Мой волк просто отказывался слушаться его, и никакая сила Альфы тут не помогала. Когда я понял, что теряю драгоценное время, я дал волку волю. В тот день, Кира, когда ты уехала, я бросил вызов отцу и стал во главе клана. Сделал то, чего так боялся отец. А получил все, о чем мог только мечтать: власть, силу, могущество и… разбитое вдребезги сердце. Я запретил себе следить за твоей жизнью. Думал, так будет легче. Напивался, забывался в объятиях чужих женщин и ненавидел тебя, потому, что ничего не помогало. Все видели сильного Альфу, и только я знал, насколько я был жалок, убиваясь вдалеке от тебя.
Зеркальная гладь смывала отражение, размывая контуры, пряча их в темноте, и лишь запах ее слез остановил поток моей речи. Она плакала, молча, беззвучно, пропуская боль, сквозь хрупкое тело.
— Я люблю тебя, — едва слышно прошептали ее, дрожащие губы, но я услышал, прочитал по ним в отражении.
Замер, боясь поверить в услышанное. Стоял истуканом, не понимая, что делать с этим признанием. Мечтал об этом долгие года, а сейчас не понимал ничего.
— Я люблю тебя, несносный Тамир Инан, — сказала Кира, оборачиваясь ко мне. — Люблю твоего зверя, — она поднялась мне навстречу, — люблю засранца, которым ты можешь быть, но поверь мне, я разрушу все, если ты только повод дашь мне не верить тебе. Я… я…
— Никогда не сможешь любить меня сильнее, чем я тебя. — прошептал я впиваясь в ее губы.