Глава 10
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я смогла взять себя в руки. Пыль, поднявшаяся во время завала, давно осела, и одинокий фонарь в углу уже не казался таким мрачным. Тамир сидел, прислонившись спиной к каменной стене. Руки его бережно сжимали меня в крепких объятьях. Голова мужчины была закинута назад, а глаза прикрыты. Дыхание было ровным, и мне даже сразу показалось, что он спит. Устал, наблюдая за моей проявленной слабостью.
«О чем я только думала?» — резко возник в моей голове вопрос. Надо как-то выбираться отсюда, а не устраивать истерики. Должен же быть хоть какой-то выход из сложившейся ситуации. Ждать пока нас откопают, судя по словам Тамира было бессмысленно. Но тогда что же делать?
Поверьте, думать в таком состоянии невозможно. Все, на что способен был мой мозг, это словно мантру твердить в голове повторяющую фразу о том, что паниковать ни в коем случае нельзя. Но и это не помогало. Последние силы ушли на то, чтобы заставить себя поверить в то, что мы действительно не погребены заживо, под каменными глыбами, и выход обязательно найдется. Надо лишь взять себя в руки и решить, наконец, что делать дальше.
Я заворочалась. Тело замлело в каменных тисках, неприятно отдавая тянущей болью в затекших мышцах. Хотелось расправить тело, дав свободу движениям и я, осторожно сняв с себя тяжелую руку, попыталась встать, но рука вновь вернулась на прежнее место, притянув меня еще сильнее к крепкому мужскому телу.
— Далеко собралась? — охрипшим от долгого молчания голосом, прошептал Тамир, пронизывая меня своим обжигающим взглядом. Глаза уже выглядели совершенно естественно, но что-то там, в глубине его взгляда все еще пугало меня. Или все-таки волновало настолько, что я пугалась неновых, неведомых ранее ощущений.
— Я, э… — слова никак не желали выстраиваться во что-то дельное. Тамир ухмыльнулся, проследив, как мое лицо медленно покрывается багряным румянцем, и только после этого отпустил руки, позволяя подняться.
— Что мы будем делать? — спустя несколько минут спросила я, пристально разглядывая заваленный выход. Я не сразу услышала едва различимый шум за спиной. Тамир медленно встал и тихо, крадучись походкой зверя, подошел ко мне и стал прямо за моей спиной. Легкое покалывание кончиков пальцев ознаменовало то, что его тело было настолько близко, что эта близость мешала мне думать, затуманивая чувство самосохранения близостью мужского тела.
— Хочешь услышать мою версию? — прошептал он, опаляя мою кожу жарким дыханием. Не касался меня, даже не повел рукой в мою сторону, но мне казалось, что он медленно проник глубоко в меня, внутрь, в каждую клеточку моего тела.
— Ты, ты… — я резко развернулась, — ты же обещал.
— Я обещал не трогать тебя, девочка. Молчать, о том, что я хочу сделать с тобой я не собирался.
— Придурок, — зло шикнула я, но на всякий случай сделала шаг назад. Этот жест не остался незамеченным, но Тамир и лишь прищурив глаза, как-то загадочно хмыкнул, а затем, словно потеряв интерес ко всему происходящему, продолжил совершенно другим голосом:
— Нам надо попробовать отыскать другой ход.
— Что? — воскликнула я. — Идти туда? — я показала рукой вглубь пещеры. — В темноту? А если там кто-то есть? Дикие звери?
— Ты можешь остаться здесь, пока я посмотрю. — Улыбнулся он моей наивности. — Я не боюсь диких зверей.
— Нет, нет, — запротестовала я. Я ни за что не останусь одна здесь. И ему не стоит знать, что я просто умру от страха в кромешной темноте, если тот хиленький фонарик решит погаснуть.
— Отлично. Идти-то сможешь?
Тамир мазнул взглядом на мою голую ногу, на которой уже начинала затягиваться рана. Я утвердительно кивнула и второпях подхватила свои скудные пожитки. Разочарованно попрощавшись взглядом с разбитым фотоаппаратом, я наспех запихнула то, что валялось на земле в рюкзак, и нацепила его на плечи.
Не буду говорить о том, что Тамир с нескрываемым интересом следил за каждым моим действием. Но стоило мне только разогнуть спину, показывая свою готовность, тот не говоря ни слова, подхватил наш единственный источник света и направился в кромешную темноту, даже не дожидаясь меня.