Глава 27
Он обнимал меня, крепко, почти болезненно.
А я судорожно пыталась вспомнить защитное заклинание. Раньше оно работало безупречно. Но ведь тогда я и повторяла его раз за разом, по несколько раз на дню – просто на всякий случай. Оказалось – правильно делала.
Похоже, действует только на время…
Требовалось немедленно вспомнить, прочесть его прямо сейчас, вернуть себе свободу от драконьих наваждений, способность быть собой.
Только никак не получалось. Слишком длинное и сложное… даже когда я повторяла его постоянно, как молитву, приходилось подглядывать в листок… Где уж мне теперь – когда мысли путаются, дыхание сбивается, тело жаждет горячих ласк. И получает их.
Алгерз обнимал меня горячо и страстно. Отчаянно. Сильно. Его желание затапливало разум – я видела это во взгляде дракона. Затуманенном, упоенном.
На меня обрушился весь ужас происходящего. Это я виновата… я… больше никто…
Я снова попыталась вспомнить заклинание. Нет, это невозможно…
Как и невозможно то, что сейчас происходит. Его поцелуи. Мои поцелуи. Реакция моего тела, которое покрылось мурашками удовольствия, хотя разум кричал об обратном.
Только… у меня ведь есть еще одно заклинание. То самое, что позволит подчинить его волю, приказать отпустить меня и убираться к демонам в преисподнюю – и он послушается, не может не послушаться. Всего пара коротких фраз – и все закончится.
Только вот произнести их я не могла. Если кто-то узнает, какой властью над драконами я обладаю, – мне конец. Опасное заклинание рвалось на волю, страстно желало сорваться с губ, словно было живым, а я так же отчаянно хотела его произнести.
Нет, нельзя.
Губы Алгерза жадно терзали мои, я страстно отвечала. Сердце колотилось с такой силой, что, казалось, вот-вот проломит грудную клетку и вырвется наружу. Голова кружилась – от желания, которое жаркой волной бежало по моим венам, и от осознания, что оно мне не подвластно.
Ладони Алгерза уже скользили по моей груди. Приятно. Противно. Ужасно. Невыносимо прекрасно.
Ткань моего платья медленно оголила плечо.
Мой страх смешался с нежностью. Ужас – со страстью, которая все разгоралась. В памяти пронесся образ Деррика, его улыбка, глаза, и из глаз вырвались слезы. Я чувствовала их влажный след на щеках. Они говорили яснее слов и куда откровенней, чем тело, которое не могло противиться магии.
Жажда, голод, необходимость быть с ним.
Целовать его.
Прикасаться к нему.
Позволять ему всё.
Только бы он продолжал…
И снова поцелуй – страстный, тяжелый, наказывающий меня за сомнения. Поцелуй, подминающий волю. Подчиняющий окончательно силе дракона, магии, которой не может противостоять ни один человек.
Ткань со второго плеча так же медленно поползла вниз.
Сердце, мое разбитое сердце, крошилось в осколки и пыль с каждым поцелуем дракона, с каждым шепотом, с каждым его дыханием… и моим стоном в ответ…
Я почувствовала, что падаю в гулкую пустоту. Наверное, потому, что без сердца уже не живут. Хотя мое тело пыталось доказать обратное – жарко стремилось навстречу ласкам, таяло от прикосновений. Душное, невыносимое возбуждение, ненавистное притяжение к такому чужому, но такому нужному сейчас мужчине.
Слезы текли помимо моей воли, я знала, что сейчас произойдет, и ничего не могла с этим сделать… Хотела больше этого всего на свете и ненавидела себя за это желание.
– Деррик… – выдохнула я имя, которое давно не произносила. Даже в мыслях старалась не называть Савайна по имени, чтобы не причинять себе еще больше боли. Впрочем, больнее, чем сейчас уж точно не станет.
– Деррик… – повторила я.
Алгерз отшатнулся. Затуманенные страстью глаза быстро прояснялись.
Я испытала одновременно и облегчение, и щемящую тоску – оттого что он выпустил меня из рук.
Драконья магия ослабла. Ровно настолько, чтобы я смогла едва слышно прошептать:
– Отпустите…