Глава 29.

Раздаётся стук в дверь, и Игорь поднимает голову.

– Войдите, – приглашает он.

Ручка соскальзывает вниз, дверь в кабинет приоткрывается, и внутрь походкой от бедра вплывает Нелли.

– Привет, – девушка улыбается полными губами. – Ты давно не звонил.

– Привет, Нелли, – Котовский прикрывает ноутбук и чуть отодвигается на кресле от стола, откинувшись на спинку.

Он видит, что глаза девушки, несмотря на мягкую улыбку, пылают злостью. Игорь на дух не переносит женские истерики и претензии, а именно этим здесь и пахнет. В своё время он мог выдержать капризы только одной женщины, и к чему это привело? Хотя, конечно, и сейчас есть одна, которой позволено вить верёвки из Котовского, но этой леди сейчас четыре года.

Однако грубить он совершенно не желает, особенно Нелли. Она ведь хорошая, замечательная. Просто… она не для него, и никак этого не осознает.

– Ты где пропал? – она обходит стол, остановившись с его стороны у самого кресла, опирается бёдрами о столешницу. – Я ждала.

– Нелли, не стоило, – Игорь пытается говорить как можно мягче.

Она знает, особенности их отношений было оговорены «на берегу» с самого начала. Кот предлагал ей тот формат, который устраивает его, но Нелли отказалась. И тогда он вышел за собственные рамки, решившись с ней на встречи вне Темы. Но предупредил сразу, что классических отношений не будет. Нелли привлекала его, возбуждала, но дать то, чего хотелось ей, он не хотел и не мог. Слишком много было барьеров, и для этого нужны были чувства, а их Кот не имел к этой девушке, да и не хотел, рубил бы и боролся с ними на корню. Потому что чувства – разрушающее зло, боль и сломанные жизни. Слишком много примеров перед глазами, слишком много боли и проблем.

– У тебя снова появилась нижняя? – она спрашивает в лоб и больше не улыбается.

Коту не нравится этот претензионный тон.

– Да.

– Разве раньше тебе это мешало? Это же просто игра у тебя.

Она так и не поняла. Поэтому стена между ними никогда бы не упала. Для Котовского Тема – не игра. Для него это модель жизни, в которой ему удобно и комфортно. Часть его жизни, и очень важная.

Игорь и раньше чувствовал дискомфорт, если спал с кем-то вне Темы, будучи завязан в тематических отношениях с нижней. Это случалось редко и не всегда приносило удовлетворение. А в нынешних отношениях он не то чтобы даже не задумывался, его сама мысль попросту отвращает. Кот больше никого не хочет. Это злит его самого, но это так.

– Кто она?

– Это тебя не касается.

– Это та новенькая официантка с перепуганными глазами, да? Мне сказали. Прирождённая саба, да? Готовая стоять перед тобой часами на коленях, облизывать ноги и фонтанировать восторгами, когда ты причиняешь ей боль?

Это вышло за грань, снесло рамки. Подобного Игорь позволить не может. Злость вспыхивает внутри, обжигая внутренности. Котовский резко встаёт с кресла, нависая над девушкой. Нелли пугается и оступается, хорошо, что стоит спиной у стола.

– Это не твоё дело, Нелли, – говорит почти сквозь зубы, обдавая ледяным блеском зелёных глаз. – Ты перешла грань. Ты понятия не имеешь, что происходит за той дверью, за которую ты войти отказалась. А то, чего начиталась и насмотрелась в Интернете, оставь при себе. А теперь ты уйдёшь, и больше мы с тобой видеться не будем. Прощай, Нелли.

– Игорь… – она поражённо смотрит ему в глаза, сдаваясь, а Котовский отдаёт себе отчёт, что вот совсем не хотел бы видеть её перед собой связанной и покорной. Вообще никакой видеть её перед собой не хотел. – Прости, Игорёша, я перегнула, да, прости, пожалуйста.

Она вскидывает руки и прижимает ладони к его скулам. В этот момент дверь приоткрывается, и в кабинет входит Карташова. Наверное, стучала, да только в пылу ссоры Котовский не услышал. Ключом открыла, она же дежурит сегодня, и у неё только пятнадцать минут на уборку. По инструкции, если кабинет после стука не открыли, она может его открыть и войти для уборки. А когда Нелли вообще успела его закрыть изнутри? На что-то рассчитывала?

Котовский прикрывает глаза и грубо выражается про себя, когда Стрекоза, сначала на секунду замерев, а потом опустив глаза и буркнув севшим голосом «извините», испаряется. Не то чтобы он ей что-то обещал, но…

– Упс, – Нелли опускает глаза, а Коту хочется вышвырнуть её из кабинета за шкирку в прямом смысле.

Но он сдерживается. Отходит от неё на шаг.

– Нелли, уходи. На этом всё. Мне жаль, если ты рассчитывала на большее, но я ведь изначально предупреждал.

Девушка глубоко вздыхает. Глаза блестят от слёз и злости. Она качает головой, поджав губы, а потом смотрит на Игоря в упор.

– Не знаю, кто тебя сломал, Котовский, но очень надеюсь, это произойдёт снова.

А потом уходит, громко стуча каблуками.

***

День, а точнее ночь, сегодня выдаётся напряжённой. Клиентов как хлама на пляже после шторма. Оно-то замечательно, только скандальных много. Двух официанток зажали, пришлось охране выводить зарвавшихся ублюдков и объяснять на улице, почему так делать нельзя. Одна пьяная дамочка полезла на барную стойку танцевать, стала отбиваться от охраны, что пытались снять её, обвинять парней в домогательствах, а потом и вовсе рухнула на бармена. В итоге сама цела, отряхнулась и пошла нестройной походкой, а у Артёма вывих плеча, и посреди напряжённой смены дыра за баркой. Пришлось Игорю ставить диджея за бар, благо он раньше барменом был, а самому брать на себя рубку, хотя у него отчётный период на носу, планировал сегодня подбить часть.

Машу он почти не видит, а когда она на него в зале наталкивается, опускает глаза и торопливо пробегает мимо. Стрекоза суетливая, Кот чувствует, как в каждый такой момент его нервы натягиваются словно струны. Музыкальный движ сегодня выходит жёстче, чем обычно. Толпе нравится, но Игорю самому такое состояние не в кайф. Раздрай. Злость. Слишком много эмоций. Так не пойдёт, это ведёт к потере контроля, а контроль слишком важен для него во всех сферах.

После закрытия, когда уставшие официанты заканчивают приводить в порядок свои зоны, он цепляет Машу за углом по пути к кухне.

– Маш, после смены подожди меня. Я подвезу.

Она ничего не отвечает, опускает глаза и замирает, аккуратно высвободив локоть. Котовский принимает это за согласие, но когда он, забрав в кабинете ключи и переодевшись, выходит на парковку, Маши уже и след простыл.

Игорь сжимает руль и едва не крошит зубы от злости. Ослушалась. Сбежала. Вот как с ней можно разговаривать? Почему она его не слушает? Что за упрямство? Он же ничего такого ей не делает, за что она может его избегать. Она же сама пришла, сама просила и на всё согласилась. И он не жестил, в Тему вводить начал мягко, учитывая её эмоциональное состояние. А сегодня вышло недопонимание, и он хотел объясниться, хотя не должен. Он вообще, мать его, ничего ей не должен! Так какого же чёрта она сбегает? И какого он так на это реагирует? Другой бы в подобной ситуации в приказном порядке и по заднице, если ослушалась, ведь предупреждена была, что всё будет непросто.

Кот выжимает газ и резко выруливает с парковки. Догоняет её за ближайшим поворотом, знает, что она наискосок домой ходит. Ну и зря, это не трасса, тут никто и не заметит, если кого-то к старому ограждению вокруг пансионата прижмут машиной.

И Котовский делает это. Подрезает на тротуаре так, что деться ей некуда.

– В машину садись.

Стрекоза вертит головой, нервно сглатывает, переминаясь с ноги на ногу, но потом открывает и садится внутрь, слишком громко хлопнув дверью. Кот блокирует двери и резко разворачивается. Плевать ему, что тут сплошная. Ни слова не говорит притихшей девушке, просто топит педаль и выруливает на объездную в сторону своего дома.