Глава 23

Khalid — Better

ДЭН

После своего визита Лера все же заболела. Ладно хоть не бронхитом, а, типа, просто ОРВИ. Но мне все равно довелось выслушать гневную речь от Анны Эдуардовны о своей безответственности в отношении ее внучки. Проворчавшись она загрузила мой воспаленный мозг очередной кипой заданий по терверу и в конце своей тирады предложила передать с кем-нибудь баночку наваристого борща и пирожки с яблочным повидлом.

Конечно, я не отказался. Кто я такой, чтобы отказываться от стряпни самой Анны Эдуардовны. Поэтому пришлось Беккеру сначала смотаться к Лере домой за провизией, привезти все мне, забрать небулайзер и снова тащиться к Лере. Руса, конечно, бомбануло слегка. Дружище поворчал, поматерился, но по итогу мою просьбу исполнил в лучшем виде. На то он у меня и есть лучший на свете бро.

За время болезни я дико соскучился по Лерчику. Даже несмотря на то, что мы почти постоянно были на связи: то звонки, то сообщения, то голосовые, то видеозвонки, я был до усрачки рад, когда нам с моей девочкой одновременно закрыли больничный. И сегодня мы, наконец, собрались в универ.

— Здравствуй, здравствуй, — Анна Эдуардовна встретила меня на пороге, просканировала с ног до головы и хмыкнула. — Ну, что встал? Проходи. Лерочка переодевается. Иди мой руки и садись за стол. Позавтракаешь, — накидала приказы.

— Да, я дома поел. Спасибо, — ответил, но куртку все же снял и стянул с ног ботинки.

— Знаю я, чем вы там, молодые, питаетесь. Вон аж щеки ввалились. Иди говорю, — проворчала бабуля.

Пришлось подчиниться. Хотя про щеки она, конечно, загнула. Нормально у меня все с щеками и со всем остальным. Ни грамма не сбросил.

Когда на кухне появилась Лера, я уже уплетал четвертый по счету блин с творожной начинкой, запивая крепким чаем с долькой лимона.

А вот она в отличие от меня еще схуднула. И как раз именно у нее щеки ввалились. Я даже немного подрастроился, потому что мне очень и очень заходило то, как Лерчик выглядела раньше, когда была пышней, чем сейчас.

— Привет, — смущенно улыбнулась мне.

— Привет, — я жадно уставился на свою девочку, которая сейчас выглядела просто потрясно в этом своем темно-оливковом платье, стянутом на соблазнительно — тонкой талии ремешком и подчеркивающем округлые бедра.

Жаль, что на кухне в этот момент крутилась бабуля, а то сграбастать бы Лерку в охапку, усадить к себе на колени зацеловать всю. Сил терпеть нет.

— Денис, вон, смотри, чего творит, — кивнула в ее сторону Анна Эдуардовна. — Ест, как птичка. Лерк, разве вот этим можно наесться-то, а? — бабуля брезгливо заглянула в ее пиалу, куда Лерчик нарезала яйца, авокадо и отретушировала свою кашицу льняным маслом.

— Бабуль, это вкусно и полезно.

— Хоспадя, — Анна Эдуардовна закачала головой. — Ладно, завтракайте, а я в магазин пойду. Только без глупостей у меня тут, — погрозила нам пальцем, попрощалась и свинтила, наконец, из кухни.

Как только хлопнула входная дверь в квартиру, мы с Леркой переглянулись и, словно по команде, подорвались с места. Я подхватил девчонку практически на лету, прижал к себе за талию и впился в губы, уже приоткрытые для меня. Сладкие. Мягкие. Теплые.

Я целовал ее то жадно, напористо, выпивая дыхание, сплетаясь языками, шаря руками по напряженным лопаткам, спускаясь к пояснице, пытаясь наверстать упущенное время. То сбавлял темп на медленную, чувственную пытку, лениво лаская верхнюю и нижнюю губу по очереди, едва касаясь, проходясь языком, прикусывая и оттягивая.

— Соскучился, капец как, — прошептал, когда оторвался, чтобы глотнуть воздуха.

— Я тоже, — Лера дотронулась ладонью до моей щеки, заглянув в глаза, а потом робко провела по моим волосам и прижалась лицом к груди. — Денис, мы опоздаем.

— Успеем, — чмокнул ее в макушку и склонил голову к плечу, вдыхая нежный аромат ее кожи.

Не удержался. Поцеловал и туда, отчего Лерчик равно выдохнула. Если так и дальше продолжится, то бабулино наставление с концами улетит в топку.

Мы целовались снова. А потом еще в прихожей, когда уже собрались выходить. И в машине, прежде, чем тронуться с места, хотя Лерчик напряженно ерзала, пытаясь меня образумить, потому что тачка стояла прямо во дворе у подъезда. Но я не мог насытиться, отлепиться от нее. Мне хотелось приклеиться намертво.

Я был влюблен. Я, блин, по-настоящему влюбился в эту девчонку. Безумно, чудовищно сильно. И меня тянуло к ней магнитом.

— Руку давай, — попросил, когда мы вышли из машины на парковке перед главным корпусом, где должна была состояться единственная совместная на сегодня лекция по управлению ресурсами, а затем нам предстояло разделиться по разным корпусам.

— Денис, только не говори, что мы пойдем на пару за ручку, — пробурчала Лерчик в своей неповторимой и с ума сводящей меня манере, которая вызывала только одно желание, сажать ее где-нибудь за углом и залюбить до разноцветных звездочек.

— Еще как пойдем. Руку давай, — перехватил ее ладошку, сжал, чтобы не брыкалась и повел за собой. — Еще и сядем вместе на первую парту. Буду своим фейсом препода драконить и тебя по коленке наглаживать.

— Ты сейчас серьезно? — Лерка округлила глаза похлеще своих окуляров и заморгала, косясь на меня с видом величайшего недоумения.

Я заржал. Не сбавляя шаг притянул к себе и чмокнул в губы.

— А че такого?

— То есть ты собрался сидеть со мной на лекции? В первом ряду?

— Вполне. Ты же не пойдешь на последние?

— Ни за что! — фыркнула Лерчик.

— Я так и думал. Поэтому сяду к тебе, у нас и так сегодня всего одна пара вместе.

Лера понимающе вздохнула и не стала возражать к моей радости.

Конечно, на нас пялились. А Лерка сильнее жалась, когда я вел свою девочку за собой к аудитории и легонько поглаживал большим пальцем ее ладонь в моей руке.

— Чего ты нервничаешь? — остановил ее у дверей.

— Как будто ты не видишь, — взбрыкнула та. — Наверное, думают, что за прикол? И почему ты со мной.

От ее растерянного взгляда у меня внутри щемяще заколотило. Дурочка.

Я коснулся ее губ, провел носом по щеке, прикрывая глаза и балдея от прикосновения к нежной, бархатистой коже.

— Забей на них, Лер. Они всегда найдут повод, о чем потрепаться, понимаешь? Сегодня о нас, завтра о ком-то другом. Зачем загоняться? Ни одна из них тебе и в подметки не годится. Пусть думают, что хотят. Но ты же знаешь правду, да? — шуточно щелкнул ее по носу и снова поцеловал. — Пойдем, пока твои любимые места не оккупировали местные ботаны. К тому же тебе еще нужно успеть ручки по цвету разложить, а то мало ли что.

Лерка не смогла сдержать улыбки.

— Какой же ты — засранец, Керимов. Старая шутка. Не смешно.

Я склонился ниже к ее уху.

— Мне вот интересно, у тебя трусики тоже по цвету лежат или по какому-то другому признаку?

— Пошляк, блин, — толкнула меня в грудь, а после сама взяла за руку, и мы зашли в аудиторию.

Я протиснулся следом за Леркой на центральное место в первом ряду, оглянулся на галерку. Увидел, как вылупился на меня Беккер и изобразил руками разбитое сердце. Грифа рядом не было. Я вообще его уже давно не слышал и не видел.

Всю пару не мог ни о чем думать, кроме девчонки, что чуть ли не с высунутым языком строчила лекцию. В то время как сам только делал вид. Все равно же даст ксерануть. Куда денется. Меня вело от ее запаха, от ее мимолетных косых взглядов, едва заметной улыбки. От румянца, выступившего на щеках, стоило приложить голову к ее плечу, пока препод вырисовывал на доске график покупательной способности.

Но всему хорошему приходит конец. После пары Лера проводила меня до пропускного пункта на первом этаже, застенчиво чмокнула в щеку и обещала дождаться, пока вернусь, чтобы поехать домой вместе. Ведь сегодня у меня должно было состояться занятие с Анной Эдуардовной, которое бабуля подогнала под наше расписание, чтобы я не ждал вечера, ведь потом мы собрались с Лерчиком, наконец-то, вместе позаниматься в спортзале.

— Ты меня бросил, — Рус, будто в дешевой мелодраме, заломил брови, изображая вселенскую обиду, когда мы пересеклись в буфете, после того, как я проводил Леру. Дальше у нас было окно, так что торопиться было некуда.

— Хорош, Бэк.

— Променял на девчонку своего другана, — не унимался Беккер, вжившись в роль обиженки.

— Да, да, да, — я гоготнул, тыча Руса в плечо. — Где Гриф, кстати?

— А он че тебе не рассказал?

Я удивился.

— О чем?

Подошла очередь Беккера. Тот быстро купил сэндвич с курицей и бутылку газировки. Я же взял себе только кофе, потому что еще до сих пор переваривал ту порцию блинов, что успел заглотить у Леры дома, пока та переодевалась.

— Врачиха твоя, Еська которая, залетела, — сообщил Рус, когда мы усаживались за свободный столик.

Я, наверное, даже побелел от этой новости. Начал судорожно в уме прикидывать, когда последний раз у нас с Есей был секс. Но я же всегда надевал презик. В каком бы состоянии не был, всегда, мать вашу, использовал защиту. А потом осенило — при чем здесь вообще Гриф?

— Не парься, — Беккер, будто, услышал мои мысли. — Не от тебя. Там по срокам от Грифа. Темыч че реально тебе не признался? Вот гондон.

— Когда?

— На той самой тусе, когда ты Лерочку свою засосал.

Прикинул. Нормально так выходило.

— И где же Грифонов сейчас?

— Так потащил Еську в клинику. Она тут заявилась к нему в невменяемом состоянии. Тыкала в морду тестом. Орала, что он ей все будущее потопил. Гриф вспомнил, что тогда на утро увидел два юзанных презика. Один порванный, а другой целый со спермой, короче. Темыч думал, что, типа, один порвался, так он натянул другой и продолжил, а оказалось совсем по-другому. Они же оба угашенные были в нулину. Че там теперь выйдет, хрен знает.

— Да, ну нах, — я скривился, запивая вываленную на меня новость своим кофе.

Вот уж не думал, что из нас троих именно Гриф может вляпаться в подобную историю. У него, конечно, телочек хоть каждый день на новую меняй, но голову он всегда старался держать в светлом уме и доброй памяти. А тут... Еще и с Еськой, которая никогда детей то и не хотела. И вся из себя прошоренная феминистка.

— И я про то, — согласился Беккер. — Дэн, ты только на него не гони по типу, что он не рассказал. Темычу, наверное, просто кринжово. Сам понимаешь.

— Да, не вопрос.

Дорогие мои читатели!

Пятница выпадает на праздничный день, поэтому уж не обессудьте, если буду задержки в графике.

Всех с наступающими)))