Глава 24(1)

Fleurie — Breathe

ЛЕРА

— И че у вас все было уже? — Ника заговорщески поиграла бровями, потягивая свой банановый раф.

Я мигом покраснела, осматриваясь по сторонам тесной кофейни, что находилась рядом с главным корпусом универа, куда мы зарулили с подругой, чтобы скоротать окно между парами.

— Нет. Не было. Я не готова еще. Да, и боюсь, если честно.

— Чего? — удивилась Стрельцова. — Денис, конечно, парень ветреный, сумасбродный, но он не из разряда подлецов. Это уж точно, Лер. Не как этот твой из школы. Урод моральный.

— Знаю. Но все равно боюсь. Да, и Денис не настаивает. Даже не намекает.

Ника довольно гоготнула.

— А вот это уже на Керимова не похоже. Обычно он не церемонится. Значит не врал, когда в любви тебе признался. Потому что, когда мы встречались с Беккером, и я довольно тесно с этой троицей общалась, Дэн без особого труда тащил в койку всех, кто понравится. Даже не парился, что на тот момент у него были, типа, свободные отношения с Есей.

— Думаешь, не врет? — я с надеждой заглянула в карие глаза подруги.

— Уверена, что не врет — подтвердила подруга.

Я обрадовалась ее ловам, а потом заметила, как Стрельцова сникла. Сразу после упоминания о Беккере.

— Ник, а ты вообще как? Руслан же теперь...

— Не надо, Лер, — с ходу перебила подруга. — Не хочу о нем. Сейчас все устаканилось. Он со своей этой... А у меня, вроде как, немного наладились отношения с Костей. Скоро мама с сестрой из Москвы возвращаются. Костя уже обо всем договорился с местным реабилитационным центром. Здесь побудут, а потом снова в Москву к следующей операции готовиться. Хотя толку то, — Стрельцова грустно ухмыльнулась и тяжело вздохнула. — Все будет хорошо. Надо верить, — а потом закрыла лицо ладонями. — Знаешь, Лерка, я такая гадкая. Когда совсем невмоготу, такие мысли ужасные в голове крутятся. Ведь если все без толку... Столько лет никаких улучшений. Иногда по ночам я думаю, может лучше бы если бы Нина однажды не проснулась. И сама бы не мучилась, и мама бы вздохнула, и я... А потом мне так мерзко становится. Хочется себя по щекам отхлестать. Ведь она же сестра моя! Как я могу так думать? Это же безбожно.

— Ник, ты совсем мужа не любишь, да? — вкрадчиво поинтересовалась у подруги, понимая сколько боли она носила в себе.

— Я благодарна Косте, за все, что он для нас делает. И первое время, мне даже казалось, что я влюблена, но потом, когда встретила Руслана, поняла, что это не больше, чем иллюзия. И настоящее чувство — вот оно здесь. Реальное, живое, до дрожи прекрасное, лишающее сна и мыслей. Только он один, и никто больше. И все остальное вылетает из головы. Лишь бы не расставаться никогда. А Костя терпит, терпит, терпит. Что бы я не натворила, он терпит. Только не знаю, почему. Никак не могу понять причины, почему я. Ведь он же от меня ничего хорошего не видел. Ни любви, ни заботы, ни ласки. Почему, почему, почему? — запричитала под конец Ника, прикрывая лицо ладонями.

— А программы? Все эти благотворительные фонды?

Ника замотала головой.

— Проходили уже. Нам даже пару раз собирали деньги на лечение, а потом сказали только хоспис. Ничего больше предложить не могут. Я устала, Лер. А потом подумаю, как устала мама, так от самой себя противно становится... — Ладно, пойдем уже, а то пара скоро начинается.

После семинара мы попрощались с Никой, и я собралась идти на репетицию к студвесне. Сначала написал Дымников. Довольно сухо. Просто поинтересовался ждать меня или нет. А потом позвонил Денис, выведывая о дальнейших планах.

— Это в актовом? Я минут через десять буду, — безапелляционно заявил Дэнни.

— Зачем? Мы же потом все равно вечером в бассейне встретимся? — а у самой сладко затрепетало в животе от предвкушения скорой встречи.

— Затем. Дымников там будет?

— Да.

— Вот поэтому.

— А к отцу ты, когда?

— Завтра. На целый день уеду. Мама не сможет. Меня попросила.

— Поняла, что завтра мы не увидимся, и спорить с ним совсем расхотелось.

— Кофе захватишь? Капучино без сахара.

— Захвачу... Лер?

— Что? — аж дыхание сбилось от его этого "Лер" низким, мурчащим, как у сытого кота, голосом.

— Я соскучился.

— Уже?

— Всегда.

Зажмурилась от пищащего внутри ликования.

— Я тоже, — тихо прошептала в ответ.

И побежала на репетицию.

В актовом зале уже собрались выступающие и те, кто организовывал само мероприятие.

Дымников сначала сухо поздоровался, потом никак не оказывал мне даже малейшую долю внимания, пока обсуждали, как обыграть паузы между выступлениями. И я уже, было, расслабилась. Но вскоре подошел Денис, и Дымникова, точно, подменили.

— Быстракова, Юшкина на сцену! — рявкнул тот, пока Дэнни уселся рядом со мной и склонил голову на плечо, нежно поглаживая мой живот большим пальцем.

Я встрепенулась.

— Так, сейчас, вроде, танец у Светы по прогону?

Дымников пронзил меня острым взглядом.

— А ты ее видишь, что ли? Они отпросились на сегодня. Дуйте на сцену.

Денис моментально отстранился и ощетинился.

— А ты че бычишь?

— Чего? — вызверился Дымников.

— Они же не в курсе, что у вас там кто-то свинтил с репетиции. Повежливее нельзя? С хрена ли ты тут связки напрягаешь? — спокойно пояснил Керимов.

— Я сейчас не только связки напрягу, — вышел из себя Дымников. — Это собрание для участников. Ты че тут вообще забыл?

Но Денис и мускулом не дрогнул, пока я притихла рядом, не смея подняться с места.

— А я к девушке своей пришел. Вот послушать хочу, как она музицировать будет. Или че, нельзя? Запретишь мне? — и притянул меня к себе за талию.

— Мы идем, — оборвала я перепалку, кивнув подофигевшей Быстраковой. Быстро чмокнула Дениса в щеку и поднялась с места, прихватив скрипку.

Дорогие читатели!

Сами понимаете, праздники!

А еще я сейчас усиленно пишу историю про Нику и Руслана, чтобы первые главы выходили ежедневно.

Поэтому продолжение завтра.