ГЛАВА 14

POV Ульяна

Когда я сбилась со счёта, какую стопку горячительной текилы отправила в желудок, и в дверях появилась фигура Вита, я пожалела о своём поспешном решении.

В чёрном наряде походит на тень, выделяются только его глаза – холодные и синие, словно глубины океана. Он останавливается, заметив меня. Живот предательски сжимается. Его взгляд медленно и особо тщательно заскользил по мне, казалось, не пропуская ни единой детали.

Хочется увидеть себя его глазами. Морщусь, вспомнив, в каком я виде. Потрёпанная, но всё ещё в шёлковом платье.

Бровь Вита дёрнулась вверх, разглядев рюмку в моей руке. Я двинула её в его сторону, затем поднесла к губам и, не медля, опрокинула в рот. Морщусь, тянусь к мелко нарезанному лимону.

Жжение в горле сходит на нет, Вит садиться напротив меня.

– Не знал, что ты пьёшь, – голос привычно ровный, словно у парня вовсе отсутствуют эмоции. Но дальше появляется заинтересованность: – Что отмечаешь?

– Наши отношения, – усмехаюсь, насильно размазав губы в улыбке. Так весело, что хочется плакать. – Разве у нас сегодня не первый день? Это надо отметить.

Не предлагаю ему, прекрасно зная, что Вит не пьёт. Никогда.

– Я передумал, – Вит скрещивает руки на груди. Его чёрная кожаная куртка натягивается. – Мне не нужна пьющая девушка.

Хмыкаю, не удивляясь. Ставлю стопку на стол. Опускаю голову, чтобы упереться в неё глазами, а рука тянется к бутылке.

Чего я ожидала от этого парня? О чём я вообще думала, позвав его?

Есть ли что-то более унизительное, чем навязывание моей бесполезной тушки богатому отпрыску, чтобы использовать как инкубатор для наследников?

Думаю, это согласиться на фиктивные отношения с человеком, который предложил связь подобного рода лишь по той причине, что вовсе не видит во мне привлекательную девушку.

Я кинулась к трясине в надежде выбраться из зыбучих песков – глупо и неоправданно.

– Тогда не буду задерживать. – Наливаю рюмку дрожащей рукой, переливаю через край.

Горло сковывает колючей проволокой. Придётся надеяться только на свои силы. Я найду другой способ.

Из-по полуопущенных век вижу, как Вит прищуривается. Надеюсь, я хорошо стёрла следы беспомощных слёз. Новая порция ещё не успела излиться проливным дождём.

Парень упирается локтями в стол. Не могу заставить себя прямо посмотреть на него. Слишком опасны синие омуты. Вит может стать гораздо губительнее любого болота.

– Что-то случилось? – спрашивает Вит, между бровей появляется складка смятения.

Выпрямляюсь, словно только замечаю его присутствие.

– Ты ещё здесь? – Двигаю брови вверх, имитируя удивления.

– Почему ты так одета? – Вит невозмутимо продолжает допрос.

– Разве ты не собирался уходить? – Гну свою линию, отчего получается чудаковатая игра «вопрос на вопрос», которой мы оба явно обрадовались.

Парень расслабленно откидывается на стул.

– Почему ты передумала?

– Почему ты продолжаешь здесь сидеть?

– Ходила на свидание? – Вит двигает головой, отмечая мой наряд.

– А ты был на похоронах? – Зеркально отражаю его действия, имея в виду чёрный байкерский прикид.

– Я угадал?

– Нет. А я?

– Нет. – Его длинные пальцы принимаются постукивать по деревянной поверхности стола. Я же заглатываю очередную порцию текилы. – Хотя я на это надеялся.

Что это может значить? Если я спрошу, он не ответит.

Вит – закрытая на замок книга, спрятанная в самом дальнем отделе библиотеки, куда никто не может добраться.

Что он прячет? Чем не хочет делиться с окружающими и от чего бежит?

Его эмоции улавливаются в мимолётных движениях глаз, бровей. Вокруг рта нет морщин – он редко улыбается, зато вокруг глаз их множество.

Я с лёгкостью могу написать книгу «Как определить степень злости Вита Грома по интенсивности подскакивания пирсинга в его носу».

Вот и сейчас он делает резкий выдох, отчего серёжка дёргается вверх, затем оседает. Поворачиваю голову в сторону, куда направился его взгляд.

Ох, блин.

Его узнали. И теперь к нам всё ближе подбираются фанатки, окружая плотным кольцом, готовясь в любую секунду атаковать своего кумира. Их правда так много, или это у меня в глазах двоится?

– Я передумал, – поспешно, но решительно произносит Вит, после чего поджимает губы. От дискомфорта у него напрягаются скулы, и желваки заходили ходуном.

– Опять? – выдыхаю осипшим от жжения и кислоты лимона голосом. – Не слишком ли часто?

Кто-то из толпы выкрикивает его имя, Вит сжимает кулак, пытается вдавить его в стол. Вновь тянусь к бутылке, но мою руку перехватывают.

Возмущённо охаю. Вит дёргает меня на себя, одновременно двигаясь мне навстречу. Встречаемся лицом к лицу в центре столешницы.

Вздыхаю, готовясь резко высказаться, но теряюсь.

Мои глаза тонут в тёмно-синей, почти чёрной бездне. Вит словно поймал меня в ловушку. Я задерживаю дыхание, но не могу отвести взгляд.

– Не будет дороги назад, – горячее дыхание обдало мои губы. – С этой минуты начнётся игра. Давай устроим шоу?

Вторая рука парня зарывается в мои волосы, обхватывая шею сзади. Скалюсь, шипя, когда пальцы больно тянут волоски, зацепляясь за слипшиеся от лака пряди.

Вит прислоняет свой лоб к моему, на секунду замирает. Нос улавливает незнакомые запахи копоти и сырости.

Со всех сторон щёлкают вспышки фотокамер, и я понимаю, о каком шоу идёт речь и какая игра начинается.

Я согласилась стать его ширмой. Теперь при каждой встрече он будет выставлять меня вперёд, словно манекен на витрине. Я усвою это правило.

Но он ещё не знает, что игра не будет односторонней. Вит Гром тоже станет моим щитом. Я выдвину его между собой и своей семьей. Фальшивые отношения спасут меня от реального брака.

Низ живота тяжелеет, а в груди вспархивает ворох крылатых созданий. Я не хочу ничего этого чувствовать, но это невозможно, когда дело касается парня с пронзительными синими глазами.

Отстраняюсь, чтобы ещё раз посмотреть в его глаза, стремясь разглядеть хоть какие-нибудь эмоции. И я вижу опаску. Словно Вит… боится меня. Хватка на шее становится сильнее. Вит удерживает меня, решив, что я пасую.

Но как он сам сказал – назад дороги не будет.

Я поднимаю голову, чтобы устремить губы ему навстречу. Пусть ему это не нравится, а прошлый поцелуй оставил его равнодушным, вызвав горькое послевкусие у меня. Сейчас это неважно. Главное, чтобы мы оба получили желаемое.

Вит медлит, но все же касается своими губами моего рта.