Глава 51

Влад

Я замер рядом с бездыханным телом Глеба, запоминая это лицо. Вглядываясь в черты, которые хотел запомнить надолго. На столько, на сколько это возможно. Я неистово желал впечатать в свою память страдания на его лице. Я был разочарован тем, что меня не было рядом в тот момент, когда он делал свой последний вдох. Я бы смотрел в его пустые глаза и наслаждался этим зрелищем. Когда-то друг, брат, родная душа, понимающая меня с полуслова. Я доверял ему как себе. Я мог доверить ему не только свою жизнь, но и жизнь младшей сестры.

Как же я ошибался.

Как же я просчитался. Где я просчитался?

Этот ублюдок, должно быть, доволен собой? Смотрит на меня с того света и радуется тому, что оставил меня без ответов. Счастлив от того, что я, скорее всего, до конца своей жизни буду мучиться, ломая голову вопросами: за что и почему? Он отобрал у меня самое дорогое. Он забрал Арину. И не просто забрал, а подверг пыткам и издевательствам двадцатилетнюю девчонку. И избавился, как от мусора. За что?

И как у него рука поднялась? Она считала его братом.

— Мразь… — тихо прохрипел я, опускаясь на корточки рядом с Глебом. — Какая же ты мразь, Глеб. Как тебе там? Теперь хорошо? Отмучился? Твои приспешники будут слегка расстроены, когда я пришлю им твою голову. Не обессудь…

Закурив, я поставил возле тела табурет и сел, продолжая смотреть на него. И не понимал, что чувствую ещё, кроме разочарования и лёгкого удовлетворения. Но что-то ютилось в груди, и я не мог понять, что именно. Но было дерьмово.

Я стряхивал серый пепел Аверину на лицо и тихо проговорил слова из песни, которую мы с ним всегда завывали по пьяной лавке.

— Судьба жестока, что не говори. Свой путь вдвоём мы так и не прошли… спокойной будет пусть душа твоя, тебя не подведу, братишка, я.

Какое дерьмо. Как же паршиво, что теперь эта песня не про нас.

Я подвёл самого главного человека в своей жизни. И это не ты, Глеб.

Телефон в кармане брюк ожил. И я, слегка дернувшись, потянулся к карману. Увидев на дисплее "Сухой", я резко выдохнул. Я ждал этого звонка. Весь вчерашний вечер и прошедшую ночь.

— Слушаю. — Сделав ещё одну затяжку, я затушил окурок об бетонный пол и засунул Аверину в пасть.

Нервно провёл шершавой ладонью по лицу, стирая наплывшую сонливость. Я не спал уже почти двое суток. Меня слегка вело.

— Нашли.

— Выяснили?

— Нет пока. Отнекивается тварь. Пока едем на нашу заброшку. Там тихо.

— Начинайте выбивать уже сейчас. Я выезжаю.

Я сбросил вызов и облегчённо вздохнул.

Наконец-то.

Но это ещё не конец. Они всего лишь нашли Вячеслава. Посыльного, которого оказалось не так-то просто отыскать. Они нашли его, и теперь осталось выбить из него недостающую информацию.

А время бежало с неумолимой скоростью. Его было слишком мало. Каждая минута казалась пыткой.

Я буквально бежал по ступеням вверх, оставляя Глеба в подвале. Бросил охране, чтобы они пока не трогали его тело, и запрыгнул в машину. На миг меня накрыла эфемерная иллюзия, что всё вот-вот закончится. Нервный смешок вырвался из моей груди, и я раздосадовано покачал головой, произнося:

— Хотя бы в этот раз найди вовремя, Влад. Ты обязан.

***

Мужик оказался жидким на расправу. Он стерпел побои, но как только увидел в моих руках обычный садовый секатор, тут же завопил, что всё расскажет и покажет. Но я для верности всё же отхватил ему мизинец на правой ноге, чтобы он не думал, что мы блефуем.

Обоссавшись, Слава рассказал мне всё, что знает. А знал он немало. И всю историю первого похищения, и планы на будущее, и даже содержание писем, которые тот мудак писал Вике с зоны.

— Ты сейчас позвонишь своему ублюдку-дружку и скажешь, что тебе нужно приехать, чтобы забрать кое-какие вещи. Или предложи ему делюгу. Скажи, что нужно обсудить с глазу на глаз. Ты понял?

Сява судорожно закивал и дрожащей рукой вытер слюни вперемешку с кровью с разбитых губ.

Дом, где эта падаль прятала Вику, находился в трёхстах километрах от нас, и на дорогу нам понадобится не меньше полутора часов.

Мой взгляд замер на обоссанных штанах Вячеслава.

В багажнике поедет… — подумал я.

— А теперь собери свои сопли, — я склонился над ним и, взяв за волосы, поднял его башку, заставляя смотреть мне в глаза. — И звони своему дружбану. И если твой голос хоть раз дрогнет, я тебя кастрирую прям тут. Улавливаешь?

Закивав, он рукавом вытер кровь с подбородка.

И как только я отпустил его, принялся собирать снег под собой и оттирать им свои слюни, сопли и всё это кровавое месиво со своей рожи.

Нам всего лишь нужно убедиться в том, что Алексей находится именно там, и что Вика с ним.

— Звони, — я протянул ему телефон, который у него конфисковали в ту же минуту, когда он попался в руки моим парням.

Секунды казались вечностью. Я наблюдал за тем, как Сява, всхлипывая, набирает по памяти номер с тремя шестёрками на конце.

— Алё? — Прозвучал в трубке сиплый мужской голос.

— Лёх, это я. — Ровным голосом ответил ему его бывший сокамерник.

— Да, Сява. Здоров. — Настороженно произнёс тот.

— Ты там… на том же месте? Дело есть к тебе одно.

— Какое?

— Хорошие бабки. И лёгкие. — Пояснил Сява, делая небольшую паузу, и переводя дыхание. — Я к тебе заеду сегодня. Не по телефону. Так ты… там?

— Да куда ж я денусь с подводной лодки? — Уже более расслаблено ответил Алексей. — Тут до цивилизации далековато. Так что… я почти всегда тут.

— Может, привезти чего надо? Раз уж такое дело…

— Может, — хмыкнул тот, — водки привези. Бутылки три. Ну, и на закусь чего-то. По мелочи. Ты один? — Снова насторожился.

— Ну, получается, уже нет… — Сява натянуто улыбнулся и посмотрел на меня. — С водкой приеду. Часа через два.

Ублюдок на том конце тихо рассмеялся.

— Хорошая компания. Беру.

— Ну, тогда до связи.

— Бывай.

Закончив разговор, Славик сбросил вызов и дрожащей рукой отдал мне телефон. Посмотрел на свою ногу, и жалко протянул:

— Палец… можно я заберу свой палец?

— Думаешь пришить? — Усмехнулся Виталик, носом ботинка зарываясь в снег, чтобы поддеть мелкий и корявый обрубок. — Ну, возьми…

Пнув окровавленный палец, он нетерпеливо посмотрел на меня:

— Едем?

— В багажник этого. — Кивнув, я направился к машине.

Я вбил координаты местонахождения Вики и завёл двигатель. И как только Виталик уселся рядом и захлопнул дверь, вжал педаль газа в пол.

***

Захолустье. Мать его, этот дом днем с огнём не сыщешь.

Глухомань. Забытая богом деревенька, где проживает не больше тридцати человек. И то, старики. Глухие, слепые и склерозные. Вымирающее местечко. Я даже засомневался, что здесь есть газ и свет. Где-то неподалёку лаяли собаки. А из-за покосившегося забора выглядывала бабка. Она внимательно проследила за тем, как наши внедорожники проехали мимо, а потом зачем-то махнула нам вслед рукой.

— Об этой дыре вообще знают на верхушках? Я думал, что таких мест уже не существует… — пробасил задумчиво Виталик, оглядываясь по сторонам.

А я продолжал медленно двигаться вдоль улицы. Ничего не ответил. Про себя повторял: дом в конце улицы. Там углубление, поворот направо и проехать метров сто. За забором лес начинается. Забор новый, из профлиста коричневого. Он там один такой.

— Поворот. — Произнёс я, кивая перед собой, и остановил машину в паре десятков метров от него.

— По ходу приехали. — Сказал Виталя и опустил окно, высовывая свою руку и подавая сигнал остальным, чтобы они остановились.

Я заглушил двигатель и посмотрел на друга. Именно сейчас, когда мы оказались так близко, моё сердце снова начало болеть. Словно его заковали в тиски, и при каждом вдохе оно едва не разрывалось. Мою голову заполнял стремительно нарастающий гул.

— Вытаскивайте эту гниду. — Произнёс я охрипшим голосом и вышел из машины.

Ноги тут же утонули в сугробе и я тихо выругался. Тут даже если захочешь убежать — далеко не убежишь…