Глава 8

Вечерний КВН тоже не порадовал. Репетировали ребята без огонька, скорее было похоже на отбывание нежеланной и неинтересной повинности. Пару раз прогнали номер и разошлись по домам, даже песню петь не стали. Я радовалась, что освободилась пораньше и в который раз мысленно умоляла день первокурсника поскорее наступить. Что поделать – терпеть не могу задерживаться на работе, тем более бесплатно.

В поисках Измайлова в преподавательскую заглянул Игорь Семенович, профессор психологии.

– Здравствуйте, Евгения Алексеевна, – вполне искренне улыбнулся тот. – Андрея Маратовича не видали?

– Да вроде здесь где-то был, во всяком случае, минут пять назад точно забегал. А вам срочно?

– В моем возрасте уже некуда торопиться, – явно прибедняясь, посетовал профессор, выглядел он вполне бодро. – А вот вы выглядите грустной. Работа не по душе или на личном фронте проблемы? Опытный взгляд со стороны, поверьте, бывает очень помогает.

– Ах, – махнула я рукой. – Не будем о грустном, – потому что смотреть на свою жизнь, да еще и опытными глазами уж очень не хотелось.

Своими, к слову, тоже. Последние лет десять я их, наоборот, старательно закрывала. Вот бы еще некоторые моменты из памяти вычеркнуть, стало бы совсем замечательно.

– Вы знаете, Женечка… – по-отечески ласково начал Игорь Семенович, а потом сделал вид, что спохватился: – Ничего, что я вас так называю, уж позвольте старику, – я согласно кивнула, и он продолжил: – Если вдр уг вам взгрустнется, или захочется поговорить с кем-то, да даже просто так! Вы приходите ко мне на кафедру, посидим, чайку попьем. Я человек одинокий, жена умерла рано, детей мы не нажили, мне только в радость будет. Тем более рядом с такой молодой и симпатичной женщиной.

– Спасибо, – улыбнулась я, а на душе как-то удивительно потеплело. – Обязательно зайду!

Вечер прошел тихо. Машка не высовывалась из комнаты, а я валялась с книгой про приключения на диване. Вообще, чужие перипетии здорово отвлекали от всяческих проблем, позволяя попереживать и развлечься за счет выдуманных персонажей. Было удивительно приятно находиться у себя дома, где никто не дергал, не срывал с места и не давал дурацких поручений, студенты, как пятилетки, не способные и пары минут провести в тишине, не доставали вопросами, по делу и без. Короче, только попробовав себя в роли преподавателя, я смогла по достоинству оценить спокойные домашние вечера. И выходные, конечно. Они – вообще выше всяких похвал, как жаль, что завтра только среда.

Утром Измайлов не утрудил себя тем, чтобы приветствовать меня лично, лишь прислал сообщение о том, что обедать нам вновь предстоит сообща.

«Жду с нетерпением» – проворчала я и повесила пальто во встроенный в стену преподавательской шкаф. Попутно приветствовала Елену Николаевну – преподавателя мат. анализа и Алексея Григорьевича, который был мастером на все руки, читай собирал все-все лабораторные стенды на кафедре и не только, и вел занятия у студентов-экономистов, постоянно жалуясь, что девчонки строят ему глазки вместо того, чтобы учить предмет как следует.

Две пары пролетели как электрон сквозь кондесатор, я и глазом не успела моргнуть, как наступило время обеда. На этот раз мы с заведующим поджидали парня с татуировкой, кстати, его фамилия Моисеев, возле лестницы, миновать которую, выходя с этажа, он попросту не мог. Такая вот нехитрая конспирация.

– Какой талант в вас пропадает, – шипела я Измайлову с серьезным лицом, будто обсуждала с ним что-то действительно серьезное.

– Еще немного, и я начну думать, что не нравлюсь тебе в качестве руководителя.

– Скорее ваши методы, – стушевалась я, вовремя вспомнив, кому дерзила, и прикинула в уме, сколько здесь продержусь, если продолжу в том же духе. По всему выходило, что недолго.

– Опять застал вас вместе, – пожурил непонятно откуда приблизившийся Игорь Семенович.

Андрей Маратович пожал тому руку и пояснил:

– На обед собираемся.

– Это дело хорошее, приятного аппетита, не смею задерживать. Женечка, вы как всегда чудесно выглядите. Не упусти ее, Андрей, – напутствовал Игорь Семенович и продолжил свой путь.

– Спасибо, – пробормотала я уже в спину удаляющемуся профессору. – В каком смысле не упустить? – обратилась я к Измайлову. – Надеюсь, в качестве профессионала?

– Не бери в голову. Идем, вон они прошли уже, – Директор подтолкнул меня в сторону лестницы.

За всеми этими разговорами мы чуть было не пропустили подозреваемых, которые, к слову, снова привели нас в кафе. Компания из трех человек шумно пристроилась в конец очереди, которая к тому моменту уже змеилась вдоль прилавка. Для разнообразия Измайлов отправил меня занимать столик, а сам остался подслушивать, делая вид, что сильно занят выбором горячего.

– Ну что? – в основном из вежливости поинтересовалась я, когда Директор вернулся с подносом, и с жадностью осмотрела тарелки, позавтракала я сегодня не сытно.

– А, ничего хорошего, – отмахнулся начальник и пододвинул ко мне солянку.

Я посмотрела на куриную лапшу, что он определил для себя, и поменяла тарелки.

– Хлеб? – Измайлов вздернул бровь.

Я кивнула и взяла ломоть.

– По-моему, вам просто нравится обедать в моей компании, – решила разрядить я обстановку.

– Возможно, – вполне серьезно кивнул заведующий спустя некоторое время, а я поперхнулась супом. Прокашлявшись, просипела:

– Не шутите так.

– Смотри, какая интересная штука, – кивнул Измайлов в сторону раздачи. – Кафе использует мобильное приложение с купонами, по типу того, что в больших сетевых ресторанах.

Я присмотрелась и увидела, как очередной студент перед тем, как расплатиться, протянул кассиру телефон. Тот отсканировал изображение экрана, что-то сказав студенту, парень согласно кивнул и расплатился картой. А Измайлов тем временем пододвинул ко мне рекламную листовку.

– На кассе взял, – пояснил он.

Разноцветный глянцевый листок был выполнен на уровне, никакой самодеятельности в «ПауэрПоинте», и сообщал, что студентов в этом кафе ждут специальные условия, как то: шестая чашка кофе в подарок, скидки на обеды и прочие завлекаловки. Для обретения этого счастья всего-то и нужно было установить на смартфон специальное приложение, кьюар-код для скачивания прилагался. Неужто конкуренция со столовкой на цокольном этаже была столь жесткой? Или просто хозяин заведения предпочитал шагать в ногу со временем?

– А нам-то это все на кой? Мы с вами – не студенты, – озвучила я очевидное.

– Не знаю пока, но как-то это все занимательно, – протянул Андрей Маратович. – Хотя… – он пригляделся ко мне. – Тебя принять за обучающуюся еще можно. Посмотрим, что у них там. – Измайлов навел камеру смартфона на листовку, потыкал пальцем в экран и усмехнулся: – Номер студенческого требует. Все интереснее и интереснее, не находишь?

– Наверное, чтобы непорядочные люди не мухлевали, – не находила я, кусок вишневого пирога, что Директор купил в качестве десерта, занимал меня куда больше.

– Надо будет твою племянницу для пользы дела привлечь, – не унимался начальник.

– Ни за что! – вытаращив глаза, замычала я с полным ртом пирога, пришлось проглотить тот, практически не жуя. – Девочка в ваших затеях участвовать не будет, имейте совесть, в конце концов!

Измайлов с интересом меня осмотрел, однако возражать не стал, вместо этого сосредоточился на гуляше. Я решила закрепить успех, так, на всякий случай:

– Я серьезно на счет племянницы, – произнесла я настолько твердо, насколько могла. – Втянете ее и на мою помощь больше можете не рассчитывать!

– Да понял я, девчонка неприкосновенна, – отмахнулся Директор, и одобрительно хмыкнул: – Вот же тигрица!

Я второй раз за обед едва не подавилась пирогом, слезы брызнули из глаз, наверняка размазав тушь и тени. Прокашлявшись и промокнув глаза салфеткой, я укоризненно глянула на заведующего, его ожидаемо не проняло. Обед заканчивали в тишине. Чтобы было не так обидно за впустую потраченное время, я все же поглядывала временами по сторонам, но ничего странного, как и хотя бы просто любопытного, так и не заметила. Измайлов молчал, так что узнать, к каким выводам пришел он, не представлялось возможным, а спрашивать я из вредности не стала.

На обратном пути уже на лестнице у Измайлова зазвонил телефон. Не знаю, что ему там сообщили, но лицо заведующего мгновенно стало темнее самой грозовой тучи.