1.8

— Дом, милый дом? — Хантер вдруг взглянул на неё и заговорчески подмигнул, тем самым продемонстрировав девушке, что он не забывал о её существовании ни на секунду. А возможно и следил за ней с помощью «глаз на затылке» или каких-то известных только ему тайных способностей. Откуда Мие было известно, что умели делать здешние жители? Ведь тот «Безумный Макс» из Пустоши как-то «дозвонился» до сотового рыжего растамана после пережитой ими аварии. Они же до сих пор не знают, как он это сделал.

— Там будет коврик с этой надписью? — она тоже попыталась пошутить в ответ, поскольку напряжение только нарастало и уже принималось ощутимо подтачивать натянутые до предела нервы. Будто здравый рассудок требовал незамедлительных объяснений происходящему, а, не получая их, начинал впадать в нарастающую панику. Ведь он до сих пор не находил для себя ничего привычного, правильного и отвечающего всем законам здравой логики.

— Там будет даже больше и на-а-амного больше чего, крошка. Уверен, тебе понравится.

Мия кое-как сдержалась, чтобы не хохотнуть в ответ.

Понравится? Ей понравится? Например, как нравилось всё это время, начиная с момента пробуждения в болтающемся, как в Кроличье Норе, автобусе?

И вдруг её сознание посетила настолько ошеломительная мысль, что девушка невольно оцепенела и даже мелко задрожала, судорожно хватаясь за эту до смешного банальную идею, как за спасительную соломинку в считанные мгновения сокрушительной катастрофы.

Почему она не подумала об этом раньше и не спросила Хантера хотя бы в салоне авто, где их ещё не окружали ненужные уши из представителей его личной охраны?

Правда, в этот момент двери лифта, издав мелодичный, но едва ли электронный перезвон, раскрылись. Сама кабинка, к слову настолько тихо поднималась вверх, что понять, с какой скоростью она двигалась и сколько могла за это время миновать этажей (или, скорее, десятки десятков метров), не представлялось никакой возможности. Да и двигалась ли она вообще хоть куда-нибудь (например, вниз)?

Хотя Мии пришлось на какое-то время забыть и об этом, едва её шокированному взору предстал новый вестибюль. Разве что не такой огромный, как внизу башни, и вполне себе привычный для глаза человека из её мира.

Во-первых, высота потолков здесь была вполне приемлемая, а во-вторых… С «во-вторых» было уже немножко посложнее. Поскольку холл действительно впечатлял своими размерами и той же планировкой, представляя из себя многоугольный «круг» с гигантской чёрно-белой (правда, белый по оттенку и переливам больше походил на цвет слоновой кости) Розой Ветров в центре паркетного пола. Исходящие от Розы лучи не заканчивались у границ отмеченного вокруг неё отнюдь не ровного кольца. Все они выходили за его пределы вместе с другими ассиметричными придатками-«щупальцами» (или протуберанцами), которые, в свою очередь, указывали на чёрные двери по всему периметру вестибюля или на основания трёх лестниц.

Наличие сразу нескольких лестниц, изящно изгибающихся у края центрального круга своими начищенными до зеркального блеска мраморными чёрными ступенями, можно сказать, с ходу «говорили» о имеющихся здесь верхних уровнях. Но не более того. Сколько на самом деле в данные апартаменты входило этажей (один, два, а то и в разы больше?), пока ещё оставалось только догадываться. Впрочем, как и обо всём остальном.

И то, Мия ненадолго отвлеклась от своего напряжённого предвкушения, потому что её внимание привлекла всё та же Роза Ветров на полу. Ведь когда они ступили на её крайние лучи, а потом прошлись по ним к её центральному «сердечнику», девушка кое-как сдержалась, чтобы не подпрыгнуть и не схватиться за ближайшего охранника трясущимися руками. Ведь рисунок под её ногами, как ей показалось в тот момент… «Задвигался»?

Или ещё точнее, «двигались» только контуры рисунка, представляющие из себя тончайшие полоски голографической окантовки. Присмотревшись к ним повнимательней, Мия сумела разглядеть уже знакомые и будто живые символы-иероглифы, которые она недавно видела на сенсорном экране в кабине лифта.

Да чтоб вас всех!.. Так же и заикой можно запросто заделаться.

— Мария. Магда. Поднимитесь в приёмный зал. — а вот Хантер, похоже, вообще не обратил внимания на реакцию своей новой подопечной (или за кого он теперь её там принимал?), заговорив с помощью прикреплённого к его уху и щеке переговорного устройства с кем-то, кто явно в этот момент отсутствовал в пределах досягаемости их общего визуального обзора.

Мужчина приблизился к чёрным створкам абсолютно одинаковых здесь дверей, буквально с ходу распахнув их толчком обоих ладоней. После чего шагнул в открывшийся проём невозмутимой походкой, чуть было не растворившись полностью в ярком пятне дневного света, которое заполнило собой образовавшее в том месте воздушное пространство (или же очередную Кроличью Нору). В вестибюле, к слову, из-за отсутствия тех же окон, освещение было приглушённым и… неизвестно откуда исходящим. Ну, не от пола же и потолка? Хотя…

— Мия, не отставай!

Конечно, он о ней и не забывал. Ни на секунду. Притом, что не оборачивался и не проверял визуально, где она там застряла и почему не следует за ним по пятам, подобно щенку за ногами своего официального хозяина.

Девушке пришлось прибавить шаг, чтобы нагнать Хантера уже в новом помещении, куда, сопровождавшие их телохранители, за ними почему-то не вошли.

— Я в душ. А тебе… тоже не помешает освежиться и переодеться.

Он ненадолго приостановился, повернулся к ней боком и окинул её с головы до ног явно не высоко оценивающим взглядом.

— Боюсь, гости не сумеют оценить по достоинству твой внешний вид, не соответствующий твоему истинному статусу.

— С-статусу?..

Она хотела спросить, какому ещё на хрен статусу, но Хантер её опередил.

— Да! — произнёс он довольно громко, будто выстрелил в упор прямо в лицо утверждением, не терпящим никаких возражений с дополнительными вопросами. — Девочки, где вы там? Вы должны были нас ждать уже здесь, в холле!

Он снова отвернулся, чуть приподняв голову и обращаясь пока ещё неизвестно к кому или вовсе в пустоту.

Так это был холл? Или всё же гостиная?

Мия не смогла удержаться, чтобы не начать оглядываться по сторонам, осматривая непривычно огромную комнату, в конце которой красовалось гигантское панорамное окно на весь противоположный пролёт внешней «стены». И это, скорее, был зал, а не холл. И, судя по имеющейся здесь мебели и огороженным «островкам», он больше походил на зал ожидания с отдельными лаундж-зонами, барными стойками и очень длинными рядами из мягких секционных диванов и уголков в каком-нибудь… дорогостоящем казино с входящим в него пятизвёздочным отелем. Вот только по внешнему дизайну и декорированию всего интерьера, угадать, что это за стиль (смешанный или какой-то эксклюзивно оригинальный), было просто невозможно.

Да Мия не успела и даже не пыталась. Поскольку не прошло и четверти минуты, как в помещение из других дальних дверей вбежала парочка молодых девушек неопределённого возраста. Неопределённого, потому что… при их приближении Мии на какой-то момент показалось, будто у них вместо лиц были фарфоровые маски. На деле же, это оказался специальный грим. Как у гейш. Но не такой ярко-белый, хотя и пугающе неестественный, делающий их почти одинаковыми и неразличимыми. Если не считать «одежды». Странной. Непривычной. Скорее, похожей на кожаную сбрую, мало что собой прикрывающую. По большему счёту их «защищали» абстрактные татуировки или нательные цветные рисунки, включая налепленные на соски пошлые украшения. Трусиков, судя по всему, на них тоже не наблюдалось — все причинные места под животом и копчиком прикрывали не особо длинные полоски кожи или плетеные хвостики.

Гости не сумеют по достоинству оценить её внешний вид?..

Он ведь имел в виду не этот вид и не статус здешних служанок? А Мия почему-то подумала, что эти девушки значились здесь как минимум служанками. Иного для них звания в этом месте она определять пока ещё не решалась.

Их волосы, к слову, ей тоже не понравились — заплетённые в дурацкие дреды (которые она до сих пор не могла спокойно терпеть) и украшенные всевозможными бусинками, кожаными ленточками и прочей хренью непонятного происхождения.

Только не говорите, что они будут с ней что-то сейчас делать.

— Вы знаете, что надо делать. — похоже, Хантер и вправду умел читать её мысли. — Покажите, вэйле Мие, её комнаты и займитесь тем… чем обычно в таких случаях занимаются.

Вэйла? Что это ещё за вэйла такая?

Либо он стебался, либо… издевался над Мией, которая не особо-то и рвалась в свои новые комнаты к своему новому здешнему статусу.

— Я скоро подойду.

Даже так? Причём настолько просто, непринуждённо и почти естественно.

Вот только для Мии в происходящем не было ничего естественного. Она вообще отказывалась что-либо понимать, как и соглашаться на ближайшие с ней эксперименты.

— Просим следовать за нами, мэм.

Ну, нет. На это она точно не подписывалась! Хотя и не знала, что сказать по данному поводу, провожая ошалевшим взглядом единственного, кого относительно «хорошо» здесь знала, и кто ещё мог вселять в неё, пусть и ложное, спокойствие за её будущее. Так что, да, Хантер, как ни в чём не бывало, двигался своей расслабленной походочкой в левое крыло огромного зала, в то время, как служанки вежливым жестами своих красивых и на первый взгляд ухоженных рук показывали следовать за ними в правое крыло.

А если она скажет нет и развернётся обратно туда, откуда сюда вошла?

Мия действительно обернулась, но только на звук закрывшихся за её спиной входных дверей, которые, можно сказать, только что ей ответили своеобразным действом на её последний мысленный вопрос.

— Не тяни время, Мия. Ты не в том положении, чтобы начинать демонстрировать свой бунтарский норов. Или ты хочешь, чтобы я вернулся и лично объяснил, что для тебя здесь будет лучшим и максимально приемлемым? Ты ведь уже знаешь, как я умею объяснять?..

Хантер одновременно повысил голос и подключился к здешним динамикам через своё переговорное устройство и микрофон. Но не обернулся и не сбавил шага, пока преодолевал расстояние до других здешних дверей, а может и к одной из дальних лестниц.

Мия порывисто выдохнула, так как до сих пор не знала, что ей делать. Как будто у неё и вправду имелся какой-то выбор. Если так подумать, его у неё не было с самого начала, с того самого мгновения, как она проснулась в автобусе. Причём, нынешняя ситуация походила на тот момент аварии, когда ты действительно уже ничего не мог сделать с самой ситуацией — не определиться в пространстве, не найти в окружающем тебя хаосе хоть какой-то спасительной соломинки или маячка…

Авария произошла и создала свои катастрофические последствия, которые нужно, по всем правилам и классике жанра, как-то устранять. И одновременно проводить расследование, для выяснения её истинных причин. А не это вот всё. Не весь этот хаос, который продолжал раскручиваться до нереальных размеров аномальной бури, чтобы в один прекрасный момент смести всё на своём пути. Или не смести?..

Не о том она думает. Хотя какие-то более-менее относительные выводы и успела составить. Вот только… Никаких конкретных ответов она так и не получила. Поэтому и испытывала всё те же сводящие с ума ощущения, после свершившейся аварии, находясь либо возле автобуса, либо в регистрационном зале пункта приёма на «заброшенном» заводе. Паника, отчаянье и полная безысходность. И, судя по всему, для неё ничего так и не закончилось. Потому что она больше не вернётся к себе домой, где должна была бы приходить в себя в это самое время, восстанавливаясь физически и психически после пережитого кошмара.

— Сюда, мэм.

Кажется, Хантер называл их Марией и Магдой? Но кто из них был Марией, а кто Магдой, Мия не имела ни малейшего представления. Да и имело ли это сейчас хоть какое-то первостепенно важное значение?

Куда сложнее было заставить себя сойти с места и последовать за девушками, рассматривая их теперь с очень близкого расстояния и едва ли при этом испытывая нечто близкое к восхищению или тому же любопытству. Но зацепиться вниманием за что-то всё-таки было нужно. Хотя бы для того, чтобы немного успокоиться и отдышаться. И, да, собраться с мыслями.

— Мы очень высоко сейчас над землёй? — почему она вдруг спросила именно об этом? И какое отношение данный вопрос имел к происходящему с ней абсурду?

Может ей хотелось подойти поближе к панорамному окну и посмотреть через него на сам город, а ей банально не дали этого сделать? Повели к правому крылу огромного зала между диванами и высокими стеллажами барных стоек пока ещё неизвестно куда и зачем.

— Да. Мы сейчас на самых последних жилых этажах Уотер Тауэр.

— И это очень высоко над землёй. — судя по невероятно содержательному ответу обеих девушек, будто читающих реплики одного персонажа, но на два голоса и по очереди (причём без единой запинки и не перебивая одна другую), выглядело это довольно-таки странно и не в пользу их умственного развития. Эдакие разделённые сиамские близнецы, у которых всё ещё был один ум (и интеллект, к слову, тоже) на двоих.

— Для вас это, кстати, очень хорошо.

— А для нас так вообще. — Мария (Мия всё-таки поделила их по именам, но только для себя и мысленно), та что носила на шее букву «М» в правильном положении, по смешному закатила глазки и даже покачала головой.

— Потому что сюда так просто не попадёшь. — у Магды буква «М» висела перевёрнутой и, скорее, походила на литеру “W”. Хотя ещё не факт, что эти подвески были связаны с их именами.

— На самом деле, сюда просто нереально попасть.

— Даже в принципе невозможно!

— От слова совсем и никак.

— Это не просто большая честь и исключительная удача.

— Это знак свыше!

— Да. Милость самих Верховных Владык.

— Всех Тринадцати.

Похоже, Мия зашла не с той стороны. И, наверное, не стоит разделять их ответы. Будет лучше воспринимать обеих девушек как за одну цельную личность.

— И как же вам посчастливилось сюда попасть? — ну, по крайней мере, они хотя бы говорят и отвечают. И двигаются довольно грациозно, несмотря на интеллектуальные ограничения и рамки.

Так обычно ходят балерины, почти порхают. А, судя по их точённым и едва не совершенным фигуркам с упругими грудями третьего размера, попали они сюда определённо не благодаря своим умственным способностям. И, кажется, Мия разглядела и у Марии, и у Магды несколько давно затянувшихся шрамов от… Укусов?

— Как и всем остальным. С самого низа. То есть со Дна. Обычно большинство начинает именно оттуда. Отрабатывают в подземных коммуникациях. Или производственных цехах и притонах. Выйти на поверхность — всё равно, что вытащить выигрышный лотерейный билет. А попасть после этого в Уотер Тауэр…

— Почему Уотер Тауэр? Это название имеет какое-то символическое или же всё-таки профессиональное значение?

— У него множество имён. Как и у трёх других. Просто его называют так, как удобней всем.

— Трёх других? Здесь есть ещё три похожих на эту башни?

— Да! И одну, ближайшую, видно прямо отсюда. Хотя она и очень далеко от нас. Прямо за Гранью. А две остальные без божьего Ока и не разглядишь. Правда, в этом и смысла нет никакого. До них всё равно не добраться.

Зачем она вообще начала задавать вопросы, из-за которых ей грозило исчезнуть под завалами новых в самое ближайшее время? И, скорей всего, уже больше никогда из-под них не выбраться.

Мия даже с некоторым отчаяньем потянулась взглядом к панорамному окну через левое плечо, изъедаемая изнутри мучительным желанием рвануть туда со всех ног. И будь, как говорится, что будет.

Но что-то её всё же удержало от столь явно инфантильного порыва. Наверное, возможное появление Хантера (или кого-то из охранников-ассасинов), который бы не позволил ей совершить начатое, завершив своё эпическое появление очередным мозгодробительным и крайне проникновенным «нравоучением».

А узнавать, сколько же у него имелось в арсенале приёмов доносить до своих жертв нужную ему информацию, почему-то сейчас совершенно не хотелось.

«Умница. Правильное решение. Тем более мы всё равно очень и очень скоро увидимся…»

Девушка тут же отвернулась от окна, делая вид, что ни о чём таком она не думала и не представляла, как в её голове отвечает сам Хантер.

— А вы сами… Как сюда попали? С упомянутого вами Дна?

— Да. Нам в этом плане очень повезло. Потому что даже на Дно не сразу попадают. Многим приходится доказывать свою профпригодность с Окраин. Вернее, с копий, шахт и катакомб. А это куда пострашнее Дна. К тому же, туда ссылают всех преступников. И не все потом способны оттуда вернуться в Остиум. Так что, лучше попасть сразу на Дно. И начинать, желательно, прямо оттуда.

— То есть… Вы родились на Дне? Я правильно вас понимаю? Люди, подобные вам, здесь вообще рождаются?

Впервые обе девушки так ничего и не ответили Мии. Мария и Магда молча и синхронно переглянулись между собой, будто и вправду ментально переговариваясь друг с другом и решая, что делать дальше. После чего вместе, как по команде, остановились у основания массивной винтовой лестницы, ведущей на верхний ярус апартаментов, и обернулись к Мие едва не с блаженными вежливыми улыбками.

— Нам сюда.

— Да.

— Наверх.

Мия посмотрела наверх, в который раз осознавая, что так ничего и не узнала. От слова совсем.

«Было бы лучше, если бы ты не стала забивать свою чудную головку совершенно ненужным тебе мусором. Он всё равно не изменит в твоём отдельно взятом случае ровным счётом ни-че-го.» — спасибо за всеобъемлющий дельный совет, папочка! — «Всегда, пожалуйста, крошка!»