Глава 7

Званка

В голове всё ещё гудело, мысли расплывались, но перед глазами, как приклеенное стояло гадливо-ошеломленное лицо Свята.

Что случилось пока я валялась в отключке? Не мог же он узнать, что я девушка? Нет, точно не мог, иначе бы сказал и не стал обращаться ко мне, как к парню.

Бррр! Ну и взгляд у него был! Страшно вспомнить и ещё страшнее представить, что может скрываться за ним, на мгновение остекленевшим и наполненным тошнотворной неприязнью.

Я сгребла себя с лавки, покачиваясь, дошла до душевой, где собрала тряпки, вылила грязную воду и ополоснула ведро, после чего почти в нормальном состоянии выглянула в общий коридор.

Из спортзала через распахнутую дверь отчётливо долетел громкий мужской голос, кого-то отчитывающий, и я поспешила на выход, к лестнице. Хватит с меня мужских разборок на сегодня.

- Зван! Подожди!

Да чтоб тебя разорвало! Это когда-нибудь закончится, или судьба у меня такая - постоянно сталкиваться с альфами?

- Зван, - Ни капли не запыхавшийся Вед догнал меня быстрее, чем я успела моргнуть, и разрушил не до конца сформировавшиеся мечты о побеге. - Ты как? Нормально себя чувствуешь?

Я просто кивнула и продолжила разглядывать плитку под ногами, очень надеясь, что с расспросами на сегодня все.

Вед выдохнул с заметным облегчением, и я еле удержалась, чтобы не посмотреть на него.

- Отлично! А тренер.. Ладно, не важно.. Зван, - Вед сменил тон и настойчиво позвал меня по имени. Пришлось оставить пол в покое и поднять глаза выше, куда-то в район кадыка бывшего друга. - Ты помнишь о чем мы говорили насчёт вчерашнего вечера?

- Помню. - Забудешь тут, когда голые мужики убеждают молчать о драке возле столовой.

- Хорошо, - протянул Вед, рассеянно, - хорошо.. Тогда все. А нет, стой. Про то, что было сейчас в душевой - тоже никому.

Ну никому так никому. Да и не собиралась я, в общем-то, но теперь, после прямой просьбы Веда, тем более не скажу.

Тетка Света пришла с работы рано, сразу после меня, и после ужина уселась возле телевизора с пультом в руках. Позвала и меня.

- Фильм будешь смотреть, Зван?

Мы в стае Вячеслава не особо были избалованы таким досугом, но я все же отказалась, сославшись на головную боль. Кстати, не обманула - голова и правда раскалывалась, и я догадывалась, кто тому виной. Влад со своей неуемной злой энергией знатно пропахал меня вдоль и поперек, как через мясорубку пропустил.

- Ну полежи тогда, - сочувственно цокнула тетушка. - Или погуляй сходи по парку. Жара спала, поливалки включили, так хорошо сейчас, свежо. Подышишь, развеешься, глядишь и полегчает.

Изначально я собиралась пойти к себе и пораньше лечь, но тетя так "вкусно" расписала прогулку по парку, что мне немедленно захотелось на воздух.

Чего мне точно не хватало в городе, так это природы. В поселке я не задумывалась о такой простой и естественной вещи, как чистый воздух, не заглядывалась на высокие деревья и не любовалась зеленью травы. Чего ею любоваться, если поля да леса до горизонта?

Вот в городе - другое дело. За каждый кусочек зелени глаз цепляется, радуется.

Выйдя из дома, я недолго постояла на месте, - прикинула, куда бы пройтись с меньшим риском для здоровья и жизни. По всему выходило, что лучший вариант для меня - остаться в комнате и подышать возле форточки.

- О, привет! Зван, правильно? - С центральной аллеи в мою сторону сошла улыбчивая девушка, которую я встретила в свой первый день здесь. Она помогла мне найти дом тети и очень подбодрила своим участием.

- Аня? Привет! - Я тоже разулыбалась, словно встретила старую добрую знакомую.

Если разобраться, то так оно и было - Аня самая давняя из моих знакомых здесь.

- Ты как? Освоился у нас?

- Ага, - я почти счастливо закивала головой. С Аней было легко разговаривать вот так просто, без страха, с улыбкой на лице. - А ты опять дежуришь?

- Патрулирую, - Аня выставила вперёд руку с красной повязкой. - Только из моих больше никто не вышел. Паразиты! Ректор в отпуске, и у всех сразу дела срочные.

Аня изменила голос на писклявый и скорчила гримасу, точно пародируя кого-то из знакомых и передавая свое отношение к его "делам", а потом мы одновременно рассмеялись - очень уж смешно она это проделала.

- Хочешь я с тобой похожу? - Предложила я очень неожиданно даже для себя.

Вот куда я лезу? Какой патруль? Сама хожу, оглядываюсь и трясусь от страха, и ещё порядок охранять собралась?

Но Ане идея пришлась по вкусу, и она с готовностью подхватила меня под руку.

- Конечно хочу!

Отступать было поздно, пришлось идти. Я изо всех сил успокаивала себя тем, что в любой момент могу придумать отговорку в виде срочной работы по дому или той же больной головы, но это, конечно, на крайний случай. Пока же все шло неплохо, и я втайне лелеяла надежду, что так оно и будет.

Аня оживлённо болтала, и я только успевала вертеть головой, чтобы увидеть то, о чем она рассказывала.

- Факультет механики, ничего интересного, - небрежно махнула она в сторону трёхэтажного здания, мимо которого я пару раз ходила в столовую. - Хотя.. Беру свои слова обратно. Очень интересно.. Это что ты такое придумал, Усольцев, а? Я тебя спрашиваю!

Милая болтушка Аня за секунду секунду превратилась в пышущую праведным гневом поборницу порядка и помчалась к углу здания, за которым мелькнуло светлое пятно футболки убегающего парня.

- Зван, обходи с другой стороны! - Криком скомандовала она мне, и у меня даже не возникло мысли отказаться.

Надо - значит надо.

Позже, вспоминая тот момент, я запоздало сожалела - можно было и не бежать, не торопиться. Чего я помчалась задорной козой ловить нарушителя?

Дался он мне, этот Пашка Усольцев, с которым мы столкнулись лбами аккурат на повороте? Ладно, он не лбом, он ребрами, но я-то лбом. Прямо бедной своей гудящей головушкой об его очень жесткую грудную твердынь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

****

- Ты, Усольцев, дождешься у меня! Вот честное слово - сообщу куратору сегодня же!

Пока я приходила в себя после столкновения, Аня в прямом смысле этого слова зажала нарушителя порядка между водосточной трубой и пожарной лестницей, и теперь так его песочила, что голуби заинтересованно поглядывали с крыши на нас.

- Достал уже со своими выходками! Просто сил нет с тобой разбираться! Ещё и напарника моего чуть не убил! Это как, а? Нормально, считаешь?

Здоровенный, на две головы выше Ани, Усольцев вжимался спиной в красную кирпичную стену и, как мог, озирался, - к бабке не ходи, - пытался придумать себе оправдание.

От этой картины мне стало смешно, и я очень не к месту улыбнулась, чем сразу привлекла внимание задержанного.

- А ты чего ржешь? Смешно тебе, да? Из-за тебя все, полудурок. Не по-пацански себя ведёшь, хотя какой из тебя пацан.

Усольцев скривился и обязательно бы плюнул в мою сторону, если бы ему по-прежнему не перекрывала дорогу грозная Аня.

Она, кстати, обиделась на выпад Усольцева гораздо сильнее, чем я, пропустившая слова насчёт "не мужик" мимо ушей.

- Что ты сказал? Это Зван не пацан? А как назвать того, кто из женского туалета бумагу ворует? А? Как, Усольцев? Глаза прячешь, да?

- Да не нужна мне эта бумага, чего прицепились, Аньк? Проспорил пацанам, вот и полез. На спор, получается.

- Проспорил, значит? - Аня грозно прищурилась, откинула прядь длинных волос от лица, и набрала воздуха для новой шикарной отповеди, но Пашка ее перехитрил - округлил глаза, глядя за спину девушки, да так правдоподобно, что даже я заинтересовалась и оглянулась.

Никого там, конечно, не было, но Усольцеву хватило этих нескольких секунд, чтобы просочиться мимо Ани и сбежать.

Аня покричала ему в спину, пригрозила написать докладную, но ее глаза при этом смеялись, и я поняла - ничего она писать не будет, а ругается просто так, для порядка.

Усольцев умчался в закат, но Анина ругань привлекла к нам нежелательное внимание.

- Фирсова, ты чего так горланишь? У нас банкомат вынесли или убили кого-то?

Пока я отряхивала штаны от пыли и пыталась оттереть зелёное пятно с рукава рубашки, возле нас остановилась небольшая компания. Вед, Лера и Свят. Ну конечно! Кому бы ещё прогуливаться ровно в том же месте, где и я!

Уверена, если хорошенько повертеть головой и обшарить ближайшие кусты, то можно найти и Влада.

Внутри шелохнулось несвойственное мне раздражение. Нет-нет, нельзя злиться и показывать недовольство, альфы к таким эмоциям очень чувствительны, а омеге в самом смелом сне не должен привидиться вызов альфе.

- Почти. - Для Ани мое состояние осталось незамеченным, для остальных, кажется, тоже. Во всяком случае, никто в мою сторону не смотрел. - Звана бедного чуть не пришибли.

Ну вот, накаркала. Теперь смотрели все. Аня сочувствующе, Лера и Вед удивленно, а Свят.. даже не берусь гадать откуда в его взгляде злость, но она там точно была. Всё-таки в раздевалке произошло нечто такое, из-за чего Свят сам не свой.

Не выдержав его неприятного взгляда, я попыталась вернуться к прежнему занятию, но быстро поняла, что без мыльной воды с грязью на одежде не справлюсь, и оставила рубашку в покое.

Пока я ковырялась с пятнами, Аня успела ввести всех в курс дела и красочно преувеличить мое участие в задержании нарушителя. По ее словам получилось, что я мужественно рисковала жизнью и в одиночку скрутила не обычного, хоть и безалаберного парня, а опасного преступника, с которым и не каждый альфа справится.

Я, видевшая всю ситуацию изнутри, с трудом сдерживала смешки, и не понимала, почему Анины слушатели стоят с серьезными лицами. Не могут же они поверить в такую чушь?

Красотка Лера хмурилась и покусывала нижнюю губу, приподнимала аккуратные бровки и тихо ахала. Вед слушал сосредоточенно и внимательно, но хуже всего дело обстояло со Святом. Вот уж кто с каждым словом злился все больше, хоть и старался этого не показывать. Но омежью сущность не обманешь - я кожей ощущала кипящую энергию и не могла понять, зачем Аня раззадоривает Свята. Она не чувствует его состояние?

Кажется, нет, не понимает, как близок альфа к взрыву.

Очень интересно… Тогда почему я чувствую? И ещё интереснее, что же случилось со Святом, так ярко излучающим эмоции. До сегодняшнего дня он казался мне образцом спокойствия и выдержки. По крайней мере, на фоне бешеного Влада - точно.

Весь настрой на приятную прогулку пропал, и я, дождавшись удобного момента, попыталась попрощаться с разросшейся компанией, но не тут-то было - они решили меня проводить.

Точнее, решила Аня, а остальные просто увязались следом. Так и дошли до теткиного дома - мы с Аней впереди, Свят и Вед в трёх шагах позади, а Лера и вовсе отстала и растерянно плелась, не совсем понимая, что происходит.

Я тоже ничего не понимала, но и не сильно задумывалась над причинами такого поведения парней. Они альфы, им виднее. Хотят гулять в одном с нами направлении - пусть гуляют, кто же им запретит?

Возле дома тети мы попрощались с Аней, парням я махнула рукой и ступила на боковую дорожку, но была остановлена коротким:

- Подожди.

Святослав подошёл, остановился и от его вида в груди неприятно ёкнуло и тревожно забилось сердце. Почему он так смотрит?

Свят сунул руку в карман лёгкой спортивной олимпийки, вынул небольшой бумажный сверток и протянул мне. Я машинально взяла его, покрутила в руках и с ужасом узнала вчерашний пакетик с булочками.

- Разверни. - Тон Свята не предполагал варианта непослушания, и я непослушными пальцами развернула смятую бумагу.

Внутри прятался кусочек булочки, маленький и явно недоеденный.

Я боялась оторвать от сдобы взгляд и посмотреть на Свята. Черт-черт-черт! Надо же было додуматься испечь свои булочки здесь! Неужели он узнал выпечку?

В стае я всегда занималась тестом на праздниках. Пироги, пирожки, рулеты, сладкие плюшки - это все было на мне. Правда, бабуля особо не распространялась, что угощение делала именно я, но, кажется, все и так это понимали, когда заказывали у бабушки пироги на праздник.

- Это ты испек?

После вопроса Свята я нервно и очень громко сглотнула, и все же подняла глаза выше.

Свят смотрел прямо. Под его твердым взглядом я почувствовала себя очень неуютно, словно оказалась ночью без одежды посреди осеннего поля.

Страшно было признаваться, очень страшно. Тем более, я даже приблизительно не могла представить, чем грозит мое признание. Посмеётся ли он над моими кулинарными способностями или разозлится? А может ударит?

Не удивительно, что мне понадобилось время для того, чтобы собраться с духом, зажмуриться, как перед прыжком в воду, а затем открыть глаза и прерывисто выдавить из себя:

- Д-да.. Я..

*****

Святослав

Мелкого пришлось отпустить, но и после его ухода Свята продолжало потряхивать от кипящих внутри эмоций.

Левый бок жгло даже через два слоя одежды, и Свят еле сдерживал себя, чтобы не достать из кармана свёрток с недоеденной булочкой и не проглотить ее на месте.

Что мешало съесть кусок прямо здесь и сейчас? Да хотя бы удивлённые рожи друзей. Вед и так весь вечер таращился непонятливым бараном, про Леру и говорить нечего. Увязалась в надежде на интересное времяпрепровождение, а вместо этого получила прогулку вокруг дома новенького омеги.

Если рассудить, то плевать бы на них, не сильно важно мнение друзей, но.. это трудно объяснить даже самому себе, но Свят не хотел доедать последние крошки при свидетелях.

Вчера, после драки у столовой, Свят не думал ни о чем таком, и заметил, что по-прежнему сжимает потрепанный бумажный пакет в руке уже в комнате. Бросил его на стол и завалился спать, а утром сразу ушел на занятия.

До пакета добрался только после обеда, когда вернулся к себе, донельзя взвинченный происшествием в раздевалке.

Но после того, как первый кусок отправился в рот, Свят понял - его переживания только начались. Невероятно, но простая выпечка каким-то образом вырвала Свята из буднего дня и швырнула в далёкое солнечное лето.

Он жевал плюшку, смотрел на пустую стену перед собой, но вместо ровной белой поверхности перед ним представал высокий берег реки и длинные столы, накрытые к большому празднику.

Себя Свят видел подростком, только входящим во взрослую пору, а рядом с собой - улыбающегося отца и смеющуюся мать.

Что за чертовщина?

Видения, оказавшиеся воспоминаниями, преследовали Свята все время пока он ел, да и после, когда вышел проветриться, странное состояние не торопилось покинуть голову.

В памяти один за другим всплывали давно забытые моменты - стайные праздники, гуляния, традиционная ежегодная охота, визиты гостей.

Детский смех, веселые выкрики из толпы, знакомые лица, двигающиеся в танце тела - все смешалось в голове у Свята, но даже в этой круговерти он четко понимал - все эти воспоминания между собой связывало присутствие стайной омеги.

В каждой крошечной картине из детства и юности он видел ее - мелкую щуплую девчонку, безумно раздражавшую его тогда, и вызывающую бесполезное чувство сожаления сейчас.

Что же с ним происходит? Неужели вина настолько глубоко проросла и теперь так и будет выворачивать душу наизнанку, требуя исправить ошибки прошлого?

Но как, бл..? В прошлое, как ни старайся, не вернёшься, и ничего там не изменишь. На то оно и прошлое, что прошло. Все, нет его, забыть бы, да никак.

Свят с досадой пнул попавшийся под ноги камень. Отлично! Молодец, парень! Вот он виновник твоих бед - кусок гранита, и ты справился с ним на пять с плюсом.

Лера давно ушла, даже не потрудившись скрыть своего разочарования, Вед тоже отправился в общагу, а Святослав все не мог прервать бег по кругу у дома омеги, и остановился только после появления на своем пути Влада.

Он-то тут что забыл? Свята охватило непривычное раздражение. Ему было неприятно присутствие этого альфы, словно Влад вторгся на его, Свята, территорию.

Судя по виду Малиновского, - он, вообще, был в бешенстве и еле сдерживался, чтобы с ходу не кинуться в драку.

- Заблудился, Стасов? Общага в другой стороне.

Говорил Влад с вызовом, как и смотрел, и в груди Свята забурлила и без того неспокойная сегодня сила.

- Насколько я помню, твоя тоже, Малиновский.

Влад презрительно фыркнул, затем с его губ сорвалось рычание и это послужило сигналом к драке.

- Стойте! Прекратите! Малиновский! Стасов!

До Свята чей-то высокий визгливый крик долетал, словно издалека, и никакого эффекта не производил. На озверевшего Влада тоже. Ему ничего не мешало - ни точно сломанное ребро, ни рассеченная бровь, из которой хлестала кровь и заливала глаза. Малиновский бился, как в последний раз, и Свят чувствовал в его силе нечто новое. Отчаянную решимость, желание победить или сдохнуть, и, кажется, он бы пошел до конца, если бы на них сверху, как на бешеных псов, кто-то не вылил ведро воды.

- Что за нах..?!! - Малиновский отпрыгнул от Святослава, запрокинул голову наверх и заорал: - Ты, падла, у меня сейчас все это ведро выпьешь!

Сверху кто-то испуганно пискнул, и Святу показалось, что по его сердцу провели острым лезвием. Неглубоко, но очень болезненно.

Омега! Мелкий бесеныш осмелился облить альф водой? С ума сойти!

- Мальчики! Мальчики! Ну как же так?! Мои любимые розы! - Расстроенная женщина прыгала вокруг вспаханной дракой клумбы, охала над сломанным кустом какой-то садовой хрени и пыталась докричаться до Свята, но он отмахнулся от нее и рванул в дом следом за Малиновским.

Наверху загрохотало, но шум перекрыл слабый крик омеги и рычание Малиновского.

- Пей, сук., пей!

Свят взлетел по лестнице, чуть не вынес плечами дверной косяк в ванной и отшвырнул Малиновского от бледного до синевы омежки, которого альфа чуть не утопил в большом пластмассовом ведре, наполненном ледяной водой.

Пацан плакал и трясся, Малиновский орал и плевался пеной, а у Свята все внутри обрывалось от непонятной и необъяснимой потребности защитить это недоразумение.

- Уйди, Стасов, я этого гаденыша все ведро заставлю выпить!

Свят не успел ответить, так как омежка с громким всхлипом метнулся к нему в ноги и вцепился мокрыми тонкими пальцами в ткань джинсов. И замер там, испуганно тараща блестящие глаза на своего мучителя.

С Малиновским же произошла поразительная метаморфоза - его лицо, секунду назад выражавшее гнев и решимость убить Мелкого, исказилось от внутренней боли, а руки потянулись в сторону омеги, но в каком-то жалобном, неуверенном порыве.

Свят легко отбил это слабое поползновение и взглядом предупредил Малиновского - не трогай, мое!

Влад пошатнулся, словно у него не осталось сил, схватился руками за горло и плечи, и с силой провел по коже пальцами, оставляя на теле глубокие царапины. Кажется, он собрался содрать с себя кожу.

Что тут, черт возьми, происходит?!