Глава 8
Званка
Спроси кто, - зачем я это сделала? - и у меня бы не нашлось ответа.
Облить разъярённых зверей в человеческом обличие холодной водой - это надо было ещё додуматься. Ведь знала же - Влад такое не спустит с рук. Он на ровном месте убить меня готов, а за насильное купание и вовсе живьём закопает.
Знать-то знала, но все равно не удержалась от рискованного поступка, когда кожей почувствовала - драка будет до последнего, никто из альф не уступит.
Я всего лишь маленькая омега, и не понимала многих мужских заморочек, альфы же - вообще другой мир, недоступный мне, но спокойно смотреть на то, как они калечат друг друга я не смогла.
Сердце сжалось при виде огромного кулака Влада, с чудовищной силой летящего в голову Свята, и я внезапно почувствовала страх. Не тот привычный страх слабой и, чего уж тут юлить, трусливой омеги, а очень странный страх за другого человека. За Свята.
Я переживала за него и, пусть и не признавалась в этом даже себе, хотела помочь в его схватке с бешеным Владом. В тот момент я действовала импульсивно, а после оправдывала свой порыв тем, что Свят тоже мне помогал и не раз защищал от Малиновского.
Защитница из меня получилась неважная, прямо скажу, а помощь моя вышла таким боком, что я сначала все прокляла, а потом разом вспомнила забытые молитвы к матери Луне, но они не помогли в момент, когда громадная рука Влада притопила меня в ведре.
Появление Свята я встретила с почти болезненным облегчением, и по выражению лица бывшего соплеменника поняла - он меня точно защитит.
Перепуганная до икоты, познавшая страх смерти на дне глубокого ведра, я сильно не раздумывала, ища спасения у его ног. Мне в тот момент было все равно, где прятаться, лишь бы подальше от обезумевшего Влада.
Малиновский точно слетел с катушек, иначе я и не знаю, чем ещё объяснить его поведение. Сначала отвесил мне щедрых колотушек, а потом устроил представление с битьём собственной головы о стену. Кулаками тоже молотил по всему, что под руку попадало, и здорово стесал кожу на костяшках. Но мне этого придурошного нисколечко не жалко. Вот Свята жалко, мебель тоже, и светлые стены. А его - нет.
Пока чудище лютовало, я потихоньку опползла вокруг ног Свята, причем умудрилась заметить, что от парня приятно пахнет, и разозлилась на себя. Нашла время нюхать этого… этого..
Конечно, очень странно происходящее со мной. С какой стати я пожалела Свята и с каких пор начала видеть в нем не только плохое, но и проблески хорошего? Чем он отличается от Малиновского? Такой же гордый и раздутый непомерным самомнением придурок. Одним словом - альфа.
Все это я умудрилась обдумать за минуту. Мало того, в эту же минуту уместился прыжок Святослава к окну, его очень забористое ругательство и побег из дома вместе со мной подмышкой. Ладно, не подмышкой, - Свят уволок меня за руку, но периодически то подталкивал в плечо вперёд, то натурально хватал за шкирку и перебрасывал через препятствия. Я только взвизгивала, перелетая через три ступеньки разом, через парковую скамейку, и урну, и колючие кусты.
Честное слово - это была одна из самых длинных и насыщенных минут в моей жизни, и, когда Свят, наконец, остановился я почувствовала слабость в коленях, и медленно стекла спиной вниз по информационному щиту за которым мы спрятались от неизвестной мне опасности.
Свят выглянул из-за щита, затем оперся одной рукой о трубу, на которой крепилась металлическая конструкция, другую руку запустил в челку и откинул ее назад, потом посмотрел на меня, бессильно сидевшую тут же, и неожиданно расхохотался.
Отсмеявшись, он тоже сел рядом, вытянул длинные ноги на асфальтовой дорожке и облегчённо выдохнул.
- Кажется оторвались.
Видеть его таким счастливым и расслабленным мне ещё не приходилось. Возможно, поэтому я так долго рассматривала это чудо - довольного жизнью альфу, и вскоре Свят под моим удивлённым взглядом прекратил улыбаться и нахмурился. Теперь и он выглядел озадаченным.
- Что за черт?
Я на всякий случай оглянулась, ожидаемо никого рогато-хвостатого не увидела, но все же переспросила:
- Где?
Свят продолжал таращиться, будто видел меня впервые, и я решила прояснить один вопрос:
- А от кого мы убегали?
Свят опять нахмурился, устало провел ладонью по лицу и уже совсем не весело пояснил:
- От куратора. Кто-то вызвал охрану, куратор сегодня дежурный по универу, примчался по сигналу.
Свят поднял лицо к небу и завис так. Облака разглядывал? Или кронами деревьев любовался?
Пауза затянулась, и я занервничала. Во-первых, из-за его долгого молчания и отрешенного состояния, а во-вторых от того, что поймала себя на отвратительном занятии - я любовалась Святом. Забыв все гадости, что вытерпела от него, я во все глаза таращилась на загорелую кожу его шеи, четкий бугор кадыка на фоне синего вечернего неба, ровный, прямо таки эталонный нос и даже на ресницы. Я любовалась его ресницами! Это как, вообще? Куда меня несёт?
Стремясь избавиться от постыдного наваждения, я слишком резко подтянула колени к груди, обняла их, но тут же отругала себя и села как сидела, чтобы не казаться излишне женственной.
- Чего ерзаешь? - Свят все любовался небом, а я.. я решила поговорить.
Лучше уж болтать, чем позволять разыграться фантазии.
- Так почему мы убегали от куратора? Ругаться будет?
- Будет, ещё как будет. У меня на этой неделе уже два самых последних предупреждения.
- У тебя? - уточнила я, Свят расслабленно кивнул, но вся его нега пропала после моего закономерного вопроса: - А я тут при чем? Зачем ты меня с собой прихватил?
Тут уже Свят отвлекся от неба, повернулся ко мне лицом, отчего за щитом вдруг стало тесно и душно, и так посмотрел, что до меня дошло - он и сам не знает ответ на мой вопрос.
*****
За щитом мы просидели недолго - после моего вопроса Свят растерял остатки хорошего настроения и засобирался по срочным делам.
Про срочные дела - это моя вольная додумка. Очень уж быстро он смылся, и у меня даже промелькнула мысль, что сбежал он под давлением моего вопросительного взгляда.
Но это, конечно, ерунда. Не мог альфа испугаться омежки, тут что-то другое.
Я даже засмеялась - настолько нелепым показалось это предположение, но смех вышел жалким и вымученным, что не удивительно. Странно, что я продержалась так долго - голова после сегодняшних приключений просто раскалывалась. Я чувствовала себя уставшей и разбитой, а ведь мне ещё предстояло возвращаться домой и наводить порядок в комнате и ванной.
Я представила теткино лицо и совсем приуныла. Ещё же и с ней объясняться…
Но с этим мне повезло, слава Луне. Тёть Света, конечно, жаловалась и причитала, но меня ни в чем не обвиняла, а проходилась крепким словцом по альфам.
- Вот же негодники! Паразиты! Представляешь, Зван,- весь цветник извели! Столько роз было… Все перепахали, как трактором прошлись. Механизаторы-затейники! Агрономы-недоучки! А в доме чего наворотили, видел же? Уже час убираюсь, а конца не видно.
Я с готовностью включилась в работу, и вместе мы быстро закончили устранять погром в доме, а после напились чаю и разошлись по своим комнатам.
Утром Елизавета Анатольевна встретила меня распросами.
- Зван, что там у вас альфы учудили?
- Уже знаете? - Я остановилась возле стола начальницы.
- Пфф.. Ещё бы. Новости они такие.. Мгновенно разносятся. - Дама постучала аккуратными ноготками по столу и подняла задумчивые глаза на меня. - Светлана сказала - и ты пострадал? Вот ведь… Почему, интересно, наши альфы так тебя невзлюбили…
Внутри все похолодело от ее то ли намека, то ли вопроса, но я нашла в себе силы ответить.
- Я же омега. Мне и делать ничего не нужно, они меня просто так не переваривают. Раздражаю я их.
- Ну да, ну да.. Ладно, давай работать.
Сразу после обеда, когда я возвращалась по широкому коридору в библиотеку, меня окликнула неизвестная женщина и велела немедленно зайти к Константину Юрьевичу.
Знакомых с таким именем у меня не водилось, и куда идти я не представляла, поэтому женщине пришлось меня проводить, но сделала она это с очень недовольным лицом.
Константин Юрьевич ждал в отдельном кабинете, и вид имел очень строгий и занятой.
Я терялась в догадках насчёт того, кто это и зачем ему понадобилось меня вызывать, но Константин Юрьевич быстро прояснил цель моего визита.
- Зван?
Я осторожно кивнула в знак согласия, и седовласый мужчина продолжил:
- Я куратор группы пятого курса, можешь обращаться ко мне Константин Юрьевич.
Дождавшись ещё одного кивка, куратор спросил:
- Ты догадываешься зачем я тебя вызвал, Зван?
Вариантов тут было немного и, скорее всего, мой визит связан со вчерашней дракой, но я предпочла промолчать и дать куратору самому рассказать о причинах, приведших меня в его кабинет.
- Что произошло вчера у вас дома?
От простого прямого вопроса внутри дрогнуло, захотелось вильнуть в сторону, увести разговор, но вот куда?
Вспомнилось предупреждение Веда о необходимости молчать насчёт драки возле столовой, и я рассудила, что и про вчерашнюю сильно болтать не стоит.
- Не бойся, Зван, все в порядке. Ты спокойно можешь все мне рассказать. - Константин Юрьевич расценил паузу по-своему и подбодрил меня.
- Правда? - уточнила я. - А вы ругаться не будете?
Строгое лицо куратора смягчила умилительная улыбка, и он добродушно подтвердил:
- Обещаю, не буду ругаться. Рассказывай смело.
Ну, раз просит…
- Я вылил на альф ведро воды, - покаянно выдохнула я, и преданно посмотрела в обалдевшие глаза Константина Юрьевича. Я примерно представляла, что он хочет услышать, и понимала всю глубину недоумения после моего признания.
- Аа? Что ты сделал?!
- Вылил на альф ведро воды, - повторила я, не уменьшая преданности и покаяния во взгляде.
- Но зачем?! - Куратор от избытка чувств даже вскочил с места, но быстро взял себя в руки, сел назад и глубоко выдохнул.
Я пожала плечами.
- Они мне не нравятся.
Константин Юрьевич чуть челюсть свою не потерял - настолько низко она отвисла.
- Я правильно понял - тебе не нравятся альфы и поэтому ты вылил на них воду?
- Да.
- А они что?
- Разозлились немножко.
- Немножко?! - Эй-эй! А куда делся добродушный тон и обещание не ругаться? - Они разгромили клумбу и пол дома!
- Да прям. - Не знаю откуда я взяла всю эту смелость, но она была, это факт. - Воды немного расплескали, мы с тёть Светой быстро все собрали. А клумба.. да, клумбу жалко, тёть Света ее любила.
Закончив повествование, я замолчала и с видом прилежной ученицы, вернее - ученика, сложила ладошки на коленях.
Седой куратор пару минут сверлил меня суровым взглядом, но так ничего и не высверлил.
- Можно я пойду? У меня работа..
Получив высочайшее позволение, я бочком, не поднимая глаз от пола, выскользнула в коридор и чуть не бегом бросилась к лестнице, но была остановлена властным окриком:
- Мелкий, стоять!
*****
Я вздрогнула, но испугалась не сильно - по голосу узнала Веда. Вот, если бы Влад гаркнул, тогда да, хоть штаны выжимай, а бывший друг детства желания намочить исподнее не вызывал, хоть и смотрел сейчас ничуть не менее сурово, чем куратор минутой ранее.
Я хорошо изучила этого альфу за годы дружбы, и знала - он не обидит слабого, и, тем более, не допустит несправедливости, а его грозный вид сейчас - всего лишь попытка произвести нужное впечатление и отбить у меня охоту говорить неправду.
- Зачем тебя вызывал куратор? - Вед остановился в метре от меня, скрестил руки на груди, способной впечатлить любую девушку, кроме меня, конечно, и посмотрел взглядом а-ля "я все знаю, даже не думай соврать".
- Спрашивал про вчерашнюю драку.
- И? - Вед нетерпеливо дернул темной бровью.
Пришлось сделать испуганный вид и пересказать ему весь разговор с Константином Юрьевичем.
- Ты правда так сказал? Прикалываешься, Мелкий? - Губы Веда задрожали в еле сдерживаемой улыбке, и я тоже заулыбалась.
- Честное слово, - совершенно детская клятва удовлетворила Веда, он расслабился и прекратил делать грозный вид.
- Слушай, а ты куда сейчас? Пойдешь со мной в столовку?
Я попыталась отказаться, прикрываясь работой и тем, что уже пообедала, но Вед даже дослушивать не стал - жестом остановил поток возражений и повел угощать меня кофе в знак благодарности за то, что не сдала Свята куратору.
Я терялась в догадках, зачем Веду меня угощать, ведь его-то и близко не было на месте драки, но в столовой, когда я увидела дружную компанию за любимым столиком, все стало понятным.
При моем появлении Лера приветственно кивнула и вернулась к еде, Бор, как всегда, презрительно скривился, а его "Привет" прозвучало плевком.
Вот Свят, кажется, не определился со своим отношением к моему появлению. Я готова была поклясться - в первый момент он обрадовался, но блеск, мелькнувший в темных глазах исчез так стремительно, что я засомневалась - не поторопилась ли с клятвой.
Улыбка вернулась на лицо Свята позже, после красочного рассказа Веда о моем походе к куратору. Бывший друг расстарался и описал озадаченно лицо Константина Юрьевича ярче, чем было на самом деле, но компании за столом понравилось.
Лера рассмеялась, Бор выразил одобрение почти невидимой улыбкой, а Свят достал что-то из кармана спортивной куртки и кинул мне.
- Держи, Зван. Ты молодец, даже не ожидал. Многое бы отдал, чтобы увидеть лицо Юрьича в тот момент.
Я машинально поймала предмет, посланный в мою сторону рукой Свята, посмотрела на него и буквально провалилась в неприятное воспоминание.
Пятый класс, праздник новой весны в конце марта.
Только что закончился концерт, и ученики веселой толпой хлынули из актового зала в коридор. Все в радостном предвкушении - учителя раздали каждому по цветной картонной коробке, внутри которой прятались редкие в нашем поселке лакомства - шоколадные батончики, жевательный мармелад, мелкие зефирки в виде зверят и прочие замечательные вещи.
В поселковый магазин такие сладости завозили редко, - наш альфа считал их вредными, поэтому мы все искренне радовались и бережно несли заветные коробки домой.
Возле дверей классного кабинета меня окликнула учительница и попросила вынести два пакета с мусором. Я не удивилась такой просьбе, но засомневалась насчёт коробки с подарком, в которую успела заглянуть и оценить ее внутреннее богатство. Особенно меня манил фруктовый жевательный ирис, - такой я пробовала всего один раз, в позапрошлом году. И ещё шоколадное яйцо. Его мне ещё не доводилось есть, но по рассказам других счастливчиков я знала - внутри него прячется игрушка.
Ну как оставить такие ценности без присмотра?
- Ты можешь пока оставить подарок на моем столе, - предложила учительница. - Никто не возьмёт, не волнуйся.
Как же мне не хотелось выпускать из рук пахнущую шоколадом коробку! Я словно чувствовала, что нельзя этого делать, но что я могла возразить взрослому человеку?
Когда я вернулась, коробки не оказалось на месте, зато фантики и фольга от шоколадок валялись по всему кабинету и даже в коридоре.
- Спасибо за конфеты! - Гаркнул мне в ухо Бор, появившийся из-за угла.
Следом вышел смеющийся Свят, демонстративно смял фольгу от шоколадного яйца, кинул мне под ноги, и поинтересовался:
- Ещё есть?
От шока и обиды я тогда не нашлась, что ему ответить. Просто стояла и смотрела в наглое лицо полными слез глазами.
- Зван, ты чего?
Из воспоминаний меня вырвал обеспокоенный голос. Я моргнула и перевела взгляд от упаковки фруктового жевательного ириса в своей ладони на удивленного Свята. Он ничего не понимал и явно ждал объяснений, а я всё ещё находилась там, в школьном кабинете, рядом с маленькой плачущей девочкой, до которой никому не было дела, и очень хотела защитить ее.
- Да пошел ты! - Раньше, чем я успела обдумать последствия своего поступка, моя рука, действуя словно отдельно от головы, метнула в Свята его непрошенную подачку.
Он даже не шелохнулся, когда небольшая, но довольно твердая пачка ударилась о плечо и отлетела на пол.
- Чё за х.рня? - Бор вскочил на ноги, уронил стул и с угрожающим видом двинулся в мою сторону, но был остановлен жестом руки Свята.
- Не надо.
- Ты позволишь какому-то омеге.. - Начал было Бор, но тут же заткнулся под давлением взгляда и силы друга.
- Хмм…
Это многозначительное "Хмм" за спиной заставило меня испуганно отпрыгнуть в сторону, но я успела заметить, как дернулся Свят. Он быстро взял себя в руки и вернул лицу нейтральное, почти скучающее выражение, но меня не покидало ощущение - он будто хотел защитить меня. Ну бред же, правда?
- Добрый день, Геннадий Павлович. Вы тоже на обед? Котлеты по-домашнему не берите, не очень они сегодня. Лучше шницель.
Пожилой мужчина не обратил на слова Свята никакого внимания. Он продолжал разглядывать меня и о чем-то думать, а затем внезапно сделал резкий шаг в мою сторону и протянул руку, словно хотел схватить.
Я вздрогнула и сжалась, но, похоже, мужчину интересовала не столько я, сколько реакция вскочившего с места и зарычавшего Святослава.
- Ничего себе! А ну-ка вы оба - в мой кабинет! - Под ошеломленным взглядом незнакомца я сжалась ещё сильнее, - обхватила себя руками крест-накрест, сгорбилась и опустила голову. Не знаю, кем был этот мужчина, но он точно что-то знал, и я чувствовала - назревает нечто неприятное для меня.