Глава 9
Вот что обычно подразумевают под словом кабинет? Комнату с тяжёлым рабочим столом и со шкафами, полными книг?
Да, я тоже так думала, даже была уверена, что строгий незнакомец приведет нас в подобие кабинета куратора, но нет, я не угадала.
После долгого путешествия через все главное здание университета, мы пришли в дальнее крыло, поплутали по нему, причем у меня появилось ощущение, что сама я отсюда ни за что не выберусь, и, наконец, остановились перед металлической дверью, возле которой висела табличка "Отдел контроля и анализа". А ещё там был знак, обозначающий первую заглавную букву греческого алфавита. Альфа.
Интересненько…
За бронированной дверью оказалось совсем не то, что я себе напредставляла, услышав слово "кабинет".
Нет, он там тоже был, в самом конце очередного бесконечного коридора, но не обычный, а медицинский.
То, что мы попали в медблок, застало меня врасплох. Я остановилась, чувствуя как тревожно и холодно вдруг стало в груди, и даже попыталась сделать шаг назад. Но дверь уже захлопнулась, и я оказалась под перекрёстным огнем взглядов. Утешало, если в данной ситуации можно было так сказать, только то, что взгляды пока не несли угрозы, но я знала - это может измениться в любой момент.
- Ну же, молодой человек, смелее. Проходите, присаживайтесь. Не переживайте так, никто вас не съест. Мы просто побеседуем.
Пришлось дойти до кушетки, на которой уже разместился Свят, и примоститься на самом краешке, подальше от него.
И все это под прищуром глаз, как я понимаю, доктора, - седой незнакомец снял пиджак и накинул на плечи белоснежный халат.
Кроме нас в кабинете была молодая женщина в голубом медицинском костюме, но она занималась своими делами за столом у окна, и, коротко поприветствовав нас, тут же вернулась к заполнению документов.
- Итак, омега.. - Я вздрогнула, услышав в тоне доктора угрозу для себя. - Надо было сразу догадаться, что дело в тебе.
- Геннадий Палыч... - начал Свят, но мужчина прервал его.
- Помолчи, Стасов. С тобой позже поговорим. А, вообще, знаешь что? Иди-ка погуляй часок, мы пока с омегой пообщаемся.
- Нет, я не уйду.
Врач внимательно посмотрел на серьезного Свята, к которому я неожиданно почувствовала симпатию из-за его решения остаться со мной, и кивнул.
- Ладно, сиди тут, а то ищи тебя потом по всему университету. Только тихо, понял? И запомни - никакой агрессии у меня в кабинете, иначе отправишься к Малиновскому на соседнюю койку. Тебе все ясно?
Свят промолчал, но я ясно почувствовала волну раздражения от него в сторону врача. Геннадий Павлович же либо ничего такого не ощутил, либо ему было все равно на эмоции альфы.
- Кстати, о Малиновском.. Анна, как наш пациент, не просыпался?
Женщина за столом отложила ручку и сняла очки.
- После азепама-то? Шутите, Геннадий Павлович? До утра точно проспит.
На своем краю кушетки шумно вздохнул Свят, и я поняла - он жалеет Влада.
Ого.. Видимо не очень приятный этот самый азепам, раз даже толстокожий альфа проникся.
Свят вздохнул еще раз, но поворачиваться к нему я не стала, чувствуя, что близок тот момент когда не только Влада будут жалеть, но и меня.
- А я все гадал - что с моими альфами происходит. - Доктор прошёлся по кабинету, остановился напротив меня и, не сильно скрываясь, потянул носом воздух. - А оно вон как, оказывается, ... омега.
Мне послышалось осуждение в голосе врача, и я привычно склонила голову. Пусть ругают, лишь бы не били.
- Стасов, ты видел результаты своих анализов? - Геннадий Павлович повернул голову к Святу, дождался отрицательного ответа и усмехнулся. - Я так и думал. Почаще бы интересовался состоянием своего здоровья.
- Для этого у меня есть вы, Геннадий Павлович. - Широкая наглая улыбка расползлась по лицу Свята, но доктор его веселья не разделил.
- Зря смеёшься, Стасов. Пришел бы вчера за анализами и узнал бы, что у тебя нетипичное повышение дофамина в крови. И не только его, между прочим. Серотонин зашкаливает, мелатонин тоже, тестостерон по верхней границе, того и гляди вывалится в красную зону. Ты на тренировках не сильно усердствуешь? Как спишь, Стасов?
- Нормально я сплю. Крепко и спокойно, как младенец.
- Смейся-смейся. Малиновский тоже смеялся, пока не сорвался.
После этих слов доктор посмотрел на меня, и от его взгляда по позвоночнику побежал холодок.
Я мало что поняла из речи врача, но четко уловила - в изменениях анализов альф он винил меня. Но с какой стати? Я же просто пытаюсь жить и никому не мешать, и не нужны мне эти альфы даром. И, вообще, они сами лезут и находят меня, трутся возле дома, караулят в коридорах.. Луна, это когда-нибудь закончится?
- Ну-ну, молодой человек, не нужно так волноваться. - Геннадий Павлович подал мне стакан с водой, дождался, пока я сделаю пару глотков, после чего продолжил: - Вы же Зван, правильно? Мне передавали информацию о том, что у нас появился омега, но я даже представить не мог, что альфы так отреагируют. Минус мне, конечно, как специалисту, надо было раньше догадаться, когда у Малиновского адреналин и тестостерон пошел вверх, но я потратил кучу времени на тесты, которые мне абсолютно ничего не дали без привязки к вам, Зван.
Я хлопала глазами и пыталась понять, о чем толкует доктор, а он продолжал грузить меня медицинскими терминами, а потом и вовсе напугал.
- Думаю, теперь мы во всем разберемся. После того, что я сегодня увидел в столовой, у меня появилось гипотеза, что вы будите в альфах определенные инстинкты. Вон как Стасов дёргается при каждом моем приближении к вам. Защищает…
- Ничего я не дергаюсь, - пробурчал Свят и отвёл глаза, а доктор усмехнулся.
- Ну-ну.. Не дёргается он. Чуть не кинулся на родного профессора! А вы, Зван, - доктор с ласковой улыбкой, от которой кровь застыла в венах, взял меня за руку, - должны разрешить нам сделать пару тестов.
****
Я в ужасе замотала головой и попятилась, потянула ладонь из захвата сухих пальцев доктора.
Тесты? Какие ещё тесты? Он имеет в виду обследование? Меня будут раздевать, взвешивать, измерять рост? Кровь брать на анализы?
- Не нужно бояться, Зван, это совсем не страшно. - Врач продолжал с самой доброжелательной улыбкой уговаривать меня, но от его улыбки я не успокаивалась, а еще больше нервничала. - Нам нужно разобраться, почему рядом с вами у альф такие запредельные скачки гормонов.
Я опять замотала головой и оглянулась, разыскивая взглядом дверь.
- Зван, я повторяю - вам абсолютно нечего бояться. Все наши студенты регулярно проходят обследование, и ничего страшного с ними не происходит. Да хоть у Святослава спросите, он каждую неделю кровь сдает, как и все альфы в нашем учебном заведении.
Каждое слово улыбчивого доктора подкидывало полено страха в пылающий костер паники у меня в груди. Меня трясло и ломало, как в тяжелой лихорадке, в голове билась мешанина мыслей, главная из которых - сбежать, спрятаться, исчезнуть с лица земли, чтобы не видеть никого и не чувствовать этого дикого страха.
Наверное, я бы так и сделала, но неожиданно на помощь пришел Свят.
- Ладно, Док, на сегодня хватит.
Геннадий Павлович сердито свёл брови, но Свят был непреклонен.
- Зван зайдет к вам позже, сегодня он торопится, у него много работы. Правда, Зван?
Я чуть шею не свернула, отчаянно выражая согласие со словами Свята.
- Да-да, меня Дама.. Ой! Елизавета Анатольевна ждёт. У нас там… Ждёт, в общем, мне идти нужно!
Я вылетела из медицинского блока, словно за мной гнались бешеные собаки, и понеслась вперёд, не сильно разбираясь, куда именно бегу.
Только присутствие Свята спасло меня от участи заблудиться в дебрях университетских коридоров, - под его руководством мы выбрались в знакомые места. Здесь же, на главной лестнице я торопливо поблагодарила Свята за помощь, промямлила что-то о панической боязни уколов, и сбежала к себе в библиотеку, лопатками ощущая жгучий взгляд и странные вибрации в свою сторону.
Я была практически уверена - Свят точно что-то знает или, по крайней мере, подозревает, иначе зачем бы ему помогать мне? Ещё и эти вибрации от него.. Ни дать ни взять - защитник.
Точно! Так вот что это было! Стоило мне подумать об этом, как пришло четкое понимание - Свят, мой давний враг, почувствовал мое состояние, и заступился. Он вырвал меня из цепких рук сделавшего стойку врача!
Я даже притормозила на верхней площадке лестницы, поражённая своей догадкой, но посмотрела на часы и опять заторопилась на рабочее место. И так уже прилично задержалась с обеда, не буду тратить время на бессмысленные сейчас метания.
Дама встретила мое появление вопросительно поднятой бровью.
- Зван, что случилось? Ты обедал два часа?
Пришлось объяснять начальнице свое отсутствие вызовом к куратору и к врачу.
- Аа.. Это насчёт медосмотра работников? Так он, вроде, на следующей неделе? Перенесли на эту?
От Даминых вопросов я не знала чем мотать и как отнекиваться. Это что же получается, - на днях общий медосмотр?
Я кое-как избежала участи быть разоблаченной сегодня, и сразу же узнала, что шанс вляпаться в проблемы у меня все же есть, просто его отсрочили на неделю.
Пока я училась в школе, проходила медосмотры каждый год. В них и правда не было ничего страшного. Я не боялась даже самого загадочного женского доктора, который просто задавал вопросы и отпускал с миром. Хирург щупал спину, "нервный" врач стучал по коленкам резиновым молотком, терапевт щекотно дотрагивался до груди холодным фонендоскопом.
Обычные рутинные обследования, но не для меня сейчас, прячущей женскую сущность под мужской одеждой.
Домой я возвращалась в ужасном настроении - меня переполняло неприятное предчувствие, и я совершенно не понимала, что делать дальше.
Я могу сколько угодно игнорировать просьбу врача и просто не давать ему возможность заманить меня к себе на пару "тестов", но от медосмотра сотрудников у меня вряд ли получится отвертеться.
Меня просто уволят, и делу конец!
И куда я пойду потом? Денег у меня - кот наплакал, знакомых кроме тетки нет, и вряд ли найдется человек, желающий помочь неприкаянному омеге.
Я вся извелась, пока дошла до дома, и мечтала поскорее лечь в постель и проснуться в новой, беспроблемной реальности.
Вот было бы чудесно - открыла утром глаза, умылась, позавтракала, собралась и пошла на работу. И никаких тебе альф с их заскоками, и никакого доктора, тянущего свои иголки в мою сторону. Много хочу? Получается да, потому как венцом моих сегодняшних страданий стала тетка, встретившая меня на пороге с трусами в руках.
Моими тщательно выстиранными и высушенными под кроватью женскими трусами.
- Добрый вечер.. - Более жалким свой голос я бы не смогла сделать при всем желании.
- Добрый, - Тетя Света вздохнула, и новым взглядом посмотрела на испуганную меня. - Я стирку ставлю, давай, скидывай свою хламиду, простирну разом.
- Не-не-не… - О, Луна, кажется, у меня голова скоро отвалится. И от переживаний и от того, сколько я ею сегодня навертела.
- Скидывай, Званка, скидывай. Я все знаю… И тебя вспомнила...
Я как стояла, так и села на придверный пуфик, чуть не перевернув его и едва не завалив стойку с зонтами на пол.
Тетка кинулась ко мне, обняла за плечи и притянула головой к своему мягкому животу, легко поглаживая по плечам, и успокаивая.
- Ну все-все, милая, полно... Все хорошо.. хорошо…
****
До этого момента я даже не понимала насколько устала хранить свою тайну. Теткины слова и ее сочувствие словно открыли во мне невидимый кран, и через него неудержимым потоком хлынуло напряжение.
Я ревела, рыдала, захлебывалась плачем и едва могла дышать от слез, но вместе с солёными каплями из меня выходили и накопленные эмоции.
Я долго плакала и, кажется, ещё бы могла, но у меня кончились силы. И пришла пустота.
Спокойная безразличная пустота. Принятие.
Тетка укутала меня старым пуховым платком, усадила за кухонный стол и почти насильно всучила чашку теплого чая.
От напитка шел слабый запах успокоительных трав, ледяные ладони грелись о керамическую чашку, а теткин голос плавно лился - заполнял мою пустоту.
- Ты-то меня не запомнила, конечно, малая совсем была, годика четыре, не больше. Вера тебя и Владку только разок и привозила ко мне. Владу нужно было врачу показать городскому, а с тобой в стае никто сидеть не захотел, пришлось Верке с вами обеими ехать. - Печальная улыбка осветила лицо уставшей женщины. - Я и предложила присмотреть за тобой, чтобы не таскать, значит, зря по больницам. Мне не трудно, да и приятно, что уж скрывать. Своих-то не нажила диточек. - Натруженная рука мягко погладила меня по голове. - Славно мы тогда с тобой день провели. Играли, читали, даже готовили что-то.. Долго я кухню тогда отмывала, да и тебя пришлось искупать.
Тетя засмеялась, и я тоже не сдержала улыбки, - так просто и по-доброму она вспоминала тот далёкий день из моего детства.
- И вот купаю я тебя, гляжу, а на ручке, на сгибе мизинчика родинка приметная, как звёздочка махонькая. Я ещё удивилась - сколько живу, никогда таких отметин не видела. Ни до той поры, ни после.
Тетя осторожно взяла меня за руку, перевернула ладонью вверх и провела пальцем по родинке-звездочке.
Я слушала молча. Перебивать тетю не хотела, чувствовала - ей нужно выговориться.
- Веришь, я только на днях вспоминала тебя? Да и не забывала никогда, нет-нет да и промелькнет - как там Званочка поживает? Или платье увижу в витрине, и сразу - вот бы Званушке такое. Ну это ладно, дело прошлое. - Теть Света посмурнела лицом - А вот ближе к твоим восемнадцати годам прям нехорошо мне стало. Очень переживала за тебя, а спрашивать Веру боялась.. Зачем душу ей лишний раз травить? Раз уж мне, считай, и не знающей тебя толком, так горько, то каково ей? А потом Вера письмо прислала, в котором попросила помочь парнишке-омеге. Я все в толк взять не могла - что за парень? Откуда взялся? А тебя увидела, и как солнышком пригрело, так ты мне по душе пришелся. Потом уж постепенно примечала, присматривалась, думала - да не может быть, кажется просто.. Ага, как же, кажется.. Вчера, когда мы с тобой убирались после погрома альф, ты мне тряпку передаешь, а у меня перед глазами звёздочка на ручке малышки в моей ванне. И все равно до меня не дошло. Во как бывает - глаза видят, а голова не принимает. Нет и всё! Так и у меня было, пока сегодня не решила полы протереть. Сунула швабру под твою кровать, и вытянула на половой тряпке стиранные женские трусы. Тут-то все и сложилось. Вспомнила разом тебя маленькую, поняла откуда взялся парнишка-омега без документов.. И испугалась.
-
Я вопросительно посмотрела на умолкнувшую тетю.
- Да, Званочка, испугалась. Что же мы теперь делать с тобой будем?
Я допила чай и отодвинула пустую чашку. Теперь можно и мне рассказать свою историю.
Конечно, я немного опасалась посвящать добрую родственницу в наш с бабушкой план, но она же и так уже в курсе, правда же?
Тетя Света слушала внимательно, задавала уточняющие вопросы и очень переживала за меня.
- Ты одна шла по дороге? Страшно, наверное, было? Ой-ой, на попутке добиралась? Кошмар! И по темноте мыкалась? Бедный ребёнок!
Особенно сильно тетю впечатлило бабушкино снадобье, меняющее запах с женского на мужской.
- Вера всегда хорошо разбиралась в травах. И меня выручала не раз настойками своими, но я и подумать не могла, что вот так, корешками да листочками, можно из девки парня сделать.
Разговор наш продлился до полуночи - взбудораженная теть Света находила все новые вопросы для обсуждения и никак не могла успокоиться. Попустило ее лишь после моих ответов невпопад и непрестанного зевания.
- Ох, милая, что-то мы засиделись. Отдыхать давно пора.
Я была полностью согласна с тетей, поэтому, пока ей не пришел на ум новый вопрос, поспешила к себе в комнату и, не раздеваясь, рухнула в постель.
Спала я, несмотря на день наполненный сильными переживаниями, крепко и спокойно.
Лишь под утро появилось неожиданное ощущение чужого присутствия, но я списала его на чрезмерную усталость и измотанность, после чего заснула ещё крепче.
Проснулась резко, по щелчку, за минуту до звонка будильника, и сразу отключила его чтобы не тревожить тетю, которая, судя по тишине в квартире, ещё спала.
Я с трудом села на кровати, широко зевнула, да так и застыла с широко раскрытым ртом, так как обнаружила, что чуть не наступила на спящего возле моей кровати Влада.
Огромное тело парня заняло весь коврик на полу, и я даже нашла в себе силы удивиться, как умудрилась опустить ноги вниз и не задеть его.
И что мне теперь делать? Переползти на другой край кровати и обойти его с другой стороны? Скрипу будет…
Отбросив эту идею, я решила попытаться аккуратно перешагнуть громилу и быстро выбраться из спальни, но, едва я успела встать и перенести одну ногу через Влада, он распахнул сверкнувшие в утреннем полумраке глаза и схватил меня за щиколотку, отчего я вскрикнула, потеряла равновесие и упала на него.