Глава тридцать восьмая · Свадьба — дело нервное

— Я не понимаю! — мама трагически заламывала руки. — Это решительно ужасно! Мало того, что я вынуждена сидеть взаперти здесь, в академии, жить в этом крохотном домике, почти без прислуги, так еще и это… дочь моя, никогда, никогда не связывайся с драконами! Это чудовищно!

Вокруг нее суетились бытовички-старшекурсницы под командованием своей преподавательницы — сооружали какой-то замысловатый бант на поясе почти уже готового платья.

— Мам, предупреждение слегка запоздало, — хмыкнула я. — Да и что, в конце концов, такого ужасного⁈ Вы же поженитесь!

— Да, но я двадцать три года этого ждала! Это моя первая в жизни свадьба! И я не могу даже пригласить хорошую модистку, чтобы сшить платье! И позвать подруг! Мирель, между прочим, до сих пор не может простить мне того, что ты разбила сердце бедняжки Викаса… а я еще и не приглашу ее на свою свадьбу!

Я закатила глаза. Мирель — это наша соседка по имению и мамина подруга. Ну и мать моего бывшего жениха, ага…

— А ведь насколько все было бы проще, если бы ты просто вышла за него замуж, — вздохнула мама. — Ну да ладно… но не пригласить Мирель — это просто ужасно! Да и Викаса, конечно, стоило бы, все же не чужие люди. И всех остальных соседей. И прислугу из имения. Эти люди столько лет нам служат! А со стороны жениха вообще никого не будет! Тайная свадьба. Чудовищно, просто чудовищно. Как будто я сбежавшая из дома малолетка.

— Ну что ты, мам, — проникновенно ответила я, подавая замотанной бытовичке очередную ленту. — Мы же все знаем: ты взрослая, самостоятельная, независимая женщина, которую не волнует мнение окружающих. Поэтому у тебя будет… мм… креативная и спонтанная свадьба. Такой точно ни у кого из соседей не было!

— Чудовищно! — в очередной раз простонала моя мать.

…А ведь, будь мой отец чуточку предусмотрительнее, свадьба у нее была бы еще менее торжественной. Платье вообще бы не понадобилось.

Собственно, помолвка по древнему обычаю — такая, как у нас с Теем, только с последующей брачной ночью — была бы просто идеальным вариантом. Для этого не надо было бы выбираться за территорию академии! Выпили вина, преломили хлеб, сказали что-то там торжественное — и вуаля! Все в безопасности, без пыли, и никто гарантированно не успеет помешать.

Беда в том, что патриархальными жлобами драконы были, видимо всегда — в том числе и тогда, когда эти самые традиции складывались. Ну да, ритуал-то создан на тот случай, когда все против влюбленных, девушку пришлось выкрасть, жениться надо срочно и тайно… ага. Только при этом все равно предполагалось, что это родители невесты могут быть против, а жених — всяко самостоятельная личность. Ну и против воли родителей все равно не пойдет. Поэтому одна из необходимых частей ритуала — родовой артефакт семьи жениха. Вообще-то любой, но обычно используют свадебное покрывало вроде того, которым я когда-то пыль у Тея в кабинете вытирала, с какими-то там особыми вышивками и чарами.

Вот только у нас с добыванием такой вот семейной тряпицы рода Дарнери небольшая проблемка. Да и вообще отцу в семейное гнездо возвращаться нежелательно. Был бы молодец — заранее бы покрал и торжественно приволок, а теперь все, поздно метаться. На глаза кому-то из членов своего рода ему показываться не стоит. А пожениться надо очень быстро, до того, как мамина беременность станет заметна. Потому что тогда им будет вообще не скрыться.

Поэтому… не будет никакой помолвки. Свадьба будет по человеческим традициям, в храме всех богов, у алтаря Аллиры. Как провернуть все быстро и тайно, мы обсуждали долго. И мама, в общем, со всеми разумными доводами соглашалась. Но страдать это ей нисколечко не мешало.

Убедить маму в том, что торжественное платье ей совсем не нужно, все равно ее почти никто не увидит, и вообще нам лучше бы не привлекать к себе внимания, не удалось. В конце концов счастливый жених, схватившись за голову, куда-то убежал. А вернулся в компании декана бытового факультета, которая взяла с собой команду своих лучших выпускниц. Уж не знаю, что отец им пообещал, но девушки взялись за дело с энтузиазмом и моментально взяли маму в оборот.

Когда платье, прическа и макияж наконец были завершены, я совершенно морально вымоталась, зато мама была потрясающе хороша. Ей невероятно шли бледно-голубое летящее платье с пышной юбкой и открытыми плечами и высокая прическа с несколькими выпущенными локонами. Сейчас она выглядела фантастически юной и нежной. Вряд ли кому-то, кто увидел бы нас с ней рядом, вообще пришло бы в голову, что это моя мама.

…Впрочем, я-то уже хорошо знала, почему все так. Аллира в самом деле благословила драконов. А вместе с ними — их возлюбленных. Признав наконец свою любовь, решившись связать с ней жизнь, мой отец поделился с матерью благословением богини. После свадьбы они действительно разделят свои жизни — и мама станет такой же долгожительницей, как и ее муж-дракон. Она уже начала меняться — и прежде была хороша и совсем не выглядела на свой возраст, а теперь ее можно принять разве что за мою сестру…

— Можно смотреть! — декан бытовичек торжественно сдернула покрывало с большого ростового зеркала, и одна из девушек мягко развернула к нему невесту.

Арианна ди Вернес всмотрелась в свое отражение, и в первую секунду торжествующе улыбнулась. А потом ее губы вдруг дрогнули, а глаза наполнились слезами.

— Мама? — опасливо окликнула я. — Ты чудесно выглядишь.

— Я то-о-олстая! — простонала она и, не откладывая дело в долгий ящик, разрыдалась.

— Мама! Мама, на таком сроке нет никакого живота! У тебя отличная фигура! Мама, ты прекрасна!

— У меня макияж потек!

Ой-ой, что беременность со здравомыслящими женщинами делает… или это предсвадебный мандраж?

В дверной проем сунулась было голова Тея — однако при виде такого непотребства моего жениха как ветром сдуло.

Я схватилась за голову. Бытовички бегали вокруг, гомоня что-то утешительное. Мама подвывала.

Зарычав, я выскочила в соседнюю комнату — собирались мы в гостиной родительского домика. В смежной комнате для прислуги сидели наши мужчины — Тей и мой отец, в ужасе прислушиваясь к звукам из гостиной, с одинаково круглыми глазами.

Я решительно прошагала к столику, на котором предусмотрительно оставила графин, принесенный из собственного дома. Бокалы отыскались рядом. Я щедро плеснула сразу в четыре бокала.

— Так! — принялась распоряжаться я. — Вы! Двое! Взяли по бокалу и выпили залпом!

Мужчины протянули руки, покорно взяли бокалы и опрокинули содержимое в себя. И тут же дружно закашлялись, вытаращив глаза.

— Отравить нас решила? — гневно прошипел наконец Тей.

— Я думал, это, это…

— Знаю я, что вы там думали. А тебе — лично тебе, папочка! — алкоголь нельзя! Ты беременный, если помнишь!

— Я не беременный! Не я беременный!

— Ты тоже! И вообще, у тебя свадьба, а пьяный жених — плохая примета. К первому семейному скандалу, знаешь ли!

— Так что это за дрянь⁈

— Успокоительное! — я гордо приосанилась. — Сама варила! С магическим действием, между прочим. И без побочных эффектов, даже беременным можно!

— Тогда почему у меня такое чувство, что я проглотил ежа? — мрачно уточнил Тей. Мой отец энергично закивал, подтверждая.

— Причем ежа сначала кто-то поджег! — с жаром уточнил он.

Ой… да, про это я как-то не подумала. Как все мои магические зелья, успокоительное получилось… остреньким. Зато оно точно безопасное! Я все ингредиенты и их сочетаемость по справочнику выверяла и с мэтром Саверием советовалась, вот!

— Зато вы точно уже не нервничаете! А теперь — жених берет бокал и идет успокаивать невесту! И, хм… проследи там, чтобы она платье от неожиданности не заплевала себе…

Что ж… а мне пора разыскать Малика и использовать свое второе желание — то самое, что задолжал мне джинн. На этот раз ему придется переместить нас всех четверых — в храм и обратно. Чтобы ни один дракон нас не засек по дороге!

Но сначала — опрокинуть в себя четвертый бокал успокоительного. Очень надо.

Ой…

— Все хорошо? — невинно уточнил Тей.

Я закивала, смаргивая слезы, но потом все-таки шмыгнула носом:

— Ежика жалко!

* * *

В храм мы отправлялись в итоге впятером: собственно молодые, а также дочь молодых, будущий зять молодых и внучка молодых. В конце концов, понятие молодости в отношении драконов весьма относительно.

Жреца предупредили заранее — так что нашему появлению прямо в центре главного храмового зала никто не удивился. Зал был пуст — мы специально договорились о церемонии в позднее время, практически ночью, и пожертвовали немалую сумму на храмовые нужды, чтобы жрец дождался нас и подготовил все к церемонии. В том числе закрыл двери. Никакие лишние свидетели нам ни к чему.

Заламывающая руки и слегка зеленеющая невеста была очаровательна. Надо сказать, успокоительное все-таки подействовало: по крайней мере, она не рыдала!

Хотя… я припомнила комментарии мэтра Саверия по моему зелью. Действие, мол, может быть отсрочено. А вариантов не было! Потому что все быстродействующее беременным нежелательно. И вот. Ну… будем надеяться, что, значит, подействует вот-вот.

Вообще-то мэтр Саверий еще говорил, что дозировка и время действия могут меняться в зависимости от расы. Скажем, дракону нужно больше, чем человеку. Но я рассудила, что мама все равно в успокоении нервов нуждается больше всех, так что разливала всем поровну.

…А вообще-то покрывающийся нервными пятнами жених с невестой очень даже гармонировал.

Лично я отдельно переживала, как бы наспех сооруженное бытовичками платье невесты в самый неподходящий момент не превратилось в тыкву. То есть не расползлось, например, где-нибудь. Все-таки в магических ателье такие наряды обычно делают не за полчаса перед самой церемонией. Но маме об этих своих соображениях я, конечно, не говорила — достаточно ей тех поводов, по которым она уже нервничает.

Однако стоило жениху и невесте подойти к алтарю Аллиры, у которого уже ждал облаченный в парадную бело-золотую мантию жрец, как лица обоих будто разгладились и просветлели. И оба они в этот миг показались какими-то до нереальности красивыми. Будто светились изнутри.

Жрец говорил какие-то обязательные слова, а я зачарованно переводила взгляд со своих родителей на алтарную чашу, в которой все ярче и выше разгоралось пламя. Искры из него вылетали и не гасли, кружа по залу, как маленькие звезды, и окружая жениха и невесту сверкающим водоворотом. Откуда-то послышалась негромкая мелодия, а в воздухе разлился тонкий, едва различимый аромат, который было сложно с чем-то сравнить. Цветы? Утренний лес? Море? В нем было все сразу, и что-то еще, что-то из детства, родное и прекрасное.

Лелька попыталась ловить искорки, и я украдкой показала ей кулак. Не хватало только испортить мамину свадьбу, обрушив какой-нибудь алтарь.

— Согласны ли вы, лорд Килиан Дарнери, разделить жизнь и судьбу с этой женщиной, поклясться в верности ей перед богами, беречь ее, любить и защищать?

— Согласен.

— Согласны ли вы, леди Арианна ди Вернес, разделить жизнь и судьбу с этим мужчиной, поклясться в верности ему перед богами, любить его и оберегать?

— Согласна.

— Сомкните руки и опустите их в алтарную чашу.

Без малейших сомнений мои родители соединили руки и опустили их прямо в пламя. А когда вынули — на запястьях обоих сияли татуировки. У мамы — серебряный дракон, обвивший запястье браслетом. Вот чем брачный рисунок отличается от помолвочного! Мой еще не сомкнулся в кольцо. У отца браслет состоял из растительного орнамента.

В этот же миг ярче вспыхнули, рассыпая разноцветные искры, все остальные чаши по периметру зала — боги принимали клятвы.

А молодожены не отрывали друг от друга взглядов, и вихрь искорок-звезд вокруг них становился все плотнее.

— Аллира благословила этот союз! — торжественно объявил жрец. — И да будет ваша любовь негасима!

* * *

…Уже готовясь ко сну и собираясь запереть на ночь входную дверь, я услышала с улицы странный ритмичный звук и решила выйти на крыльцо — подышать свежим воздухом, а заодно проверить, что там происходит.

Источником загадочного звука оказался домик наискосок от моего — родительский.

У крыльца стоял полностью одетый Килиан Дарнери и пинал перила. Пинал душевно, старательно, с чувством.

Понаблюдав за действом несколько минут, я все-таки решила подойти и выяснить, что случилось. Первая брачная ночь же у них! Неужели поссорились⁈

— Отец?

Тот, волком взглянув на меня, тяжко вздохнул, а потом развернулся и присел на ступеньки.

— Вы что, поругались?

Изумление на лице отца казалось искренним.

— Нет, конечно! Как можно поругаться в первую брачную ночь?

— А что тогда…?

В этот момент из окна во втором этаже родительского дома послышался протяжный, с присвистом, всхрап.

Мы дружно покосились на окно, и отец снова тяжко, обреченно вздохнул.

— Хорошее у тебя успокоительное, дочь…