2. О моем знакомстве с братьями

2. О том, как братья такому знакомству были не рады.

Закономерно, что мои отношения с княжичами не сложились с самого начала. По мне, если судьба послала тебе избавление от изгнания и смерти, то прими подарок и радуйся, но аристократы на то и высшее общество, что чтят свой статус, блюдут свое достоинство и никогда не проводят ритуалы связывания с низшим сословием, как говориться «гордость наше все».

Как после Храма оказалась в предоставленной мне комнате почти не помню, осознать свое попаданство и все происходящее не успела, а утром, после суматошного пробуждения, мне уже указали быть в мраморном зале для завтрака с их величествами. Ирэн помогла с принятием ванны и приведением в подобающий вид. Сама ванна больше походила на огромную джакузи, рядом на столике стояли разные баночки с туалетными принадлежностями и косметическими средствами, и пока Ирэн меня мыла и натирала пенным порошком, успела кратко поведать о семье местного князя Рогнара Квилежских и причине нахождения меня в этом замке. После водных процедур помогла облачиться в принесенное платье, просушила волосы и, забрав пряди у висков назад, подхватив их красивой заколкой, остальные волосы оставила распущенными и слабо вьющимися естественными локонами.

Наряд, скажу я вам, был ужасный. Если Ирэн была одета в простое длинное платье серого цвета, со скромным вырезом, а талию подчеркивал широкий кожаный пояс-корсет, то мне принесли самый настоящий синий сарафан. Он был без рукавов, с наспех вырезанным и прикрытым кружевами глубоким декольте и длинным разрезом по бедру. Образ бедной родственницы-сиротки с отсутствием вкуса мне абсолютно не понравился. На Земле, конечно, я ходила и в более откровенных платьях/сарафанах, шортах, боди, мини-юбках, благо фигурой была не обделена, но мои наряды были элегантными и не кричали о сексуальном желании. К тому же, то было у нас, где все привычны к такому виду одежды. Как я буду выглядеть на званом завтраке, где соберется весь княжеский род и высшая аристократия, мне было не ясно.

— «Может у них тут тоже приняты свободные нравы? Ведь видела же я в храме полуголых людей, „тьфу, нелюдей“, между прочим, набедренные повязки и слегка прикрытые женские груди мне точно не привиделись» — подумала я тогда.

Что одета я как-то неподходяще все же поняла по выражению лица Ирэн, которая выглядела расстроенной, но ничего по этому поводу не сказала. Я решила, что пока сойдет и это, а с тонкостями местной моды разберусь позже. Сейчас необходимо показать свой боевой настрой и не дать себя в обиду. Жаль только обувь мне так и не принесли, сославшись на то, что таких размеров не держат.

Пройдя по широким каменными коридорами, босиком, между прочим, мое растерянное по началу состояние трансформировалось в боевое. Внутренне я думала, что была готова столкнуться с чем угодно, чтобы отстоять свою честь, но, когда Ирэн открыла передо мной большие двери в мраморный зал, где все уже собрались для завтрака, я немного растерялась.

Во-первых, таких огромных помещений я никогда не видела. Все виденные мною залы в старинных замках и современных зданиях на Земле не идут ни в какое сравнением. Больше всего поражала высота потолков и сама его конструкция из полусфер, казалось, что над тобой пупырчатые своды или, скорее, соединение огромных куполов. Стены и пол были полностью из мрамора серых оттенков. Свет местного светила проходя сквозь огромные витражные окна с изображением крылатых существ, рассыпался разноцветными лучами по всему помещению, отчего бледный серый зал начинал играть разноцветными красками. По центру потолка на цепях свисали огромные люстры, а под ними стоял огромный стол, заставленный разными блюдами. Но больше всего меня шокировало не размеры и убранство зала, а нелюди, присутствующие на этом мероприятии. В огромном зале, за огромным столом сидели огромные люди, самые настоящие великаны. Когда один из них встал, чтобы проводить меня к моему месту, тогда я и поняла на сколько отличаюсь от них ростом. Провожавшему, например, я еле доходила до подмышки.

Вторым шоком для меня было то, что все присутствующие за столом были разодеты как на бал в строгие костюмы и платья без намеков на вульгарность. Лишь прислуживающие у стола женщины были одеты в платья как у Ирэн и молодые девицы, сидящие на коленях у некоторых мужчин, были облачены в синие сарафаны как на мне. Они кокетливо улыбались, призывно подставляли чуть прикрытые груди для поцелуев и позволяли себя тискать.

— «Так, так», — сделала я первые выводы. — «В зале присутствуют три сословия: аристократия, прислуга и, как я поняла, представители древней профессии. Занятно, по какому это признаку меня определили к группе представительниц легкого повеления?». Ответа на этот вопрос я пока не находила.

Во главе стола, как и полагается, сидела княжеская чета. Их я сразу узнала по стати и высокомерию, с которым они смотрели на присутствующих. По разные стороны от них расположились молодые парни блондин и брюнет. Я только глянула на них и пропала. Никогда не думала, что мужчины могут быть настолько красивы и притягательны, от одного только взгляда на них у меня разбежались мурашки по телу, а в голову полезли неприличные мысли. Я так залипла, что меня даже не смутила, девица, сидящая на коленях у брюнета. Я разглядывала строгие черты лица, невероятно яркие, будто бы подсвеченные изнутри глаза, длинные густые волосы доходящие парням до лопаток, мощные шеи с выпирающими кадыками-символами мужественности, в просвете ворота рубашек даже смогла разглядеть верх крепких грудных мышц и часть ключицы, обратила внимание на тугие увитые мышцами предплечья и сильные красивые пальцы. Все это время пока гигант вел меня к княжескому столу, я рассматривала мужчин и практически пускала слюни, мною овладело дикое желание обладать ими, чего раньше со мной точно никогда не происходило. На Земле мужчинам нужно было приложить немало усилий, чтобы заинтересовать меня собой, не говоря уже о том, чтобы я кого-то так возжелала. При этом я так и не поняла, кто понравился мне больше. Они показались мне абсолютно разными как Солнце и Луна, но в то же время, совершенно одинаковыми, как половинки одного целого.

Не знаю какое выражение лица у меня было на тот момент, но в зале в это время стояла тишина и никто мне не мешал. Очнулась я от своих грез, когда блондин, похлопав по своей коленке, сказал мне, словно собаке:

— Ну, иди, садись.

Знаете, в прошлом меня еще ни разу так не унижали, а последовавший за этим отовсюду смех, и вовсе показал глубину моего падения. Весь мой боевой запал, появившийся вначале, исчез. Мне стало обидно, ведь они сидели потешались надо мной, а я не была готова этому, не ожидала такого отношения себе. Я была разочарована, что даже слезы навернулись на глаза.

Смех прекратил жест князя Квилежских. Он предложил мне сесть за стол на свободное неподалеку место и произнес:

— Подданные княжества Греяда, как вы знаете, проведенный ритуал дал свои результаты. Хоть мне, как и вам, — при этом он выразительно посмотрел на брюнета и блондина, а затем и обвел взглядом весь зал, — Он и не нравится, но Мироздание послало эту человечку, как решение имеющейся проблемы моих сыновей. Ритуал связывания назначаю на первый день полного солнца. Зная, как ценен подарок Вселенной, прошу обращаться с этой человечкой бережно.

Все, как говорится «тушите свет». После таких слов я, наконец, осознала в какой клоаке нахожусь.

Тут наследники трона стали возмущаться, почему так скоро ритуал, что они меня даже не попробовали, что я могу им не подойти. Брюнет вообще сказал, что эта мышь облезлая (это он про меня так) ему вообще не нужна, что он брезгует, что меня нужно еще проверить на заболевания, потому как если я такая тщедушная, то однозначно больная.

А тут еще со всех концов начали раздаваться возгласы о недостойности меня для ритуала связывания, что это прерогатива только высших и я точно не подойду их величествам, что нужно все еще раз проверить, потому как Вселенная могла ошибиться.

Всю эту вакханалию прекратил тот самый старичок, который и проводил ритуал призыва и которому в храме и высказывали недовольства по поводу моего появления.

— Не сердите силы высшие, ибо деяния их для нас туманны — сказал он. — Нельзя, — говорит: — По семечке судить о цветке. Примите безропотно посланный свыше шанс наследникам сохраниться.

Все замолчали, но смотреть на меня с брезгливостью не перестали.

Конечно ни о каком завтраке думать больше не хотелось, потому как никакой кусок в горло мне так и не полез.

Обратно в комнату вернулась также, как и вышла из нее — босая и в сопровождении Ирэн, только уверенности в себе и своих силах уже не было.

Я сидела на кровати и размышляла, о том, что впервые в жизни потеряла голову из-за мужчины, да так, что даже о воспоминании о них до сих пор краска приливает к щекам. Во-вторых, не просто так мне выдали именно такой сарафан, не платье служанки, а, так сказать, отличительное обличие девиц легкого поведения, специально содержащихся здесь для удовлетворения желаний высших. Значит и роль мне хотят отвезти именно такую. А судя по тому, как меня повело от братьев, какие желания они во мне вызвали, то мне легко будет в этой роли находиться. Я никогда такого не ощущала, ни к одному человеку на земле и ведь это точно не любовь, это похоть, животная, не контролируемая, на уровне инстинктов. Только так можно объяснить такое сильное желание к совершенно не знакомым мужчинам? Тогда я еще не знала ни про магических существ, ни про связующих и совсем не поняла слова князя про ритуал связывания и, конечно, не могла догадаться, что связать хотят сразу с двумя мужчинами.

Размышляя над своим положением, я только сейчас осознала, что меня ведь даже не представили, никто не узнал моего имени и не представился сам и выходит для них я хоть и чем-то ценна, но остаюсь недостойной «человечкой».

А еще, я задумалась, куда делась та Дарина Веселова, гордая, самостоятельная, уверенная в себе девушка, которую я больше двадцати пяти лет видела в зеркале? Куда делась та моя личность, которая всегда могла постоять за себя и всего добиться? Оправдать себя и свое поведение ничем кроме шока не могла.

Так рассуждая и анализируя, я просидела до обеда и поняла, что аппетит так и не появился, а появилась головная боль и озноб. То ли, как у нас говорят, акклиматизация, то ли стресс, а может хождение босиком подкосили меня. Я легла на кровать, укрылась одеялом и уснула.

Сон мой был вязкий и липкий, когда спишь и не спишь одновременно, и вырваться из этого состояния не можешь, как будто мозг твой застрял в чем-то тягучем и никак очиститься от тумана не может.

Периодически приходила в себя от голоса Ирэн и других голосов, правда суть совсем не могла разобрать. К мутности сознания добавился жуткий холод, от которого нещадно ломило все тело, то обжигающая жара, когда казалось, что варюсь в кипятке, но в какой-то момент все изменилось. Стало спокойно и комфортно, только не долго, потому что опять начался мой кошмар. Вновь я плакала и молила о прощении, просила больше не приходить, гнала их. Все смешалось в моем сне, загорелые красавцы, огромные залы, холодные камни и хихикающие девицы. Сколько продолжался этот кошмар не знаю, но и ему пришел конец.

В какой-то момент я поняла, что проснулась, еще не открывая глаз и вспоминая свои чудные сновидения, я все же решила взять себя в руки, начать жизнь с чистого листа, сходить в кадровое агентство и разослать резюме, все-таки я дипломированный специалист. Но открыв глаза, поняла, что фэнтезийный сюжет моего сна был вовсе не сном, а реальностью, которая обрушилась сейчас на меня ушатом холодной воды.

Ирэн аккуратно присела на мою кровать, погладила по волосам и сочувственно улыбнулась, отчего я не выдержала и разрыдалась, некрасиво шмыгая носом. Слезы ручьями полились из глаз, завывая, я уткнулась в одеяло и не могла взять себя в руки, истерика набирала обороты. Мне так себя было жаль, одинокую и никому не нужную, без поддержки, без близких, не видя никакого просвета в своем теперешнем положении. Интуитивно подалась к Ирэн, а она как мать обняла и стала тихонько укачивать, приговаривая, что все образуется и будет хорошо. От ее объятий и слов стало спокойней, слезы прекратились, а напряжение ушло. Истерика отступила, только мои проблемы остались.

— Леди Дария, болезнь ушла, вам нужно привести себя в порядок и подкрепиться. К тому же их высочества княжичи Тайленд и Кайленд хотели вас посетить, — сказала Ирэн.

— Ирэн, не называй меня, пожалуйста, «леди». На Земле я была хоть и обеспеченной, но обычной девушкой, — про то, что правильно меня зовут Дариной, я поправлять не стала.

— Поймите, я ваша служанка, и мне по статусу не положено такое фамильярное обращение к вам, это может сказаться и на вашем авторитете тоже.

— Послушай, мне очень не хватает доверительных отношений, я же здесь совсем одна, а тебе я доверяю, давай ты будешь обращаться без «леди» и на «ты» хотя бы, когда мы наедине.

— Хорошо, я попробую, — ответила Ирэн.

Сидя уже в горячей ванне, я спросила:

— Зачем эти ваши высокородные отпрыски решили меня посетить? Не поверю, что решили-таки познакомиться, — между тем Ирэн помогала мне вымыть волосы.

— Зря не веришь, их высочества не плохие. Их жизнь напрямую зависит от тебя, — сказала она, чем сильно озадачила меня.

— Ирэн, я ничего не понимаю, кто я здесь, для чего я здесь, что мне нужно делать? — в отчаянии тогда вопрошала я. Закончив процедуры, я вышла из ванны, укуталась в поданное мне большое мягкое полотенце.

— Дария, не переживай, всему свое время. На твои вопросы так быстро не ответишь, но я все расскажу, всему научу только чуть позже. Сейчас у нас мало времени. Княжичи не отличаются терпением, поэтому нужно быстро подготовиться к их приходу, — и начала усердно перестилать мою постель. — Дария, позволь еще спросить?

— Спрашивай.

— Почему, когда ты болела ты звала отца, а не мать?

— Про отца все просто, родной матери я не знала, потому что она умерла при родах, а мачехи у меня не было, так как отец больше не женился. Отец был для меня самым родным человеком. Так зачем говоришь ко мне хотят пожаловать высокородные аристократы?

— Я всего лишь служанка и не ведаю их помыслами, но может они и правда хотят наладить отношения?

— А платье одевать я буду? — спросила, видя, что Ирэн не собирается его мне приносить.

— Ну, если ты хочешь предстать перед княжичами в том же обличии, что и за завтраком, то я могу принести. Прости, но без их особого распоряжения других нарядов тебе не дают, — вздохнув, поведала она.

— Что ж вот об этом с ними и поговорю. После болезни, думаю, принять их высочества в постели будет приемлемо. Подними-ка мне подушку по выше и скажи им, чтобы пришли. — «В первую очередь я им нужна, а не они мне. Я без них как-нибудь проживу, благо руки из нужных мест растут, а вот они без меня никак».

Через некоторое время после ухода Ирэн в мои покои как ураган влетели два разъяренных брата. Мне бы испугаться, а я смотрю на них и чувствую, как на моем лице расплывается дурацкая улыбка. Какие же они красивые, такие разные, но такие идеальные. Я вновь, как в первый раз загляделась. Княжичи оказались очень высокими (я им как раз по грудь буду), густые шевелюры, которым позавидовали бы все девушки Земли, сейчас были забраны в хвосты. На них были надеты простые льняные брюки, а шикарные торсы чуть прикрывали расшитые жилетки. Я как следует смогла разглядеть хорошо развитые грудные мышцы и рельефы рук. Могла поспорить, что под одеждой есть эти пресловутые кубики пресса. Не мужчины, а бодибилдеры какие-то. Тут мои мысли почему-то потекли в горизонтальную плоскость, потому что представила себя зажатой между этими горами тестостерона и как я хватаюсь за их крепкие ягодицы…

«Так, стоп», — мысленно одернула я себя. «Дарина, куда тебя понесло? Какие ягодицы? Что с тобой происходит?»

Ведя с собой внутренний диалог, я не заметила, как к их ярости вновь добавилась брезгливость, а поверх их тел стали просвечивать образы каких-то чудовищ с клыками, когтями и хвостами и призрачными крыльями, почти касающимися потолка. Полупрозрачные хвосты с шипастыми наростами на концах ходили из стороны в сторону, как у котов, которые готовятся к драке с соперником.

Мне бы испытать страх, но со мной опять начало происходить что-то не то, моя фантазия не унималась и рисовала картинки обнаженной меня в объятиях этих крылатых. Из мысленной ваты выдернуло рычание брюнета:

— Ты, никчччемная человечка, как смеешь мне говорить, когда приходить? Только Я решаю, что мне делать и когда. Ты здесь никто. Тебя выдернули из твоего мирка только ради меня и это ТЫ будешь делать то, что я захочу и когда захочу.

— Погоди, брат, она будет делать то, что МЫ захотим и когда МЫ захотим, — поправил его блондин. — Захотим поиметь тебя вдвоем на центральной площади и поимеем, а ты будешь радоваться и стараться ублажить нас изо всех сил. Поняла?

Мне бы от таких слов если не испугаться, то разозлиться и послать рогатых, куда подальше или треснуть чем-нибудь, как раз про меж этих рогов, чтобы знали, что русские не сдаются, но моя боевая личность ушла в дрим. А мое, точно больное сознание, начало рисовать сюжеты, где два княжича в роли полицейских из «наших» немецких порно фильмов (такие в коротких шортиках, в фуражках, а через голые накаченные торсы перетянуты тонкие подтяжки), которые крутят на пальцах наручники и грозят мне их применить.

«Тьфу, что со мной происходит? Дарина, ау, очнись?» Хорошо, что одна рука у меня была под одеялом и я ею активно начала себя щипать, чтобы собраться.

Вовремя мне удалось развеять эротический туман в голове и усмирить свое взбунтовавшееся либидо, потому как аристократы начали терять терпение и двинулись в мою сторону. То ли они хотели залепить мне пощечину, чтобы проявила уважение, то ли хотели схватить за волосы, но я успела отпрянуть и выставить руки в защитном жесте.

— Стоять, — рявкнула на них. — Не подходите. Если тронете меня, то не увидите меня связующей, как своих ушей и потом будете всю оставшуюся жизнь кусать локти.

— Слышишь, брат, какие речи говорит эта мышь облезлая? И зачем же, позволь спросить, нам нужно будет кусать локти? — уже более спокойно с усмешкой спросил брюнет.

— Это образное выражение, когда хотят сказать, что будете сильно сожалеть, о том, что упустили свой шанс и исправить больше не будет возможности, — по-своему пояснила я. — И вообще, вам не кажется, что наше знакомство началось как-то не правильно?

— Да мы вообще не собираемся знакомиться с тобой, — скривившись, сказал блондин, при этом полностью придя уже в человеческую форму. — Ты — ошибка Вселенной. Посмотри на себя и на меня, пигалица, даже глазу зацепиться не за что. И вообще, почему ты в присутствие двух княжичей не пала ниц, а изволишь разлеживаться в кровати? Как я знаю, болезнь твоя уже отступила.

— Послушайте, вам не приходило в голову, что не все хотят быть вашей связующей? Мне, например, так же навязали вас, как и вам меня и я вообще не горю желанием быть чьей-то там связующей. А еще, из речи вашего отца поняла, что я вам нужна больше чем вы мне. И если у нас с вами ничего не получится по хорошему, то я, всего лишь, лишусь своей жизни и, поверьте, я к этому давно готова, а вот вы готовы?

— А ты интересная, — пробасил брюнет. — Не думал, что человечки могут быть такие рассудительные. Только ты ошибаешься, все аристократки стремятся стать нашими связующими, а каждая человечка мечтает, чтобы мы обратили на нее внимание и борются за право провести с нами хотя бы ночь. И тебе, еще нужно будет постараться, чтобы ритуал, если уж он неизбежен, прошел правильно, а то может получиться, что ты свяжешься с нами, а мы с тобой — нет. Вот тогда и послушаем какие песни будешь петь, — ухмыльнулся он.

— Как зовут то тебя, подарок Вселенной? Меня зови «его высочество Тайленд», а это Его высочество Кайленд, — представил светловолосый своего брата.

— Как официально, но воля ваша. Дома меня звали Дарина Вячеславовна Веселова, здесь Дарией зовут. Слушайте, — решила я сменить тему. — Служанка сказала, что без вашего позволения мне не дадут нормальной одежды. Я, конечно, понимаю, что вам хочется видеть меня своей секс-рабыней, но, вроде, недостатка в женском внимании у вас нет. Зачем вам такая никчемная я в этой роли, потом еще все будут вас жалеть, а уж, когда пройдём этот ваш ритуал связывания и вовсе это пошатнет ваш авторитет. Поймите правильно — связующая и девица для утех, не солидно как-то.

— Не знаю кто такая секс-рабыня, но мне нравится как это звучит, — ухмыльнулся Тайленд.

— Мы услышали тебя, Дарррия. Примем решение и сообщим, — как бы прорычал Кайленд мое имя, а у меня от того как он его произнес мурашки по коже табунами понеслись. Невероятно сексуально у него это получалось.

Они покинули мою спальню, а я выдохнула и только сейчас поняла в каком напряжении была все это время.