3. Кайленд

Быть в семье не единственным ребёнком всегда сложно, соперничество за внимание и любовь родителей среди детей обычное дело. Но когда брат такой же как ты и одновременно полная противоположность тебя вдвойне труднее. Наши с Тайем отношения всегда были сложными. Он родился первым и мне всегда казалось, что, поэтому все лучшие качества достались ему: он был энергичным, веселым, легким в общении, заводилой. Я всегда восхищался и завидовал ему, были моменты, конечно, когда я ненавидел его, но это так, по-братски, не серьезно.

Все, что бы мы не натвори в детстве, инициатором всегда был Тай, а получали за проделки потом вместе.

Еще сложнее у нас были отношения с магическими Я. Мы их не слышали от слова совсем. Когда от сильных эмоций магическое существо перехватывало контроль, то мы не знали, что с нами в это время происходило. Так не должно было быть. Все двуипостасные слышат свое второе Я, взаимодействуют с ним и управляют телом, что в боевой, что обычной форме вместе. У нас же с братом как будто стоял блок между сущностями. Боевые ипостаси у нас очень сильные и если однажды они нас не вернут, то даже боюсь представить, что с нами станет. Мы, как личности, наверное, просто перестанем существовать.

Решение ученого совета подобрать нам одну связующую на двоих меня почему-то не удивило. Ну, как бы звучало логично, потому что мы с Тайем, вроде как, части одного целого. То есть если бы не случайность мы были бы одним сыном, а не двумя, Тай мог бы быть моим глазом или задницей, а что, ему подходит, вечно ищет приключения на нее. Ха-ха. Или я бы был в Тайе желудком, например. Я бы устроил ему несварение. Так что мысль связать нас с Тайлендом и нашими магическими Я одной связующей вполне логична. Только есть три больших НО, у нас с ним очень разные вкусы — это раз, где найти девушку, которая одинаково нас полюбит — это два; и как нам потом за нее не соперничать между собой — это три.

Сколько себя помню, мы всегда между собой соревновались и никогда не уступали друг другу. Как ведут себя наши магические ипостаси, когда перехватывают контроль, не знаю, не присутствовал, наверное, от нас тоже не сильно отличаются.

Прошло много времени после принятого решения, а девушку так найти и не смогли, то внешность кому-то не нравится, то характер, то в постели не нравиться. Были случаи, когда вроде нашли одну, которая более или менее устраивает обоих и даже в постели сойдет, только наши сущности вдруг нас отстраняли, а потом, придя в чувства, мы уже слышали, что девица отказывается проходить ритуал. И поди разберись, что наши Я в наших же телах натворили.

Думали ритуал по взыванию к Мирозданию, наконец, решит наши проблемы, но то, что появилось на ритуальном камне после призыва выглядело настоящей насмешкой. Мало того что человечка, так еще и какая-то тщедушная, даже с местными ни в какое сравнение не шла. Она была такая мелкая, самая настоящая общипанная курица или мышь. Да я же ее просто раздавлю. Где грудь? Где задница? Одни глаза на пол лица.

Посмотрел на Тайя, вижу ему тоже не зашла. Вообще Тайю легко понравиться, он ни одной юбки не пропускал, и девицам Тай всегда больше нравился. Он легок и мил в общении, шутник, только непостоянен, одной девушке тяжело удержать его внимание надолго, поэтому ни одна не задерживается у него в постели больше двух ночей. Я же, наоборот, со мной тяжело, я для леди слишком тверд и прямолинеен, в общении больше молчу. И вообще, о чем с ними можно разговаривать? Ну, ни о нарядах же и цветах? Мне лично хватает пары слов в постели.

Впервые увидев девчонку в храме, мы с братом сразу определили, что на роль связующей она не подойдет, но даже если ритуал пройдет благополучно, мы ее всерьез воспринимать не сможем. А вот покувыркаться с ней периодически вполне приемлемо. Выделим ей отдельные покои, служанку и пусть живет там в свое удовольствие и радуется, а мы изредка будем ее посещать. А чтобы знала свое место, сговорились с Тайлендом облачить ее в соответствующий наряд.

Еще накануне призыва, мы с братом решили отметить, так сказать, наши последние свободные холостяцкие деньки, баб по мясистей себе выбрали и перебрались в охотничий домик. Гудели дня три, выпив несколько бочонков коллекционного вина, играли в шахматы. Затейник Тайленд придумал раздеть девок, установить их на огромное шахматное поле, снабдив каждую только табличками с названием фигуры. «Шахматные» девы принимали призывные позы, манили своими телесами. Старинная забава заиграла для нас новыми красками. По правилам брата каждая «убитая» фигура должна быть трахнута, а победитель имеет шахматную «королеву» неделю. Я выиграл.

Своей «королевой» я был доволен. Вообще я люблю секс по жестче, не все разделяют мои предпочтения, но мой трофей оправдал ожидания, поэтому мне захотелось притащить ее на званый завтрак в честь нашей будущей связующей.

Когда в зал вошла эта мелочь, я отметил, что мы правильно подобрали ей наряд: стройное бедро, мелькающее в разрезе подола, соски торчком, обжигающий взгляд и босые ступни, аккуратно ступающие по каменному полу. Этот образ ей, безусловно, подходил, она, буквально, облизывала нас с братом глазами. А я смотрел на нее и думал, где же я так накосячил, что меня наградили этим ничтожеством в роли связующей. Что же она такая худосочная, я же ее просто переломаю или синяков наставлю.

Тут Тай решил пощупать ее что ли и выдал:

— Ну, — похлопал по своей коленке и добавил. — Иди, садись.

Со всех сторон грянул смех. А человечка стоит, глаза вылупила, слово сказать не может.

Отец прекратил веселье и назначил срок проведения ритуала связывания.

— Отец, — предпринял я попытку оттянуть время проведения ритуала, — Ты посмотри на нее, если она такая мелкая, может она больная, ее нужно проверить у лекаря.

— Зачем так торопиться с ритуалом, дай нам хотя бы попробовать ее, — поддержал меня Тай.

Со всех сторон раздались голоса в нашу поддержку, но после речи Святителя Омана, все притихли.

Все, конец, нам всю оставшуюся жизнь придется быть связанными с этим чучелом. Какой позор. Да нас просто засмеют в обществе, а еще хуже начнут жалеть. Желание поэкспериментировать в постели с моей трофейной «шахматной королевой» совсем отпало и я отправил девку во свояси.

Мы с братом разошлись по комнатам и крепко задумались над своим положением.

Через два дня ко мне прибежала горничная нашего «подарка судьбы» и умоляла пойти с ней, поведала, что девчонка заболела, что лекари сделали все что смогли, но она находится на грани жизни и смерти и только нам под силу вытянуть ее на сторону жизни.

Я обеспокоился, ведь какая бы она не была, а для чего-то все же была нам послана, какой никакой, а шанс выжить все-таки есть. Зайдя за Тайлендом, мы отправились в покои человечки.

Она лежала на, казавшейся просто огромной кровати, словно ребенок, свернувших в маленький комочек. Бледное лицо облепили мокрые густые волосы цвета дорого коньяка, длинные ресница беспокойно трепетали, пухлые губки то поджимались, словно от боли, то приоткрывались, выпуская воздух вместе со слабым стоном.

— Почему она в таком состоянии? Что с ней? — спросил Тай.

— Это простуда, жар. Скорее всего, это последствия хождения босиком, — подтвердила мои догадки служанка.

— Почему же она была босая? Я подумал, что это уловка иномирянки, чтобы привлечь наше внимание, — высказал свои догадки я.

Служанка же поведала, что старшая над прислугой не смогла (а скорее всего не захотела) найти обувь подходящего размера.

Тут заболевшая застонала и мы, не сговариваясь, сели по разные стороны и взяли ее за руки. Ее нежные ладошки с тонкими красивыми пальчиками утонули в наших мозолистых руках. Лицо девушки расслабилось, дыхание выровнялось.

— Это что, мы так на нее влияем? — озвучил мои мысли Тай.

Я оставил вопрос без ответа, лишь пожав плечами. Посидев так немного, мы уже решили убрать руки и отойти от нее, как девочка скривилась и начала рыдать, о чем-то бессвязно умолять, ее голова металась по подушке, а из закрытых глаз ручьями текли крупные слезы.

Я был так обескуражен, шокирован даже, что не мог сообразить чем помочь. — «Что вообще происходит? Что с девчонкой не так? Что за загадку такую нам послали?» Тай опомнился первый и бросился к двери, чтобы позвать служанку. А я смотрел на страдания этой маленькой девочки и так мне стало ее жаль, захотелось прижать к себе, загородить от всех неприятностей, развеять ее страхи.

Тут в комнату влетела испуганная служанка нашей призванной, бросилась к ней, обняла и начала укачивать словно ребенка, тихо приговаривая. Девушка затихла и уснула спокойным сном.

— И что это было?- спросил брат. — И часто такое с ней происходит?

— Это ночные кошмары, ваше высочества. За то время, что она у нас находится, с таким я сталкиваюсь уже второй раз, — ответила женщина.

— Что же ты за штучка и какие тайны хранишь? — озвучил я свои мысли.

— Как зовут тебя, человечка? — спросил Тай.

— Ирэн, ваше высочество, представлена личной служанкой к призванной иномирянке, — присев в реверансе и опустив глаза, ответила женщина.

— Как придет в себя, скажи, что мы желаем поговорить с ней, — сказал я и, развернувшись, мы с братом вышли из комнаты.

Мы молча шли по коридорам замка, каждый думая о своем и так ничего и не решив о совместном будущем.

На следующий день к нам пришла Ирэн и сказала, что ее хозяйка выздоровела и желает видеть нас.

Первым взорвался Тайленд:

— Она желает видеть нас? Да кто она такая, чтобы о чем-то желать? Она должна сидеть готовая и ждать, когда Я соизволю к ней придти, — а посмотрев на меня, добавил, — Когда МЫ соизволим придти, — и мы в ярости понеслись к этой обнаглевшей пигалице, чтобы научить ее уважению.