Глава 17

Войцех понимал, что его существование держится на волоске. Исход встречи и, как следствие, дальнейшая судьба хищника, всецело зависит сейчас от решения руководства. Проштрафился! Еще и как! Облажался.

Хищник молчал, снося наказание терпеливо. Ибо знал, возразить Чернобогу нечем. Сам виноват за то, что не был готов к такому повороту.

А кто знал, что Волку окажется под силу удержать его боевой топор? И не просто удержать, а управлять им и с его помощью пересечь границы миров.

Клык чуял подвох. Но не обвинять же самого Бога в смене фаворита?

– Твой срок увеличен еще на сотню лет! – властно пророкотал Чернобог.

Войцех покорно склонил голову. Краем заплывшего глаза хищник наблюдал за тем, как на высоком кресле за огромным, казалось бы, бесконечным столом восседает мужчина. Человек. Дорогой пиджак и идеально повязанный галстук выдавали в нем успешного бизнесмена.

И если бы ни черные, без белков, глаза, сразу и не ясно, что за существо перед Войцехом.

Или Войцех перед ним.

Сглотнув, Клык скользнул взором по гладкой столешнице. Чашка остывающего черного кофе ждала хозяина. К ней Чернобог так и не притронулся. Вот уже полчаса. А напиток все еще дымился.

Здесь, в этом кабинете, все было подвластно желаниям только одного существа. Впрочем, как и во всем Нижнем мире.

За огромной стеклянной стеной суетились жители мира, выполняли свои обязанности под чутким и неусыпным надзором. И, кажется, ничто не укроется от острого взора Чернобога.

Однако Клык умудрился и здесь отыскать нужные знакомства. Пусть и пришлось постараться.

– Что касается моего утраченного тобой дара…, – многозначительная пауза повисла и заискрилась напряжением. – Отныне возвращаться в Верхний мир ты не можешь. Твои границы в Межмирье. Оставь Волка в покое. Ослушаешься…

Чернобог сверкнул огненным взором черных глаз, не стал договаривать фразу, пропитанную угрозой. Клык склонился еще ниже, повинуясь приказу. Он старался отринуть все мысли о мести и о попытках вернуть топор. Ведь если босс узнает, а он непременно узнает, то вся жизнь и все мучения до этого момента покажутся Войцеху детской сказкой.

– Так точно, господин, – смиренно ответил Клык.

– Свободен, – махнул рукой Чернобог и Клыка вынесло из кабинета.

Тяжелые двери с громким стуком захлопнулись прямо перед носом хищника. Клык скрипнул зубами и выпрямился в полный рост.

Чертов Бог!

Спину пронзила ледяная игла боли – напоминание о том, что босс видит и знает обо всем, что происходит на его территории.

И только удалившись на приличное расстояние от кабинета, в котором правил темный Бог, Клык мысленно выругался. Ладони вспотели, а шею свело судорогой. Но вместе с тем Войцех испытывал подобие надежды, когда разжал руку. А между пальцев – небольшой, размером с мелкую монету, комочек. Зеленоватая с яркими крапинками субстанция на первый взгляд казалась простым куском цветной глины. Но Клык знал, что этот крохотный шарик и есть его новый пропуск в Верхний мир, мир живых. А значит, и топор он вернет. И да, сделает все, костьми ляжет, а Волка достанет. И поглядит, как чертов щенок будет корчится в смертельной агонии.

Уж Войцех приложит максимум усилий, чтобы поквитаться с зарвавшимся псом и его безродной девкой!

* * *

Как бы хорошо ни было им в домике, а возвращаться к своим обязанностям нужно. Стая в отсутствие вожака и без того отбилась от рук. А потому Радмир, вернувшись на территорию усадьбы, усиленно принялся наводить свои порядки, не брезгуя помощью братьев.

Клим поминутно вертелся рядом. Волк скалился, рычал, но не торопился ломать бока будущему зятьку. Да и не факт, что хищник не ошибся. Вдруг у стража просто какой-то сбой в мозгах, вот и возомнил себе то, чего нет.

Такими уговорами Радмир отвлекался часа три, не больше. А на четвертый, перехватив задумчиво-жадный взгляд стража, направленный на живот Лисички, пока та копошилась в бумагах на столе бывшего вожака, Вольнов не выдержал и выволок-таки Клима за шиворот из дома.

– Мне объявить официальный запрет, страж?! – вкрадчиво пророкотал Волк. – Так я подам Верховному жалобу! Ты и на сотню километров не подойдешь к моей жене!

Клим оскалился, и на секунду Волк увидел во взоре стража странный огонь. Доля мгновения и взор приобрел привычный оттенок.

Радмир нахмурился.

– Это сильнее… меня…, – сипло и обреченно промолвил Клим. – Я слышу ее. Каждый удар сердца слышу. Она будто говорит со мной! Понимаешь?!

– Кто ты такой? Я чую твоего зверя, но, черт дери, это ведь не все. Так? – прищурился Радмир.

Признаться, увидев шквал эмоций, взрывных, ярких, осознав, что страж не так прост и не всегда держит чувства под контролем, Волк даже проникся к мужику сочувствием. Возможно, при других обстоятельствах и поддержал, если бы интерес Клима не был направлен на его, Радмира, дочь.

Страж, оскалившись, уже готов был ответить, но из дома выскочила Лисичка. Радмир моментально повернул голову, проверяя в порядке ли, не оступилась ли, нет ли угрозы рядом.

В руках Женя держала небольшую потрепанную книгу. При более внимательном рассмотрении оказалось, что это был ежедневник.

– Вот! Я нашла записи Олега. А еще там карта памяти! – сообщила Лисичка.

– Ну, пойдем, глянем, что там прятал Клымский, – хмыкнул Радмир, а стражу адресовал взгляд, четко утверждавший, что разговор не окончен. К нему еще вернутся. И очень скоро.

Клим едва заметно кивнул. Поправил пиджак и рукава рубашки.

– Кстати, поиск дал результаты. Человека нашли. Через пару часов привезут, – уже другим тоном проговорил Клим.

Радмир кивнул. Говорить Жене он не станет ничего, пока сам со всем не разберется. Человек, может быть, и не представлял опасности для Лисички, и не факт, что сам был в курсе о своем отцовстве. Но без доказательств Волк не собирался сообщать Жене о том, что много лет ее биологический отец был рядом.

* * *

Божена и сама не понимала, что пытается отыскать в вещах Олега. Чувствовала, разгадка близка. Но что именно – не знала. Потому и просматривала все, что попадалось на глаза.

И вот потрепанная записная книга привлекла взор. В первом порыве Женя хотела просто все сжечь, чтобы не было ни единого напоминания об Олеге. Однако девушка принялась листать ежедневник.

Ничего необычно. Но между страниц оказался припрятан небольшой носитель информации. Одна Женя не стала бы смотреть, что хранит карта памяти. Потому и позвала мужчин.

И очень вовремя. Потому что ее суровый и грозный Волк, кажется, намеревался откусить стражу голову. А в Климу, признаться, Женя испытывала благодарность. И еще, что-то такое необъяснимое, чему пока не могла подобрать слов.

Более того, ей казалось, что эти эмоции – принадлежат не ей. Потому что они накатывали странно, только в присутствии Клима. А потом вновь исчезали. Или же Радмир перебивал все, перетягивал внимание на себя.

Жене это нравилось. Нравилось, как ее Волк собой затмевает весь мир для нее.

По-другому Женя и не хотела бы жить. Только так.

Мужчины вошли в кабинет деда вслед за ней. Отыскав компьютер, Женя его включила и вставила флешку в порт.

Файлы загружались, а Женя смотрела на монитор. Радмир встал за ее спиной, поддерживая своим присутствием и твердым, но нежным прикосновением горячей ладони.

На экране всплыло видео, и Женя нажала на воспроизведение. Картинка была смазанной, становилось понятно, что запись делали на расстоянии, не исключено, что «прослушкой» занимался не профессионал. Однако звук был четким. К тому же действующих лиц Радмир узнал.

– Гребаный докторишка! – нахмурился Волк, а Женя внимательно слушала, стараясь не пропустить ни слова.

– Ты уверен, что подействует? – с нажимом и весьма агрессивно интересовался Антон Грознов.

– Твои таблетки ведь работают, – самонадеянно хмыкнул чокнутый профессор, который работал над экспериментами с кровью нимфы, – эта сыворотка сделает жажду невыносимой. Стоит ее принять, и зверь вырвется на свободу. И если я все правильно понял, Вольнов не позволит Федору пересечь границы его территории. Считай, что твой старший брат уже труп, Антоша.

Профессор хрипло рассмеялся. Убрал в карман толстый продолговатый конверт и продолжил беседу:

– Как и договаривались. Девчонку не тронешь, пока я не закончу с ней.

– Если не будешь тянуть, дядюшка, – хмыкнул Антон, – Сам понимаешь, держат только твои таблетки. А после того, как я стану вожаком, ждать не буду. Мне нужна сила, дарованная кровью девки.

Мужчины разговаривали, а Женя уже не слышала. В голове крутились обрывки фраз. И Женя никак не могла осознать, что именно обсуждал ее дядька и тот врач, который якобы лечил Зарету с юных лет, заглушая ее кровь медикаментами.

А осознав… стремительно повернулась к Радмиру…

– Это все Антон! Выходит, это он опоил, или вколол ту мерзость папе? Чтобы папа… Чтобы его…, – потерянно говорила Лисичка.

Радмир коротко кивнул.

– Федор выглядел дико, – негромко произнес Волк, понимая, что тема очень острая, но обсудить ее нужно, – когда я вырубил Дима, он отключился. А Грознов пер до конца, как под гипнозом, или под «дурью». У меня не оставалось выбора, Лисичка.

– Его отправили на смерть, – подтвердил Клим, вмешиваясь в разговор. – Сам Грознов вряд ли мог отравить Федора. Но Клымский на допросе говорил о помощи Геннадия, человека.

– Лисичка…, – начал было Радмир, но разговоры не его конек.

– Я все понимаю, – сглотнула Женя и потянулась к мужу, – значит, это все Антон? Он хотел занять место деда. И убрал папу, он ведь мешал. Был гораздо сильнее Антона. Заря говорила, что ее Зов привлек ментально слабых среди хищников, не связанных парой. И дядька знал, как повлияет на моего отца сыворотка. Усилит эффект!

– Хотел бы я удавить ублюдка собственными руками, – недовольно пробормотал Радмир.

– Я не верю, что Геннадий им помогал. Он ведь… он такой открытый и честный! Эти месяцы он всегда был рядом со мной, – сокрушительно покачала головой Женя.

* * *

Добромир Вольнов честно старался не рычать. По крайней мере, громко. Но даже сдерживаясь, вожак привлекал к себе внимание стаи.

Однако против правил не попрешь. В их клане было принято представлять истинную пару на официальном приеме.

Хотя, по большому счету, Дим мог бы плюнуть на этот негласный закон. В конце концов, вожак он, или нет!

А вот хотелось девочке сделать приятное, сводить ее в ресторан, потанцевать, поухаживать.

Все началось с выбора нового гардероба. Фаю никогда не баловали дорогой одеждой. И стоило девушке увидеть яркие платья, как ее взор загорелся неподдельным интересом. Не мог Дим лишить истинную пару такой радости – пощеголять купленными новинками. И потом, все ведь у него схвачено, охраны кругом тьма, они – в ресторане Казакова в окружении проверенных партнеров и друзей из городской элиты, а на самой девчонке стоит два «жучка». Нет, не в целях контроля каждого шага Фаины, а для ее же безопасности.

А теперь Дим уже совсем не радовался выходу в свет. С трудом держал зверя под контролем. Ну и оборот пытался отсрочить.

Девчонка же развлекалась. Болтала с Сабиной – женой давнего друга семьи и делового партнера Макса Казакова. Хищница представила Фаину своим подругам, и теперь Дим вынужден был скрипеть зубами и торчать на расстоянии. А Максим, сволочь такая, подтрунивал над ним.

– У вас у Вольновых это семейное, – с заумным видом говорил Казаков, – на сотню метров не подпускаете никого к своим женщинам.

– Можно подумать, ты терпишь рядом с Сабиной поклонников, – огрызнулся Дим, не сводя взора с хрупкой фигурки жены.

И вдруг Добромир ощутил волнение. Фая вскинула голову и безошибочно отыскала его глаза.

А спустя долю секунды, взор Фаины заволокло туманом. Девушка пошатнулась, но устояла. Вольнов уже был рядом. Подхватил, прижал к себе. В душе взметнулась паника и ярость.

Кто посмел? Кругом охрана! Да и поводов не было. На территории Вольных все спокойно. Добромир все контролировал.

Но голос Фаечки звучал едва различимо, с паникой и страхом:

– Клык… Он идет… Я вижу, – шепнула Фая, до побелевших пальцев вцепившись в рубашку Дима.

Вольнов на миг оторвал взгляд от жены, отыскал Казакова. Тот уже звонил Верховному. Если Фая ощутила приближение врага, то и Зарета не могла не почувствовать неладное. Хотя, в последние часы Фаина умудрялась удивлять и, кажется, шокировать мужа.

– Поляна перед домом родителей… в лесу, – говорила Фая, едва шевеля сухими губами и будто смотря в пространство затуманенными, белесыми глазами. – Там проход между мирами.

– Звони Радмиру! – приказал Вольнов Максу.

* * *

Звонок брата застал Радмира в холле старого хозяйского дома. Женя была рядом, да и сам Волк не собирался выпускать Лисичку из поля зрения в особняке, пропитанном гнилью и запахом смерти.

Клим испарился, предупредив, что намерен притащить к вожаку человека – биологического, если верить словам Клымского, отца Божены.

Всего несколько слов, и Вольнов приглушенно зарычал. Женя тут же дотянулась и устроила ладонь на спине мужа. Тот выдохнул.

– Клык идет в этот мир, – глухо ответил на высказанный вопрос Радмир. – Я должен его остановить.

– Я с тобой, любимый! – твердо проговорила Женя.

– Нет! – резко выдохнул Волк, а потом, мягче добавил: – Нет, Лисичка. Я не стану больше тобой рисковать. Клим присмотрит за тобой. И охрана.

– Я настаиваю, любимый, – умоляюще произнесла Женя и потянулась к мужу, ее рук едва хватило, чтобы обнять широкие, увеличивающиеся с каждым мгновением плечи, но страха в душе хищницы не было, – никто, кроме тебя не защитит меня. Я знаю.

Волк и сам не хотел этой разлуки. Да и с Тимом Женьке явно будет безопаснее, чем с Климом, пусть и за сотню километров от Клыка.

Шумно выдохнув, Радмир понурил голову. Времени не было. Если верить словам Дима и предчувствиям Мелкой, враг близко. И если раньше Радмир хотел только мести, то сейчас четко понимал, что обязан защитить мир, в котором живет его Лисичка, в котором будут расти его дети, в котором живут его родные. Нельзя впускать Клыкастого сюда. Не зря ведь в руках Волка оказалось то самое оружие, которым управлять способен только он.

Братья, кстати, тоже пытались, с согласия Радмира. Однако боевой топор им не подчинялся. Даже Верховному не удавалось взять его в ладонь. Выходило, что лишь в силах Волка было им управлять. И если интуиция не подводила Радмира, то справиться с Клыкастым можно только этим оружием, добытым в другом мире.

И будто в подтверждение предположений в ладони Волка появился боевой топор. Острый, смертоносный, он приятно оттягивал руку, вселяя уверенность и наполняя самого Радмира силами.

– Хорошо, Лисичка, – глухо проговорил Волк, не оборачиваясь к жене, боясь поранить блеснувшим в ярком свете ламп лезвием. – Но будешь сидеть в дома отца. Под охраной.

– Мы с девочками честно-честно и шага из дома не сделаем! – горячо пообещала Женя.

– Девочками? Ну да, ну да, – невесело хмыкнул Волк, представляя, как у братьев состоятся в эту же секунду подобные разговоры с их женщинами, – какие же вы у нас упрямые, елки-палки.

– Мы просто вас очень любим, – хохотнула Женя.

Радмир наконец обернулся к Лисичке. Свободной рукой обнял тонкую талию жены.

– Ох и хитрая ты у меня, Лисичка, – ласково заурчал Волк, – что ж, пора ехать в дом родителей.

Двери дома осторожно распахнулась. Вошел Клим. За его спиной – Геннадий, водитель Грозновых. Женя мельком рассмотрела еще двух широкоплечих и огромных верзил, чем-то неуловимо похожих на их добровольного охранника.

Один из незнакомцев что-то коротко сказал Климу, тот кивнул.

– Радмир, есть кое-что, о чем тебе стоит узнать, – негромко произнес страж.

Радмир, прищурившись, взглянул на человека, притихшего и побледневшего. Что ж, разговоры с предполагаемым отцом его жены потерпит. А внутреннее напряжение нарастало, как и чувство надвигающейся опасности.

– В «вертушке» расскажешь. Времени мало, – коротко распорядился Вольнов, – готовьте вертолет.

Клим кивнул. Женя совсем не удивлялась почти ничему. Даже тому, что помимо целого автопарка Верховный обеспечил их клан еще и воздушным транспортом. Или у Радмира были свои ресурсы? Неважно, главное, что можно было быстро добраться до места.

– Это не займет много времени, – как-то невесело хмыкнул Клим и обронил несколько коротких фраз, предназначавшихся сопровождавшим его незнакомцам.

Геннадия провели в дом, мимо Жени. Девушка тепло улыбнулась человеку, тот ответил странным взглядом, понурив голову.

– Ну? – нетерпеливо обронил Радмир.

– Твой топор, Волк, – кивнул Клим на покоившееся в ладони Вольнова оружие, – стражи говорят, что видели нечто подобное раньше. Это не только оружие, признающее одного хозяина. Это еще и ключ между мирами.

– В курсе, – кивнул Радмир.

– И не только между мирами, – хмыкнул Клим, – говорят, с его помочью можно перемещаться внутри одного мира. Попробуешь?

Радмир взглянул на смертоносное оружие. Оно не вызывало в нем недоверия. Скорее казалось, что топор – часть самого Волка. Особенно, если он трансформировался.

– Думаешь, не опасно? – с сомнением проговорил Волк, бросив короткий взор на Лисичку. Волнение за любимую не отпускало. Но с другой стороны, если Клим прав, то они могут уже через пару минут оказаться у Верховного. Или топор перенесет его одного? Хозяина?

Женя крепче перехватила огромную ладонь мужа своими. Встала, ободряюще улыбаясь, словно говоря, что с ним – и в огонь, и в воду.

Радмир повертел в руке оружие. Гладкая, бросавшая отблеск сталь выхватила отражение Волка. Вольнов представил, что нужно бы попасть на тот самый луг, где собирали травы его матушка, Заря и Мелкая. Или, как вариант, в избушку отца.

Хитрый страж умудрился выбросить руку вперед и коснуться локтя Жени прежде, чем фигуры растаяли в воздухе. А когда Лисичка открыла глаза, они, все трое, уже были в нужном месте.

Все трое тяжело дышали, а Женя нервно хохотнула.

– Ты как? – взволнованно спросил Радмир.

– Ничего вроде, – фыркнул Клим, а Женя рассмеялась.

– Нарываешься, страж, – пригрозил Волк, но совсем не злобно, скорее, для профилактики. Понимал, что дополнительные силы опытного воина лишними не будут. Никто ведь не знает, что именно ждет их.

* * *

Войцех воспользовался «пропуском». Времени у хищника было катастрофически мало. Час, а то и меньше. Но за отобранные обманом минуты он планировал успеть многое. Вернее, совершить две вещи: отобрать топор и убить Волка.

«Пропуск» сработал четко. Разноцветная пыльца рассыпалась по щелчку пальцев, укрыла его, укутала с головы до ног легким полупрозрачным покрывалом, и он шагнул к границе.

Густая, вязкая, точно смола, поверхность озера, выполнявшего в Межмирьи роль дверей, на секунду стала прозрачной. Это означало, что врата не распознали в нем слугу Чернобога, как и запрет на возвращение. Выходит, сработало!

Клык выпрямился в полный рост, когда оказался по ту сторону. Все здесь было другим. Воздух вкуснее, краски ярче. А главное, хищник мгновенно ощутил принадлежавшую ему вещь. Верный, боевой друг находился в паре сотен метров от него. И Клык, с приглушенным рычанием, двинулся вперед.