Глава 8
Чертова сука! Слабая, бесхребетная, бракованная девка!
Да что она возомнила о себе? Решила, будто с ним можно вот так…? Можно мордой в грязь?
Да не бывать этому! Не бывать! Он еще отыграется, еще собственными глазами увидит, как отец вырвет глотку паршивому щенку! А потом, если девка хорошенько ублажит его, то и ей Олег покажет запись.
Олега взбесила вся ситуация. Вывела из равновесия, когда все уже, казалось бы, решилось. Он же все делал, плясал под дудку этой суки. Терпел ее выходки и нравоучения.
Он же прекрасно видел, как сучка трясется, смотрит на него, взглядом ест.
А ведь Олег был готов закрыть глаза на ее сопливых нерожденных щенков. Пусть отец и запретил их трогать. Но отец – далеко, не узнает.
Чертова сучка!
Олег несся по длинному коридору в свое крыло. А из разбитого носа, не переставая, лилась кровь.
Последняя неделя показалась хищнику особенно тяжелой. Он пытался прощупывать Божену, пытался заставить слушаться его.
Он ведь вожак! Он – ее хозяин! А она – всего лишь выбраковок, помесь, слабая кровь. Он даже толком не ощущал ее хищной крови, настолько девка была слабой. Почти человек.
Оказавшись в своей комнате, Клымский пнул ногой стол, на котором лежали бумаги, а поверх – записная книжка. Олег знал, что никто не посмеет войти сюда без его разрешения. А потому и не боялся оставить важные записи без присмотра.
От удара стопка с бумагами качнулась, а ежедневник соскользнул на пол и раскрылся.
Олег досадливо схватил конверт, который прятался между страницами.
В руках – фотография Божены Грозновой и всего семейства. А еще небольшая карта памяти, на которой хранилась запись разговора двух хищников.
Клымский гордился тем, что эта запись оказалась именно у него. Ведь она была ярким свидетельством сообразительности и хитрости Олега.
Цепкий взгляд вернулся к высокомерному и холодному лицу Жени на фото.
Ладони вдруг стали потными при сладких мыслях о том, что именно Олег мог бы сделать с этой выскочкой. Уж она бы кричала, требовала бы добавки.
Олег знал, как заставить женщин кричать, и там уже была неважна причина. Главное, его зверю нравилось.
Клымский в мыслях не раз и не два ставил эту горделивую сучку на колени и вытворял с ней то, о чем она даже и не мечтала. И уж точно не испытывала и доли удовольствия в койке с Волком.
Еще и незваный гость вдруг заявился!
– Чертов страж! – едва шевеля опухшими губами, выругался Олег и тут же закрыл рот.
От стража можно всякого ожидать. Этот мог услышать даже шепот среди орущей толпы.
Скривившись, хищник стер кровь с лица, а потом, пораскинул мозгами.
Стражник мог бы нарушить все их с отцом планы. А, значит, нужно срочно сообщить папе о том, что чужак появился на его, Олега, территории.
А главное, как смог? Ведь все границы под контролем Олега.
Наверное, правду говорят, что у этих сила безгранична, почти как у Верховного.
При мыслях о Тихомире Вольнове Олег сглотнул комок, застрявший в горле. Но делать нечего, если уж страж здесь, то и Верховный не дремлет.
Олег сверкнул оскалом и нажал комбинацию клавиш на полке. Дверца с тихим шелестом сдвинулась, и хищник усмехнулся, спрятав в нутро сейфа карту памяти, фото и записную книжку.
Посмотрим, кто кого. Ведь у Олега под боком Божена. А дерзкая хищница, какая-никакая, а гарантия его безопасности. И опять же, он уже изучил характер родственницы. Знал, что девка при любом раскладе вступится за него перед Верховным.
Олег решительно достал из сейфа и небольшой чемоданчик, внутри которого хранился массивный телефон. Всего на секунду мужчина прикинул, что отец будет недоволен внеплановым звонком. Велел же выходить на связь только в случае крайней необходимости.
Но это ведь как раз именно такой случай? Если уж страж настолько близко оказался, то дело совсем плохо.
Клымский торопливо набрал выученный наизусть номер. Отец ответил, спустя несколько минут.
А Олег прикрыл глаза и морщился, пока суровый папочка орал на том конце спутниковой связи.
– Пап, но дело действительно…, – попытался возразить Олег.
– Говори! – приказал отец.
* * *
А в это время в усадьбе Верховного, расположенной не так далеко от границ с территориями Грозных, почти никто не спал. Особенно Добромир Вольнов, вожак Вольных, засевший у своих компьютеров и прочих гаджетов.
– Ты был прав, брат, – довольно ухмыльнулся Дим, не сводя взгляда с точек на электронной карте, – И да, ты обещал взять меня с собой!
Тихомир взъерошил волосы на затылке младшего брата, словно намекая, что за такой неуважительный тон от Верховного можно хорошенько отхватить. Но кто ж станет бить гениального младшего братца, когда он совершил невозможное?
Вольнов гордился младшим братом. И верил, что уже ночью он встретится и со средним, пропавшим почти три месяца назад, Радмиром.
Наконец, у них появилась надежда.
* * *
Радмир смотрел на свои трофеи, добытые в кровопролитных боях.
Негромко ворчала Файка, неся ведро с чистой водой от двери к топчану. Неугомонная девчонка безвылазно торчала в его клетке. Прописалась здесь с молчаливого согласия Вольнова.
Фаина Фомкина, так на самом деле звали хищницу, которую Радмир не прогнал, была очень смышленой, а еще он чуял в девчонке что-то близкое по духу. К тому же своими выходками она напоминала Вольнову младшего брата. Возможно, благодаря этому сходству, он и не избавился от добровольной соседки по камере.
И да, Малая, как в мыслях называл ее Волк, выполняла свою работу исправно. Латала раны Радмира после каждого боя, счет которым Вольнов уже давно потерял.
Зато у него сегодня появился новый трофей. На этот раз – легкая майка, хранившая аромат его, Радмира, истинной пары.
Рычание заклокотало в глотке, а Фома вскинулась.
– Тише, Волк, я нечаянно, – со страхом в голосе прошептала Фома, посчитав, что причинила ненужную сейчас Радмиру боль.
И без того на теле хищника не осталось живого места. Фая и сама все еще удивлялась, насколько быстро на нем все заживает, но тем не менее, глубокие раны пугали, ведь противники не боялись пускать в ход оружие, пропитанное или смазанное редкими ядами.
Вольнов отмахнулся. Не собирался он говорить, что дело не в увечьях. Дело – в Лисичке. Раз уж Клыкастый регулярно швыряет в него подачки в виде вещей, принадлежащих Жене, то, выходит, она не в полной безопасности. А, значит, ему все еще нужно выходить на бой, пока Фома пытается отыскать способ, чтобы добраться до вертолетной площадки. Иначе не выйдет убраться с острова.
Вот только уходить и оставлять Клыкастого в живых, Радмир не планировал. Если, находясь здесь, враг способен добраться до Жени, то сможет и после побега Радмира и Малой сделать то же самое. Волк не верил, что его родной брат Тихомир не позаботился об охране его, Радмира, жены. Но где-то была брешь, о которой Тим пока не знал. Иначе трофеев у Радмира бы не было. А спутать аромат истинной с чьим-то другим Радмир определенно не мог.
Очередной волной боли отозвалось в груди. За месяцы разлуки Вольнов со многим свыкся, только одно никак не мог забыть. Предательство Божены клеймом выжигало изнутри. Но теперь Радмир понимал, что если раньше он хотел просто добраться до Жени и, молча, убить ее, то сейчас – позволит ей рассказать все, как было. Ведь не сама же она позвонила ему, заманив в ловушку? Он до сих пор слышал страх в ее голосе. И никак не мог смириться с откровенным предательством. Значит, есть причины, о которых Радмир не знает. Но непременно выяснит.
А потому он даст Лисичке шанс.
Прикрыв глаза, Радмир позволил Фаине суетиться с его ранами, а сам уплыл в царство грез.
Вот и еще одна причина, по которой он выслушает Женю.
Их сны.
Он не верил, что это всего лишь плоды его больной фантазии. Нет, совсем нет.
Сны прочно связывали его с Женей. Он видел ее. Чувствовал. Слышал голос. Видел улыбку. Иногда, если вырубался слишком уставший, мог даже чувствовать ладонью шелк ее волос.
И сейчас – она звала его, тянула к нему руки, что-то шептала, плакала.
Он рвался к ней, пытался поймать за тонкие ладони, притянуть к себе, но она ускользала.
Мягкий и нежный сон превратился в кошмар. Радмир видел, как из-за спины Жени встает тень, все выше и выше, пока полностью не скрыла Лисичку от него.
А дальше – сильный толчок, от которого Радмир проснулся.
И негромкий шепот, больше похожий на шелест, раздался у самого уха:
– Вставай, Волк, – говорила Фома, – Запасного пилота пырнули заточкой. Полетит наш человек.
Это значило, что пришло время действовать. Радмир собрал все «подарки» от Клыкастого, свернул, сунул Малой в руки и мотнул головой:
– Иди. Догоню.
– Ты чего, Волк! Сваливать нужно. Я ж без тебя не доберусь до площадки. Меня пришлепнут, как клопа! – так же тихо возмущалась Фаина, вцепившись в рукав рубахи Радмира.
Тот отцепил пальцы девчонки от своей одежды, скривился, когда выпрямился в полный рост. Раны не успели затянуться. Выходит, кто-то из бойцов переборщил с ядом в прошлом поединке. Но это неважно, главное – добраться до Клыкастого.
– Иди. Я догоню! – мрачно рыкнул Радмир и подтолкнул девчонку к дверям, за которыми стоял охранник.
Фая вышла, перетянув на себя внимание борова. А потому тот не заметил, как появился и Радмир. Волк молниеносно ударил когтями, тюремщик, без единого вскрика, кулем сполз на грязный пол.
– Беги, Малая, – негромко приказал Радмир, и, как только Фаина со всех ног помчалась в нужную сторону, двинулся в логово хозяина острова.
* * *
Фая петляла между хижинами, старалась слиться со стенами, затеряться между сонными и голодными жителями острова.
Юная хищница отчаянно стремилась выбраться из этого дикого и безжалостного места, куда, волею хозяина острова, ее занесла судьба.
Фая Фомкина уже плохо помнила, где она родилась и как выглядел ее настоящий дом. Остров стал ее жилищем. Но таким, из которого хотелось сбежать.
А сейчас, девушка поняла, что второго шанса не будет.
План был прост. У Фаи был знакомый, которому проболтался знакомый знакомого, о том, что, если лететь на вертолете строго на север, то есть шанс добраться до континента. Где этот континент, и хватит ли топлива – Фаина не знала. Понадеялась на удачу, а еще – на своего нового друга Волка.
Волк ее пугал до смерти. Но если выбор вставал между лапами охранников, другими гладиаторами или даже хозяином Клыком, то, конечно же, хищница смело выбрала Вольнова. Потому что тот носил метку – редкое явление на острове. Но старики говорили, что эта метка решает все в жизни зверя. Метка парности это как знак свыше. Но главное, что метка не даст хищнику совокупляться с другой хищницей, или человечкой.
Эта мысль и заставила Фаю искать защиту у новичка.
И, как выяснилось, не прогадала. Внешне Радмир Вольнов, по кличке Волк, был машиной для убийств. Его боялись все, пусть и пытались сломить, покалечить, как-то навредить. Все, кроме Фаины. Потому что она – единственная, кто видел его сны. Вернее, хищница видела, как ему снятся сны, как он бормочет бессвязно, как тянется руками, пытаясь ухватить кого-то. А еще Волк часто повторял одно и то же: «Лисичка». Кем была та девушка, Фома не знала. Предполагала лишь, что она и есть истинная пара Волка. Но не рискнула спрашивать, ведь несмотря на свою благосклонность к ней, Волку ничего не мешало прибить ее невзначай.
В одно мгновение жизнь на острове вскипела. Со всех сторон доносились крики, команды, слышалась стрельба.
Фая вскинула голову, глядя в темное безлунное небо. Острый глаз хищницы позволил рассмотреть, как к острову приближаются вертолеты.
Фома прижимала к груди небольшой куль, который вручил ей Волк. Кажется, планы стремительно менялись. Но как сообщить об том Радмиру?
Девчонка протискивалась через дыры в заборах, все еще следуя выбранному маршруту. Кто знает, может быть, в суматохе никто и не заметит исчезновение потрепанного вертолета?
Да и Радмир обещал догнать, значит, выполнит обещание.
А потому Фаина нырнула в первый же заброшенный барак, собираясь переждать приземления гостей, а там уже – действовать по обстоятельствам.
Чутье подсказывало, что на остров высадилось много чужаков. Сильных хищников, от которых несло яростью.
А еще Фая четко распознала волну силы. Такой, что хищница с трудом удержалась на ногах. Пришлось вцепиться пальцами в покосившуюся оконную раму.
Выглянуть из укрытия не получалось, и Волк все не приходил. Хотя, Фая была уверена, он был способен учуять ее местонахождение.
И вдруг стало дико страшно, потому что в дыре, служившей дверным проемом, возникла высоченная фигура. Фаина забилась в угол, боясь открыть рот, чтобы позвать на помощь. Да и, собственно, звать некого. Если только Радмир не услышит, но у Волка была иная задача: убить Клыкастого.
Открыв рот, Фая попыталась произнести хоть слово.
А хищник шагнул ближе.
Теперь она видела его лицо, прикрытое козырьком черной кепки. И не могла даже моргнуть, настолько он заворожил ее своим взглядом.
Это был молодой парень, наверное, лет на пять старше нее самой. А хотя, возраст хищника угадать сложно. Прямой нос, правильные черты лица, красивые и невероятно холодные глаза светло-голубого оттенка. Молодой хищник выглядел удивительным, если бы не торчавшие в оскале острые клыки.
Фома понимала, что он смотрит только на нее, ведет носом, словно изучает ее запах на расстоянии. И это было странно. Потому что она ощущала растерянность. Она чувствовала, как его аромат щекочет ноздри, а зверь в сознании хищницы вдруг взвыл.
Фая сильнее вжалась спиной в стену. А мужчина шагнул к ней, уничтожая взглядом.
– Как звать? – раскатисто прорычал незнакомец, а Фая, кажется, оглохла.
– Фома, – очень тихо прошептала она.
Хищник выругался, где-то очень рядом раздался взрыв, а следом – крики боли. Волна силы не позволяла Фае стоят самостоятельно, сбивала с ног. Ее зверь скулил и рычал, словно искал защиты. А сама она – смотрела в невероятные горящие жидким холодом глаза.
Хищник вдруг ухватил ее за одежду и вытащил из укрытия. А дальше – все как в тумане.
Крики, стрельба, рычания и вопли…
Но Фаина успела рассмотреть, как Радмиру помогают сесть во второй вертолет. А тем временем хищник, чьего имени Фая не знала, но который, кажется, подчинил ее волю себе, швырнул ее в нутро адской машины. И она оторвалась от земли.
Фая спрятала сверток Радмира в свой бездонный карман. Осталось надеяться, что везут их с Волком в одно и то же место. А судя по тому, что никто ее пока не убил, есть шанс остаться в живых.
* * *
Радмир смотрел на водную гладь за стеклом. Грудь распирала досада.
Нет, он был очень сильно благодарен брату за спасение. Но, Великая Праматерь, он ведь кричал Тиму, чтобы тот дал ему еще хотя бы пару минут! Радмиру бы хватило времени. Он смог уничтожить верзил Клыкастого, оставалось только вломиться в его логово.
Но Тихомир все взял под свой контроль. Волной снес строение. По пути самого Радмира слегка задело, незажившие раны раскрылись. Но на них Волк не обращал внимания. Кровь давно стала чем-то обыденным в его существовании.
Однако грудину вспарывала досада, что Клыкастого он не успел прикончить лично, не успел вырвать сердце заклятого врага своими когтями.
– Мы устроим зачистку острова, – негромко произнес Тим, – мирных жителей расселят по континенту. Остальных в расход.
Радмир кивнул. Да, пожалуй, так и нужно сделать. Оставалось надеяться, что Клыкастый не выбрался из-под завала. Потому что, если это не так, то жизнь Жени под угрозой.
Мысли о Лисичке заставили Радмира сжать челюсти до скрежета. Прошло три месяца с их разлуки. Какой она стала, эта невероятно красивая женщина?
У Радмира было много времени на раздумья. Но сейчас, когда вертолет с каждой минутой приближал его к истинной, в душе всколыхнулось смятение.
Волку предстояло встретиться со своими страхами и заглянуть в раскосые глаза Лисички, чтобы увидеть в них ненависть. Три месяца – слишком крохотный срок, чтобы забыть о том, что именно Радмир убил ее отца.