Глава 34. Получать удовольствие

– Заскучали? – вздохнув, захожу в палатку. Тяжелый полог падает за моей спиной, отрезая нас от звуков лагеря.

– Да нет, – улыбается Надежда. – Просто решила продолжить наш разговор в спокойной обстановке, пока все заняты.

Логично, конечно. Пугающе расчетливая женщина.

Самое забавное во всей этой ситуации то, что любой мой шаг так или иначе может привести к провалу. Трахнуть генеральскую жену чревато проблемами с генералом, если он узнает. Обидеть отказом генеральскую жену – чревато проблемами с генералом с вероятностью сто процентов.

 Я прекрасно понимаю, что, как бы мягко я ни отказал, это не будет значить для нее ровным счетом ничего, кроме того, что она не привлекает меня как женщина. А услышать это такой женщине как Надежда будет очень обидно.

– Хотите чаю? – предлагаю, чтобы хоть немного потянуть время в надежде, что нас отвлекут, и у меня до завтра появится возможность что-нибудь придумать.

Мне, в конце концов, надо заставить себя ее захотеть. Это не просто раздвинуть ноги и «получать удовольствие».

– Нет, спасибо, – подходит она ближе, гипнотизируя меня взглядом.

– У вас зеленые глаза? – уточняю, пытаясь представить на ее месте Вику.

Я был бы очень не против, если бы Беда подкараулила меня в палатке и набросилась с домогательствами.

– Да.

Надежда кладет руку мне на грудь и пружинисто отталкивается мысами берец, вставая на носочки. Закрываю глаза, чтобы раскочегарить фантазию. Прежде, чем горячие губы касаются моих, чувствую обволакивающее облако духов. Этот запах совсем не вяжется с Викой. Но не отправлять же ее мыться с солдатским мылом.

Со вздохом открываю глаза.

– Мне кажется, вы меня обманываете, Надежда Евгеньевна, – придерживая за талию, усмехаюсь ей в губы.

– В смысле? – возмущенно округляет она глаза и даже немного отстраняется.

– Хотите меня использовать, – улыбаюсь. – И плевать вам на мои работы.

– Да нет же, – смущается она. – Вы правда…

Разворачиваю ее к себе спиной и, не дослушав, толкаю животом на стол.

Ахает, распластавшись.

Нависаю сверху и, вжав ее грудью в столешницу, тянусь к чистому листу бумаги и ручке.

– На чье имя заявку писать? – шепчу на ухо, снова непроизвольно вдыхая аромат ее тяжелого парфюма.

– Начальнику отдела обеспечения Полякову Я. Н. – хрипит Надежда растерянно.

На улице слышатся громкие голоса.

Быстро чиркаю строчки, продолжая нависать над Поляковой. Стоим в совершенно недвусмысленной позе. Кто увидит – сразу же решит, что сношаемся. Не удивлюсь, если по закону подлости это будет Беда. Но я не против, если Вика зайдет и прервет нас сейчас. Потому что у меня не стоит. Совершенно. И мне придется очень сильно над собой поглумиться, чтобы встал. Хочу ли я такого секса? Думаю, очевидно.

Но, по закону подлости, никто не заходит.

Поставив под списком необходимого оборудования дату и подпись, припечатываю лист ручкой и отталкиваюсь от столешницы, давая вымогательнице нормально вдохнуть. Но не даю возможности очнуться, разворачиваю к себе лицом и, подхватив под бедра, сажаю на стол.

Сжав ее подбородок, заставляю поднять голову и открыть рот. Набрасываюсь короткими рваными поцелуями. Надежда мычит и дезориентированно отвечает на поцелуй.

– Приду через десять минут, – отрываюсь от ее рта, разжимая пальцы и пристально глядя в глаза. – Если на моей заявке будет резолюция вашего мужа – продолжим.

– Уже поздно, – судорожно выдыхая, бросает Полякова взгляд на лист с моими каракулями.

Ничего не ответив, выхожу из палатки, оставляя ее одну. А кто сказал, что будет легко?

Мазнув ладонью по губам, откидываю полог женской палатки. Никого. Быстро дойдя до кровати Вики, дергаю на себя ящик ее тумбочки и вытаскиваю пачку влажных салфеток. Открыв клапан, вдыхаю запах. Оно. Достав несколько штук, протираю лицо, тру губы и прячу в карман. Остальное убираю обратно. Осталось раздобыть мыло.

Направляюсь в сторону бань. Чем ближе подхожу, тем отчетливее вижу, что у офицерской в темноте маячит высокий силуэт.

– Федя, – хмурюсь, приглядываясь. – Кого караулишь?

– Викторию Викторовну.

Сердце непроизвольно ускоряется.

– Так… – задумчиво оглядываюсь и понижаю голос. – Дойди до штабного модуля, зарядку для телефона мою найди. И заодним сделай капучино, отнеси в палатку мою. Там наш новый хирург сидит, не удивляйся. Заодним спроси у нее, может, хочет еще чего.

– А… как же Виктория Викторовна? – с сомнением косится на баню Федя.

– Иди. Я покараулю.

Дождавшись, когда санитар немного отойдет и перестанет подозрительно оглядываться, тяну на себя тяжелую дверь и шагаю внутрь.

Офицерская баня разделена на маленький предбанник и две кабинки тонкими стенками без дверей.

Вика, к моему сожалению, еще не успела раздеться, только сняла китель и распустила волосы. Щеки Беды полыхают ярким румянцем, глаза блестят в свете тусклой лампочки. Она сейчас немножко пьяненькая, расслабленная и совершенно беззащитная.

– Юрий Серг... – начинает она удивленно, но я не даю ей договорить.

Делаю резкий шаг вперед. Вика тихо ахает и вынужденно пятится назад, в кабинку. Я надвигаюсь на нее, заставляя отступать, пока она не вжимается лопатками в дощатую стену.

Упираюсь руками по обе стороны от ее головы, нависая сверху.

 – Мы хотим новый портативный рентген? – спрашиваю, глядя в ее расширенные зрачки.

 – Что? – она сглатывает так, что грудь под футболкой тяжело вздымается, задевая меня. От нее пахнет вином, дымом костра и ее личным, сводящим меня с ума, запахом. – Х-хотим...

– А современное оборудование для ВАК-терапии? – опускаю лицо, касаясь губами ее горячей щеки. Веду носом к уху, вдыхая аромат ее кожи полной грудью и чувствуя, как кровь мощным толчком отливает от головы вниз.

 – Конечно, – растерянно выдыхает Беда, запрокидывая голову.

Вот и отлично.

– Тогда возбуди меня так, чтобы у меня член неделю стоял, – зло выдыхаю ей в губы.