Глава 18

На мгновение в черных глазах мелькнула тень сомнения, как если бы он боялся сделать что-то непоправимое. Но это длилось лишь секунду. Затем лицо снова стало жёстким, как будто он принял решение, и это решение было окончательным. Уже через секунду обрушился на меня с диким, почти звериным поцелуем, словно не мог больше сдерживаться. Почувствовала, как буквально впивается, заставляя потерять дыхание. Его губы были горячими, жадными, будто он собирался поглотить меня целиком, и я, не сдерживаясь, ответила с такой же силой. Моё сердце колотилось, а тело горело от нетерпеливых прикосновений. Немедля, Демьян поднял меня, и я обняла крепкую шею, ощущая, как сильные руки сжимаются на обнаженных бедрах, удерживая так близко, что между нами не осталось ни миллиметра. Его дыхание было горячим и прерывистым, а взгляд, который он бросил на меня – полон необузданного желания. Секунда – и спиной ударилась о стену. Он прижал с такой силой, что воздух вырвался из лёгких. Но вместо боли, ощущала только возбуждение. Это было как волна, сметающая всё на своём пути, заставляя забыть обо всём на свете. Его губы снова нашли мои, и на этот раз поцелуй был ещё более страстным, грубым, как если бы он пытался отпустить все свои эмоции через этот единственный контакт. Я запуталась пальцами в жестких волосах, едва удерживая себя на грани. Демьян покрывал меня поцелуями – губы, шею, плечи. Каждый поцелуй был словно огонь, сжигающий меня изнутри. Моё тело отвечало на каждое движение, каждый новый удар сердца был эхом его прикосновений. – Демьян… – выдохнула, не в силах сказать что-то ещё, когда смогла отстраниться. Он не ответил. Лишь закинул мои ноги к себе на талию, отчего сам весь напрягся. Его тело тоже горело, но взгляд оставался холодным, сосредоточенным, будто сражался с самим собой, но не отпускал. Это длилось недолго. Снова продолжил обжигать дыханием и покрывать поцелуями шею, каждый раз всё сильнее, всё жёстче. Твердые губы двигались по моей коже с дикой страстью, словно метил каждую часть моего тела своими ласками. Горячие прикосновения скользили по изгибам, опускаясь ниже, к ключицам. Чувствовала, как язык оставлял за собой влажные дорожки, касаясь и вызывая дрожь, которая проходила по всему позвоночнику. Выгнулась навстречу, не в силах удержаться. Казалось, всё, что было вокруг, исчезло, остались только его губы, его обжигающее дыхание на моей коже. Язык продолжал нежно дразнить, кружась вокруг груди, оставляя за собой горячие следы, которые пробуждали внутри что-то первобытное. Руки уверенно обхватили ягодицы, сжимая всё сильнее, удерживая так близко, что даже мысль о попытке отстраниться казалась невозможной. Внезапно, резко поднял меня, предоставляя полный доступ к своей цели. Взгляд, горячий и сосредоточенный, прожигал кожу, как огонь, оставлявший за собой пылающий след. Я вцепилась в плечи, замечая, как мускулы напряжены под пальцами. Демьян не терял времени: губы, слегка влажные и жадные, втянули сосок. Я рефлекторно задержала дыхание, чувствуя, как внутри всё напряглось в сладком предвкушении. Он не остановился. Посасывал медленно, словно смакуя, а затем неожиданно добавил лёгкий укус, который вынудил меня задохнуться от смеси боли и удовольствия. Непроизвольно подалась вперёд, как будто умоляя о продолжении. Он не заставил себя ждать: снова вобрал губами чувствительную точку, но на этот раз почти сразу отпустил, чтобы мягко подуть на влажную кожу. Контраст между горячим дыханием и прохладным воздухом вызывал шокирующий трепет, будто каждая клеточка в этом месте оживала под ласками. Его язык, теперь чуть настойчивее, скользил от одной вершинки к другой, не оставляя ни единого сантиметра без внимания. Он менял темп, то дразня нежными, почти невесомыми движениями, то захватывая и посасывая с такой страстью, что я едва могла дышать. Сердце колотилось так сильно, что казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Я больше не могла думать, каждый момент был наполнен только его присутствием, его прикосновениями, его губами, которые не давали мне покоя. – Демьян… – снова прошептала, пытаясь собрать слова, но всё, что выходило, было прерывистым шёпотом. Его руки двигались решительно, одной продолжал удерживать меня, а другой уже расстегивал ремень на своих джинсах. Едва уловила, как звякнула пряжка. Все происходило так стремительно, что разум уже не успевал за телом. Грудь тяжело вздымалась, дыхание сбивалось от напряжения и предвкушения. Мужчина наклонился ближе. Требовательные губы снова прижались к моей шее, отчего внутри всё сжималось и разрывалось на части одновременно. Возбужденный до предела член был так близко, что явственно ощущала, как нежная кожа головки прикасается к центру моего желания. Ждала, что вот-вот все случится, что сейчас он сделает меня своей… Его рука скользнула по моему бедру, поднимаясь всё выше, и в этот момент я поняла, что это больше не игра. Он готов был пойти до конца, и я сама хотела этого – не просто как спасения, а как выхода из этого ада, в который мы оба угодили. Но Демьян вдруг замер, словно что-то осознал. А затем, на выдохе, хрипло произнёс: – Ты девственница… Слова прозвучали как гром. Его голос, наполненный оглушённым разочарованием, пронзил воздух между нами. Не сразу поняла, почему он остановился, но в этот миг, несмотря на всю страсть, его пальцы медленно ослабили хватку. Прикусила губу, не зная, как реагировать, ведь только он, Демьян, казался тем единственным человеком, кому я могла бы довериться в этот момент. Но он резко остановился. Руки больше не сжимали меня, а мягко опустили обратно на пол. В одно мгновение всё изменилось. Ощутила, как его напряжённое дыхание затихло. Он снова пытался совладать с собой, со своей силой, с тем огнём, который нас обоих охватил. Развернувшись к кровати, быстро сорвал покрывало и снова повернулся ко мне, накрывая, словно пытаясь защитить. Всё рухнуло. Моё сердце сжалось, и слёзы потекли по щекам, не в силах остановиться. Он был рядом, так близко, но, он сдерживал себя. – Зачем ты остановился? – всхлипнула, едва дыша. – Ты думаешь, мне дадут выйти отсюда, после всего, что я увидела и узнала? Лучше уж ты будешь первым… Моя речь повисла в воздухе, как последний крик души. Он прикрыл веки, тяжело дыша. Казалось, боролся с самим собой, с чем-то глубоким внутри, с тем, что разрывало его на части. Когда наконец открыл глаза, в них пылал тот самый огонь – яростный, непреклонный. – Ты выйдешь отсюда, – хрипло произнёс, и голос звучал, как приговор. – Нетронутой. Его обещание ударило по мне, словно молот. Я не знала, что сказать, не знала, как реагировать. – И если так получится, что нам судьба быть вместе, – продолжил, прожигая меня насквозь, – твоя девственность никуда от меня не денется. Ты будешь принадлежать мне. И только мне. Последняя фраза отозвалась внутри меня эхом. Именно сейчас я поняла, что он говорит не просто о том, что не тронет меня, он клянётся, что защитит, что вытащит из этого ада. А если мир даст нам второй шанс, он будет тем единственным, кому я доверюсь полностью…