Глава 5

Утром армия тронулась в путь. Норды отступили, и можно было занять оставленный, опустошенный Риндар. Впрочем, это были лишь догадки солдат, и точное направление не сообщалось. Мало ли сколько в их рядах соглядатаев нордов.

Авангард докладывал, что от города остались руины, но жителей большей частью пощадили. Южане встречали Андера как освободителя, а мага как святого. Под ноги его коня встречные крестьяне то и дело кидали цветы.

– Хотя бы поспим в нормальных постелях, – сказал маг, увидев с холма далекие башни городской твердыни. – Третье заклинание Дарала? – спросил он у Кая, не поворачивая головы.

– Э… Огненный круг. Начертание хной или мелом. Сила больше при выдержке не меньше суток, – отчеканил Кай.

Маг экзаменовал его половину пути. Вторую половину он болтал с лордом Приживалкой. Тот так ластился к нему, что казалось – не сегодня так завтра попросит руки. Эл ехала верхом позади них и клевала носом от скуки.

Утром она подумала, что будет помогать собирать шатер мага, но его магическое высочество и не думало тратить на такие мелочи время, а Эл полагалось следовать за ним по пятам. Так и вышло, что ранним утром они вскочили на коней и отправились в путь, оставив кипящий от сборов лагерь позади. Мага охраняла личная гвардия генерала. Лучшие из лучших: конные воины и две дюжины самых метких лучников. Вздумай какой-нибудь наглец верхом на виверне сунуться, его бы истыкали стрелами, как игольную подушку.

– Риндар – великое достижение, Селим. Ты вернул государству его историческую жемчужину. Я уверен, Людвиг не оставит это без справедливой награды, – разливался Зайнем.

«Людвигом» он называл не кого-нибудь, а их короля, всячески подчеркивая, что он сам королевских кровей и с государем на короткой ноге.

Эл глядела на него, с трудом сдерживая желание закатить глаза. Королевская кровь, как же! Зайнемы были одними из первых лиц в государстве, да вот только королями они не были отродясь. До одной ночи, когда всё изменилось.

Старый король, Золотой Принц, как его в юности прозвали в народе, на старости лет стал не слишком-то популярен. Несколько опрометчивых решений, проигранная война, лишившая их части островов, бесплодная жена-северянка. Третья по счету. Король стал сдавать, наследника не было. Во дворец толпами являлись бастарды – настоящие и поддельные. А нидаленская знать отнюдь не хотела через год-другой приносить вассальную клятву сыну какой-нибудь крестьянской девки. Вот всё и решилось. Зайнемы возглавили переворот, и Людвиг Зайнем Первый сел на трон. Не он, так другой. Новый светлоликий государь повел Нидалену в светлое будущее, но оно, увы, обагрилось кровью.

Норды – народ гордый и суровый – не простили смерти своей принцессы, а Людвиг, слишком опьяненный короной, не потрудился уладить зреющее недовольство.

И вот они ехали рощей, что Эл знавала еще девчонкой, к её родному городу, спаленному нордами дотла.

– Риндар теперь всего лишь груда головешек, – фыркнул маг. – Что в нем такого ценного?

Зайнем подавился своей хвалебной речью.

– Третье правило Фелиции, Кай? – маг бесцеремонно отвернулся от Зайнема. Тот сжал губы так, что от них осталась одна тонкая ниточка, и, дернув поводья своего коня, ускакал вперед, забавно раскачиваясь в сверкающих доспехах

– Павлин! – фыркнул Селим. Кай, уже начавший декларировать магические законы из своих книжек, осекся.

– Вы ни с кем не можете поладить, да? – не удержалась Эл. Маг тут же повернулся к ней, словно только этого и ждал. На нем был дорогой плащ с горностаем, мех отливал чистым серебром. Конь – великолепный рыжий жеребец в голубой попоне – вышагивал как король.

– Отчего же. Разве с тобой я не поладил? – он изобразил искреннее недоумение. Эл опустила глаза, уже жалея, что не смолчала.

– Да, милорд.

– Мне сбросить тебя с коня, чтобы ты начала слушаться? – он раздраженно скривился.

– Простите… Селим, – Эл не смогла совладать с собой, и перед именем пауза получилась какой-то многозначительной. Ей ужасно не нравилось называть мага по имени! Это… смущало до ужаса! Словно они ровня или друзья! Да не бывать такому!

– Что там хорошего в твоем Риндаре, послушница?

– Теперь уже не знаю. Раньше там было красиво.

Их кони поравнялись, потому что маг придержал поводья. Эл смущенно заерзала в седле. Одно дело ехать позади, как и полагается слуге, и совсем другое – бок о бок как другу. Не нужно ей такое внимание, Святые девы в свидетели.

– И давно ты уехала?

– Давно.

– Почему в Обитель? Есть ведь и другие места, куда податься бедной сиротке.

Эл пожала плечами.

– Моего мнения не спрашивали, а Обитель самый почитаемый орден в Нидалене. Самый древний и милосердный. Любимый народом.

– Еще бы. Весталки могут только зад надрать, тогда как вы всех мужчин спасаете от того, что они подцепили у своих шлюх в борделях, а их женам помогаете разродиться очередным ублюдком от соседа. Естественно, Орден любим в народе, – маг презрительно фыркнул. Эл еле сдержалась, чтобы не ответить ему. На несколько мгновений повисла тишина.

– Ты не согласна? – нагло поддел Селим

– Орден спасает жизни. Мою спас.

«Дважды…» – мысленно добавила Эл.

– Магистры – почтенные старцы с огромными знаниями. Они лечат и нас учат врачевать. И это спасает много жизней, полезных… и не очень, – Эл поглядела на мага. Он шпильку заметил, но только довольно ухмыльнулся. Всерьез настаивать, что жизнь мага Нидалены была не слишком полезной, Эл не могла.

– Эти магистры большей частью пекутся только о своей старой дряхлой шкуре.

– Магистр Илрин был не такой, – холодно отрезала Эл.

– Илрин был еще куда ни шло, – неожиданно согласился Ифрит, – но прочие… Чтобы второй Зайнем путался у меня под ногами день и ночь? Нет уж, увольте. Лучше уж ты, поцелованная пламенем. Что ни говори, а в тебе есть загадка, которую хочется разгадать, – маг глядел на неё лукаво.

Эл почувствовала, как сердце забилось быстрее. Как давно она не слышала этого в мужском голосе, не видела во взгляде. Боялась поверить, не смела, но маг смотрел так, словно был… заинтересован ею.

«Очнись, дуреха! – трезвый голос в голове остудил её пыл. – Да он же просто хочет поразвлечься. Не поддавайся, наивная ты гусыня!»

– Во мне нет ничего особенного, – она нахмурилась и опустила взгляд.

– А как же твои ожоги? – в голосе мага была насмешка. – Такие не встретишь на каждом втором.

Эл промолчала. Опять он напомнил! И что ему дались её ожоги!

Кони продолжали ровно вышагивать, спереди и сзади ехали охраняющие мага воины. Иногда кто-то обгонял их процессию. Вестовые неслись в город и из города, разведчики из авангарда скакали с докладами к генералу.

С магом никто, кроме Зайнема, заводить беседы не спешил. Эл пару раз кивали знакомые солдаты. Мимо проскакали весталки, и Валика, придержав коня, притянула Эл к себе и со смаком поцеловала в щеку, закрытую холщовой маской.

– Привет, Красотка! – рассмеялась она, поглядела на мага с неясным вызовом и дала лошади шенкелей. Конь взвился и умчался вперед. Мужчины проводили Валику взглядами.

– Это еще кто? – нахмурился маг. Красота весталки, кажется, совершенно его не впечатлила.

Эл неопределенно пожала плечами. Еще не хватало навести на Валику неудовольствие Ифрита Нидалены.

– Просто знакомая.

– Хм, – маг как-то подозрительно поглядел вслед умчавшимся весталкам.

– Кай, а откуда ты родом? – Эл очень хотела отвлечь мага от Валики и от недобрых мыслей в её сторону.

Мальчик вздрогнул, и глаза его испуганно забегали.

– Он родом с Севера, – ответил ей маг, не пытаясь понизить голос. Несколько солдат, идущих рядом, тут же неодобрительно поглядели на светлые волосы мальчика. – Да, да, он норд, самый что ни на есть чистокровный. Забавно, правда?

Эл готова была откусить себе язык. Солдаты только что дырку не прожигали в Кае неприязненными взглядами, даже отошли подальше от его коня. А маг, казалось, совсем не замечал, что его ученик готов сквозь землю провалиться.

– До города еще далеко, тут есть озеро, можно встать на отдых, – постаралась скорее сменить тему Эл.

Маг скептически скривился.

– Озеро?.. Я не любитель водных пейзажей.

– Где-то же вы должны остановиться, – буркнула Эл. Вот еще! Ну и вставай под ближайшей сосной, индюк упрямый!

– Ладно, раз уж тебе так хочется посмотреть на свое озеро.

– Мне? – возмутилась Эл.

– Эй ты! – маг окликнул командира охраны, имя которого очевидно не удосужился запомнить. – Мы поедем к озеру. Послушница знает, где оно.

– Это две лиги крюк. Мы отстанем.

Маг приподнял брови.

– То есть… да, милорд, – торопливо поправился командир и отъехал, окликая впереди идущих.

– Мой авторитет всё хуже и хуже. Кай, тебе не кажется, что пора совершить какой-нибудь подвиг? – маг задумчиво глядел по сторонам.

– Вам всё по плечу, мастер, – прохладно отозвался Кай. Эл с сочувствием поглядела на него. После заявления, что он родом из вражеской страны, мальчик попросту боялся оторвать взгляд от холки своего коня. И не без причины. Воины, что еще утром отечески трепали его по макушке, холодно отворачивались.

– Для этого нужны враги, а где мне их сыскать здесь? Все разбежались, как трусливые крысы, – маг самоуверенно усмехнулся. Эл, как и Кай, гипнотизировала луку своего седла.

– Что такое? Что вы надулись? – маг проявил чудеса чуткости и таки заметил их молчание.

Никто не ответил.

– Тут что все онемели?

– Простите, мастер, – откликнулся Кай. – Я просто… задумался.

Маг поглядел на него, нахмурив брови, и досадливо дернул плечом – делай, мол, что хочешь.

– Руководи, послушница, – со смехом велел тот. – Где же там твое озеро?

Но руководить было излишне, командир отряда прекрасно знал места и сам свернул с тракта на тропинку в лесу.

Некоторое время они молча ехали через лес, слушая только редкое ржание коней да птичий щебет.

– Сколько тебе лет? – спросил маг, глядя на Эл.

– Двадцать пять, – откликнулась она безразлично.

– У, старая дева, значит, – он усмехнулся. – И когда ты попала в Обитель?

– В девять, – солгала Эл. Она всем говорила одно и тоже. Не за чем открывать о себе что-то, что может навредить и тебе, и другим.

– В девять? Мда, не слишком веселая у тебя была жизнь, наверное.

Эл пожала плечами.

– Обитель не так занятна, как Парящие города, наверное.

Маг громко фыркнул.

– Занятны? О, да, они крайне занятны.

Эл заметила, что Кай уже не такой хмурый тихо улыбается себе под нос. Ей стало не на шутку любопытно.

– А… какие они?

– Хочешь, я могу показать тебе их, – хитро улыбнулся маг.

– Показать?

– Конечно. Одно заклинание переноса, и ты там, в магических городах. Хочешь?

Эл на мгновение захлестнула неистовая радость и любопытство. Она вспомнила свои детские мечты, что у неё проявятся магические дарования, и придут великие магистры и заберут её учиться туда, в заоблачные дали. Она почти открыла рот, чтобы сказать: «Да, конечно, хочу!», и прикусила губу. Да он же издевается над ней. Конечно же, издевается…

– Там не место такой, как я, – холодно отчеканила Эл и отвернулась.

– Снова «такой, как ты», да какая же ты есть, всё-таки? Ты ведь не солдатская девка и не простая послушница. Расскажи, как ты попала в Орден?

Эл тут же насторожилась. Никому она не рассказывала об этом правды, и маг был в числе последних, кому бы она доверилась.

– Долги. Семья не могла выдать меня замуж, не было приданого, – сказала она то, что привыкла говорить другим сестрам в Обители. Все любили порассказывать друг другу грустные истории своей юности, и Эл пришлось сочинить такую и себе. Девушки попадали в Обитель разными дорогами, но все они были полны горечи, предательства, а порой и насилия.

– А ожоги?

Эл испуганно сглотнула. Ах, проклятье, она позабыла! Завралась!

– Стали последней каплей, – быстро поправилась.

Маг скептично изогнул бровь.

– Ты мне врешь и врешь, послушница. Ну ладно, храни пока свои тайны, так даже интереснее.

***

Они выехали на берег озера в том месте, куда особо любили приходить горожане. С левой стороны заводи по камням струился небольшой водопад, над водой живописно нависали огромные глыбы, а с другой был ровный удобный заход в воду. В жаркие дни здесь было так приятно искупаться. Эл с болью посмотрела на то, как берег изменился за десятилетие, что она его не видела.

Сосны выросли, а траву у берега истоптали кони нордов. Детские игрушки и воздушные змеи больше не висели, забытые на кустах – всё было сметено отступающей армией, которая, видно, как и они, располагалась тут на отдых.

Охрана мага проверила ближайшие заросли и дала добро располагаться. Кай спрыгнул с коня и захлопотал вместе с солдатами об обеде для мага.

Сам великий Огненный Факир сидел верхом.

– Вы не пойдете к озеру? – спросила Эл, глядя, как воины умываются в студеной чистой воде.

– Не хочется, – брезгливо огрызнулся маг.

Эл пожала плечами, спрыгнула с лошади и пошла к берегу. Умылась, смывая с лица и рук пот, и пошла к левому краю заводи, где камни нависали над водой. Она не была тут десять лет, и глаза её защипало, когда она увидела наверху, на неприметном каменном парапете, выложенные ею и её подругами детства разноцветные камушки, которые они доставали со дна озера. Как же это было давно.

– Ты здесь бывала? – раздалось за спиной. Эл от неожиданности покачнулась на камне и чуть не полетела в воду. Маг и не подумал подать ей руку, напротив, испуганно отшатнулся назад.

Эл устояла и отошла от края.

– Спасибо, – язвительно поддела она, маг только запахнул покрепче плащ и сделал еще один шаг назад.

– Я не умею плавать, – процедил он сквозь зубы. Эл усмехнулась.

– Это как-то связано с вашей огненной магией? – саркастично спросила она.

– С чего бы?

– Маг огня, вода… – Эл неопределенно повела рукой.

– Это связано с тем, что я ненавижу воду и не собираюсь в неё лезть, – отрезал маг. Эл вдруг поняла, что он не на шутку разозлился. Обычное его подтрунивание разительно отличалось от по-настоящему злого рычания.

– Извините, – потупилась Эл, но Селим уже резко отвернулся и ушел к устроенному для него походному столу с обедом.

Эл не знала, что и думать. Подумаешь, не умеет плавать. Да многие не умели. И ведь сам признался.

Она постаралась не попадаться магу на глаза и пообедала с солдатами. Личную гвардию генерала она не знала, но, как к сестре Обители, к ней отнеслись вполне благосклонно – дали миску каши и ложку, налили в кружку эля.

Эл села есть в сторонке. Её лицо не одному магу могло испортить аппетит. Пока она жевала кашу, сидя к солдатам спиной, до неё донеслись тихие, но едкие слова.

– А этот, оказывается, норденыш…

– Серьезно?

– Ага. Пёсье отродье, магов выкормыш.

– Им всё равно откуда, лишь бы колдовал.

– Вот именно. Жарит нордов сотнями, а самому норд вина в чашу наливает. Что они за люди, эти маги?

– Не нашего ума дело, – буркнул командир, Эл узнала его по голосу.

– Вот сегодня он с нами, а завтра с кем? Кто больше золота даст?

– Закрой рот.

Разговор утих, только чавканье да стук ложек о посуду раздавались у костерка. Эл доела и прикрыла лицо маской. В чем-то этот солдат был прав. Как можно доверять магу, который сражается не за страну и не за родную землю, а просто за золото?

Она встала и пошла прочь от лагеря. Женщин тут, кроме неё, не было, и от греха подальше Эл отошла так далеко, чтобы не слышать разговоров и не видеть солдат.

Выбравшись из кустов, она едва успела сделать пару шагов в сторону лагеря, как застыла – путь ей преграждал солдат. Их солдат, южанин. И всё равно Эл сдавило грудь от тревоги. Он пошел за ней, один. Не к добру.

– Привет, птичка, – сказал он скабрезно.

Эл застыла. Не доводилось ей ни разу отбиваться от назойливых мужских рук. В армии полно было шлюх, да и сестры были не прочь. А её, обожженную Красотку, никто и не думал склонять к близости.

– Лучше уходи отсюда, – сказала она со всей строгостью, на какую был способен её дрожащий голос.

– Да не бойся, я видел твое лицо. Не смущает, – он оттолкнулся от ствола и пошел к ней. Эл попятилась.

– Я не хочу.

– Ну да… – хохотнул солдат. – Все вы так говорите.

Наверное, ей нужно было закричать или бежать прочь, но как на зло её парализовало от ужаса. В два шага солдат настиг её и прижал к себе. Эл забилась в его руках, пытаясь вырваться.

– Да… Давай, давай… – зашептал он ей в лицо. Он повалил её на землю, руки зашарили по платью, пытаясь задрать подол.

– Пусти! – зашипела Эл. – С ума сошел?!

– Шипи, шипи, сейчас запоешь, дай только вставить, – он легко прижал её руки к груди, навалившись всем весом, между ног втолкнулось колено. Эл поверить не могла, что это может происходить так легко. Её скрутили в секунду!

– Отпусти! – закричала она, но маска и его рука заглушили звук. Что-то щелкнуло в кустах. Эл сквозь слезы, застилающие глаза, увидела хрупкую фигурку.

На них смотрел Кай. Испуганно, неверяще. Солдат замер.

– Иди отсюда, – шикнул он на мальчика. – Не видишь, мы заняты!

Эл попыталась скинуть с себя насильника.

– Мастер! – крикнул Кай и сжал что-то на своей шее.

В ту же секунду вокруг него вспыхнуло пламя. Оно свернулось в воронку, полностью закрыв мальчика, а когда всполох растаял, Кая заслонял Селим. Он тревожно оглянулся, Эл еще никогда не видела его таким серьезным.

– Что случилось? – Селим, не найдя кругом врагов, уставился на Эл и солдата, который торопливо сполз с неё и отшатнулся.

– Наша леди, она… её… – Кай дрожащей рукой указал на Эл.

– Она сама! Святые девы в свидетели, она сама!

Эл, одернув юбку и борясь с тошнотой, поднялась на ноги. Её мутило. От запаха, от тяжести чужого тела, от ужаса. Она отошла на пару шагов, сдернула маску, и её стошнило.

Кай подбежал к ней, но она, стыдясь, оттолкнула его прочь.

– Сама, значит?.. – услышала она вкрадчивый, тихий голос мага.

Эл вытерла губы.

– Да, – хрипло выдохнула она. – Я… сама…

Воцарилась тишина. В черных глазах мага полыхала насмешка и любопытство. Он посмотрел на солдата, на Эл, что с трудом стояла на ногах.

– Как угодно, – сказал маг. – Прочь! – прошипел он солдату, и тот спотыкаясь побежал к лагерю.

Эл прислонилась к дереву, пытаясь отдышаться. Селим подошел к ней.

– Платок! – он протянул руку, и Кай, порывшись в карманах, тут же вложил в неё тонкий батист. Маг взял Эл за подбородок, она инстинктивно отшатнулась. Без маски никто не прикасался к её лицу. Никогда с тех пор как она обожглась.

– Не вертись! – буркнул маг и вытер её слезы, промокнул губы. – Тебе нужно умыться.

Он взял её под руку и повел к озеру. Кай семенил следом, тревожно заглядывая в лицо Эл.

– Всё в порядке, я с-сама могу… – бормотала она, но, по правде сказать, опереться на крепкую руку мага было ужасно приятно. Это дарило ощущение спокойствия и защищенности. – Спасибо, – прошептала она.

– Твоя жертвенность уже переходит все границы, послушница, – проворчал маг.

– Он наш солдат, – выдохнула Эл. – Просто… неверно понял.

– Просто решил изнасиловать тебя. Он всё прекрасно понял.

– Он наш, – отрезала Эл. Она искренне считала, что обсуждать тут больше нечего.

Вместе дошли до кромки воды, где Эл с наслаждением умылась, прополоскала рот и потихоньку начала приходить в себя.

– Иди в лагерь, – отослал Селим ученика. Тот, опасливо оборачиваясь, ушел. Маг присел на корточки, с любопытством рассматривая Эл.

– Я бы его не убил, – поделился он, – отрубил бы руки, и только.

Эл подавилась воздухом.

– И только?

– Он их распускал. Справедливо их лишиться.

– Благодарю, это излишне, – Эл поднялась и надела маску, завязав тесемки на затылке.

Селим тоже встал и глядел на неё с явным недоумением и даже какой-то подозрительностью.

– Никак не пойму, в чем твой изъян. Что в тебе не так?

Эл удивленно посмотрела на него.

– Ты такая… правильная. Не бывает таких людей. Рисуешься ты что ли?

– Перед вами? – Эл хохотнула.

– Вот именно. Передо мной уж точно не нужно. Так для чего всё это? Не можешь же ты действительно не желать, чтобы я отрубил этому ублюдку руки. Ну, скажи, признайся, что хочешь этого.

– Не важно, чего я хочу, – шмыгнула носом Эл. – Он солдат Нидалены и он нужен нам в войске. Этот эпизод не стоит… беспокойства.

Маг глядел на неё так, словно посреди её лба вдруг выросло третье ухо.

– Ты ведь это не серьезно?

Эл пожала плечами.

– Моя девичья честь не стоит ни гроша, милорд маг. Она не стоит хорошего воина. А этот из личной гвардии генерала, он хороший воин. И я не хочу, чтобы вы отрубили ему руки из-за послушницы, которая оказалась несговорчивой. Это плохо отразится и на вас, и на мне, и на войске.

– Хочешь сказать, твоя девичья честь еще при тебе? – хохотнул маг.

Эл вспыхнула под повязкой. Она решительно развернулась и пошла к лагерю. Ифрит расхохотался и заспешил следом.

– Неужели это правда? Невинная дева? – потешался он, не сдерживая хохот. – Эл, тебе стоит отдаться хоть кому-нибудь, еще пара лет и твоя красота совсем завянет.

– Моя красота сожжена, – огрызнулась Эл. – Нечему вянуть.

– О, я бы так не сказал. Грудь у тебя еще вполне свежая.

Эл возмущенно закатила глаза.

– Прекратите!

– Это же комплимент.

– Вы невыносимы.

Маг посмеиваясь наблюдал за её гневом, шагая рядом.

– Не пойму я тебя, послушница. Говоришь тебе комплименты – ты злишься, говоришь о твоих ожогах – ты злишься. Что же тебе говорить о твоем лице, чтобы ты не кипела?

– Ничего не говорить.

– Но я и не говорил. Грудь – это же не лицо, и она не обожжена.

– Святые девы! – ругнулась Эл, не зная куда себя деть. Да никогда она еще не была так смущена. Не раз и не два ей говорили пошлости солдаты, но то солдаты. Чего еще от них ждать. А этот маг с претензией на воспитанность вот так спокойно обсуждает с ней же её грудь! Это же просто уму непостижимо. – Прекратите, пожалуйста.

– Теперь я вижу, – сказал он, усмехаясь, Эл непонимающе поглядела на него, – что ты невинна.

– Вам до этого какое дело? – насупилась Эл.

– До невинности женщины у мужчины может быть только одно дело, Эл.

– Хотите мою невинность? – скептически фыркнула Эл. – Вы опоздали на несколько лет, милорд.

Селим рассмеялся.

– Значит, ты всё-таки познала плотскую любовь?

Эл фыркнула.

– Звучит гораздо лучше, чем на самом деле это бывает.

– Кажется, твой опыт был не слишком удачным, – ухмыльнулся маг.

– Полагаю, ваш опыт более приятен, вы же мужчина. Вас услаждают. А я женщина, нами пользуются.

Маг продолжал снисходительно улыбаться:

– Всё ясно, какой-нибудь бравый юноша принес тебе пару раз полевых цветов и сорвал твою розу где-то на мягкой траве, да? Всё было быстро, неловко и безрадостно. Так?

Эл отвернулась. Да, могло быть и так. В первый год войны, самый насыщенный год за всю её жизнь, она могла бы… Да только так и не смогла. Не смогла примириться, что она теперь просто случайная девушка, с которой можно порезвиться где-то в укромном уголке. У неё были поклонники, и она, глупышка, какой-то частью души надеялась, что, быть может, всё изменится. Что великая и чистая любовь таки коснется её, и после войны бравый офицер унесет её из постылой Обители прямо на свадебное ложе.

Первый её поклонник погиб, следующий предпочел более сговорчивую, а потом их не стало вовсе.

– Какая разница. Это удовольствие для мужчин.

– А вот и нет, – лукаво ухмыльнулся маг.

– А вот и да! – возмутилась Эл. И что этот мальчишка её будет учить?! Да, всё, что у неё было – это пара поцелуев и объятий, но уж от сестер она наслушалась всякого. Были уникальные девушки, которые находили что-то приятное в любви солдат, но таких было единицы, и их считали просто со странностями. Большей частью сестры влюблялись в ухаживания, а всё остальное сначала манило новизной, а потом становилось досадной повинностью.

– Давай заключим пари, – предложил маг.

– Нет, – отрезала Эл.

– Ты убиваешь всё веселье! – возмутился Ифрит. – Ну, давай, давай заключим пари!

– Не стану я заключать никаких пари! Что за глупости! Мы на войне. Хватит вести себя как… как ребенок!

– О! Какие речи! – маг закатил глаза. – Всё для страны, всё для победы, – он едко усмехнулся. – Ты хоть знаешь, за что ты воюешь, послушница?

– За свою страну.

– А что такое эта твоя страна? Земля? Она была до нас и будет после нас. Люди? Все умрут так или иначе. Так за что же ведется эта война?

Эл остановилась. Они пришли к лагерю, где солдаты уже собрались продолжать путь.

– Мы воюем за свои земли и за свой народ, – сказала она негромко. – Вам не понять этого.

– Отчего же? Разве я не рожден в Нидалене? Рожден. Только я видел её оттуда, – он указал пальцем вверх, на проплывающие облака. – И знаешь какая она? Крохотная и ничем не примечательная.

– Для вас, но не для меня, – Эл отвернулась и пошла к своему коню.

Она опустила стремя, чтобы было удобнее забраться на лошадь, но маг вдруг взял её за плечо и повернул к себе.

– Давай-ка… – он медленно спустил её маску вниз, – …обезопасим твою девичью честь.

Маг поцеловал её легко, едва касаясь. Но глаза Эл закрылись сами собой. От неожиданности она судорожно вдохнула и разомкнула губы. Селим сладко коснулся их самым кончиком языка и отстранился.

– Ну вот, – он осторожно вернул маску на место. – Теперь ты в безопасности, – и улыбнулся крайне довольный собой. Эл почувствовала, что краснеет.

– Благодарю, – процедила она.

– Ну что ты. Не стоит, – маг нахально подмигнул и отошел к своему коню.

Эл оглянулась. Солдаты, что пялились на них, торопливо отворачивались.

Прекрасно! Просто прекрасно! Теперь она – подстилка мага для всех и каждого! Все подумают, все решат, что она спит с ним!

Эл и сама не могла понять, почему её так это волнует. Ведь, по сути, Селим прав – теперь ей точно не грозят никакие случайные приставания. Да вот только… Теперь ей вообще никакие приставания не грозят. Никакие и никогда. А где-то в глубине души Эл всё еще надеялась однажды-таки почувствовать себя женщиной хоть на краткий миг. Но теперь на этих надеждах можно было ставить большой и жирный крест. Кто же решится перейти дорогу Ифриту Нидалены? А сам он кроме издевок ничем её не станет радовать.

Эл забралась на коня и подтянула стремя. Она выпрямилась и увидела, как маг ловко запрыгнул на своего жеребца.

– Поживее, Кай, – раздраженно крикнул он и дернул поводья. Ветер взъерошил меховой воротник плаща и качнул рубин под его ухом.

Селим посмотрел на Эл, и та торопливо отвела взгляд.