Глава 10. Пещера Амбросио.

Таня

Мне не верится, что это происходит на самом деле. Я со своим бывшим начальником в совместном отпуске на Кубе. Разве так бывает? И да, он мне тоже нравится. Очень.

Я солгу, если скажу, что когда устроилась к нему на работу, мне в голову не лез романтический бред. Он притягивал внимание женщин – красивый, успешный, состоятельный, уверенный в себе. Но какая романтика, если ты для него что-то наподобие принтера? Который нужен только для работы. И то желательно, чтобы ты функционировала также. Что понадобилось, господин Суворин нажал кнопку, ты работаешь. Исчезла тебе необходимость, стоишь на рабочем столе, всегда готовая к употреблению. Так я себя ощущала, пока работала на него.

Мне начало казаться, что он создан только, чтобы работать, выполнять возложенные на него функции. И что его не интересует ничего кроме.

Но оказалось, я ошибалась. И сильно. Ничто человеческое ему не чуждо. И мне тоже.

Он может смеяться, ему нравится гулять со мной, взявшись за руки, он любит разные вкусности, причем знает о них много, и рассказывает мне, советует, что заказать в ресторанах. Он прекрасно плавает. Не дает мне скучать ни минуты. И смотрит так, что я плавлюсь внутри словно шоколад. Он - потрясающий. Мне с ним удивительно хорошо.

С ним я поняла, что между мужчиной и женщиной нет места предрассудкам и стеснительности. Я превратилась в одержимую сексом особу. Неужели это обо мне? Но да, я постоянно его хочу.

И лишь иногда, когда он спит, а я любуюсь его мужественным лицом, меня мучает вопрос - а что же дальше? Кто я для него? Сейчас мы на отдыхе, и все чудесно, но что будет, когда мы вернемся в Москву? Ведь рано или поздно это случится. Ни он, ни я не можем остаться на этом острове навечно.

Но я гоню от себя эти мысли. Да, это трусость. Да, это малодушие. Но я не могу заставить себя спросить у него, планирует ли он дальнейшие отношения со мной или я для него всего лишь развлечение на те четырнадцать дней, на которые мы потерялись в кокосово-банановом раю. Мне кажется, что он ответит честно. И почему-то я не уверена, что меня устроит его ответ. Я бы хотела быть с ним, потому что, когда вижу его, мое бедное сердечко замирает до того сладко, что кажется вот-вот остановится. А стоит ему дотронутся до меня, как мозг перестает работать, а тело способно лишь чувствовать, наслаждаясь каждым мигом. И вот если окажется, что я имею значение лишь на этом клочке суши посреди бескрайнего океана, то - что останется от моего сердца? Я не знаю. Поэтому и не спрашиваю ничего. Пусть будет, как распорядится судьба. Сейчас я буду брать от жизни все, что она решила мне подарить. А потом… Вот после и решу.

Сегодня мы решили съездить в пещеру Амбросио, которая располагается на полуострове Икаос. Пещеру открыли в 1961 году. Археологические исследования подтвердили, что возраст пещеры — более 40 000 лет. Структура пещеры говорит о ее нерукотворном происхождении. Многолетние интенсивные подземные потоки способствовали появлению ниш в скалах. Глубина пещеры доходит до 300 метров. При этом туристов пускают только на 5 галерей.

Кирилл отлично владеет испанским, поэтому предлагает взять машину в аренду и доехать самостоятельно. Его выбор останавливается на кабриолете. Ехать на нем действительно приятно. Ветер развевает мои волосы, а я с удовольствием подставляю ему свое лицо. Мы добираемся до вывески «Cueva Ambrosio», которая висит на скрещенных выкрашенных в коричневый цвет деревянных подпорках. Экскурсия стоит 5 куков на человека. Мы оплачиваем ее, нам объясняют, как вести себя в пещере и направляемся ко входу.

У входа в подземелье висит карта, на которой показана схема пещеры с множеством ее разветвлений. Несмотря на туристическую привлекательность пещеры, искусственное освещение в темных расщелинах не предусмотрено. Поэтому при входе в подземелье нас снабдили фонариками. На некоторых участках имеются природные расщелины, куда проникает естественный свет. Узких мест в пещере нет, ползать или где-то протискиваться во время прохождения маршрута не нужно. Единственное о чем нас предупредили, что внутри ползает много разных жуков и тараканов. Поэтому нам посоветовали надеть закрытую обувь.

Я не из пугливых, но знакомиться с местными насекомыми мне не хочется. Кирилл, заметив мое озадаченное лицо, просит его подождать, уходит и возвращается с моими кроссовками.

- Где ты их взял? – интересуюсь, пока переобуваюсь.

- В номере. Я посмотрел в интернете, что собой представляет пещера и подумал, что ты вряд ли захочешь знакомиться с насекомыми Кубы так близко.

Я уже сменила обувь, поэтому соглашаюсь:

- Ты прав, - и не могу отказать себе в том, чтобы не поцеловать его.

На долгие мгновения мы с ним выпадаем из времени, пока я не слышу его хриплый шепот:

- Мы пещеру смотреть пойдем? Или найдем себе другое занятие?

Низ живота требовательно ноет, но и посмотреть то, ради чего мы сюда приехали, мне тоже хочется.

- Пойдем смотреть пещеру, - неохотно отодвигаюсь я от него.

Мы заходим в каменистый туннель. Его высота позволяет свободно идти, подсвечивая себе фонариком. Но сначала я остро ощущаю контраст между ярким солнечным светом и тьмой каменистых сводов, между опаляющим жаром кубинского дня, который в самом разгаре, и прохладой лабиринта, в который мы попадаем.

Из интернета, мне известно, что большую популярность пещера Амбросио получила благодаря наскальным рисункам, возраст которых более 3 000 лет. В 1961 году были обнаружены 72 индейских узоров, подробное изучение которых подтвердило, что древние жители уже в те времена научились пользоваться солнечным календарем. По количеству найденных древних пиктограмм пещера в Варадеро вошла в число мировых лидеров. Хотя после тщательных археологических исследований было установлено, что в период колонизации страны в пещере прятались беглые рабы. В ней же они проводили языческие ритуалы, о чем говорят несколько наскальных рисунков, заметно отличающихся от тех, что наносили на стены индейцы. А еще таинственная пещера Амбросио пользуется популярностью из-за множества летучих мышей.

Мы, не торопясь, идем по извилистым галереям. Стены, если так можно выразиться, пещеры, то серого, то бежевого цвета, иногда попадаются какие-то зеленые пятна. Почти во всех галереях через расщелины внутрь пещеры свисают огромные корни лиан. Темные сырые разводы на стенах пещеры говорят о том, что иногда в ней поднимается уровень подземных вод. Но это бывает очень редко. Чаще всего в пещере сухо.

Особенно мне нравятся места, где наверху пещеры имеются дыры, сквозь которые внутрь проникает солнечный свет. Это очень красиво.

Потом мы находим и летучих мышей, которые в большинстве своем висят вниз головой, как небольшие черные комочки. Потом Кирилл находит углубление в потолке. Это их гнездо. Они не вызывают у меня отвращения. Напротив, они чем-то похожи на недавно родившихся щенков. Из гнезда на меня внимательно смотрят черные глаза-бусинки. А еще летучие мыши, когда летят, громко пищат, из-за этого пару раз у меня душа ушла в пятки.

Да еще и Кирилл, который неожиданно наклонился и прошептал зловещим голосом:

- Ты веришь в вампиров?

- У меня сейчас сердце остановится! – зашипела я на него.

Но вместо того, чтобы перестать меня пугать, он вдруг выключил фонарь.

- Кирилл! Это не смешно! Включи! – потребовала я испуганным голосом.

Но вместо этого я почувствовала, как его рука ползет вверх по моему бедру. Я судорожно сглотнула, но попытки отстраниться не сделала, напротив сильнее вцепилась в его плечо.

- Танечка! Ты зачем надела такую короткую юбочку? – его тихий голос звучал как набат колокола.

Юбка и правда, была коротковата, в складку. Да и топик я одела без лифчика.

- Жарко, - это единственное оправдание, которое пришло мне в голову.

Мы находились с ним в кромешной темноте, и от этого все чувства обострились. Его рука заскользила вверх, приподнимая ткань юбки и замерла, нащупав трусики.

- Я знаю отличное упражнение для тренировки сердечной мышцы, - продолжал шептать мой искуситель.

Внутри все заныло, и я сама прижалась к нему.

- С ума сошел, здесь же туристы ходят толпами, - я попыталась остаться разумной

- Толп я не заметил. И потом здесь много места. Необязательно кто-то забредет сюда.

Трусики было безжалостно стянуты до середины икр. А меня саму развернули спиной и надавили на поясницу. Я вытянула руки в поисках опоры и уперлась в шероховатую поверхность пещеры.

- Кирилл! – возмутилась я.

Ответом мне был шорох одежды. И его горячий ствол прижался ко мне сзади.

- Кирилл! – я попыталась возмутиться еще раз.

Мне не хотелось быть застуканной в такой позе кем-то из туристов. А учитывая, что здесь можно фотографировать и осуществлять видеосъемку, то оставлять им такие кадры на память и вовсе не входило в мои планы.

И тут ягодицу обжег хлесткий удар, от которого внутри заныло сильнее. Я почувствовала, как увлажняюсь. И снова позвала:

- Кирилл… - на этот раз мой голос прозвучал иначе, мягче, умоляюще.

Он притиснул мой зад к своей раскаленной плоти, а сам руками пробрался мне под топ, нашел соски и покрутил их пальцами, затем ущипнул за них, так что я вскрикнула от боли, но вместе с тем испытываемая мною жажда усилилась настолько, что я потерлась промежностью о его стояк. Он стал мять мою грудь, причем не нежно, а требовательно.

- Кирилл… - снова повторила я еще тише и глуше, а просящих интонаций в одном этом слове значительно прибавилось.

Потом опять послышался шорох, на этот раз одеваемого презерватива.

И его голос, не менее хриплый, чем мой собственный приказал:

- Держись крепче!

Резкий рывок – и он уже во мне. Мужские руки ощущались на моих бедрах как тиски, наверняка, останутся синяки, но меня это уже не волновало. Меня ничто не волновало, кроме этого потрясающего ощущения, когда он врывался в меня с каждым разом все мощнее. Хотелось, чтобы это не заканчивалось. А он двигался, не жалея меня, выбивая из меня крики каждым неистовым толчком. И да, я даже не стонала, а кричала, как кошка громко и пронзительно, наплевав на то, что меня могут услышать. Ощущение наслаждения только усиливалось от каждого его движения. Пальцы вцепились в выступы какой-то породы. Волосы свесились вперед, касаясь земли. А все, что меня могло интересовать – это неистовые движения мужчины внутри меня.

И тут вдруг над нашими головами раздался шум полета и уже такой знакомый писк, показавшийся мне теперь противным.

- Черт! – выругался Кирилл, вгоняя в меня свой член так глубоко, что я едва удержалась на ногах.

- А-а-а!- громко застонал он, достигнув пика и совершив несколько последних движений.

Я же совершенно потерялась в оргазме. Меня затрясло, разрывая на молекуле, каждой из которых было так хорошо, что не передать словами. Стенки влагалища принялись сокращаться. И я опять кричала, только не помню что. Сразу же накатила такая слабость, что я бы с удовольствием полежала на полу пещеры, но мне не дали на него опуститься руки Кирилла. Я еле отдышалась. Рядом раздавалось его тяжелое дыхание.

Наконец он включил фонарь. И выругался:

- Чертовы мыши! Слушай, лучше, когда они не летают. А то одна, видимо, решила у меня на голове поселиться. В самый неподходящий для этого момент.

У меня не было сил даже натянуть назад трусики, что он не упустил шанса прокомментировать:

- Ты трусы одевать не будешь? Тогда мы можем здесь еще задержаться.

Сам он уже поправил на себе одежду. Я кое-как вернула предмет моего гардероба на место. И сделала шаг вслед за Сувориным, но споткнулась. И вероятнее всего разбила бы себе нос, если бы он не успел меня подхватить.

- Как тебя развязло, Танюш, - нежно пробормотал мне на ушко, прикусывая мочку, - Какая ты горячая, как спичка. Сразу вспыхиваешь. Даже не представляешь, как меня от этого кроет.