38

Генриетта — Эй, молодежь, надеюсь, неприличностями, сидя верхом на стареньком дедушке, заниматься не начнете? – раздался в моей голове насмешливый голос, когда мы поднялись так высоко, что городские огни скрылись из виду. Я захихикала: дед, как всегда, в своем репертуаре! Все контролирует, и вроде бы в шутку, но дает это понять. – Над чем смеешься? – раздался шепот возле виска, и уха коснулось теплое, пахнущее осенью дыхание. – Вот над этим, – я заулыбалась, поворачивая голову так, чтобы кое-кому было удобнее трогать мою мочку губами. – Дед надеется, что мы не будем, сидя у него на спине, заниматься разными непристойностями. – Я сказал «неприличностями», – проворчал дед, и я еще раз хихикнула: настроение у меня улучшалось с каждым взмахом драконьих крыльев. Скоро, совсем скоро мы уберемся из этого ада! Если бы еще не мысли о проблемах в семье Далиса, я была бы абсолютно счастлива. – Не будем… пока, – ответил эльф и крепче прижал меня к своей груди. Провел губами от виска вниз, к скуле и со вздохом отстранился. – Просто обопрись на меня и расслабься, Генриетта. Лететь недолго, но все же стоит попробовать отдохнуть. Я так и сделала: откинулась спиной на мускулистую грудь, пристроила затылок на широкое мужское плечо и закрыла глаза, размышляя о том, что будет дальше… Как сложатся наши отношения с эльфийским принцем, которого я недавно ненавидела, а сейчас, кажется, люблю?.. И что чувствует он ко мне: ведь ни слова не произнес ни о любви, ни даже о симпатии! Только про отбор сказал, что я его выиграла… но… Неопределенность наших отношений и совместного будущего немного пугала. Скоро доберемся до портала, и мы с дедом вернемся домой разбираться с теткой Кларитой и ее дочерью, а Далис уйдет в свое эльфийское королевство… А вдруг его отец, этот злобный король, так и будет продолжать обвинять старшего сына в смерти младшего и болезни среднего? Что тогда? Представив, как буду сидеть во дворце деда и сходить с ума от неизвестности, беспокойно поерзала: было еще кое-что, тревожащее меня. Притом, что совсем недавно я была бы счастлива, обнаружив это. Раньше, но не теперь! Дело в том, что уже второй день у меня было отчетливое ощущение, словно моя утраченная магия начала возвращаться ко мне! Магические жилы, еще несколько дней назад почти ссохшиеся, сейчас чувствовались ожившими, их помаленьку наполняло силой. Но, что совсем уж сумасшествие, магия казалась мне не такой, как раньше. Словно она как-то сумела переродиться, видоизмениться, и теперь меня заполняло что-то новое, чего не было раньше. Или это бред от усталости, недоедания и стресса последних дней? Возможно, бред, но… вчера, пока Далис не видел, я попробовала сделать файербол, и у меня получилось с такой легкостью, которой раньше не было. Даже когда магия была в идеальном состоянии, мне приходилось делать крохотное, но усилие, чтобы создать пульсар. А вчера это получилось почти силой мысли! Тогда, глядя на зависший передо мной огненный шар, я была готова завизжать от восторга. А сегодня понимала, что если магия вернулась, то это все меняет… – О чем ты так напряженно думаешь, Генриетта? – негромко спросил Далис. – О тебе, о себе и о нас двоих, – честно призналась и именно в этот момент приняла решение, показавшееся совершенно логичным и правильным. Я пойду к эльфам вместе с ним, с Далисом! Буду его поддерживать и помогать, чем смогу. А с теткой Кларитой и Бланш пусть дед разбирается, я их видеть не хочу! – Что надумала? – мужская грудь за моей спиной ощутимо напряглась. – Что, кажется, влюбилась в тебя, – призналась я с нервным смешком. Я же говорила, что мы, иномирные девушки, застенчивостью не страдаем. Твердокаменные мышцы подо мной сразу расслабились, висок снова согрело теплое дыхание, а следом ощутила легкое прикосновение губ. – Я рад, иномирная девушка, – произнес Далис негромко. И все, замолчал! А как же ответные слова?! Я уже было хотела надуться, но потом передумала: не до любовных объяснялок ему сейчас. У него такая ситуация, что все мысли наверняка там, в его доме, где умирает родной брат. Поэтому я только крепче прижалась к Далису и обняла его ладони, лежащие на моем животе, своими. Остаток пути мы молчали. Я думала, что если магия вернулась, то никакой отбор для эльфийского принца мне больше не светит: девушка с магией ведьмы и дракона в жены Далису не годится. Еще я обдумывала, как объявить деду, что не пойду с ним, а отправлюсь с Далисом в его королевство. Прикидывала, какими словами смогу убедить отпустить меня к эльфам. Целый список железобетонных аргументов составила, уверенная, что это мне поможет во время переговоров. Летели мы, и правда, недолго, час с небольшим. Приземлились на каком-то бескрайнем поле, засеянном то ли люцерной, то ли чем-то похожим. В сотне шагов от нас высился небольшой лесок. – Все, дальше пешком минут пять, не дольше, – сообщил дед, сменив ипостась. Прислушался к чему-то, поднял лицо и словно понюхал ветер. – Тихо как-то, – объяснил на мой удивленный взгляд. Далис, кстати, тоже стоял напряженный, словно струна. Внезапно в его руке появился меч, а я оказалась задвинута ему за спину. – Генриетта, лучше не высовывайся, – произнес он сквозь зубы. – Мхарговы дети! Откуда они взялись?! – ругнулся дед, тоже вынимая из подпространства меч. Ну а я с тяжелым вздохом сняла с плеча лук: закончился ад, называется! Выглянула из-за спины Далиса, обозрела вышедших из лесочка личностей в количестве двадцати примерно штук. М-да, одного я уже знаю, тот самый глава северного клана ловчих. Как же его имя?.. Гольдеран, да. Имя-то какое красивое, благородное, можно сказать, и такая тварь его носит! – Дракон, эльф, вы нам не нужны. И девка ваша тоже. Отдадите нам бахромога и можете идти, – противным голосом прокричал в нашу сторону Гольдеран. Близко к нам не подходили, стояли метрах в тридцати. – Как они нас догнали? И как узнали, куда мы отправимся? – полюбопытствовала я, разглядывая стоящих напротив личностей. Да, красотой бандиты страдали еще меньше, чем напавшие на нас в городе оборотни. У тех хотя бы лица были условно человеческие. Уродливые, но с нормальным количеством носов, глаз, ртов и ушей. А тут… это даже рожами назвать было невозможно, не то что лицами. На их фоне Гольдеран казался просто красавцем, Давидом и Апполоном в одном флаконе… – Ловчие под землей пройти могут, у них там целая сеть проходов. – Это ловчие, да? – шепотом спросила я у Далиса. – Они самые. – А зачем им наш Лебовски? – Его магия для них уникально вкусная и ценная. Из-за ловчих поголовье бахромогов на Харшаге сократилось почти до нуля. – Уроды! – с чувством прокомментировала я. – Считаю до десяти. Если не отдадите, умрете все трое, и никакая драконья магия вам не поможет, – выкрикнул Гольдеран, и из-под земли, словно дождевые черви, полезли десятки таких же уродов, как стоящие перед нами. Выбравшись, новички отряхивались от комьев земли и начинали неспешно обходить нас по кругу, беря в кольцо. Вот блин! – Нельзя Лебовски отдавать. Когда его начнут сосать эти твари, то через него могут убить и Генри, – негромко произнес Далис, а из сумки раздалось жалобное хныканье: – Эльфик, любименький, хороший, не отдавай меня, я тебе еще пригожусь! – Так, Далис, Генри, сейчас вы быстро исчезаете отсюда в сторону портала, – прозвучал негромкий голос деда, и в руку мне легло что-то прохладное и твердое. – Это артефакт перехода. Он слабенький, но вам недалеко, так что его мощи хватит. – А ты?! – ахнула я. – Я обернусь и отвлеку тварей от вас, а потом просто улечу. Приду на Невсолею чуть позже, не волнуйтесь за меня. Дед отступил от нас на пару шагов, и вдруг пространство вокруг нас потемнело, обзор со всех сторон закрыло что-то огромное, темное, и голос деда прямо в моей голове рявкнул: – Ну же, Генри, активируй портал, пока я закрываю вас. Он настроен на нужные координаты. Как знал, что может пригодиться. Далис крепко взял меня за руку, я бросила артефакт на землю и от души врезала по нему каблуком, разбивая в крошку. В тот же миг меня подхватило и понесло в сером, шевелящемся потоке. Я летела, ничего не видя и не слыша, изо всех сил впиваясь пальцами в теплую мужскую ладонь. Несколько секунд полета, и нас выплюнуло на утрамбованную площадку перед… трансформаторной будкой! Вот реально, мы стояли перед беленьким сооружением, до ужаса похожим на наши земные электрические подстанции. Только надписи «Не влезай – убьёт!» не было. – Пошли, – позвал меня Далис, и мы бегом бросились к порталу. Дверь за нашими спинами с грохотом захлопнулась, и мы очутились в крошечном пустом помещении. В центре гудела и вибрировала, переливаясь всеми цветами радуги, полупрозрачная «подкова» высотой в три человеческих роста. – Куда вам? – словно из ниоткуда возле нас появился старик в белом одеянии. – Невсолея. Королевство Альмиона. Дворец короля Мильваниолисара Сталонианиаса, – четко выговорил Далис. – Чем платить будете? – меланхолично осведомился старик. – Вот! – Далис сунул руку в сумку и вытащил черного цвета пирамиду высотой сантиметра три. – Хм, с вами приятно иметь дело, принц, – старик довольно хмыкнул, осмотрев пирамидку. Сунул ее в карман и подошел к гудящей подкове. Начал что-то делать, стоя к нам спиной. Не оборачиваясь, поинтересовался: – Сюда о-очень спешат некие личности неприглядного вида и с мечами в руках. Это не ваши друзья, желающие уйти на Невсолею вместе с вами? – Нет! – в один голос заорали мы с Далисом. – Почему-то я так и подумал, – все так же меланхолично ответил старик и показал рукой на загоревшуюся алым «подкову». – Тогда прошу, иначе они скоро будут здесь. Далис снова схватил меня за руку, и мы буквально впрыгнули в портал, на последней секунде заметив, как распахивается дверь, и в «трансформаторную будку» врывается толпа ловчих. «П-пах!» – произнесла «подкова», и мы снова полетели по серому тоннелю, но на этот раз гораздо стремительнее, мотаясь во все стороны, словно белье в центрифуге. Меня мгновенно затошнило, перед глазами все поплыло, заложило гудящей ватой уши. – Держись, Генриетта, – только и успела услышать откуда-то издалека. «Сейчас стошнит!» – подумала я, но в этот момент болтанка прекратилась, и меня выплюнуло на твердые, отбившие мне все коленки, каменные плиты пола. Меня подхватили чьи-то руки и поставили на ноги. – Не ушиблась? – спросил незнакомый мужской голос. И пока я трясла головой, пытаясь прийти в себя, этот же голос напряженно и одновременно растерянно произнес: – Мила, это ты?!