Глава 4. Два Императора. 1

Прохладный ветер холодил лицо, шаля вспыхивающими белым пламенем волосами. Зажмурив глаза, я свесила с балкона ноги, вдыхая чуть солоноватый аромат океана и едва обращая внимания на суету. Я была далеко от неё, отдалившись сознанием и сжимая в руке цепочку с двадцатью прямоугольными медальонами, железной стрелой и мизинцем самого Цербера, бывшего властителя Этажей. Да, я его боялась, отчасти ненавидела и даже содействовала в его убийстве, но… верно говорил Ориас. Моё прошлое – как наркотик. Сколько бы я от него не сбегала, всё равно возвращаюсь к нему. Наверное, потому что не верю в то, что Цербер состоял из одного зла. Нет, он не был злым до мозга костей. Странным, порой жестоким, но никак не злым…

Позади раздались шаги, и кто–то облокотился об ограду рядом со мной, неотрывно всматриваясь в голубой горизонт.

– Последние минуты перед новой жизнью? – не раскрывая глаз, тихо поинтересовалась я.

– Не верю, что это всё взаправду, – глухо произнёс Дамес. – Я словно вчера видел смерть отца, а сегодня сам стану Императором…

– Ты знал это с самого рождения, у тебя было время подготовиться.

Дамес закрыл глаза, тяжело выдохнув и тихо произнеся:

– Но я ещё не готов, Мэлисса… даже Айна понимает всю серьёзность этого торжества, а я до сих пор боюсь, что что–то пойдёт не так… Ориасу в этом плане всегда было легче.

Я вздрогнула, раскрыв глаза и взглянув на цепочку в руке. Взгляд замер на железной стреле, изогнутой внутри в виде круга. Я помню, как попросила Ориаса купить мне эту безделушку на Тутаме, и как тот удивился, сказав, что мог бы купить мне всё что угодно, любые украшения, а я выбрала это.

– Он никогда ни на что не претендовал, но всегда был рядом… помню, когда отец привёл его сюда, во дворец, мать взбесилась. Никогда ещё не видел её такой злой. Она чуть не избила Ориаса, но отец сказал тогда, что если она поднимет на него руку, он не побрезгует это сделать и с ней… – Дамес усмехнулся, вспоминая своё далёкое прошлое. – Он проводил с ним больше времени, чем со всеми нами… не скажу, что я ревновал, но меня это задевало. Я не особо с ним общался до того, как произошло покушение. После всё словно перевернулось… я помню тот день, когда кинулся под нож.

Дамес коснулся уродливых шрамов на лице и поморщился. Он мог бы удалить их, вновь вернуть себе лицо вместе с дивой Минитой, но они не стали. Не привыкли закрывать глаза на прошлое.

– Ориас тогда тоже был в зале. Дива Минита постаралась, чтобы ни у кого не закралось подозрение, что он один из нас… однако именно Ориас в тот день спас мать. Ты же видела его спину, верно?

Я кивнула.

– У него много на спине шрамов… есть среди них шрам, оставленный от кинжала убийцы. Он подставил собственную спину, иначе нож попал бы в живот диве Мините вместе с ещё не рождённой Айной. Ориас спас их обеих, но взамен получил ещё больше ненависти. Я тогда пришёл к нему и мы, наверное, впервые нормально поговорили. Он попросил отрезать крылья, и я исполнил его просьбу. Может, после этого между нами и установилась какая–то связь… не скрою, мы часто что–то недоговаривали друг другу, но его помощь была неоценима. Он рисковал собой в других мирах и всегда добивался своего… у него тоже были промахи, но кто не ошибается? Однако он знал больше. Всегда знал больше…

Дамес ненадолго замолк, собираясь с мыслями.

– Я всегда думал, что из него выйдет лучший Император, но он отказывался от этой должности. Говорил, что не хочет быть прикованным к Файе и тратить жизнь на законы… когда он уходил на трилун, а то и два, я чувствовал, что словно что–то терял. А когда он возвращался, всё становилось на круги своя. Наверное, если бы не дива Минита, он был бы тут подольше.

– Возможно, но его всё равно ничто не удержит здесь, – тихо заметила я. – Порой я думала, что он возвращается на Файю ради меня… наивная. От монстров бегут, к ним не возвращаются.

– По крайне мере, ты наш монстр.

Я усмехнулась, смахнув с лица белые волосы.

– Жаль, что его нет с нами, – тихо призналась я.

– Я отправил ему приглашение… на всякий случай, – признался Дамес. – Может, оно дойдёт до него.

Я не позволила надежде зародиться в груди, затоптав её на корню

Если Ориас и придёт, то явно не под своей личиной. Я могу его и вовсе не узнать, особенно среди этого изобилия запахов. Церемония ведь обещает быть шумной; прибудет несколько Баронов, в том числе и Ши–Тейн (хотя, хвала звёздам, не будет Нур–Мала), некоторые более–менее вменяемые Сёстры, которые не подали в отставку после выборов новой Главы, сам Оникс, кстати, и другие весьма влиятельные личности. Конечно, никто им не даст самим добраться до Файи: на условленной границе всех поджидают специальные «извозчики», благодаря которым гости так и не узнают координаты столицы Империи.

– Большинство уже прибыло, – негромко произнесла я. – Осталось всего пару часов…

– Их и надо пережить, – выпрямился Дамес, обведя взглядом бескрайнее небо, уже начавшее темнеть. – Пойдём.

Бросив последний взгляд на белые очертания «Пристанища», так явно сейчас проступающие на небе, я спрыгнула с ограды, пройдя следом за Дамесом в апартаменты Императора. Они разительно отличались от моей комнаты, во–первых, размером. Потолки тут были громадные, а сама комната круглой, с возвышениями у стен и спускающейся вниз лестницей. Внизу, на застеленном красным ковром полу, стояла громадная кровать под балдахином. Сейчас она скрылась под полом, освободив место для диванов и столика. На них были аккуратно сложены наряды для церемонии разного покроя.

Задумчиво взяв белую мантию в руки, Дамес поморщился. Наверное, я впервые увижу его в одеждах Императора, а не в простых рубашках. Интересно, как долго на нём продержится официальная одежда?

– Так для чего ты меня вызвал? Явно не для того, чтобы я тебе с одеждой помогла, – заметила я, тактично отвернувшись от Дамеса. – С этим ты и сам можешь справиться, ну или позвать Лаи?

Я усмехнулась, заслышав позади напряжённый вздох.

– Я хочу, чтобы ты была рядом с Айной, – произнёс тот. – Ни на шаг её не отпускай. И держи Лаи поблизости. В зале будет много охраны, даже среди гостей, но в прошлый раз это особо не помогло.

– Знаю, знаю… – кивнула я, слыша это уже в сотый раз. – Оружие держать поблизости, ни на что не отвлекаться, на напитки не налегать. Увижу или почувствую, что что–то не так, тут же сообщу.

Краем глаза я заметила, что Дамес возится с пуговицами на белоснежной рубашке. Вздохнув и повернувшись, я отодвинула его руку и ловко застегнула пуговицы, поразившись, что некоторые вещи не спешат уходить из моды. Пуговицы и другие застёжки до сих пор пользовались популярностью.

– Сам только будь осторожней, – взглянув в голубые глаза враса, попросила я. – Ты нам ещё живой нужен.

– Не за того беспокоишься, – со вздохом ответил Дамес, качнув головой со светлыми, слегка завивающимися волосами цвета ванили. На его лицо упала тень, делая шрамы ещё более безобразными.

– Всё будет впорядке, – как можно уверенней произнесла я, наклонившись и подобрав красную ленту. – Единственное, что может всё испортить, это пьяные гости и большое количество зелени и рыбы.

Я закрепила на груди Дамеса ленту, замерев, когда он сжал пальцы на моей ладони, заставив взглянуть на себя.

– Спасибо, что всё ещё с нами.

Я ощутила, как зарделись щёки и уши.

– Вот как будто у меня выбор есть, – стараясь не показывать своей растерянности, фыркнула я, отвернувшись и заспешив к дверям. – Пойду проведаю Айну, да и сама приоденусь.

Выскользнув из покоев Дамеса, я до крови прикусила губу, чуть ли не мчась обходными путями в собственную комнату. Надо было сменить штаны и рубашку хоть на что–то праздничное, и придать лицу не унылый и грустный вид, а подобие радости. Тем более я вновь встречусь с Ониксом, а после смогу хоть целый день проваляться в кровати! За это время я, кажется, спала не больше трёх часов, скитаясь по мирам в поисках недостающих «фрагментов» для праздника. К примеру, меня заставили ловить светлячков с тёмном лесу с какими–то жуткими тварями! Еле ноги унесла! Жуть одним словом, так что усталость начинала брать своё.

Закрывшись в комнате и надев для торжества специально сшитое на заказ серебряное платье с голубой вышивкой и широким ремнём, сделанным из переливающейся ткани, я достала из шкатулки ожерелье. Оно было лёгким, с небольшими драгоценными камешками, которые переливались подобно звёздам. Мне его подарил Ориас, я его тогда ещё поцеловала, а он так смутился… до сих пор улыбку на губах вызывает.

Надев ожерелье и спрятав цепочку с медальонами, я подошла к окну, набрав на браслете данные. Вверх устремилась небольшая голограмма и показалась горизонтальная линия, которая спустя минуту начала свой припадочный танец.

– А ты не торопишься, – произнесла я.

– Хотел бы сказать, что уже в Империи, но, нет, – раздался голос Оникса, заставивший сердце затрепетать.

– Ты ещё даже не в Империи? – изумилась я, тут же осадив себя.

– Мэлисса, я вряд ли успею… у нас тут проблема, и весьма серьёзная. Чудо, если я вообще появлюсь в самом конце церемонии, – послышался не на шутку усталый и серьёзный голос Оникса.

– Что случилось? – стараясь затолкать сожаление как можно дальше, поинтересовалась я.

Оникс молчал весьма долго, я даже успела забеспокоиться.

– Прости, но не могу сказать, – всё же произнёс он. – Если это затронет и Империю, ты об этом узнаешь первой.

Хотелось бы, да, чувствую, вряд ли до этого дойдёт. Возможно, у них там в Содружестве одна из чёрных дыр зашевелилась, а может, что–то более серьёзное.

– Мэлисса, я постараюсь успеть, – словно почувствовав моё настроение, уже мягче произнёс Оникс. – Закончу с этим и сразу к вам… подожди немного, хорошо?

– Разберись уж с этой проблемой.

– Разберусь. До встречи в следующем обороте Вселенного Колеса, ми айлен лир.

– До встречи, – заставила я себя улыбнуться, видя, как отключается связь.

Ну вот почему так всегда? Всё вроде идёт по плану, а потом, раз, и что–то меняется! Я рассчитывала увидеться с Ониксом на торжестве и встретить новый оборот с ним, а меня лишили этой возможности. Прекрасно, значит, встречу оборот с Айной и Лаи! Может, Ши–Тейн подтянется, свои сломанные кости мне припомнит.

Отбросив в сторону браслет и даже не увидев, куда он упал, я направилась к дверям. В коридорах звучало отдалённое эхо музыки, заглушающей голоса гостей. Я шла на звук, волнуясь так, словно это меня собирались короновать. Так, Мэл, соберись. Вдох, выдох. Мне стоило бы волноваться больше, если бы на церемонии была Мать Орика или тот же Томен Нур–Мал, а раз их нет, то волнения можно оставить в стороне. В конечном итоге после церемонии мы решили с Лаи провести собственное начало нового оборота, уже в более узком кругу, не боясь попасть на камеры.

Я приободрилась, достигнув главного зала, который когда–то постигла весьма печальная участь. Сглотнув и вдохнув, чуть не чихнув от изобилия запахов, я вошла внутрь. Зал озаряли те самые голубые светлячки, которых я ловила несколько часов, отчего тёмное пространство освещалось приятным свечением. Громадные стрельчатые окна частично увил плющ, не мешая рассмотреть темнеющее небо. На стенах прикрепили белоснежные, багровые, голубые и золотые цветы, поднимающиеся к куполу и богато украшенным люстрам. В уголке сидел целый оркестр из невидимых иномирцев, отчего казалось, что инструменты так и парят в воздухе. По залу, между гостей, плыли подносы с различными яствами и дорогими напитками, у дальней стены было несколько столиков с диванчиками. А в центре, на постаменте, высилась резная арка, увитая светящимися веточками.

Зал словно стал больше, чем в прошлый раз. И гостей тут было весьма много, наверное, не меньше сотни, и в два раза меньше Змееносцев, скрытых тенями у стен. При виде их даже расслабилась, лавируя между гостями и изредка привлекая чужое внимание. Хотя все и ждали появление Дамеса, моё лицо ещё не забыли, особенно если учесть, что меня не так давно видели под руку с самим Ониксом. Так что только завидев репортёров, добившихся приглашения, я тут же сворачивала в другом направлении, и так до тех пор, пока не вышла к одному из столиков. За ним, что–то лениво рассказывая, стояла Лиссана – хвостатый врас, которая тут подрабатывает психологом. На ней было коктейльное алое платье, отчего белая кожа и светлые волосы словно светились, а кисточка хвоста лениво подрагивала.

– А где сама дива Минита? – поинтересовалась я, оглядываясь по сторонам.

– У Баронов, – улыбнулась Лиссана, толкнув локтем Лаи и заставив её смущённо потупить взгляд. – Она же лет одиннадцать… хотя, нет, стоп, уже двенадцать лет как комплименты не получала. Вот и навёрстывает упущенное.

Я усмехнулась, схватив с проплывающего мимо подноса бокал с чем–то прозрачным, но явно не водой.

– Оникс будет? – поинтересовалась у меня Лаи, заплетя свои волосы в высокую причёску с белыми цветами.

– Сказал, что если и будет, то лишь под конец, – призналась я.

– Так значит всё, что говорят, правда? – тут же засверкав лиловыми глазами, поинтересовалась Лиссана.

– Что именно? – напряглась я, настороженно переглянувшись с хиимкой.

– Что Оникс наконец–то девушкой обзавёлся?

Сидевшая с нами Айна так и выпучила глаза, и я отчего–то покраснела, залпом осушив бокал и стараясь не нервничать так от испытующего взгляда Лиссаны.

– Нашли кого обсуждать, – буркнула я, переключив своё внимание на Айну. – Волнуешься?

– Не очень, – призналась та и улыбнулась.

Светлые кудряшки Айны были убраны в замысловатую причёску со стразами, а фигуру обегало белое платьице с высоким воротником. Кажется, даже её крылышки были вымыты и вычищены до блеска.

– Кажется, из всех нас только Айна спокойна, – заметила Лиссана, подмигнув девочке. – Ни у кого нет желания после церемонии смотаться в Океанию?

Я так и подавилась, изумлённо уставившись на враса.

– Серьёзно?

– Ну так чего терять? Так и быть, оплачу всем билеты, – подмигнула Лиссана, очаровательно улыбнувшись и пригубив бокал. – Давно хотела там побывать, а то не пойму, чего все так это место хвалят?

У меня не нашлось, что ей ответить. Я уже очень давно в Океанию собиралась, да только как–то ни времени, ни сил, ни возможностей на это не было. А сейчас билет буквально за даром отдают! Что я, дура, чтобы отказываться?

По залу прошёлся ропот, и я обернулась в сторону дверей, заметив, как сменилась музыка и выстроились Завоеватели.

– О, кажется, уже начинается, – вытянулась Лиссана, стараясь хоть что–то рассмотреть поверх голов. – Давайте, идите, а то ещё всю церемонию сорвёте!

Я кивнула Айне, которая тут же спрыгнула со стула, взяв меня за руку и поведя вперёд, к арке. Гости меж тем, взяв бокалы, выстроились по обе стороны красного, словно пропитанного кровью, ковра, с интересом поглядывая то на двери, то на диву Миниту, поджидающую нас на первой ступеньке постамента. Мы как раз протискивались к ней, когда я ощутила на себе чей–то взгляд, обернувшись и столкнувшись с золотыми глазами и зрачками в форме звезды.

Сердце сжалось в груди, и на губах Айшела скользнула странная улыбка. Я едва могла разглядеть его среди гостей, но от меня не укрылся его печальный взгляд и то, как он наклонил голову, словно… прощаясь. Я успела только моргнуть, а золотой Барон пропал, затерявшись среди гостей. Звёзды, надеюсь, это было просто извинение за скорый уход, а не предостережение, которое я силилась понять.

Айна выбилась к матери, и та тут же улыбнулась ей, обняв за плечо и вскинув голову. Я встала в стороне от них, но так, что бы меня было видно и я видела двери и выстроившихся Завоевателей. Невесомые камеры парили сверху, выхватывая лица гостей и торжественное убранство зала.

– Практически двенадцать лет назад мы лишились нашего Императора, Ярена Грандерила, – грянул величественный и отчасти печальный голос дивы Миниты, заставив замолкнуть всех в зале. – Он пал, защищая свою честь и свою семью. Ярен был преданным мужем и отцом, защитником слабых рас и справедливым правителем. Многие из вас знали его лично и разделили со мной горечь утраты. – Она ненадолго замолкла, дав всем проникнуться сказанным. – Однако время течёт быстро, даже тем, кому отмерена тысяча лет. Сегодня мы собрались здесь не для того, чтобы горевать. В эту ночь мой сын вступит на престол Империи, и вы все будете тому свидетелями. Я желаю ему долгого правления, верных союзников и друзей, да осветят звёзды его путь!

– Да осветят звёзды его путь! – воскликнули все.

Двери распахнулись, и я невольно сглотнула, смотря, как в зал, величественно вскинув голову, входит Дамес. Бароны, даже не переговариваясь, почтительно склонили перед ним голову, как и все остальные. Я едва удержалась от того, чтобы встать на колено, смотря, как Дамес под всеобщую тишину подходит к матери. Та улыбалась ему чистой, искренней улыбкой, и все годы страданий словно сошли с её лица, вновь сделав его молодым и красивым.

– На колени, Дамес, – произнесла дива Минита, и крылатый врас послушно опустился перед ней, склонив голову. Повернувшись к Айне, в руках которой уже была открытая шкатулка, дива Минита взяла фамильную древность Грандерилов – корону из белого металла с вкраплениями алмазов и сапфиров. – С этой минуты и до самого конца я объявляю Дамеса Грандерила новым Императором. Служи своим мирам честно и достойно, и пусть никто не посмеет отобрать у тебя трон. А теперь встань, Дамес Грандерил, правитель Межмировой Империи!

Наречённый Император медленно поднялся на ноги, и словно стал выше, мощнее. Некоторые гости не выдержали и упали перед ним на колени, а следом и все остальные. Я опустилась одна из первых, прижав к груди кулак и чувствуя грохочущее сердце. Тревога мигом пропала, оставив лишь место радости. Вот и свершилось! То, что Империя так долго ждала. Теперь всё станет по–другому. И я очень надеюсь, что в лучшую сторону…

Рукав кто–то дёрнул, и я повернула голову, заметив рядом с собой Лаи. Её лицо почему–то было бледным и испуганным, а в глазах застыла паника. Ничего не говоря, она кивнула в сторону окон. Я непонимающе нахмурилась, оглянувшись и ощутив, как что–то в груди обрывается.

«Пристанище» над Файей ожило, и из центра, охваченного белой плёнкой, показался нос дредноута.