2

По залу прошёлся ропот, заставив подняться на ноги. Из «Пристанища» действительно выплывал громадный дредноут в сопровождении ещё десятка кораблей. Зрелище было до ужаса пугающее и завораживающее.

– «Затмение»? – услышала я недоумённый голос Дамеса.

В голове что–то щёлкнуло, прежде чем я поняла, о чём он говорил. «Затмением» называли дредноут, на котором Ориас когда-то отправился к одному из красных миров, и после оставил его там для контроля ситуации. Только вот окрашено «Затмение» было вовсе не в цвета Империи, а в чёрно–изумрудный с громадной эмблемой «Лирк–Мара». Да–да, той самой, на которую мы случайно натолкнулись на планете с гейзерами.

«Затмение» полностью показалось из «Пристанища», а следом за ним вышло сразу два дредноута уже меньших размеров с такой же эмблемой. Кажется, у нас проблемы…

Обернувшись, я тут же встретилась взглядом с Дамесом, и только шагнула к нему, как зал наполнили крики и лязг оружия. К моему горлу оказалось прижато изогнутое лезвие одного из «гостей», на чьих губах проступила ухмылка.

Завоеватели вскинули оружия, и в груди зародилась надежда… которая тут же оборвалась.

Дула пушек смотрели вовсе не на вооружённых до чертиков пришлецов, а на самих гостей, испуганно застывших с бокалами в руках. Обведя взглядом замерший зал, я поняла, что среди Баронов нет Айшела. Он знал и ушёл…

– Что происходит?! – едва сдерживая панику в голосе, закричала дива Минита, пряча за спину Айну. – Как вы посмели…

Дамес вскинул руку, заставив женщину замолкнуть. Его взгляд был тяжёлым, пронизывающим, а голос заставил вздрогнуть.

– Что это всё означает?

Ему ответила жуткая тишина, в которой отчётливо стал слышен шум за дверьми. Раздались приглушённые крики, залпы оружия и отвратительный звук металла по металлу. И судя по всему, мы проигрывали. Шум приближался, и пришлецы, грубо схватив гостей, отволокли подальше от дверей, практически за арку в центре, образуя пространство для… для чего? Я знать не хотела, едва дыша и чувствуя кожей холод металла.

Шум резко оборвался, словно выключили звук, оставив лишь приглушённый звук шагов. Я облизала пересохшие губы, силясь достать кинжал, прикреплённый к руке. Всего одно движение, и я буду свободна, но остальные? По нам ударят таким залпом, и, судя по всему, подключат ещё корабли, что даже я не уцелею. Нет, надо подождать. Пока Дамес не дал команды – просто ждать.

Двери зала бесшумно распахнулись, являя за порогом пугающую тьму, в которой теперь отчётливо раздавались шаги и стук каблуков. Всё внутри меня свело от напряжения и тревоги, вдарившей в голову так, что задрожали колени от собственного бессилия.

Звёзды, да что происходит?! Почему именно сейчас?!

Я сипло вдохнула воздух, вдруг уловив знакомые нотки и, не веря своим глазам, уставилась на проход. Нет, этого же не может быть… почему?! На глаза навернулись предательские слёзы, когда в проходе показались очертания фигуры, и на голубой свет вышел он.

Дамес сдавленно выдохнул, а я до боли стиснула зубы.

– Кажется, я слегка опоздал на вашу церемонию, – раздался в тишине насмешливый голос, от которого по спине пробежались мурашки. – Но раз было отправлено приглашение, то почему бы не обрадовать своим визитом? Поздравляю, брат.

Голубой свет выхватил пылающие изумрудом глаза, и Ориас шагнул на алый ковёр, вскинув голову и обведя взглядом замерший зал. Подняв руку, он позволил Завоевателям опустить оружие, вновь вставших по стойке «смирно», и только после улыбнулся, являя клыки. По спине прошёлся холодок.

– Ориас, что это означает? – глухо произнёс Дамес, поражённо смотря на брата.

– А ты как думаешь? Пораскинь мозгами и поймёшь, – посоветовал тот, как ни в чём ни бывало шагнув к нам. Оглядев зал пылающими изумрудными глазами, врас вновь усмехнулся. – Неплохой улов…

– Ориас, – осипшим голосом произнесла я, и изумрудные глаза впились в меня. – Зачем ты это делаешь?

– Потому что имею право, – голосом, от которого бросило в холод, произнёс мужчина, и черты его прекрасного лица заострились. – И я им воспользуюсь.

– Ты ни на что не имеешь право, – прошипела со ступеней дива Минита, сморщив нос. – Отродье, что посмело явиться сюда… убирайся!

Ориас даже бровью не повёл, и я наконец–то обратила внимание, как он выглядит. Врас словно… изменился. Нет, не словно. Он изменился. Чёрные, как сама тьма волосы отросли практически до лопаток, отчего кожа враса казалась белой, с выразительными изумрудными глазами, чёрными изогнутыми бровями и усмешкой на бледных губах. Даже шрам на его щеке стал бледным и едва заметным; если не знать, куда смотреть, не увидишь его.

А ещё фигура. Ориас и так был высок, как все врасы, но рядом с братом казался болезненно худым из–за своих бесформенных рубашек и плащей. Сейчас же его хорошо сложенное, подтянутое тело облегала чёрная защитная ткань, вырисовывая в голубом свете множество плотно прилегающих друг к другу чешуек, словно змеиная кожа. К плечам крепился длинный чёрный плащ, дотягивающий до самого пола. Это вовсе не праздничная одежда. В ней не приходят на церемонии и праздники. В ней завоёвывают.

– Я пришёл сюда не только для того, чтобы сорвать церемонию и явить себя, – подняв глаза на диву Миниту, громко произнёс Ориас. – Я пришёл за тем, что моё по праву. За троном.

Я поражённо выдохнула, ощутив, как во рту резко пересыхает.

– Тогда ты знаешь закон. Только старший наследует престол, – произнёс Дамес, угрожающе приподняв крылья.

– Да неужели? – не сдержал усмешки Ориас. – Не знал бы я этого, нашёл бы другой способ… верно, старший наследует трон. Раскрою тебе глаза, брат, ты никогда не был старшим… я родился на трилун раньше тебя.

Дамес побледнел, собираясь было возразить, как Ориас его перебил, вскинув руку и улыбнувшись краешками губ.

– И диве Мините об этом прекрасно известно.

Я взглянула на смертельно бледную женщину. Её глаза распахнулись от ужаса, а рука, заслоняющая Айну, дрожала. Впервые я видела диву Миниту настолько испуганной, она даже не могла совладать с голосом, беспомощно открывая и закрывая рот.

– Это правда? – повернувшись к ней, глухо произнёс Дамес.

Бывшая Императрица с трудом перевела взгляд на сына.

– Я… – прошептала она, с силой сглотнув. – Лжец… он лжец… не верь ему… он всё лжёт! – голос дивы Миниты предательски надломился, выдавая её с головой. – Никто не должен был узнать…

– И кто после этого лжец? – приподнял бровь Ориас, наслаждаясь беспомощностью женщины. – Ты прав, Дамес. Трон переходит старшему, так что, будь добр, уступи его мне.

Я смотрела на Ориаса, на такое знакомое лицо, которое видела во снах, но он вмиг показался мне незнакомцем. Тот, кто сам говорил, что лучше сбежит, чем сядет на трон, сейчас стоял перед нами и требовал титул Императора по праву первенца. Я не знаю этого Ориаса, не знаю, какие у него в голове мысли, и это меня жутко пугает.

– Ориас, прошу тебя, одумайся, – спустившись со ступеней возвышения, прошептал Дамес. Шагнув навстречу брату, он распростёр руки. – Ты привёл сюда корабли, своих людей и оружие, но ты не из тех, кто жаждет крови. Мы можем решить всё мирным путём.

Ориас молча слушал его, позволяя подойти ближе.

– Мы братья, и я не хочу воевать с тобой, – уже громче и уверенней произнёс Дамес, не сводя взгляда с горящих зеленью глаз враса. – Мы и так когда–то пролили слишком много крови, а ты это делаешь постоянно. Хватит. Прикажи своим людям опустить оружие, убери корабли с Файи, и стань моим гостем. Я клянусь, что выслушаю всё, что ты скажешь, и решу это.

Дамес замер всего в шаге от Ориаса. Один во всём белом, сверкая как звезда, второй в чёрном, словно тьма Вселенной. Вот только шутка в том, что звезда вспыхнет, осветив всё на краткий миг, и исчезнет навсегда. А Вселенная будет жить и дальше.

– Вот как заговорил, – негромко произнёс Ориас, из–под ресниц смотря на брата. – Почувствовал во мне угрозу… тогда слушай, брат. Пока ты был здесь, на защищённой ото всех Файе, я побывал там, где кровь пропитывает землю, где твои же подданные умирают каждый час. Я был в местах, которые тебе даже в страшном сне не приснятся, и ты и вправду думаешь, что знаешь, что нужно для Империи? Ты никогда это не поймёшь. Ты не вырос на грязных улицах и не боролся за свою жизнь каждый день. Тебе не ведом голод и болезни. Мне не о чем с тобой говорить, так что или уйди с дороги, или поплатишься собственной головой.

Даже отсюда я слышала, как тяжело вздохнул Дамес, качнув головой.

– Нет. Я не уйду.

Ориас не успел ответить; в руке Дамеса оказался спрятанный в рукаве кинжал, со свистом прорезавший воздух. Дыхание замерло в груди при виде стали, готовой раскрошить голову Ориасу и закончить на этом все споры. Как же я хотела зажмуриться, но страх всё пропустить взял верх.

Ориас необычайно резво отклонился, перехватив запястье брата и вырвав у него кинжал. Дамес успел только вскинуть голову, как лезвие прошлось по его лицу, задев бровь и целый глаз. Дива Минита взвыла, когда её сын, ослеплённый, упал на колени перед Ориасом, и тут же смолкла. Позади враса вдруг зашевелился и распахнулся плащ… нет, крылья. Чёрные крылья самой Смерти. Ориас отрастил их.

Я едва не упустила свой шанс, выбив из руки державшего меня пришлеца изогнутое лезвие и толкнув его на своих же. Суета наполнила зал, послышались крики и звон разбившихся бокалов. Ложные Завоеватели вновь подняли оружие, но не стреляли.

Оглянувшись в сторону осевшей дивы Миниты, чьи глаза заполняли слёзы, я обернулась к успевшей высвободиться Лаи.

– Присмотри за этими двумя, – шепнула я, отдав ей свой кинжал. – А я поговорю с кое–кем по душам.

Хиимка кивнула, и, развернувшись, я направилась прямо к Ориасу, в чьих ногах, хрипло дыша и зажимая лицо ладонью, сидел на коленях Дамес. Через его пальцы сочилась тёмная кровь, пачкая белый костюм и волосы. Не сберегла…

Ориас бесстрастно занёс руку с кинжалом, видимо, собираясь ударить в шею.

– Ориас, не надо! – выкрикнула я, и мужчина вздрогнул, взглянув на меня. Я тут же застыла, с громко бьющимся сердцем смотря на него.

Позади нарастал шум: Бароны выхватили припрятанное оружие, встав между теми, кто не мог себя защитить, и пришлецами. Только последних было в разы больше.

– Не подходи, не пачкай платье, – глухо произнёс Ориас.

– А мне придётся, – едва скрывая дрожь, произнесла я. – Так вот ради этого ты сбежал? Ради того, чтобы явиться сюда и потребовать трон?!

Пламя в зелёных глазах немного утихло.

– Прошу, скажи, что это не так, – прошептала я, шагнув к нему. – Скажи, что ты ушёл не ради власти, не ради этой армии…

– А ради чего ещё я мог уйти? – сухо перебил он, опустив руку с кинжалом. – Зачем мне было тут оставаться, когда всё уже было достигнуто? Ты и вправду думаешь, что я за трилун всё это организовал? Не будь наивной, Мэлисса! Мне потребовалось на это четыре оборота Вселенного Колеса. Четыре оборота лжи, масок и притворства… скажи мне, неужели ты и вправду думала, что мне нет дела до собственной Империи? Что меня заботят лишь голые женщины, выпивка и унижение со всех сторон? Мне это было отвратительно не меньше тебя, но это работало.

Ориас усмехнулся, и его глаза вспыхнули ещё ярче.

– Помнишь нашу встречу на Земле? Я хотел купить не ночь с тобой, я хотел купить тебя.

Я непонимающе нахмурила брови, прежде чем догадка просочилась в образовавшуюся трещину, разрастаясь с каждым мигом всё больше и больше. Я поражённо отступила назад.

– Ты ещё тогда знал, кто я… – прошептала я.

– Знал и искал, но не подумал, что ты всё забудешь… что ж, вышло даже лучше, чем я себе представлял.

Холодные, бесчувственные слова Ориаса впились в сердце.

Так, получается, для него всё это была игра? И всё что он мне говорил, и ночи, которые мы с ним провели… Я в один миг опустела, отшагнув назад.

Нет, монстр вовсе не я. Монстр тот, кто стоит передо мной, с пятнами крови на лице, с бессердечным взглядом, со словами, что режут не хуже меча.

– А теперь сделай то, ради чего я нашёл тебя, – произнёс врас, и его губы сложились в беззвучные слова.

Разряд тока прошёлся по телу, вынудив упасть на колено и ощутить, как против воли вырываются крылья. Слова, которые слышала я одна, вонзались в разум, заставляя кричать от собственного бессилия. Это был код, тот самый, что активировал во мне Чёрную Гарпию. С каждым словом я обращалась в неё всё быстрее и быстрее, потеряв контроль над телом в тот миг, когда глаза захлестнула тьма.

Меня против воли подчинили себе, но в отличие от случая с Кайоном, я не могла вырваться из тьмы, словно издали слыша равномерный стук собственного сердца и душераздирающие крики, приглушённые пеленой. Мне было не вырваться – код прививали с младенчества. Я собственноручно помогла найти его; наверняка подбивший нас корабль был идеей Ориаса, и упали мы именно в том месте, где ему было нужно. Данные пропали безвозвратно, так что единственным способом было дать мне зайти в ту камеру, а машине продиктовать мой истинный код. А я–то думала, что Ориас не обратил на него внимания… как же.

Я заманила саму себя в ловушку. Не Оникса мне следовало остерегаться. Бежать надо было от Ориаса. Все его напарники не просто так погибали – он испытывал их, наконец найдя то, что так долго искал. Совершенное оружие, с которым можно позабавиться, а после использовать по назначению. Как же я ошибалась…

Чёрный туман начал рассеиваться, хотя разум ещё не взял верх над телом. Я чувствовала дикую боль в мышцах, липнувшую к телу ткань и резкий, ни с чем несравнимый запах крови, перекрывший аромат цветов и духов.

Пальцы сжимали что–то твёрдое, наверняка острое. По ощущениям оно напоминало собственное перо. И ведь верно: в руках я держала своё перо, на котором блестела серебряная, чёрная, золотая и даже зелёная кровь. Я медленно занесла свой клинок над головой, опустив взгляд и ощутив, как с губ, вместо крика, срывается лишь воздух. В моих ногах лежала дива Минита, не в силах отползти и с ужасом смотря на меня. Я стояла на её распростёртых крыльях, придавив к полу.

Разум отчаянно вцепился в тело, и я заставила себя застыть с поднятым пером.

– Заканчивай, Гарпия, – эхом раздался в голове голос Ориаса, и руки опустились. – Молодец, можешь быть свободной…

Тело тут же вернулось ко мне, и я, отступив назад, упала, не в силах отвести взгляда от мёртвой женщины. По щекам катились горячие слёзы, и словно издали я услышала чей–то хриплый крик, обернувшись и застыв. У подиума с аркой, прижимая к груди ревущую Айну, сидела смертельно бледная Лаи. Её кожа больше не отливала золотом, а в глазах плескался самый настоящий страх. Но кричала не она, а Айна, не сводя взгляда с матери и пытаясь подавить слёзы.

Звёзды, что я сделала…

Новый крик отвлёк, и обернувшись, я вмиг забыла про диву Миниту с отрубленной головой. Всё на том же месте, где я видела его в последний раз, стоял Ориас. Одна его нога прижимала к полу Дамеса, а вторая упёрлась в крыло, не давая ему вырваться.

– Ты всё задавался вопросом, как же я могу жить без крыльев, – услышала я хриплый голос Ориаса. – Вот ты мне сейчас и скажешь…

Крик встал в горле, когда Ориас взмахнул кинжалом, срезав крыло Дамеса. Только что провозглашённый Император закричал, стараясь вырваться и комкая залитый кровью ковёр. Корона давно скатилась с его головы.

– С одним крылом не полетаешь, верно? – усмехнулся Ориас. – Впрочем, тебе же крылья были даны для красоты. Думаю, ты прекрасно обойдёшься и без них.

С особой кровожадностью, напрочь засевшей в моей памяти, врас медленно отрезал второе крыло, наслаждаясь криками, а после стонами брата. Дамес едва дышал, закрыв залитые кровью веки и больше не пытаясь вырваться.

– Уже всё? – даже разочаровался Ориас, пнув брата в бок и перевернув его на спину. Дамес зашипел, изогнувшись и схватив его за сапог. – Глупец. У тебя был выбор, и ты выбрал собственную смерть. Какую предпочтёшь? Медленную, быструю? Понимаешь, я не могу оставить тебя в живых, иначе кто–то обязательно воспользуется этим. А к чему нам с тобой герои?

Ориас усмехнулся, занеся кинжал брата, которым уже отрубил ему крылья.

– Нет, остановись! – вырвалось у меня почти что в последний момент, и врас замер, повернув ко мне голову. Я даже не пыталась убрать с лица отчаянье и раздирающую изнутри боль, от которой всё пекло и текли слёзы. – Ориас, умоляю… если ты это сделаешь, дороги назад уже не будет… оставь его в живых. Сошли куда подальше, но, пожалуйста, не убивай… я встану на твою сторону, не стану даже перечить…

– Мэлисса… – отчаянно прошептал Дамес, поморщившись, когда брат наступил ему на грудь.

– Заманчиво, но ты и так будешь моей, – заметил Ориас.

– Но только телом.

Глаза мужчины блеснули, и молча взглянув на кинжал в руке, он со звоном отбросил его в сторону. К нему безмолвно подошли Завоеватели, схватив Дамеса за локти и с силой подняв. Тот даже не мог стоять, свесив на грудь голову и хрипло дыша.

– Ты так же слаб, как и отец, – схватив Дамеса за подбородок и подняв его голову, прошептал Ориас. – Тебя защищают те, кто тебе дорог, пока ты лежишь и помираешь в сторонке. Телом ты силён, но разум у тебя слаб. Ты не стал бы тем Императором, в котором все так нуждаются. Хорошо, что у тебя есть брат.

Ориас не сдержал усмешки, приблизившись и что–то прошептав ему на ухо. Дамес раскрыл глаза, резко дёрнувшись к нему, но Завоеватели удержали его на месте, не давая вырваться.

– Тебя ждёт ссылка в одно интересное место. Надеюсь, владеть киркой ты умеешь, иначе земляные черви сожрут, и глазом не моргнув, – похлопав брата по плечу, улыбнулся Ориас. Отвернувшись, он подошёл к валяющейся на полу короне, подобрав её и осмотрев. – Наверное, тебе интересно, Мэл, как я всё это провернул. Одному мне бы и во век не справиться, но у меня есть весьма могущественные союзники.

– Которые чуть не пропустили всё веселье, – послышался голос со стороны.

Я вздрогнула от неожиданности, сама не успев понять, когда поднялась на ноги.

Из заметно порядившейся толпы гостей, заставляя пришлецов почтительно опускать головы и отступать в сторону, к Ориасу шёл мужчина. В руках, словно вокруг не было моря крови, он держал бокал полный шампанского, а его сапоги сверкали чистотой. Каждое движение – плавное, точно танец. Одежда из самой дорогой ткани с вкраплениями камней, а в волосы вплетены серебряные нити.

Пришлецы склонялись перед ним, только вот это были не пришлецы. Нас окружали Мародёры.

– Корона семьи Грандерил, такой в моей коллекции ещё нет, – задумчиво улыбнулся он, когда Ориас бросил ему фамильную ценность. Поймав её, мужчина провёл чёрными пальцами с неестественно белыми ногтями по камешкам, любуясь их сиянием, и почувствовав мой взгляд, обратил на меня два разноцветных глаза. – Как всегда на высшем уровне, Шпилька.

– Цербер…