Глава 5. По–старому больше не будет. 1

Самое ужасное во всём этом было то, что Ориас во многом оказался прав. Эта мысль не давала мне покоя всю оставшуюся ночь и половину утра.

Да, он повидал гораздо больше, чем Дамес, бывал в местах, которые даже мне в кошмарах бы снились, но зачем тогда брать трон силой? Почему Ориас не мог стать советником? Боялся, что его не примут и лишь поднимут на смех? Сказать честно, даже я бы не стала прислушиваться к рассказам любовника всех женщин. Ориас старательно создавал свой образ, заставляя людей видеть то, что они хотели видеть. Кем ещё может оказаться «младший» принц как не страстным любовником, прожигающим свою жизнь?

И всё же это было больно. Больно не столько за себя, а за то, как Ориас обошёлся с теми, кто ему доверял. Особенно с Дамесом. Тот до последнего не вынимал кинжал, думая, что получится склонить брата на свою сторону, но Ориас был непреклонен. Больно за Айну, которая всегда доверяла и радовалась приходу Ориаса. Больно за Лаи, которую отправили к брату. Мне остаётся лишь гадать, какое наказание изберёт Томен для сестры. Он может сделать с ней всё что угодно, а возможности забрать Лаи у меня больше нет.

Знал ли Айшел про план Ориаса? Догадывался ли он, что у тявкающей собачки тень свирепого волка? И был ли он с ними в сговоре? Мне не даёт покоя последний взгляд Айшела. Почему он не мог предупредить меня? Почему ушёл, даже не постаравшись помочь?! Впрочем, это Айшел – он и пальцем не пошевельнёт, если дело не будет касаться его напрямую. Порой я даже мечтаю, чтобы он на своей шкуре понял, как это – бороться за чью–то жизнь, а не только за свою. Но Айшел слишком самолюбив, чтобы завести семью.

Раскрыв глаза, я взглянула на лежащий в стороне браслет. Сигнала не было. Ониксу крупно повезло, что у него случились проблемы. Представить себе не могу, чем бы закончилась его встреча с Ориасом и Цербером. Содружество только провело выборы, так неужели победившего уже пришлось бы хоронить?

В какой–то степени я была даже рада, что Ориас не оставил меня без внимания, нагрузив работой. Но с другой… в голову практически ничего не шло. Я едва сумела расставить корабли на границах и отправить для подтверждения, занявшись вспыхивающими то тут, то там бунтами. Как я и предвещала, Орик закрыл свои границы, выдвинув ультиматум, что если им не вернут дочь Ти'сш'И, то они отключат Поезда. Ультиматум так себе, потому что Поезда управляются вовсе не с Орика, и единственное, на что они способны, так это остановить движение на день, два. Всё. Вряд ли Ориас воспримет их всерьёз.

Пока особо сильного движения ещё не было, но я уже могла предопределить действия некоторых миров: сплотиться воедино и ударить по Файе, если, конечно, они отыщут её. Надо послать туда на время Завоевателей чтобы хоть как–то успокоить народ, а после попытаться доказать, что Ориас не такой уж плохой правитель и…

– Звёзды, о чём я только думаю? – горестно вздохнула я, облокотившись об спинку стула и запрокинув голову. – Неплохой правитель?! Да он ради своей цели по головам пойдёт! Тех, кто его не послушает, сожжёт и глазом не моргнёт…

Ужасно, но это было правдой. Ориас ради назидания другим мирам пожертвует чужими жизнями, вот только страх тут опасный противник. Страх непредсказуемый, и на всех действует по–разному.

Я откладывала поход к Ориасу настолько долго, насколько это было возможно. Но планет со вспыхнувшим на них бунтом можно было по пальцам пересчитать

Видимо, многие серьёзно опасались, что взгляд Императора может коснуться их, и будет так же, как на кровавом празднестве. Придёт белый ангел с чёрными крыльями и убьёт тех, кто попробует сопротивляться.

От воспоминаний меня затошнило, и, схватив с подноса стакан воды, я залпом его осушила. На тарелках уже давно остыла нетронутая еда, которая не лезла в горло. Не могла я есть после всей той крови. Заглянула ради интереса в список жертв, и поняла, что еда ещё долго не будет идти в глотку. Погиб Барон и две Сестры из Сената. Их тела в ближайшее время передадут родным, но пока они тут. Жертв много, и большинство из них сопротивлялись, пав либо от моей руки, либо от Мародёров. Но я больше склонялась к первому варианту.

Голубое светило уже тянулось к горизонту. Я поднялась из–за стола, обведя взглядом комнату, казавшуюся сейчас самым надёжным местом, и спрятала в карман цепочку с медальонами. Подобрав планшет и подавляя страх, я вышла из комнаты. Возле моих дверей стояли двое Завоевателей в белой броне с чёрным защитным стеклом на шлеме. Они не обратили на меня никакого внимания, лишь их цепкий взгляд преследовал до поворота.

Я не знала, куда идти. В кабинет, в зал советов, в комнату Ориаса? Звёзды, неужели я не сплю? Неужели он и вправду захватил трон? Как же хотелось очнуться от этого скверного сна и поскорее его забыть. Забыть всё, что произошло, и, может, тогда я…

– Ищешь Императора?

Резко обернувшись, я взглянула на стоявшего за спиной Цербера. Его белые волосы с чёрными прядями и пятнышками всё так же были завязаны в длинную косу, а вот одежда стала более элегантной, с дорогим чёрным плащом, искусно расшитым изумрудными нитями и стразами. Новый цвет Империи.

– Ты знаешь, где он? – приподняв бровь, спросила я.

Цербер странно улыбнулся, подойдя ко мне и наклонившись. Мне стоило ужасных усилий не шагнуть назад, смотря на его восстановленное лицо со змеящимся шрамом через всё лицо и двумя разноцветными глазами.

– Знаю, Шпилька… скажи, скучала? – лениво растягивая слова в своей манере, поинтересовался главный аукционер Тутама.

– Честно?

– Оставь лесть при себе, – выпрямившись, посоветовал он, не спеша зашагав вперёд. – Скажи прямо, не тая.

С тяжело забившимся сердцем я пошла следом за Цербером, кинув на него быстрый оценивающий взгляд. Кроме его внешности, ничего не изменилось. Та же напущенная грация, никуда не девшаяся помпезность, высоко поднятая голова и прямая спина. Он уже считал это место своим, наверняка думая, где какие картины повесить и на каких углах расставить свои награбленные трофеи. Взгляд был цепким, оценивающим и нарочито небрежным.

– Вспоминала. Не раз, – вынуждена была признать я.

– А это уже интересно… я тоже размышлял о тебе. Даже пришёл к выводу.

– Правда, и к какому? – равнодушно поинтересовалась я.

Цербер замедлил шаг, прежде чем и вовсе остановиться, свысока глянув на меня. Я тоже замерла.

– Ты изменилась. Не в душе, внешне, – почему–то произнёс он, наклонив голову и сощурив глаза. – Внутри всё такая же, только эмоции научилась держать при себе. Полезный навык.

– К чему ты это?

– К тому, что кто бы не пытался приучить Шпильку, никому это не под силам. Ни мне, ни Матери Орика, ни даже Ориасу. Ты всегда была сама по себе. Так что я пришёл к такому выводу: мне легче с тобой сотрудничать, чем воевать. Тем более мы будем видеться гораздо чаще…

– Гарем сюда свой перетащишь?

Чёрные губы Оникса мазнула ленивая улыбка.

– Я и без гарема прекрасно обойдусь. Ты знала, что я теперь советник Императора?

Я изогнула брови, впрочем, не особо удивившись. Иначе что тут ещё делает Цербер? Он мудр, много чего повидал в этой жизни и знает, как выбраться из самой настоящей задницы. Я бы сравнила его с Айшелом, только Цербер более жестокий, холодный, но и отчасти справедливый.

– Узнала. Мои поздравления, – ответила я настолько сухо, что песок на зубах скрипнул. – Так, может, ты меня наконец приведёшь к нему?

– Мы уже пришли, Шпилька.

Цербер кивком головы указал на двери, и я поняла, что пришли мы вовсе не к кабинету, и не к какому–нибудь залу. Нет, мы пришли к дверям купальни.

– Император ждёт, – намеренно официальным голосом произнёс Цербер. – Иди.

Даже не взглянув на него, я шагнула вперёд, смотря, как раскрываются полукруглые двери, впуская в небольшое помещение–раздевалку. Пройдя сквозь неё и стискивая в руке планшет, я вышла в просторный зал купальни с высоким стеклянным потолком. Рассеянный белый свет падал на камень цвета песка и белыми жилками на колоннах по правую и левую стену. На стенах виднелась выложенная драгоценными камешками картина, сверкая и переливаясь.

В купальне было душно и тепло. От прозрачной воды вверх поднимались клубы пара, отчего всё было как в тумане. Однако всё было вполне различимо, начиная от белой скамьи и заканчивая фигурой, облокотившейся спиной об бортик бассейна. Я вновь ощутила, как живот стягивает, неотрывно смотря на Императора, захватившего трон силой.

Запрокинув голову, отчего волосы чёрной волной спадали на плечи, Ориас закрыл глаза, подставив лицо свету и пару. Он был практически по грудь в воде, а что было ниже, я особо не рассматривала.

– Теперь мне стоит как–то по–особенному к тебе обращаться? – первой разрушила тишину я. – Мой Император, Господин, Повелитель, Владыка Империи, Ваше Величество? Могу ещё придумать.

– Можем остановиться на Повелителе, – не раскрывая глаз, произнёс Ориас. – Что у тебя?

– Может, мне всё же подождать?

– Сейчас я свободен как никогда. Говори.

Тяжело выдохнув, я обратилась к планшету, не спеша идя вдоль бортика бассейна за спиной Ориаса.

– Взбунтовавшихся миров относительно мало. Не наберётся даже одного процента на всю Империю, и по большей части это те миры, которые недавно подписали контракты с Дамесом. – Я испытующе глянула на враса, но тот едва обратил внимание на имя брата. – Как я и говорила, Орик закрыл свои границы и пригрозил вырубить всю сеть с Поездами.

– Я уже хочу посмотреть, как у них это получится, – не сдержал усмешки Ориас.

– Они знают, на что идут. У них достаточно средств, чтобы обеспечить свою планету.

– У них недостаточно провизии. Тебе ли не знать, что добрая часть Орика – это пустыня с металлами рек? На ней ничего не растёт. Даже если Орик закупился провизией, их условия жизни не позволят хранить те слишком долго. Могу дать им половину трилуна, и вот увидишь – сама Ти'сш'А явится ко мне на коленях.

Я промолчала на это замечание.

– Есть что–то более массовое?

– Есть… Муали. Знаешь такой мир?

Ориас слегка склонил голову, раздумывая над ответом. Я же смотрела на его целую кисть, которую отрубила. Он и вправду восстановился. От кого у него такая сильная регенерация? Врасы же не способны скрещиваться ни с кем другим.

– Случаем, не из Муали у Цербера вся одежда? – поинтересовался Ориас, и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Да, я знаю этот мир… цветочки, летающие острова и крайне высокомерные амуи. Делают различные украшения и одежду, которую крайне неохотно продают за редкие вещички. И что эти травяные сделали?

Я против воли усмехнулась.

– Да ты с ними, похоже, не встречался, – негромко произнесла я. – Знаешь их короля?

– Какого именно?

– У них один король, Ориас, – против воли повысила я голос, тут же взяв себя в руки. – Они долгожители – их средний возраст составляет около пятидесяти тысяч лет. Королю и вовсе не берусь сказать сколько, но он у них один. Король Гейлерин. Он присоединился к Империи только ради того, чтобы Содружество больше не крало их мастеров.

– Король Гейлерин, – задумчиво произнёс Ориас. – Да, слышал. Более высокомерного типа Вселенная ещё не видывала. Он на многое способен, если к трону ещё не прирос.

– Кто знает…

– И что он сделал?

– Созывает временный совет для дальнейших действий. Видимо, хочет собрать силу против тебя. Есть даже слух, что он связался с Барониями и те готовы его поддержать. Можно выслать туда пару кораблей для устрашения, но убивать кого–то не стоит. Король Гейлерин не из тех, кто будет сидеть и терпеть.

Ориас молчал. Молчал весьма долго, я даже успела дойти до края бассейна и обратно несколько раз. Звёзды, может он уснул или уже забыл, что я тут? Говорила же, что лучше подождать и потом этим заняться…

– Нет, корабли вводить бесполезно, – разрушил он молчание. – Это лишь растормошит их. Легче перекрыть пути и задержать на некоторое время. А после послать парламентёра…

– Чтобы обратно вернулась одна голова? – поинтересовалась я. – Амуи не только славятся в создании украшений. Они делают превосходное оружие, и владеют им не хуже Баронов.

– Значит, пойдёшь ты.

Я так и застыла, резко повернувшись к Ориасу и взирая на него с неприкрытым изумлением.

– А если я не хочу лишаться своей головы? – вырвалось у меня прежде, чем я прикусила язык.

– Не лишишься. Они наверняка видели, что ты сделала на церемонии, так что сто раз подумают, прежде чем занести меч, – поразительно спокойно ответил он, проведя рукой по воде и создав разбежавшиеся в разные стороны круги.

– Почему ты так уверен, что я справлюсь с этим?

– А у тебя есть выбор?

Я сглотнула, отвернувшись от него, дабы скрыть предательские слёзы. Нет у меня выбора, и так уже ясно. Ориас его когда–то подарил, а сейчас отнял.

– Что там дальше?

Я взглянула на планшет, отчаянно пытаясь сосредоточиться. Мотнув головой, я снова зашагала вдоль бортика, приходя в себя и пару раз откашлявшись. Не надо показывать, насколько я поражена его решением. Раз кости укреплены, так сразу в самый огонь? ну–ну.

– Насчёт тех миров, что присоединились к Муали. Их всего шесть, и все они миры второй ступени. Особо продвинутого оружия нет, но и сами не промах. Если они объединятся, то общая численность войск получится свыше двух миллиардов… я подсчитала примерное количество людей Цербера. Чуть меньше миллиона наскрести можно, но это тебе не два миллиарда. Хотя на нашей стороне корабли и несколько дредноутов, у них только лёгкие суда, не предназначенные для атак. Но если их вооружить, то может что–то и получится. Но в космосе всё равно долго не протянут. Это без учёта помощи им Баронов. Если вклинятся и они, то у нас будут весьма серьёзные проблемы и…

Что–то скользнуло по щиколотке, заставив умолкнуть на полуслове и опустить взгляд. Я успела разглядеть только чёрный жгут, прежде чем тот с силой дёрнул в сторону бассейна. Не удержавшись на ногах, я с всплеском упала в воду, заглотнув воды от неожиданности и закашляв. Волосы прилипли к лицу, а сама вода оказалась до неожиданности обжигающей.

– Какого… – Я закашляла, смахнув с лица волосы и сипло вдыхая горячий воздух. – Звёзды, это-то за что?!

Я тут же умолкла, встретившись с изумрудными глазами Ориаса, в которых плясали золотые искры. Его взгляд обжигал не хуже огня, отчего вода тут же показалась прохладной. Выпрямившись, он смахнул с лица чёрную прядь, и от этого движения у меня бешено застучало сердце.

– Я же сказал, что у нас ещё будет время для друг друга, – негромким, тягучим голосом произнёс он. – Не вижу смысла растрачивать его зря.

Не спеша, наслаждаясь своим триумфом, Ориас подошёл ко мне. Я бы так и осталась стоять, если бы его запах коры и мёда не вернул в реальность, заставив хрипло вдохнуть и закачать головой. Я попятилась назад, разгребая руками воду.

– Нет, не стоит… – на одном дыхании прошептала я, вскоре упёршись спиной в бортик бассейна. Резко обернувшись, я схватилась за поручень, собираясь подтянуться и выбраться из воды.

– Не стоит спешить, – буквально над ухом раздался насмешливый голос, и талию обвил хвост. – Ты же не хочешь лишать своего Повелителя удовольствия?

Горячие пальцы сжались на ладони, заставляя беспомощно отпустить поручень. Рука обессиленно соскользнула в воду, и меня прижали к сильной мужской груди. Правая рука Ориаса скользнула под рубашку, выводя на коже замысловатые узоры шершавыми пальцами. Пальцы же левой, легко сжавшись на подбородке, заставили вскинуть голову. Я закрыла глаза, пытаясь вернуть сбившееся дыхание и онемевшие руки.

– Ты ведь это тоже хочешь, – прошептал Ориас мне на ухо. – Я даже слышу твоё сердце…

Огненные губы сжались на мочке уха, заставив сипло вдохнуть воздуха. Я стиснула пальцы на его руках, но скинуть их не могла, едва соображая от проснувшегося голода, шептавшего отдаться. Нет, я не собираюсь это делать… только не Ориасу… у меня есть Оникс! Я не могу… не хочу…

Губы скользнули вниз, игриво проведя вдоль шеи. От неожиданности я выгнулась, и с губ сорвался тихий стон. Звёзды, почему я так реагирую на его движения? Почему они заставляют сердце биться быстрей, а голод туманить разум?!

Рука, выводящая на животе узоры, скользнула вниз, расстёгивая ремень. Я испуганно дёрнулась в сторону, и воспользовавшись этим, Ориас прижал меня к бортику, нависнув сверху. Я чувствовала на плече его опаляющее дыхание и спускающиеся вниз губы. Придерживая меня за талию, он расстегнул рубашку, чуть спустив её с плеч. Я выдохнула сквозь зубы, ощутив долгие дразнящие поцелуи на спине и двигающиеся вниз пальцы. Как же хотелось поддаться ему, застонать в голос, но я лишь до крови прикусила язык.

Нет, не в этой жизни…

Пальцы добрались до пульсирующей точки внизу, и в тоже время опаляющие губы сжались между лопатками. Я не выдержала, выгнув спину и блаженно застонав, поведя бёдрами и едва устояв на ногах от вспыхнувшего наслаждения. Это даже в сравнении не шло с моим слиянием с Ониксом: там все чувства притупились, когда тут цвета раскрывались перед глазами. И это я поняла только сейчас.

Я подалась назад, вдруг с каким–то мстительным наслаждением поняв, что Ориас желает меня.

Его пальцы проникли в меня, и я запрокинула голову, запустив руки в чёрные волосы своего Императора. Его несдержанное, тяжёлое дыхание опаляло шею, а губы страстно сжимались на коже, лишь распаляя меня двигаться в такт ему.

Я задыхалась от блаженства, не сдержавшись и застонав во весь голос, когда настал пик удовольствия. В глазах вспыхнули звёзды, и воздуха стало не хватать. Голод полностью потеснил сознание, повернув меня к Ориасу и заставив притянуть его к себе, чтобы в следующий миг окунуться в блаженство. Обжигающие ладони сжались на талии, и меня вжали в бортик, зарываясь пальцами в волосы и запрокидывая голову. Губы прошлись по ключицам, добравшись до груди и вновь заставив застонать. Зарывшись в чёрные волосы, я затуманенным взором смотрела, как распахиваются от наслаждения крылья Ориаса, полностью закрывая нас. Я уже протянула руку, чтобы коснуться перьев, как раздался распоровший наши стоны голос:

– Боюсь вам двоим помешать, но собранный совет лучше не заставлять ждать, – с усмешкой произнёс Цербер, разворачивая на каблуках. – Я, так и быть, подожду за дверью.

Не успел он выйти, я тут же убрала руки с Ориаса. Меня словно ледяной водой окатили, заставив голод с шипением отступить, а разум вновь вернуться.

Оттолкнув Ориаса так, что тот едва не ушёл под воду, я запрыгнула на бортик. Выпрямившись и направившись к выходу, по пути застёгивая рубашку, я не оборачиваясь произнесла:

– Не заставляй совет ждать.

– Наведайся к Уану, – раздался мне в спину спокойный голос Ориаса, словно до этого мы вели с ним мирную беседу. – Он поставит тебе чип.

Я застыла на пороге.

– Значит, всё же пленница.

Ответом мне послужила тишина.