3

Мои губы расползлись в усмешке, и я вошла в комнату, без приглашения опустившись за стол и облокотившись об него локтями. Подперев подбородок переплетёнными пальцами, я лукаво сощурилась, не сдержав ехидных ноток в голосе:

– Вот уже не думала, что кому–то вроде вас нравятся такие заведения.

Передо мной сидел сам Крушитель Небес, Великий третий Герцог и, возможно, будущий правитель Сената и Центрального Содружества Ка–Аманы, Оникс. А так же тот, кто знал мою тёмную тайну происхождения. Не скажу, что у нас дружба дружбой, но, кажется, мы остановились на уровне взаимопонимания, что уже неплохо.

– А я не думал, что вы подрабатываете в них, – спокойно парировал Оникс.

– Ну надо же вносить в жизнь немного разнообразия.

Наши взгляды встретились, и на тёмно–багровых губах Оникса наконец–то показалась усмешка. Я ощутила, как больно сжимается сердце, отбивая громкий ритм в голове. Звёзды, сколько времени прошло с нашей последней встречи на допросе у Кайона? Трилун так точно. Я краем уха слышала, что влияние Оникса в Содружестве растёт всё с большим днём, что он уже успел пережить два покушения, последнее из которых оставило на его шее белую борозду шрама. Сёстры Сената не очень хотят видеть в своей главе мужчину.

Одет Герцог был весьма просто, хотя и изящно: серая рубашка с чёрной аккуратной вышивкой в виде созвездий на плечах и рукавах, высокий воротник, мундир на плечах, неаккуратно зачёсанные на бок волосы цвета слоновой кости и багровые, с горизонтальными зрачками, глаза. На скулах был едва заметный узор из алых крапинок, который не всегда удавалось различить. Его длинные пальцы с красными крапинками, идущие от ногтей по тыльной стороне кистей, держали в руках пиалу с горячим вином.

– Так что же привело вас в это заведение? – поинтересовалась я, затылком ощущая взгляд иномирца, стоявшего у двери.

– Аналогичный вопрос.

– Не хотите уступить даме? – наигранно обиженно протянула я, хмыкнув. – И что за мужчины в наше время пошли? Никаких уступок…

Оникс и бровью не повёл, хотя по взгляду было ясно, что его весьма забавляет наша встреча в столь необычайном месте.

– Скажем так: я дала себя похитить, – в конечном итоге призналась я.

– И ради чего?

– Кажется, мой черёд задавать вопрос, – выразительно приподняла я брови.

– У меня тут… весьма важная встреча.

– В борделе? – уточнила я. – Лучшего места и не придумаешь…

Оникс скрыл улыбку глотком горячего вина. Я тем временем покосилась на стоявшего позади иномирца, наткнувшись на его взгляд и обезоруживающе улыбнувшись. Кажется, его кадык дёрнулся.

– Не пугайте моего напарника.

– И чем же я его пугаю? – насупилась я, барабаня пальцами по столу. – У меня клыков нет, когтей тоже не наблюдаю…

– Скажу так: от вашего признания на камеру многие перестали видеть в вас… простую слабую землянку, – в конечном итоге произнёс Оникс. – Стоит ли мне напомнить, что вы отрубили Томену Нур–Малу руку?

– Ну не голову же.

– Разница небольшая.

Я хмыкнула, приняв из руки Оникса пиалу и залпом её осушив. Мужчина наполнил её вновь, но на этот раз пить я не стала.

– Что это за планета?

– Оркей–5.

Я догадывалась. Именно оттуда и поставляли девушек для Цербера, но уточнить всё же стоило. А что я знаю про Оркей–5? Это небольшая планета, полностью застроенная и занимающаяся добычей какого–то газа на кольцах Оркея–3. Тут почти постоянная полутьма, а света звезды едва хватает для стабильной температуры.

И что же тут забыл Оникс? Если вдуматься, то Оркеями заправляет группа добытчиков, которая потом перепродаёт газ то ли четвёртому, то ли пятому Герцогу. Тот использует его для более усовершенствованного вида топлива, который так же распродаёт остальным в два, а то и в три раза дороже. Естественно, сами добытчики получают гроши, когда сам Герцог гребёт деньги лопатой. Если моя догадка верна, то Оникс хочет перекупить добытчиков, дав им более выгодную цену и при этом понизив её на топливо, отчего тот Герцог весьма скоро обанкротится…

– Коварно, – подняла я глаза на Оникса, не сдержав усмешку. – И не жалко вашего собрата–Герцога, который после останется со своим дорогущим топливом?

Губы Оникса дрогнули в улыбке, а глаза словно стали более насыщенного оттенка. Я всё поняла верно.

– Жадность может нас погубить, и это было доказано не раз… А я не ожидал оказаться так скоро раскрытым.

– Но почему всё же бордель? – нахмурилась я.

На этот раз Герцог усмехнулся, явно довольный, что я не все секреты раскрыла.

– Во–первых, тут шумоизоляционные стены, во–вторых, сюда не впускают с оружием, в третьих – более приятная атмосфера.

– Надо запомнить.

Иномирец позади кашлянул, привлекая внимание Оникса.

– Трое на подходе.

Улыбка тут же пропала с его губ, а глаза стали более холодными, оценивающими. Вот и Великий третий Герцог, от которого дрожь берёт.

– Мэлисса, – негромко произнёс он, молча кивнув себе за спину. Я тут же поднялась, сев за спину Герцога и уловив приятный аромат одеколона. Окинув меня изучающим взглядом, Оникс наклонился ко мне, шепнув на ухо: – Не высовывайся.

– Не волнуйся. Я всего лишь девушка по вызову, – улыбнулась в ответ я, похлопав его по плечу.

Кажется, Оникс хотел что–то сказать, но тут дверь открылась, и в комнату вошли трое. Я тут же сделала безучастное лицо со стеклянными глазами, приветствовав их ленивой, глупой улыбкой и проведя ладонью по руке Герцога. Когда мои пальцы коснулись его, он их едва уловимо сжал, заставив сердце встрепенуться в груди. Однако не успела я удивиться, как его пальцы разжались. Уж не показалось ли мне?

От вошедших иномирцев пахло потом, гарью и пылью. Я постаралась не сморщиться от столь изысканных запахов, придвинувшись чуть ближе к Ониксу и вдыхая приятный аромат его одеколона. Звёзды, ну вот порой ненавижу я своё обоняние – некоторые запахи в разы чётче становятся, да так, что дышать невозможно.

Их было трое: явно ниже Оникса, с серовато–сизыми лицами, похожими на нагромождение камней, плотно сложенные, с широкими плечами и одетые в потрёпанные чёрные костюмы с перекрещивающимися на груди ремнями. К их поясам крепились замысловатые устройства, видимо, использующиеся в шахтах. Если бы это было оружие, охранники отобрали бы ещё на входе. И всё же я внутренне напряглась, краем глаза заметив, как сопровождающий Оникса иномирец встал у входа, перегородив путь к отступлению. Его чёрные холодные глаза смотрели на пришедших, словно стараясь проникнуть в их разум и сосчитать все их мысли.

– Присаживайтесь, – нарушил тишину Герцог, улыбаясь одними уголками губ.

– Кто она? – с грубым акцентом спросил шахтёр с жёлтыми глазками, видимо, главный из этой троицы.

– А кем она может быть, учитывая место нашей встречи? – изогнул брови Оникс. – Не беспокойтесь – она вряд ли осознаёт, что тут вообще происходит.

Я томно улыбнулась им, потупив взгляд и делая вид, что занята вышивкой на воротничке Герцога. Костяшки моих пальцев то и дело что задевали его голую шею, и я мысленно поразилась, как он мне ещё руки за спину не скрутил за такую вольность. Насколько я знаю, партнёрш у Оникса особо и не было, хотя и ползли слухи о его некой связи с погибшей Матерью Аай, заседающей когда–то в Сенате и управляющей Содружеством. Связь это была… какой–то грязной, не имеющей подтверждения, лишь туманные догадки и неприятные намёки. Ужас, одним словом.

Добытчики газа тут же потеряли ко мне всякий интерес, считая за часть интерьера.

– И что понадобилось от простых рабочих Крушителю Небес? – своим хриплым, рокочущим голосом поинтересовался один из них.

– Крушитель Небес… никогда не любил это прозвище. Слишком напоминает прошлое, – прохладно усмехнулся Оникс. – А вы – Му–Рай. Возглавляете шахтёрский совет, не так ли?

Тот самый шахтёр с жёлтыми глазками, виднеющимися под нависшей надбровной дугой, нехотя кивнул.

– Вы находитесь на нейтральной территории, не принадлежащей ни одному из пяти Герцогов, однако работаете на четвёртого, – продолжил как ни в чём ни бывало Оникс. – Поставляете ему газ по смехотворной цене.

– Благодаря этому мы ещё живы.

Герцог задумчиво кивнул, коснувшись губами наполненной вином пиалы и не спеша сделав глоток.

Каждое его действие было изящным, плавным, заставляющим чувствовать себя несовершенным, и оттого нервничать.

– Я преодолел половину Содружества, чтобы встретиться с вами, – наконец произнёс он, с тихим стуком поставив пиалу на столик. – Вы работаете на четвёртого Герцога уже больше шестидесяти лет, но до сих пор не в состоянии обеспечить себя хорошей одеждой и новыми инструментами. Четвёртый даёт вам только новое оборудование, однако каждый день десятки из вас умирают под завалами, от пыли или взрывов. Вы несёте больший ущерб, однако продолжаете работать за гроши.

Шахтёры слушали внимательно, внимая каждому сказанному слову. Даже я прислушалась.

– Я хочу перекупить вас у четвёртого, – произнёс Оникс, чуть сощурив багровые глаза. – Я дам ровно столько, сколько на самом деле стоит ваша работа. Займусь проблемой вентиляции в шахтах, сделаю работу более безопасной, закуплю специальную одежду и оборудование высшего качества. Я не поскуплюсь на деньги, и дам вам то, что не даст четвёртый Герцог.

Оникс замолчал, и двое шахтёров наклонились к Му–Раю, что–то зашептав ему на своём языке. Тот, кажется, нахмурился, переговариваясь короткими щелчками языка. Нам оставалось лишь терпеливо ждать; к этому моменту моя рука коснулась пояса Оникса, и я с удивлением нащупала пистолет с панелями–невидимками. У меня был примерно такой же, но стреляющий световыми разрядами. Как Оникс его сюда пронёс?!

Я вскинула голову, едва заметно дёрнув Герцога за ткань. Тот нехотя отвёл взгляд от шахтёров, ощутив мою руку на пистолете и чуть нахмурив брови. Он собирался с ответом, но его перебил Му–Рай.

– Значит, вы предлагаете нам более выгодную сделку.

– Да.

Му–Рай хмыкнул, и его глаза заблестели.

– Четвёртый говорил, что вы придёте. Околдовываете всех своими речами, вот только рядом с вами всегда… кровью пахнет. Разве не вы предали собственный род? Не вы ли одним из первых нашли изувеченное тело Матери Аай? Из–за вас Сенат угрожает тем, кто хоть как–то вам симпатизирует, увеличивая налоги. Не стоило было вам переходить им дорогу, Герцог… мы этого делать не собираемся. И потому вынуждены отказаться.

Лицо Оникса никак не изменилось, словно он прослушал все выше перечисленное.

– Не вам решать, кому мне переходить дорогу, а кому нет, – поразительно спокойно произнёс он, взяв в руку пиалу. – Я лишь предлагаю вам выход, а из–за собственных страхов вы боитесь его принять… Ничего , я подожду. Приглашу вас снова, когда стану возглавлять Сенат.

Шахтёры издали неприятные хрустящие звуки. Смеялись.

– Вы? Да и возглавлять Сенат? – не поверил Ма–Рай. – Всё это время после раскола женщины возглавляли Содружество, не давай мужчинам без приглашения даже войти в Храм Ка–Аманы. А вы планируете занять место Матери Аай? Неужели вы и вправду обезумели, Герцог?

– Безумство и целеустремленность немного разные вещи, хотя и похожи, – улыбнулся Оникс, но его глаза были холодны. – Меньше чем через трилун пройдут выборы. Я почти уверен, что выиграю большинство голосов, и тогда приду снова, с теми же предложениями. Прошу вас подумать над этим.

Ма–Рай недоверчиво покачал головой.

– Вы переходите дорогу Сената. Вам это дорого обойдётся.

– Я всегда готов к риску.

– Даже готовы к тому, что взлетите на воздух, стоит мне нажать эту кнопку?

Ма–Рай достал из кармана небольшую чёрную коробочку с едва заметной выпуклой частью на одной из сторон. При виде этого Оникс не вздрогнул, но вздохнул, поставив на стол пиалу.

– И кто на этот раз? – с ленцой в голосе поинтересовался он, словно быть взорванным его ничуть не беспокоило. – Всё тот же четвёртый Герцог? Он вечно на побегушках у Сената. Полагаю, он вас вынудил, пригрозив семьёй или новыми налогами.

Ма–Рай молчал, и это уже было знаком.

– Вы не должны отсюда уйти, – негромко произнёс он, и один из шахтёров взял в руки что–то невидимое. Воздух вокруг его пальцев зарябил, вырисовывая первоклассное оружие, которое может позволить себе только Змееносец.

– Так он ещё вас и профинансировал… неплохо, – с явным удовольствием в голосе произнёс Герцог. Он что, так смерти жаждет? На нас оружие наставлено, здание заминировано, а он наслаждается?! – Рад, что моя голова так дорого стоит. Но давайте спрячем оружие и разойдёмся? Обещаю забыть это недоразумение.

Оникс поднялся на ноги, однако Ма–Рай был быстрее, вытащив припрятанное за спиной оружие и нацелив на сопровождающего Герцога.

– У нас есть приказ. Убить вас. И мы его выполняем.

Палец дрогнул на курке, и комнату огласили сразу два залпа с яркими вспышками. В голове резко стало пусто, и сердце остановилось на какой–то миг. Перед глазами встала неприятная тёмная пелена, оттеняя судорожно соображающий разум в сторону. Спину пронзила резкая боль, и запахло палёными перьями. Я уже была на ногах, ощутив одной рукой приятную тяжесть активировавшегося оружия, а другой сжав ткань рубашки Оникса. Его багровые глаза поражённо смотрели на меня, но я едва это заметила, оттолкнув Герцога на кровать и резко обернувшись. Три коротких выстрела, и шахтёры, не успевшие толком сообразить, с продырявленными черепами свалились на пол. В каждом сером лбу сияла прожжённая дырка, которая всё ещё дымилась, источая неприятный запах горелого камня.

Тяжёлые крылья сложились за спиной, нависнув двумя когтями сверху.

– Реакция плоховата, – заметила я, смотря, как сообщник Оникса только сейчас схватился за оружие. Его поражённые и отчасти испуганные глаза смотрели на меня, видимо, едва веря в происходящее.

Подойдя к мёртвому Ма–Раю, я выдернула из его руки пульт и взломала его, не сдержав ухмылки.

– Подделка.

Бросив на пол и раздавив каблуком, я повернулась к Ониксу, всё ещё лежавшему на кровати. Моргнув, он рывком поднялся на ноги, небрежно смахнув со лба светлые волосы и нахмурившись.

– Не стоило их убивать.

– И это говорит тот, кого самого только что чуть не убили? – не сдержалась я. – В этом мире существует правило: кто первый, тот и живой.

Я бросила пистолет Ониксу, поймавшего его одной рукой.

– Мар, встать сможешь? – обратился он к мужчине.

– Порядок, – поморщился тот, всё же поднявшись и опираясь на правую ногу. – Ничего, идти могу…

– Сомневаюсь, – прочитал мои мысли Оникс, подойдя и перекинув его руку через плечо. – Пора уходить, пока на шум не сбежались.

Раскрыв дверь, я выглянула в коридор, и губы сами собой растянулись в улыбке. В конце стояли ещё двое шахтёров, что приметив нас, наставили свои оружия.

– А у нас тут гости.

Повернувшись, я с усмешкой взглянула на Оникса, в чьей руке показался пистолет.

– Обычно женщины стоят позади, – заметил он, сощурив глаза.

– Хочешь первым?

– Почту за честь.

Я отступила, жестом приглашая выйти.

– Тогда прошу.