2

Странная, необъятная темнота пугает, надвигаясь со всех сторон, словно пытаясь поглотить и ничего не оставить. Но теперь я знаю, что это – Вечная Тьма, за которой что–то затаилось, дожидаясь своего часа.

Как и в прошлые разы, я не одна. Тут ещё кто–то есть, скрывающийся во тьме, до этого безразличный ко всему, всколыхнувшийся, когда учуял меня. Теперь я знаю, что за мраком стоит существо, подобное Кайону. Подобное мне. Я не знаю, женщина это или мужчина, старик или ребёнок. Я просто чувствую, что каким–то образом эта сущность ждёт меня. Каждый раз ждёт, словно боится, что я больше не приду.

К сожалению, а может, и к радости, но это моё последнее погружение в глубины памяти. Больше шанса не будет.

– Я больше не вернусь.

– Знаю… – слышится тихий ответ, который я ощущаю своими нервами. – Я чувствую.

– Ты боишься? Боишься остаться один? – вновь пытаюсь заговорить я, хотя это трудно.

– До тебя моим спутником было лишь одиночество, – слышится печальная усмешка.

Я делаю шаг вперёд, пытаясь понять, откуда исходит голос. Смогу ли я достичь того, кто это говорит? Не голос же это в пустоте?

– Как мне снова связаться с тобой?

– Никак. Я… мы все во тьме. Это опасно. Не стоит даже пытаться…

– Почему вы скрываетесь там? Почему именно Вечная Тьма? – не сдаюсь я, медленно, словно сквозь воду, пробираясь вперёд, во мрак. Он уже рядом, стеной возвышаясь в паре шагов.

– Там безопасно…

– Но вы не можете оттуда выбраться!

– Это всё ошибка… – вновь печальная улыбка, и голос на какой–то миг отдалился. – Всего лишь ошибка в расчётах… Пока есть Тьма, мы будем там.

– Но когда покинете Тьму, проснётесь?

– Наверное… Но Тьма нас не отпустит.

Мрак, в подтверждении этих слов, начинает клубиться, став ещё гуще. Однако я не отступаю, подойдя уже вплотную к нему и слыша голос – так рядом, словно собеседник находился буквально напротив.

– Значит, вы будете там вечно?

– Да. Пока кислород не кончится, двигатели не обратятся в труху, а от тел не останется один лишь пепел. Мы знали, на что идём. Мы готовы к этому. Прощай…

Я резко подаюсь вперёд, погружая руку во мрак и сжимая пальцы на чём–то плотном, очень похожем на обычный локоть. От неожиданности собеседник вздрагивает, ахая, когда моя кожа наливается светом, прогоняя испуганно затрепетавший мрак. Это длится всего секунду, может быть, две, но мне хватает, чтобы наконец–то разглядеть лицо собеседника. А после тьма наваливается на нас, выталкивая меня из подсознания в реальность.

***

На Сангисе было весьма тепло даже не смотря на то, что землю покрывал лёгкий белый пушок снега. Укутавшись в лёгкий плащ цвета граната, я неторопливо шагала рядом с Айшелом, смотря на трёх гончих, трусивших впереди. Стоило им услышать посторонний шум, они тут же замирали, водя своими остроконечными ушами и переглядываясь. Барон не останавливался, сцепив за спиной руки и о чём–то думая, не замечая холода и идя рядом со мной в чёрных штанах, лёгкой бежевой рубашке и накинутом на плечи золотом халате.

Под сапогами хрустел свежий снег, который всё ещё неторопливо падал с ярко–голубого неба. Сейчас спутник казался серым шариком, так что барханов и кратеров видно не было.

– Значит, Мёртвый Узурпатор может до сих пор быть жив?

– То есть, остальное тебя не впечатлило? – усмехнулась я.

– Учитывая, что тайны Мёртвого Узурпатора до сих пор никто не смог разгадать, всё на этом фоне меркнет.

– Поэтому я планирую отправиться на Серфекс и снова поговорить с Кайоном.

– Думаешь, он до сих пор в рассудке?

– Попытать счастье стоит.

Айшел повёл плечами.

– Что–то происходит, – тихо произнёс он. – С тех самых пор, как проснулся Кайон, что–то изменилось. Мы упускаем какую–то деталь. Что–то важное, о чём когда–то может и знали. Мне не даёт это покоя. Не даёт покоя Белый Свет, этот Сайкан, Узурпатор и твоя связь с представителем этой расы. Мы в шаге от открытия, но у нас не хватает смелости проверить, действительно ли Белый Свет необитаем.

Я поджала губы, прежде чем неуверенно остановиться. Айшел это понял через пару шагов, замерев и повернувшись ко мне.

– На самом деле… я хочу проверить Белый Свет, – негромко призналась я, спрятав ладони в карманах пальто и взглянув на хиима. – Я понимаю, что это путь в один конец. Системы кораблей отключаются, словно какие–то сигналы выводят их из строя. Да ещё и непонятно, получится ли добраться до Вечной Тьмы и найти там что–то. Это самоубийство чистой воды, однако…

Я задержала дыхание, подняв глаза на небо.

– Однако мне не даёт покоя то существо, с которым я общалась… если это и вправду один из людей Мёртвого Узурпатора, то он весьма разговорчив со мной. И я ни разу не чувствовала вражды по отношению ко мне. Только вечное одиночество во мраке… Я согласна с тобой. Нам и вправду что–то недоговаривают. И я хочу узнать, что именно, и от первых лиц, участвующих в самой полномасштабной войне во Вселенной.

С губ Айшела сорвалось белое облачко, заставив снежинки закружиться в безумной пляске. Он смотрел на меня не моргая, и от его зрачков в виде звёзд становилось неловко. Наконец, сделав шаг навстречу, Барон вновь замер.

– Ты и вправду готова пожертвовать своей жизнью, чтобы узнать тайны Мёртвого Узурпатора?

– А что мне терять? – горько усмехнулась я. – Дамес прекрасно понимает, что это вопрос времени, и скоро не сможет его оттягивать. А я уже сделала выбор.

Айшел вновь вздохнул, оттянув ворот рубашки и обведя взглядом собственный сад, раскинувшийся по обе стороны от дорожки.

– И на чём ты собралась лететь в Белый Свет?

– Я пока не думала…

– Вот именно. Ты уже всё решила, а ещё толком ничего не обдумала, – резко перебил меня Барон, недовольно поморщив нос. – Дай мне время. Хотя бы одну часть Колеса.

– Для чего? – непонимающе нахмурилась я.

Айшел помедлил с ответом.

– Для создания корабля по технологии Мёртвого Узурпатора.

– Но для этого нужны чертежи или детали!

– Уверен, у Цербера это найдётся, – невольно усмехнулся хиим, махнув ладонью и продолжив путь. – Я давно лелею мысль создать корабль, который сможет войти в Белый Свет и при этом не отключиться. Со времён войны на старых складах кораблей остались истребители Узурпатора, наверняка Цербер натыкался на них и перепродавал двигатели. Сами корабли едва ли способны вновь подняться в небо, так что найдём нужные детали и перенесём их на корабль класса «Элита» «Айн–Веса». Но на это нужно время – минимум одна часть Вселенного Колеса. И половину этого срока займёт поиск деталей.

Почему так долго, наверняка спросите вы? Ведь столько планет с кладбищем кораблей, бери не хочу! Вот только мало когда удавалось сбить корабли Мёртвого Узурпатора, их можно буквально по пальцам пересчитать, а как известно – технологии Узурпатора самые продвинутые во всей Вселенной – и покупатели у них соответствующие. На одну планету с кладбищем кораблей можно найти от силы один–два истребителя.

– Чувствую, не все детали будут у Цербера. Наверняка он всё ценное продал.

– Тутам – не единственный Чёрный Рынок во всей Вселенной. Есть и более скрытные места, – загадочно произнёс Айшел, почему–то усмехнувшись. – Если у Цербера нужных деталей нет, придётся заглянуть туда.

Мне не очень понравилась жестокая усмешка на губах Барона, но переспрашивать я не стала.

– У меня уже есть примерный чертёж того, что должно получиться. Если будет не хватать каких–то деталей – я дам тебе знать. Переживать ты можешь только на их счёт, а так же решать, как достать.

– Всё чёрная работа мне?

– Ты сама подписала себе приговор.

Я поморщилась, но спорить не стала.

Мы дошли до конца сада, и я вытянула на свет цепочку с голубым камешком.

– Удачи.

Я кивнула в ответ, и мир скрылся за белым светом. Спустя минуту я уже шагала по знакомому коридору дворца, снимая плащ и отряхивая волосы от снежинок. Пальцы слушались неохотно, онемев от наручников за четыре часа. Но оно того стоило – теперь ничто и никто не пробудет Чёрную Гарпию. Она осталась в прошлом, рядом с Ориасом и глупой надеждой на собственную невиновность.

Дойдя до знакомых красных дверей с золотым рисунком, я на некоторое время застыла. Как застывала всегда, зная, кто меня ждёт по ту сторону. Но не сейчас. Выдохнув, я шагнула вперёд, и двери плавно разъехались в стороны, являя светлый кабинет без единого мрачного оттенка.

Проходя к столу, я невольно бросила взгляд на небольшой квадрат освободившейся от шкафа стены с висевшими на ней крыльями. Видимо, Дамес настолько отвык от них, что пользовался теперь в редких случаях. Я его понимала – без крыльев мне тоже было легче, но когда я долго не пользовалась ими, спина начинала зудеть и болеть. Не очень приятное чувство, если честно.

– Ну и как?

– Прекрасно, – не стала врать я, кинув пальто в кресло и подойдя к столу. – Теперь осталась только я.

– Рад это слышать, – усмехнулся Дамес. В последнее время он выглядел бодрым, выспавшимся, даже шрамы перестали так заметно бросаться в глаза, как раньше. А вот я спала плохо, долго ворочаясь в кровати и думая о каких–то левых вещах. – Я тут подумывал устроить тебе отпуск… Так как у нас задержался Цербер, работы заметно убавилось.

– Это просто ему делать нечего, – фыркнула я. – Ты только не давай рыться в секретных архивах, а то скоро каждый левый будет знать местонахождение Файи.

– Однако он нам неплохо помог, – заметил Дамес, поведя рукой и включив голограмму со знакомыми данными. Я их уже видела мельком. Всё то, что скрывал и над чем работал Ориас эти годы.

– Ты всё ещё изучаешь?

– Тут есть, что изучить… идеи, планы, проекты… некоторые он успел внедрить, и по большей части удачно. Я даже не знаю, стоит ли мне от них отказываться? Никогда бы не подумал, что Ориас способен на такое. Я его недооценивал.

Я поджала губы, стараясь не хмуриться.

– Он мог бы предложить всё это тебе, а не устраивать переворот.

– Не мог бы, – закрыв глаза и качнув головой, негромко ответил Дамес.

– И почему же?

– Я бы не стал его слушать, вот и всё, – тихо признался врас, не сдержав вздоха. – Я всю жизнь думал, что ему плевать на всё и на всех, кроме Айны. Он развлекался с девушками, пропадал на целые трилуны, устраивал сабантуи, чуть не развязал несколько войн… Как можно было к нему серьезно относиться?

Я невольно кивнула, смотря в окно с синим небом.

– Я должен его ненавидеть, и отчасти так и делаю… Но эта не та слепая ненависть, которая жжёт глаза. Знаешь, у меня было время на Гронде, а после в Нижнем Мире, чтобы всё обдумать. Я всё думал, почему Ориас так поступил. Зачем собирал армию, притворялся, терпел?

– Он уже говорил, – сухо заметила я.

– Да, говорил, но я не понимал.

В голосе Дамеса мелькнула боль, и я взглянула на Императора, на его сжатые губы, хмурые брови, на скорбь в глазах, которую он даже не пытался скрыть. Сердце больно кольнуло, и я стиснула пальцы, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

– Не стоит наступать на одни и те же грабли, – со скрипом на зубах заметила я. – Ты не был здесь и не знаешь…

Я замолкла, так и не договорив до конца. Дамес поднял на меня глаза, но я молчала, закусив язык и слыша в своей голове предательский голос Ориаса:

– Всегда есть и будут жертвы. И то, что ты попала в этот список, не значит, что теперь это существо будет всё время всех предавать и убивать. Это только ты так видишь. А зрение порой может жестоко подвести.

– Мэлисса?

Я качнула головой, несколько раз моргнув. Голос Ориаса пропал, хотя ещё отголоском звучал на затворках разума.

– Нет, ничего, – негромко ответила я. – Раз ты теперь стал свободней, мы можем отправиться на Серфекс?

Дамеса передёрнуло, но он прямо взглянул мне в глаза, поднявшись из–за стола и сложив за спиной руки.

– Через восемь часов в ангаре. Скажи Уану приготовить снотворное на три прыжка.

– Сколько нас не будет?

– Серфекс находится в Ледяной Долине – даже на новых кораблях понадобится три «прыжка» по сорок минут. В сумме – тридцать два часа.

– Не близко… ты можешь остаться тут.

– Нет, – отрезал врас, не став слушать мои возражения. – Летим вместе.

Я с неохотой кивнула, бросив взгляд на окно и нахмурившись.

– А в Ледяной Долине есть «Пристанища»?

Дамес обернулся, взглянув на едва заметное кольцо над Файей, что в скором времени скроется за горизонтом. Город–остров вновь начал свой вечный путь по одному маршруту.

– Если и есть, то оно вряд ли работает.

– Вот только я знаю, как его запустить.

Я поймала взгляд Дамеса, невольно улыбнувшись.

– Не бойся. Такие знания лучше… держать при себе.

– Тогда лучше даже не заикайся на их счёт.

***

Взревели мощные двигатели белого, похожего на вертикальное копьё, корабля, тихо завибрировал пол. Крыша ангара бесшумно раскрылась, являя чистое голубое небо, в которое медленно устремился корабль, наращивая обороты. Я уже успела отвыкнуть от этого шума, сжав пальцы на подлокотниках удобного бежевого кресла и стараясь скрыть волнение. Не знаю, получится ли то, что я удумала, да и Дамес отнёсся к этому скептически, однако почему бы и не проверить?

Голубое небо начало темнеть, уже можно было разглядеть тусклые крапинки звёзд, что с каждой минутой вспыхивали всё ярче и ярче. Кольцо «Пристанища» стало чётким силуэтом, правда, всё таким же безмолвным, как тысячи лет до этого.

– Будем у «Пристанища» через три минуты и сорок секунд, – раздался голос Завоевателя, занимающего пост капитана. Тут все члены отряда состояли из Завоевателей, временно снявших свою броню. Теперь мне было видно, кто скрывается за ними: светлокожие врасы с тёмными хвостами, в аккуратной бело–красной форме и отточенными годами движениями.

– Мэлисса, можешь приступать, – обратился ко мне Дамес, сидевший в метре от меня.

Я кивнула, вынув две железные палочки, между которыми тут же натянулся экран планшета. Найдя нужный документ и открыв его, я всмотрелась в сначала незнакомые буквы, которые на глазах становились мне доступными.

– Установите связь с «Пристанищем» и откройте канал, – скомандовала я.

Командир – широкоплечий врас с грубым, но всё равно отчасти красивым лицом, – недоверчиво взглянул на меня, но приказ выполнил. В капельках наушников тут же установилась непривычная тишина, перекрывающая голоса команды.

– Корабль «Центр–Ли» запрашивает переход через Т–3802, – на языке сайканов произнесла я.

Буквы на планшете ожили, и явилась громадная карта Вселенной, когда в ушах раздался плавный неживой голос, от которого многие вздрогнули:

– Конечный пункт вашего путешествия?

Я отыскала на карте галактику Ледяная Долина с обозначенными планетами. Всего там было три «Пристанища», один из которых оказался в непригодном состоянии. Но он нам и не нужен был – самый ближайший был в двух часах от Серфекса. И вряд ли просто так.

– В–3490, – произнесла я, и от выбранного «Пристанища» пролегла золотистая линия, закончившаяся вблизи Файи.

– Время перехода составит тринадцать секунд.

Застывшее не так давно «Пристанище» ожило: два кольца – внешнее и внутреннее – начали медленно вращаться в противоположные стороны. В центре, вспыхнув, начала изменяться сама материя, являя голубой водоворот, в который мы должны были залететь. По спине пробежали мурашки от такого зрелища, а моя и без того скромная персона вновь оказалась в центре внимания. И это было не простое любопытство: это была настороженность и слегка пробивающийся страх.

Землянка с крыльями, что свершила два переворота, разговаривает на незнакомом языке и включает «Пристанища» Мёртвого Узурпатора. Такое же каждый день случается, не так ли?

Наш корабль медленно подлетел к «Пристанищу», и, не натолкнувшись ни на какие энергетические барьеры, вплыл в голубой водоворот. Мир за стёклами стал нестерпимо белого цвета, заставив опустить прочные железные ставни, что с едва слышимым щелчком закрылись. Повисла непривычная тишина, в которой я отсчитывала тринадцать секунд. Как и в прошлый раз, никакого дискомфорта я не ощутила, на этот раз уже зная, почему. Если Поезда и телепорты в Барониях были до того, как Мёртвый Узурпатор объявил войну, и менялись крайне редко (что практически не случалось, только если их ремонтировали и подкрашивали), то корабли больше трёх, а то и четырёх сотен лет не проживали. Так как данные сайканов засекречены, то и их не вносили в общую базу, и потому каждый раз при «прыжке» было чувство, словно кто–то мне кости ломает.

– Переход завершён, – раздался в голове всё тот же голос.

– Всё закончилось, – пояснила я.

Капитан, помедлив, убрал ставни. За стёклами вновь был бездонный космос, но уже не тот, который мы покидали. Звёзды были расположены иначе, как и покрытые толстым слоем льда планеты.

– Курс на Серфекс, – скомандовал Дамес, приводя своим глубоким, властным голосом команду в чувства.

Спрятав планшет, я откинулась на спинку кресла. Вот так Мёртвый Узурпатор и перемещался из одной части Вселенной в другую. На всё – тринадцать секунд, если не меньше. Так куда проще, но те, кто мог запускать «Пристанища», спят беспробудным сном в Вечной Тьме.

Спустя два часа показалась самая ужасная, самая известная тюрьма во всей Вселенной. Серфекс. Тюрьма, чьё имя заставляло даже самых жестоких тиранов содрогаться в ужасе, являла собой неровный шар, покрытый толстой коркой хрусталя и льда. Он лениво вращался вдали от белой звезды, совершая за несколько сотен лет всего один поворот. И, конечно же, на нём было ужасно холодно. На поверхности постоянно бушевали такие бури, что могли с лёгкостью содрать мясо с костей, а так же обратить в лёд. Как мы будем приземляться, я не знала. Но знал капитан.

– Включить защитный барьер и связаться с Серфексом, – скомандовал капитан, обратившись к Дамесу. – Через сорок минут приземлимся.

Всё внутри сжалось от странного предчувствия. Во рту резко пересохло, и я сглотнула. Через час я вновь увижу Кайона. А где–то на расстоянии нескольких этажей и стен будет сидеть Ориас. Состарившийся и обезумевший.