2

Перебросив длинную косу на спину, я устало облокотилась об спинку чёрного кресла, слепо смотря на тьму Вселенной с далёкими звёздами и практически неразличимыми планетами. Пираты прекрасно ориентируется в любой галактике, заучивая её наизусть, я же знаю лишь несколько, и то приблизительно. А ведь когда–то мечтала стать самым известны контрабандистом, пойти в ученики Красной Гнили и совершать рейды на торговые суда. Конечно, быть в команде Цербера тоже престижно, носить форму Мародёров и прочее, но давайте честно? Если Цербер постоянно сидит на месте и носа не высовывает, то Красная Гниль в каждом масштабном заходе участвует. За её голову уже галактики отдавать начали. А своим лучшим ученикам она присваивает неплохие посты, давая им отряды для налёта.

В общем, вот такой была бы моя жизнь, не поставь мне ограничение во времени Мать Орика и не поступи я на службу Империи. Весьма интересная, насыщенная и, к сожалению, короткая жизнь. Без сильной регенерации мне в пиратах делать нечего. С медикаментами всегда проблема, и легче ведь оставить товарища, чем тащить его на свой корабль с большим процентом самому до него не добраться.

А может, когда мне совсем станет скучно на службе, я всё же отпрошусь у Дамеса, заручусь поддержкой Цербера и отправлюсь искать легендарную Красную Гниль. С моим послужным списком я должна нарасхват быть. Моя персона в последнее время известна чуть ли не каждому миру. Чувствую, свой вклад в историю я уже сделала, и весьма немалый. Даже страшно читать, что про меня пишут.

Позади послышался шум поднимающейся платформы, и я напряглась, плавно развернув кресло спинкой к космосу и лицом к тому, кто уже стоял напротив. Никогда ещё так долго я не моргала, смотря в яркие изумрудные глаза с чёрным ободом и едва заметными золотыми песчинками.

Ориас привёл себя в порядок. Бесформенная футболка со штанами сменились на чёрную рубашку и такие же брюки с высокими сапогами. Крыльев больше не было. Отросшие волосы были забраны в низкий хвост, прикрывая слегка заострённые уши. Пола едва касался длинный, извивающийся хвост с заострённой кисточкой из чёрных мягких волосков. Лицо было чуть бледнее обычного, и если бы не едва заметные шрамы на скуле от моих перчаток с когтями, я бы подумала, что напротив стоит Ориас из прошлого.

– Ты пришла… – первым разрушил молчание врас.

– Не по своей прихоти, – холодно перебила я. – Однако Император решил, что с этой задачей справиться смогу только я. А теперь, предвидя все твои вопросы, я кое–что разъясню. Во–первых, тебя не помиловали, а дали отсрочку в одну часть, чтобы ты доказал, что способен не только разрушать. Не докажешь – Сенат переправит в Калейшет, а что делают там с пленниками, ты и без меня прекрасно знаешь. Во–вторых, тебе запрещается носить оружие и пользоваться технологиями, начиная с обычных планшетов и заканчивая кораблями. В–третьих, твоё местонахождение будет отслеживать вот этот наручник. – Я качнула рукой, жестом фокусника вызволяя якобы из пустоты тонкий серебряный браслет. – При малейшем подозрении на побег или попытку самоубийства и убийства, браслет вдарит таким разрядом, что волосы встанут дымом. Надевай.

Я бросила браслет врасу, который одной рукой поймал его, глядя мне в глаза и без колебаний застегнув на запястье. А я думала, он сопротивляться будет.

– Прекрасно. Вижу, ты меня понял, и спорить не собираешься. Вопросы?

– Только один.

Я кивнула, позволяя его задать.

– Как долго… я там сидел?

– Одну часть.

Он выдохнул, смотря куда–то выше моей головы.

– Мне казалось, прошла вечность…

Я не ответила, хотя в голове крутилась сотня вопросов: как он не сошёл с ума? Каким оказался его самый жуткий кошмар? Как он коротал время своего заточения? Однако я молчала, вновь повернувшись лицом к космосу и старательно делая вид, что занята делом. Мне не хотелось ни видеть, ни общаться с Ориасом, особенно ощущать его аромат так близко, что возникало жуткое желание подойти.

Мужчина медленно опустился во второе кресло, проведя ладонью по пустой белой панели перед ним, словно всё ещё пытался поверить, что это реальность.

– Я был уверен, что ты мертва… – тихо произнёс он, не глядя на меня.

– Неприятный сюрприз, не так ли? – бросила я, корректируя наш путь.

– Нет… скорее, наоборот.

Я нахмурилась, стиснув челюсти.

– Это ведь… ты всё организовала?

– Что именно? Я причастна во многих вещах, тебе ли не знать? – вздёрнула я бровь.

– Я не… – Ориас отдёрнул себя, повернув ко мне кресло и подавшись вперёд. – Я был уверен, что Дамес погиб под завалами. Но ведь ты его вытащила, не так ли?

Я даже не потрудилась ему ответить, увеличив карту сектора, в котором мы сейчас находились. До «Пристанища» осталось полчаса. Полчаса этого утомительного полёта с существом, к которому я не знаю, как относиться.

– Мэл.

Меня так и передёрнуло, и я резко поднялась на ноги. Ориас последовал моему примеру, перегородив путь и заставив недовольно замереть. Я сощурила глаза, стараясь как можно холоднее и невозмутимее смотреть на него. Врас расправил плечи, вскинув голову, однако в его взгляде была неуверенность. Мы так и стояли, в паре шагов друг от друга, испепеляя взглядами и не собираясь сдаваться.

Ориас сглотнул, и на его скулах заиграли желваки. Я не сдержала усмешки, заметив, как он начинает нервничать.

– Не стой у меня на пути, Ориас, – предостерегающе тихо произнесла я. – Мне не запрещали наносить тебе телесные повреждения, и если ты думаешь, что я не воспользуюсь этим правом, то серьёзно ошибаешься.

Он облизал пересохшие губы.

– Ты не ответила…

– Я не обязана перед тобой отчитываться. Раньше – да, но не сейчас, – перебила я. – А теперь займи своё место и заткнись до конца полёта. У меня нет желания лишний раз тебя слушать.

Я кивком головы указала на кресло, куда врас, после минутного колебания, всё же сел, продолжая следить за мной.

– Советую во дворце молчать и лишний раз не давать повод вновь упечь тебя в Серфекс. Лично у меня так и чешутся руки сделать это, – бросила я, остановившись перед тем, как ступить на платформу. – Больше никто не клюнет на твои уловки, так что хватит масок. И боли.

Возможно, Ориас хотел что–то сказать, но я не стала слушать. Выносить его присутствие стало практически невозможным. Я боялась сорваться.

***

Стараясь не переходить на бег, я размеренным шагом шла вперёд, чувствуя позади аромат мёда и коры. Ориас не отставал, соблюдая дистанцию в метр. Я физически ощущала его напряжение, пропитавшее воздух. Даже когда была жива дива Минита, Ориас не был так взвинчен. Казалось, сделай я резкое движение, так он и вовсе всё своё самообладание растеряет. Меня это отчасти забавляло. Он явно был не в своей тарелке. Кажется, предложи я ему вновь вернуться на Серфекс, Ориас без лишних вопросов согласится. Однако такой возможности я ему не давала, пытаясь убедить саму себя, что мне больше бояться нечего. Я служу Дамесу. Подчиняюсь его приказам. И код, включающий Гарпию, Ориасу больше не поможет.

Впереди показались предательски знакомые красные двери с золотыми узорами. Не оглядываясь, я ощутила, как Ориас сбавил шаг, даже дыхание затаил, и на губах против воли скользнула злорадная усмешка. Однако я тут же стёрла её с лица, когда двери плавно раскрылись, впуская в светлый белый кабинет с алым ковром, спускающимся с короткой лестницы.

– Император, – как можно почтительнее произнесла я, склонившись в идеальном поклоне и с прямой спиной спустившись по ступеням. – Пленник Серфекса, как я и говорила, доставлен до обеда.

Я грациозно опустилась на диван, взяв со стеклянного столика чашку с крепким чаем и медленно поднеся её к губам. Передо мной предстала сцена, которую вполне можно и на холсте запечатлеть. Два некогда свергнутых Императора, которым я помогла взойти на престол. Два брата, предавших друг друга. Два враса, которые были для меня практически семьёй, но один был когда–то слеп, а второму надоело ждать.

Дамес, чьё присутствие заставляло невольно пятиться назад, а сам он словно заполнял собой весь кабинет, стоял перед столом, скрестив на груди покрытые шрамами руки. При нём не было подаренных Гейлерином крыльев, однако даже без них он внушал трепет. Более сильный, чем когда я увидела его вживую в первый раз.

Тело Императора скрывала рубашка без пуговиц, опоясанная кремовым платком на талии, а так же цвета хаки штаны на босу ногу. На руках поблёскивали обручи, среди которых можно было заметить браслет с золотым камешком, вокруг которого вился сложный орнамент. Светло–русые волосы с тёмными корнями были закреплены на затылке простым крабом, и едва заметно вились на концах.

Я перевела взгляд на Ориаса. Будь на нём та же одежда, что и во время свержения Дамеса, я бы, пожалуй, ещё подумала, на чью сторону мне встать. Но не сейчас. Врас заметно похудел в Серфексе, однако оставался всё таким же жилистым, вот только глаза были необычайно серьёзны, и губы поджаты.

Между братьями буквально чувствовалось напряжение. Воздух гудел, закладывало уши, и я очень остро ощутила себя лишней здесь. Вот только уйти было уже невозможно. Приходилось сидеть до конца, в надежде, что не попаду под взрыв их не самых добрых эмоций.

– Зачем? – первым не выдержал Ориас.

– А ты как думаешь? – вскинув голову, негромко спросил Дамес.

– Калейшет… – тихо произнёс он. – Мне казалось, ты был бы рад избавиться от меня любыми возможными способами.

– Да, возможно, и вправду был бы рад… но не могу.

Ориас выпрямился, сощурив свои неистово изумрудные глаза.

– Почему? – с хрипотцой поинтересовался он.

Вместо ответа Дамес взял в руки планшет, на котором отчётливо отображались файлы с данных, предоставленных Цербером. Ориас разглядел их, и его зрачки удивлённо расширились.

– Из–за этого. Цербер предоставил.

– Обменял свою жизнь, как я понимаю? И где он сейчас? Снова спрятался на Тутаме? – как можно безразличней поинтересовался Ориас, однако сталь в его голосе не дала обмануть. Кажется, кое–кто хочет поговорить по душам с пиратом.

– Нет. Цербер здесь, но уже не в качестве заложника. Он на службе.

Ориас изумлённо уставился на брата, словно впервые видел его, беззвучно раскрыв рот и вновь закрыв. Видимо, не этого ответа он ожидал. Впрочем, мы так же были удивлены, услышав это предложение от самого Цербера. Не удивлюсь, если ему слишком наскучили вечные коридоры своего дворца на Этажах, не радующие глаз диковины и одни и те же лица. С его регенерацией, которой практически и нет, ему вообще опасно в открытый космос выходить.

– Тогда что ты от меня хочешь, раз у тебя есть все данные? – нахмурился Ориас, сжав пальцы.

– Лично от тебя – ничего. Однако, как тебе уже сказала Мэлисса, Сенат и несколько Баронов настаивают на том, чтобы перевести тебя в Калейшет и продолжить свой допрос. Не стоит говорить, какими способами они будут выяснять правду, и при этом их не волнует, какая именно это будет правда. А ты знаешь слишком много, чтобы подставить под удар меня и всю Империю.

– Так не легче свести меня с ума?

– А разве я не этого добивался, посадив тебя в Серфекс? – весьма холодно поинтересовался Дамес, и у меня мурашки по коже пробежали. – Однако рассудок остался при тебе. Я мог бы потратиться и полностью перекроить твой мозг, но Сенат будет только рад усилить твои мучения, доставая правду, которую, они несомненно, получат. Закрыть на это глаза я не могу, однако и смерть для тебя будет слишком простым выходом.

– И что ты тогда предлагаешь? – осторожно спросил Ориас, словно боясь услышать ответ.

Дамес не спешил с ответом, оценивающе смотря на брата и явно перебирая в голове все пути решения сложившейся проблемы. Мы ждали – Ориас с заметным напряжением, затаив дыхание, я – стараясь не показать, насколько мне важен ответ Дамеса.

– Я решил дать тебе испытательный срок. Докажешь, что тебе снова можно доверять – частично сниму обвинения и отправлю куда подальше, чтобы Сенат не нашёл.

Мне невольно вспомнились слова Ориаса, когда он на балконе признался, что хочет отослать Дамеса как можно дальше, в какой–нибудь зелёный тихий мир. И вот история снова повторяется. Вспомнил ли это Ориас? Судя по тому, как закрылись его глаза – да.

– Мэлисса уже рассказала, на каких ты тут правах. Однако хочу напомнить, что ты тут больше не гость. Тебе здесь не рады.

– Я и так… это знаю, – негромко произнёс Ориас.

– Не сомневаюсь. Ты согласен на эти условия?

– Да.

– Вопросы?

На лицо Ориаса легла тень.

– Если ты позволишь.

Дамес чуть наклонил голову, и после недолгой паузы всё же ответил:

– Пожалуй.

– Наедине.

Я чуть не подавилась чаем, устремив на Дамеса настороженный взгляд, однако тот продолжал пристально изучать Ориаса.

– Мэлисса, подожди в коридоре.

– Но…

– Не спорь.

Резко поднявшись с дивана, я отвернулась, под гробовое молчание покинув кабинет и едва борясь с желанием закрыться крыльями и стать невидимой. Однако вопросы, которые Ориас собирался задать Дамесу, явно не предназначались для моих ушей. Надеюсь, он не сотворит ещё одну глупость наедине с братом? Вроде, никаких острых предметов в кабинете не было, да и Дамес мог с лёгкостью свернуть ему шею даже особо не напрягаясь.

Облокотившись об стену, я с нетерпением поглядывала на знакомые двери, тяжело вдыхая показавшийся мне душным воздух. Проходили долгие минуты, а Ориаса всё не было и не было. Из кабинета не доносилось ни звука, заставляя беспокоиться ещё сильнее. Если кого–то там сейчас убивают, я это просто не услышу! Однако раз браслет Ориаса молчит, то и переживать нечего. Ага, если бы ещё эта мысль меня успокаивала… Скорее, от неё в разы тревожней становится.

Спустя полчаса, не меньше, двери наконец–то раскрылись, и в коридор вышел какой–то ну слишком воодушевлённый Ориас. С темнеющим на скуле синяком, при виде которого я на секунду опешила, пытаясь понять, о чём же они так серьёзно разговаривали. Но судя по тому, как с лица враса спала настороженность и холод, о чём–то явно серьёзном, выясняя отношения. А если брать во внимание синяк, то Дамес и вовсе не стал сдерживать себя.

Ориас взглянул на меня, заставив наконец–то очнуться, недоумённо нахмурив брови.

– Тоже желаешь поговорить?

– А смысл? Как будто ты меня станешь слушать, – бросила я резче, чем хотела, развернувшись и зашагав вперёд. – Не отставай.

Краем глаза я заметила, как Ориас коснулся синяка, поморщившись и отдёрнув руку. Стараясь особо не пялиться на него, гадая, о чём же они с Дамесом говорили, я короткими и левыми коридорами (чтобы избежать столкновения с жителями дворца) дошла до комнаты Ориаса, путь к которой старалась стереть из памяти. Не получилось. Путь к его комнате я могла отыскать с закрытыми глазами в полной темноте. А ещё по тонкому, уже едва заметному аромату, что ниточкой вёл в его комнату. Звёзды побери моё обоняние!

Коснувшись панели, которая тут же узнала мой отпечаток, я замерла у раскрывшихся дверей, хмуро смотря на знакомую комнату с книжными шкафами, просторной кроватью и пустотой там, где должны были висеть крылья.

– Ничего не изменилось, – выдохнул Ориас.

– Изначально я хотела её сжечь, – почему–то призналась я. – Однако последнее, что нам не хватало, так это пожара.

Врас покосился на меня, видимо, подумав, что я шучу. Вот только я не шутила, и такая идея действительно приходила мне в голову, пускай и на несколько секунд.

– Считай эту комнату за свою новую тюрьму. Выходить отсюда будешь либо по чьему–то приказу, либо по крайней нужде. В твоём распоряжении книги и выпивка, но последнее в ограниченном количестве. Узнаю, что ушёл без спроса – готовься снова поседеть. Я пришлю оповещение, когда ты мне будешь нужен.

Я развернулась, отбросив на спину косу.

– Мэл, постой, – окликнул меня Ориас, и я по старой памяти послушно замерла, тут же мысленно прокляв себя.

– Ещё что–то?

Я даже не повернулась к мужчине, ощущая на себе его взгляд и почему–то вспоминая горячие руки на талии и шёпот на ухо:

– Что ты хочешь больше всего, пташка?

То, что я хочу больше всего, уже никогда не будет моим. Остаётся только смириться и идти дальше, до тех пор, пока сама себя не уничтожу.

– Как сильна твоя ненависть ко мне? – тихо спросил Ориас, шагнув ко мне.

– А ты как думаешь? – почему–то тихо спросила я. – Я не хотела быть оружием, но ты заставил меня им быть… всё время лгал.

– Лгал? – переспросил врас, и в его голосе скользнула возмущение.

– А разве нет?

– Звёзды, я не могу тебе лгать! – возмутился Ориас. – Недоговаривал – да, но не лгал!

Я резко повернулась к нему, стиснув челюсти и столкнувшись с горящими изумрудами глаз. Мои глаза, наверное, пылали в эти секунды так же ярко.

– Да неужели? – прошипела я сквозь зубы. – Хорошо ты недоговаривал! Хотел Дамеса убить и сам править.

– Я не собирался его убивать! – оскалился тот.

– Да неужели? Хочешь сказать, что вырвав крылья и отправив на Гронд, ты ему жизнь спас?!

– Звёзды, да! Это я и хочу сказать!

Я хрипло и ядовито рассмеялась, мысленно ужаснувшись самой себе.

– Ты сам–то себя со стороны слышишь?! Что могло быть хуже, чем то, как ты обошёлся с Дамесом?!

– Ну не знаю, может, клеймо раба на всю оставшуюся жизнь, ошейник и клетка на Этажах? А после служба всю оставшуюся жизнь какому–нибудь второсортному хииму? Ты думаешь, Дамес стал бы терпеть такое унижение?! Я отправил его на Гронд лишь на время, зная, что он выживет там!

– Тогда почему ты его сразу не убил? Меня послушался? – угрожающе тихо произнесла я.

– И да, и нет… я не собирался убивать своего единственного брата, – сквозь зубы произнёс Ориас. – Разыграл бы сцену, да… клинок был отравлен. Дамес бы и так отключился, и я отправил бы его в зелёный мир, но ты вмешалась… Не из–за меня он попал на Гронд. Это ты меня заставила его туда посадить.

Меня охватило такое возмущение, что я лишь раскрыла в протесте рот, пытаясь найти куда–то вмиг пропавшие слова.

Лжец! Какой же он лжец! Лжёт прямо мне в лицо! Скажи он, что лишь хотел над братом поиздеваться, я бы охотнее поверила, чем в это! Отправить его в зелёный мир… конечно! А крылья отрубил, чтобы он оттуда не улетел?!

– Знаешь что? – грубо поинтересовалась я, наставив на него палец. – Да пошёл ты в…

Схватив меня за руку, Ориас притянул к себе, жадно припав к губам и заставив задохнуться от неожиданности и голода, который вмиг прервал все мои сопротивления. Звёзды, как же требовательны были его губы, такие сладкие, такие манящие, что перед глазами встала дымка наслаждения. Ладони опаляли не хуже огня, но это был долгожданный, потерянный огонь, заставивший давно потухший уголёк в сердце вспыхнуть с новой силой.

Спустя целую вечность Ориас отстранился, всё ещё опаляя своим несдержанным дыханием губы. В его глазах пылало желание, скорбь и немой вопрос, на который я уже готова была дать ответ, лишь бы его губы вновь накрыли мои, подарив долгожданный глоток воздуха…

На мгновение я забыла, почему вообще должна ненавидеть Ориаса. Он был так близко, и его запах дурманил мысли, сбивая с настроя. О, звёзды, он был моим наркотиком. Тем, без чего я не могла спать. Не могла существовать. Нормально мыслить.

Меня словно молнией ударило от собственных мыслей, так не вяжущихся с тем, что я до этого думала и говорила. Звёзды, и я чуть не подалась этим мыслям!

Звонкая пощёчина огласила коридор, и Ориас выпустил из своих рук, прижав ладонь к покрасневшей щеке с синяком и изумлённо смотря на меня. Не говоря ни слова, я развернулась, устремившись вперёд и стирая с губ его поцелуй, который взбудоражил сознание. Хвостатый дьявол! Поцеловал так, словно я его собственность! А я снова стояла и наслаждалась, дура безмозглая! Словно не знаю, чем всё это кончится!

Я приложила руку к груди, даже сквозь ткань ощущая громкий стук сердца. Лицо пылало от злости и негодования. Лучше бы мы и дальше спорили! Я бы забыла эту ссору спустя пару дней, а теперь поцелуй будет преследовать меня каждый раз, когда я отвлекусь или вспомню Ориаса.

Лжец он. Вот только сердце говорит обратное.