Глава 15. Секрет Белого Света. 1

Распустив волосы, что белым водопадом скользнули на спину, я взглянула на сгущающийся за окнами мрак. Ночь накрыла Файю чёрным, усыпанным звёздами, крылом.

Упав на кровать, сцепив на животе пальцы, я уставилась на тёмный потолок. Я устала, мышцы болели, а обработанные раны всё ещё щипало. Однако мысли не давали покоя, роясь в голове и заставляя раз за разом пережёвывать их. И были они посвящены вовсе не скорому отбытию в Белый Свет, и не последней детали, которую Цербер на днях передаст Айшелу. Все мысли крутились вокруг Ориаса. Его признаний, над которыми ещё одну часть назад я бы посмеялась и обозвала его лжецом. Однако он не лжец: трус? Возможно. Но не лжец. Просто я задавала не те вопросы и получала другие ответы. Я не замечала реакцию Ориаса, не видела банального, думая, что и так прекрасно его знаю. Наивная. А вот Айшел понял сразу, не зря сказал, что механизм Вселенной уже запущен, и его не остановить.

Всё то, что сделал Ориас, сейчас казалось детской игрой. Я собираюсь сделать кое–что гораздо серьёзней, и его так и не посвятила. Возможно, данные Кайона оказались фальшивы, и Мёртвый Узурпатор уже проснулся. Возможно, кораблей в Вечной Тьме больше нет, и я туда отправлюсь на верную смерть. А возможно, меня там ждёт ловушка. Он же сказал, что меня не примут. Я не такая. Выращенная в пробирке специально для бывшего Императора в качестве солдата его новых элитных войск. Их предводитель. Чёрная Гарпия. Копия некой Ассандры, о которой я практически ничего не знаю. Не знаю, жива ли она или мертва, где находится и как с ней связаться.

Я мало что знаю о своей расе, только их внешний вид и название планеты где они жили: таинственный Сайкан. Место, где, возможно, впервые зародилась жизнь во Вселенной. И откуда пришёл Узурпатор… нет, Узурпаторы. Всё же их было несколько, этих Йолинеров. Жив ли последний из представителей этого рода? И если да, то почему он решил закончить войну? В чём всё же причина?

Сон никак не шёл. Не выдержав, я поднялась на ноги, зачесав волосы и накинув на плечи бежевый полупрозрачный халат с чёрными кружевами. Покинув комнату и выйдя в тихий коридор, я на несколько секунд нерешительно застыла. Сейчас все спят. Всё закрыто. Можно было бы наведаться к Церберу, вот только не хотелось лишиться глаза. К Лаи тоже не вариант – она перебралась в комнату Дамеса. Может, к Уану? Ага, он ещё вколет мне снотворное и привяжет к койке, чтобы я никуда не уходила. Не вариант.

Я не спеша пошла по коридору, мысленно составляя список того, что должна сделать перед полётом в Белый Свет. Во–первых, разузнать у Айшела и Цербера сигналы, которые отключают системы корабля. Во–вторых, как следует со всеми попрощаться – я могу и не вернуться из самого загадочного места во Вселенной. В–третьих: связаться с Матерью Орика. Я не переписывалась с ней больше оборота Колеса. Надо всё же извиниться за своё поведение напоследок. И умолчать, куда я направляюсь. А то снова запрёт на Орике. И, в–четвёртых: в последний раз посетить Землю и посидеть в кафешке Катерины. Не знаю, решусь ли я на это, но желание такое есть.

Коридор расширился, образуя с двух сторон просторные застеклённые балконы, обставленные деревьями с тускло сияющими фиолетовым цветом лепестками. На левом балконе я заметила тёмный силуэт фигуры, мысленно напрягшись и спустя пару секунд разглядев в нём Ориаса. Он тоже не спал, облокотившись об каменную ограду и что–то рассматривая в руках. В тусклом свете я увидела цепочку, на конце которой что–то блестело.

Бесшумно, словно от этого зависела моя жизнь, я подошла к мужчине, не отрывая взгляда от его руки и наконец–то разглядев, что он в ней держит.

– Разве это не моё?

Вздрогнув и вскинув голову, Ориас не сдержал облегчённого вздоха. Его хвост недовольно стукнул по полу.

– Умеешь же ты подкрадываться…

Я не ответила, кивком указав на его руку. Ориас перехватил цепочку, и на её конце закачалась железная стрела, которую он купил мне на Тутаме.

– Я думала, ты её выкинул, – нахмурившись, призналась я.

– Учитывая, что это было всё, что от тебя осталось, я на это не решился, – с неохотой признался он. – Тем более она была со мной в Серфексе… Единственная вещь, которую мне разрешили оставить.

– Не знала, что так там можно… – пробормотала я.

– Я могу её отд…

– Не стоит, – даже слишком поспешно перебила я, закусив губу и отведя взгляд. – Оставь у себя.

Ориас помедлил, прежде чем спрятать цепочку за воротник рубашки. Я заметила белый, едва заметный след на правом запястье. Там, где я отрубила ему кисть, будучи во власти Кайона. К горлу подступила тошнота.

– Что ты тут делаешь? – поинтересовалась я, скрестив на груди руки.

– Гуляю, – пожал плечами Ориас.

– Ночью?

– Днём же мне запрещено выходить из комнаты, – улыбнулся врас, и я в очередной раз мысленно дала себе подзатыльник. Ну конечно, он везде найдёт лазейку. – Так что довольствуюсь ночью.

– С тобой невозможно ни о чём договариваться, – заметила я. – Ты хоть раз можешь сделать так, как тебя просят, а не искать лазейки?

– В зависимости от того, что меня просят сделать. И как складывается сложившаяся обстановка. Однако, раз дело зашло про гулянье, почему ты не у себя?

Ориас скрестил на груди руки, выжидающе смотря на меня. Я ответила мрачным, недовольным взглядом, однако что–то заставило меня всё же ответить, а не отмолчаться.

– Сон не идёт.

– И как давно?

– Почти целый оборот.

– Оу, – выдохнул Ориас, запустив пальцы в чёрные волосы. – Как я понимаю, из–за меня.

– Частично – да. Сейчас не спится из–за другого, – ускользнула от ответа я. – Лучше возвращайся к себе. Не думаю, что Айна или Йоли будут рады тебя тут увидеть.

Ориас грустно улыбнулся, выпрямившись и протянув мне локоть.

– Тогда проводишь?

Я с упрёком взглянула на враса и качнула головой.

– Идём, – бросила я, отвернувшись и не спеша зашагав по коридору.

Спустя пару секунд врас нагнал меня, спрятав руки в карманы и со странной улыбочкой на губах зашагав в шаге от меня. Всё как в старые времена, даже напряжения я больше не ощущала, неторопливо идя вперёд. Между нами не было даже шага, и жар от тела Ориаса приятно согревал плечо. Я чувствовала его взгляд на себе, порой замечая, как Ориас ненароком задевает своими пальцами мою ладонь. По телу пробегали искры, заставляя уголёк в груди то и дело вспыхивать. Когда–то он пылал практически всё время, но в последнее время даже искры не бросал, и я поняла, насколько сложно без него. Насколько бессмысленна кажется жизнь, раз даже не хочется спать. Насколько странно любить и не признаваться в этом одному из самых жестоких существ, чья жизнь была когда–то расписана по минутам.

Я сама до сих пор пытаюсь смириться с этой мыслью, но озвучить её не в моих силах. Это одно из тех слов, которое выбивает землю из–под ног. Признание, которое слишком тяжело даётся языку. Признаюсь ли я в этом Ориасу? Нет. Точно нет…

Молча, думая о своём, мы дошли до его комнаты. Врас коснулся панели, и двери бесшумно раскрылись, являя его обставленную шкафами с книгами комнату, а так же заправленную кровать и закупоренную бутылку на ней.

– Я собирался выпить, но без компании даже капля в горло не идёт, – признался врас, привалившись плечом к дверному косяку. – Я не настаиваю, но буду не против, если ты согласишься.

– В зависимости от того, что ты предложишь.

– Цветочное вино?

Я невольно усмехнулась, и Ориас с довольной улыбкой вошёл в комнату, взяв с кровати бутылку и направившись к своему столу. Присев, он надавил на деревянную панель, и та бесшумно отодвинулась, являя заначку с бутылками и стаканами.

– Так, – нахмурился он. – Тут же была бутылка цветочного…

Я поспешно сделала вид, что разглядываю книги. Ну не признаваться же, что когда он сбежал после нашей стычки с Кайона, я чуть ли не каждый день сюда приходила. И про заначку знала, так что ищи, не ищи, а цветочное вино он там не найдёт. Подло? Возможно. Но у меня тогда было горе, так что имею право.

– Ну ладно, тогда придётся взять последнее, – пробормотал Ориас, достав стеклянную бутылку с золотым вином и два стакана. Его рубашка слегка задралась, и я заметила тёмную корку заживающей раны на боку.

– В следующий раз не бросайся под дуло, – негромко произнесла я.

Ориас повернулся ко мне, невольно коснувшись ладонью бока.

– Знаешь, – задумчиво произнёс он, – обещать этого тебе я не смогу.

– Почему? – нахмурилась я.

Врас откупорил бутылку, разлив золотое вино по стаканам и подойдя ко мне. От его приближения у меня почему–то сбилось дыхание и часто застучало сердце.

– Ты не бессмертна, Мэл. Даже на тебя найдётся управа. И я очень не хочу, чтобы ты так рано умерла. Мне–то уже нечего терять, моя жизнь не принадлежит мне. Однако даже у меня не было столько горя, сколько пережила ты. – Он протянул мне стакан, который я осторожно забрала из его руки. – Может, где–то ты наконец–то и найдёшь счастье, но явно не здесь и не в моей компании.

Я опустила глаза, стиснув пальцы на стакане с вином и чувствуя, как болезненно сжимается сердце. Подавив поганое чувство, зародившееся в груди, я сделала добрый глоток, и вино обожгло горло.

– Крепкое, – заметила я.

– Старых годов, – ответил Ориас, задумчиво качая стаканом.

Обведя комнату взглядом, я остановилась на пустой стене между шкафами.

– Куда ты дел те крылья?

Врас обернулся, стиснув челюсти.

– Сжёг.

– А крылья Дамеса?

– Их тоже…

Ориас отошёл, подойдя к столу и снова наполнив свой бокал. Отведя от него взгляд, я присела на удобную кровать, невольно вспомнив, как лежала тут с врасом после нашего сближения, и как ревела, уткнувшись в подушку. Я много раз ночевала здесь после его ухода. Почему–то эта кровать казалась мне удобней своей, мягче, приятней. Я поймала себя на этой мысли, когда отяжелевшая голова коснулась подушки, и меня вырубило, словно наконец–то щёлкнул переключатель. Вся усталость, накопленная за целый оборот, наконец–то дала о себе знать. Я провалилась в такой крепкий сон, что если даже Ориас пробовал меня будить, у него ничего не вышло.

Это был первый сон без сновидений, чему я была даже рада. Мне показалось, я всего на миг закрыла глаза, а когда вновь их открыла, то проснулась в темноте. В комнате не горели светильники, и слабый свет едва пробивался через окна, косыми бликами падая на пол и кровать.

Обведя комнату задумчивым взглядом, я замерла, когда наткнулась на спину враса, лежащего в жалких сантиметрах от меня. В полумраке угадывался чёрный рисунок татуировки на его коже и старые шрамы на лопатках. Чёрные волосы едва прикрывали плечи, спадая на подушку мрачным ореолом. Во рту пересохло, и подавшись какому–то животному желанию, я протянула руку, осторожно коснувшись чёрных линий полых планет, завитков космоса и крапинок звёзд. Что таит в себе эта карта? Какой смысл она несёт?

Ориас даже не вздрогнул от моих прикосновений, погрузившись в сон и вряд ли чувствуя, как мои пальцы выводят на его спине медленные узоры. Ладони приятно жгло от чужого тепла. От аромата мёда и коры сердце трепетало, и губы расплывались в предательской улыбке. Звёзды, никогда бы не подумала, что на душе вновь будет так легко и свободно… так хорошо.

***

Старая пещера с вырезанными на камне стен фигурами, за спинами которых высились крылья с резными когтями, давила всем своим существом. На каменном полу рассыпались звёзды – настоящие, сверкающие, переливающиеся в липкой чёрной тьме, что хватала за ноги. Ещё секунду назад это место казалось самым надёжным в мире, но вот всё изменилось. Мрак у стен заклубился, выводя неясные тёмные силуэты, и в голове раздался охрипший от безумия голос Кайона:

– Неужели ты думаешь, что тебя примут?.. Ты не такая… Ты урод, которого никто не потерпит! Ты слаба, по сравнению с истинными чернокрылыми! Ты лишь оружие!

Слова больно били по ушам, а острые перья пронзали кожу. Я закричала, стараясь укрыться от голоса в голове, от его жуткого, истошного смеха. Тьма упала на меня, нахлынув и забиваясь в уши, в горло, стремясь захватить сердце. Сколько бы я не царапалась, сколько бы не билась, стараясь освободиться от неё – она сжимала крепче. Можно было бы обмануть эту тьму, и я позволила телу расслабиться, прежде чем раскрыть глаза и со всей силы ударить головой по тёмной материи, натолкнувшись на что–то твёрдое. В голове тут же раздался гул, и в глазах вспыхнули звёзды. Лоб горел, и горячая капля скатилась по виску.

Тьма начала редеть, сменившись на нечёткий силуэт, нависший надо мной и ругающийся сквозь зубы. Спустя пару минут гул исчез, и я вздрогнула, услышав знакомый голос, несколько раз удивлённо моргнув и стараясь восстановить тяжёлое дыхание.

– Звёзды, как с тобой не рехнуться?.. – достиг моего слуха хриплый голос, и что–то горячее упало на этот раз на губы. Я облизнулась, ощутив на языке привкус крови.

– Ори… ас? – прошептала я.

– А кто ещё? – послышалось ворчание.

Я наконец–то разглядела бледное лицо с пылающими изумрудными глазами и сжатыми от боли зубами. С его носа капала тёмная кровь, окрашивая губы и подбородок. На голой груди и руках виднелись красные полосы от царапин. Он сидел на мне, сжимая ногами бёдра и крепко держа за руки, всё ещё тяжело дыша.

– Пришла в себя?

– Д–да… наверное, – нашла я в себе силы ответить, едва чувствуя онемевшие пальцы и дрожа так сильно, что зуб на зуб не попадал. – Сильно я?..

Ориас непонимающе нахмурился, и когда на мои губы вновь упала тёмная кровь, осторожно поднёс пальцы к носу.

– Ничего… заживёт к утру, – как можно уверенней произнёс он. – Я могу отпускать?

Я кивнула, и мужчина облегчённо разжал пальцы, тяжело опустившись рядом. Аккуратно сев, я взглянула на красные запястья с уже набухающими синяками. Голова болела, и коснувшись лба, я поморщилась. Будет шишка.

Дрожь прошла по всему телу, и я обняла себя за плечи, сжавшись и жадно вдыхая прохладный воздух. Тьма и звёзды, приснится же такое!

– Кошмар?

Я через силу кивнула.

Протянув руку, Ориас осторожно коснулся моего плеча, тут же нахмурившись.

– Звёзды, какая ты холодная… подожди.

Подобрав мятое одеяло, мужчина накинул его на мои плечи, и прежде чем я успела что-либо осознать, обнял и усадил на свои колени. Я задохнулась от неожиданности, чувствуя, как Ориас стирает со своих губ и подбородка кровь. Жар от его тела проникал даже через одеяло, приятно согревая и успокаивая. Осмелев, я осторожно облокотилась об него, чувствуя, как врас пропускает сквозь пальцы пряди моих волос. Его глубокое дыхание опаляло макушку, а биение сердца эхом раздавалось во всём теле.

– У тебя волосы словно сотканы из света белой звезды, – негромко произнёс над головой Ориас. – Никогда таких не видел…

– Разве? – пробормотала я.

Ориас осторожно взял мою холодную ладонь, наклонившись и прижав губы к пальцам. Жар тут же прошёлся по телу, задержавшись на щеках и прогоняя холод. Я выдернула из его пальцев руку, завернувшись и уткнувшись носом в одеяло, лишь бы он не разглядел моё лицо.

– Перестань это делать, – прошептала я.

– Что именно?

Вновь заставлять в тебя влюбляться.