Глава 41. Неудачница

Я застыла на месте и, кажется, даже перестала дышать. Широко раскрытыми глазами смотрела на то, как татуировка истинности вырисовывалась на плече Арона. Очень быстро витки расползались по плечу и шее, сильно выделяясь на фоне других татуировок оборотня, которые под ними сразу блекли и частично исчезали.

У меня голова шла кругом от лихорадочных мыслей и, честно, хотелось провалиться сквозь землю. В какой-то момент, словно сквозь пелену, до меня дошло, что я все еще держала ладонь на торсе Арона, поэтому, резко отдернув ее, я сделала несколько шагов назад, увеличивая расстояние между нами.

Арон на это не обратил внимания. Наклонив голову вбок и, все еще придерживая воротник рубашки, он неотрывно смотрел на вырисовывающуюся метку.

В полумраке ванной комнаты я не видела его лица, но, смотря на напряженное тело оборотня и на то, с какой силой он сейчас сжимал ткань собственной рубашки, ощущала то, что Арону было несвойственно. Удивление. Он не ожидал появления метки. И даже после того, как она полностью проявилась, несомненно, вызывая адскую боль, на которую оборотень, кажется, не обращал никакого внимания, он еще несколько долгих секунд, которые, по ощущениям, вовсе превратились в вечность, смотрел на свое плечо.

И только после этого оторвав от него взгляд, медленно повернул голову и посмотрел на меня. Холодные глаза, как всегда, нечитаемые, но от того, что плескалось в черных глазах, мне стало как-то не по себе и от его хриплого, жесткого голоса, по коже побежали колкие, будоражащие мурашки:

— Я твой истинный, — не вопрос. Утверждение. Правда, мне почему-то казалось, что говорил он больше себе, чем мне. С этими словами принимал новость, о которой, буквально две минуты назад даже не подозревал.

— Нет, — я отрицательно покачала головой. – Я не знаю, что происходит, но ты не мой истинный. Им является другой мужчина. Иначе, ты бы сразу меня почувствовал.

Это была моя последняя попытка хоть как-то исправить ситуацию, но, уже когда произносила эти слова, понимала, что она провальная. Арон не верил мне. Не велся на эти лживые слова, несмотря на то, что проявление его метки, если не знать всех подробностей, действительно было странным.

Арон прожигал меня взглядом и все еще делал глубокие вдохи носом. Думаю, уже сейчас он чувствовал истинность и по запаху. И я ощущала его звериную злость, которая, после моих лживых последних слов усугубилась. Стала сильнее и уже буквально сковывала мое тело, по спине прогоняя холодок.

Я шумно выдохнула и сильнее замоталась в полотенце. Уже не было смысла врать. Существовал только один шанс хоть немного разрешить ситуацию, а именно — поговорить. Поэтому, я до боли стиснула одну ладонь в кулак и сказала:

— Да, ты мой истинный, — мне тяжело дались эти слова, ведь ими признавала свою истинность с оборотнем, а я даже мысленно все еще была не согласна с этим. – Вернее, ты и Брант. Когда меня сюда переместили, так же запечатали. В том числе мои запах и энергетику. Сегодня мне их вернули. Поэтому на тебе и проявилась метка, — с трудом сдержалась, чтобы не выругаться. А ведь мне так долго удавалось скрывать истинность.

Я замолчала и в комнате повисла тяжелая тишина, в которой я все еще чувствовала, как кожу покалывало от взгляда Арона.

— Как давно ты знаешь? – почему-то сейчас от его голоса мне становилось страшно. Арон не уточнил, но я поняла, что он имел ввиду нашу истинность.

— Когда я только появилась в Дюран, у меня начала проявляться метка, — ответила. На несколько секунд замолчала, после чего переступила с ноги на ногу, стараясь унять холод перетекающий с кафеля на мои ступни и продолжила: — Я выпила зелье, которое останавливало ее, но метка все равно должна была проявится при условии, что меня поцелует истинный. Это произошло в темнице, когда мы случайно коснулись губами. Помнишь? Ты еще тогда меня назвал шлюхой, — я зло прищурилась.

В книгах часто описывали момент проявления истинности, как какое-то волшебство. Момент переполняющегося счастья. А у меня даже поцелуя не было. Лишь случайное касание губ. Еще и шлюхой назвали. Круто. Замечательно. Волшебство и счастье от Арона. Прямо чувствую, как мне повезло.

— Когда мы случайно коснулись губами, метка начала проявляться. После того, как меня поцеловал Брант – метка проявилась полностью, — договорила, после чего нахмурилась и сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться, но, несмотря на это в груди все так и пылало.

Я кратко все рассказала Арону, но внутренний голос настойчиво нашептывал, что я зря это сделала. Ведь у меня возникало ощущение, что сейчас шла оборотню на встречу, рассказывая о том, что так сильно хотела скрыть. А само это ощущение вызывало у меня сильное, буквально удушающее отторжение. Нет, я не хотела, чтобы между нами был хотя бы намек на сближение, но здравым разумом понимала, что уже сейчас убегать некуда. Нам следовало поговорить. Сама виновата, что так нелепо попалась.

— Почему не рассказала? – в полумраке комнаты его глаза полыхнули. Арон пошел в мою сторону и от его приближения у меня нервы натянулись, словно струны.

— Потому, что ненавижу тебя. Такого истинного, как ты, я даже Релив не пожелаю… Ладно, ей пожелаю, — раз уже начала с честности, так решила с ней и продолжать. – И у меня действительно есть будущий муж, с которым уже назначена свадьба.

— Ты можешь быть только со своим истинным, — Арон подобно зверю оскалился и за этими словами я узнала собственную фразу, которую говорила ему ранее. — Сама судьба предназначала тебя истинному. Даже физически ты не сможешь быть ни с кем другим.

— Замолчи, — я до жути покраснела, вспоминая, сколько всего про своего истинного говорила Арону ранее. Сейчас мне было стыдно. Очень стыдно.

— Хочешь отказаться от собственных слов, Амели? – голос ровный, но забираясь мне в голову он будоражил панику.

— Ты говорил, что убьешь моего истинного. Так, давай. Принимайся за дело. Или ты хочешь отказаться от собственных слов, Арон? – я съязвила.

Оборотень подошел слишком близко и уже теперь нас разделяли считанные сантиметры. Я не стала отходить. Хотела показать, что его не боюсь, но на самом деле знала, что просто отходить некуда – за спиной стена. Поэтому я просто подняла голову, желая смотреть в лицо возвышающегося надо мной Арона и с трудом удержалась, чтобы не отвести взгляд.

В комнате все еще царил полумрак, но мне казалось, что вокруг нас пылали молнии. Страшные и опасные. Такие, что без труда могли сжечь дотла. И среди этого безумия, сквозь цветочный аромат мыла, я так ясно ощущала запах Арона. Запах сигарет и безумия. Нет, он пах не только ими. Еще чрезмерной мощью и черным, влекущим пороком. А так же яростью.

Нет, он не практически бог. Он практически дьявол.

Смотря в его серые, жуткие глаза, я старалась выровнять дыхание и вместе с этим произнесла:

— Я хочу разорвать нашу истинность.

На этом моменте решила, что хватит этих гляделок. Опустила голову и развернулась, намереваясь обойти Арона. Было огромное желание вообще оказаться как можно дальше от оборотня, но тут же ощутила, как мою шею сжала массивная ладонь и развернула обратно к парню.

— Не разорвешь, — сказано жестко. Его дыхание обожгло ухо и уже в следующий момент губы Арона оказались на моих. В этом поцелуе не было ни грамма нежности или ласки. Сплошное безумие и злость. Моя и его. Сплеталась и опаляла. Взрывала сознание. И уже в этот раз было не так, как раньше. Одно его касание, а мне уже начинало казаться, что я вот-вот сгорю. Но я этого не хотела. Начала вырываться и кулаками бить в его торс.

Я не понимала Арона. Разве он не осознавал насколько все плохо? Судьба, дав нам истинность, утвердила то, что мы не сможем быть с другими, точно так же, как невозможны дети вне этой пары. Судьба лишила нас права выбора. Разве его это устраивало? Одно дело, когда он просто хотел от меня близости. Другое дело истинность, сковывающая на всю жизнь. У меня вот был мужчина, которого я любила. Это мой учитель. Я же его любила? Да? Почему-то при этих мыслях уже не ощущала прежнего трепета, но списывала это на нервы. Тем не менее, любовь к Эдергару это мой выбор, как девушки. Свободной девушки. И как же горько, что у меня отбирали свободу. Король своим приказом выйти замуж за Дрейка. И судьба, этой навязанной истинностью. И я хотела все это объяснить Арону. Сказать, что мы не обязаны быть друг с другом.

— Подожди, — прерывисто прошептала в его губы. – У меня есть тот, кого я люблю и эта истинность…

Арон не дал мне договорить. Вновь накрыл мои губы своими в грубом поцелуе и, сильнее сжав мою шею, сорвал с меня полотенце, из-за чего оно полетело вниз, в одно мгновение оголяя мое тело, по которому тут же ощутимо скользнула его рука. По бедрам, пояснице, спине и груди. Каждое прикосновение будто бы утверждало «моя».

Арон отпустил меня, но я не успела отстраниться. Его ладони легли на мою попу. Сильно сжали и притянули ближе к оборотню. Я шумно выдохнула и вместе с воздухом, с моих губ сорвался стон, который я не смогла остановить.

— Не трогай… — не договорила. Охнула, когда Арон все еще сжимая мою попу, приподнял меня над полом и усадил на тумбочку. Раздвинул ноги и встал между ними, вновь сокращая расстояние до минимума, так, что я низом живота ощутила его до предела возбужденный член, сейчас скрытый тканью брюк.

Пальцы его ладони вплелись в мои все еще мокрые волосы и сжали пряди, заставляя запрокинуть голову и посмотреть в его глаза, которые в этом полумраке буквально пылали. Чем-то непонятным для меня, но вызывающим буйную дрожь во всем теле.

Я услышала звук расстегивающегося ремня и вздрогнула. Не могла опустить голову, но прекрасно понимала, что происходило и это вызывало во мне страх и гнев к самой себе. За то, что на мгновение задумалась о том, что мне не хотелось вырываться. Глубоко внутри сознания возникло желание, чтобы Арон взял и я вновь почувствовала его глубоко в себе. Как там, на озере. Жутко не привычное для меня ощущение, но такое остро приятное.

Но я не могла принять этого желания. Арон не тот с кем я хотела какой-либо близости. Пусть идет к черту со своим желанием.

— Как же я ненавижу, когда ты прикасаешься ко мне, — прошептала искренне. Говорила честно, ведь каждое его прикосновение вызывало импульсы по всему телу, а я этого не хотела воспринимать. Это не мое. Это истинность навязанная судьбой. Черта с два я сама бы хотела прикосновений этого грубого оборотня, который на некоторое время превратил мою жизнь в ад. Нет, он не тот, кого я могла полюбить. – У меня есть тот, кого я люблю… — пробормотала. Наверное, говорила это не Арону, а самой себе. Еще что-то пыталась доказать. Свою свободу. Свой выбор.

Я интуитивно подняла руку и очень быстро, как учил мастер, вырисовала руну. Прошло буквально мгновение, за которое я ее отпечатала на груди Арона. Вложила в эту руну очень много сил. По идее она должна была причинить ему невыносимую боль и отшвырнуть в сторону, но Арон даже не покачнулся. Лишь слегка ослабил хватку, а мне этого хватило.

В следующее мгновение вырисовала руну телепортации и скользнула в нее, сразу же закрывая.

При телепортации всегда существовало одно важное правило. Нужно было заранее четко представлять место, в которое ты хочешь попасть. Я этого не сделала. Будучи взвинченной, думала лишь про свою ненависть к Арону, а не про то, куда меня нужно перенести.

Первую странность телепортации я ощутила в тот момент, когда не выпрыгнула из портала, а буквально упала вниз, где-то с полутораметровой высоты. Падая, думала, что больно ударюсь, но, нет, этого не произошло. Я упала на что-то мягкое. Вернее, не так. На этом мягком лежало что-то большое и именно на него я рухнула.

Я не могла понять, куда именно попала, ведь в этом месте было очень темно, но уже в следующее мгновение, осознала на что я упала. А если быть точнее, на кого.

— Какого… — по одному слову было сложно сделать выводы, но это точно был парень с глубоким голосом, утяжеленным хрипотцой. И явно сейчас пропитанным злостью.

Буквально за мгновение я сделала вывод. Какой-то парень спокойно спал на своей кровати, а я на него свалилась с потолка. Поняв это, лихорадочно заерзала попыталась встать. Во время этого сделала еще один вывод. Сейчас я сидела у него на бедрах и, судя по всему, спал он только в штанах, так как в данную секунду я вполне успешно, пытаясь сползти на кровать, руками упиралась в его обнаженный торс.

Тело у него мощное. Это я особенно ясно ощутила, когда парень резко сжал обе мои руки на запястьях одной своей огромной ладонью и перевернул меня, подминая под себя. Так, я более чем отлично ощутила вес его громоздкого тела и прикосновение обнаженного торса к моей груди. Из-за растерянности только сейчас вспомнила, что была полностью голая и тут же мои щеки вспыхнули. Боже, что за нелепая ситуация?

— Пожалуйста, отпусти! Я случайно… — я не договорила. Оборвав фразу, застонала от боли. Этот парень, с силой прижал мои руки к кровати, над моей головой. Таким образом, полностью обездвижив. Да и сама поза, в которой мы оказались, была слишком интимной, что его вообще не волновало. Он явно хотел знать, кто пожаловал к нему в кровать, свалившись на нее с потолка и уже в следующее мгновение вспыхнул свет. Настолько яркий, что у меня глаза тут же пробило от боли и мне пришлось зажмуриться.

Я не могла открыть глаза. Несколько раз моргнула, но видела лишь яркий, сейчас, с непривычки, болезненный для меня свет, природу которого прекрасно знала. Он создан магией, но этот парень точно создал его без руны, из-за чего я сделала вывод, что в магии он силен. Даже я не могла отпечатать свет без руны.

— Отпусти меня. И сделай свет тусклее, — зашипела. Понимала, что была не в том положении, чтобы командовать, но, черт возьми, я не хотела лежать полностью обнаженной под незнакомым парнем.

Он меня не отпустил. Я чувствовала, что молча рассматривал. Поэтому, мысленно выругавшись, я опять попыталась вырваться. В итоге, очень сильно укусила его за руку и кое-как выбралась из-под парня. Отползла к краю кровати и, падая на пол, отпечатала новую руну телепортации. На этот раз усиленно думала о месте, в которое хотела, чтобы меня перенесли. Получилось. Одно мгновение и я оказалась в той комнате, в которую меня сегодня заселили и, в которую ко мне пришел Брант. Тут была одежда, а мне следовало одеться.

Несколько долгих секунд я лежала на полу и пыталась принять то, что произошло. Даже не сразу поняла, что, убегая из комнаты того парня, случайно в портал упала вместе с его одеялом, которое сейчас сжимала ладонями. Мне даже было немного стыдно перед ним. Свалилась ночью на него, покусала и стащила одеяло. Но я все же не могла понять, почему именно в комнату этого парня меня перенес портал. Создавая его, я думала о том, как сильно ненавижу Арона и было бы логичнее, если бы меня перенесло подальше от этого оборотня. Например, на тот же пляж. Но никак не в комнату какого-то парня.

От событий сегодняшнего дня мне хотелось громко выругаться и раскрушить все, что было в этой комнате, но, открыв глаза и оглянувшись, я заметила, что и так вся мебель тут сейчас была разбита на куски, словно тут бесновался монстр.