Глава 24

В последнее время что ни шаг – неожиданность. Ты рассчитываешь на одно, готовишься к этому, стараешься придумать ответные контрмеры или ответный шаг, но всё особенным образом выворачивается и остаётся только беспомощно барахтаться. Как не стремись быть на шаг вперёд, не получается.

Рэйвен была готова к тому, что придётся договариваться. Или противостоять. К тому, что после слов Бэллиана пол разъедется под ногами и она покатится в чёрную трубу (в прямом смысле этого слова) подготовиться было невозможно.

Она даже крикнуть от неожиданности не успела, а уже неслась, как в детстве с горки, с той лишь разницей, что вокруг была кромешная тьма. Ничего не разглядеть. Пространство можно воспринимать лишь на ощупь, да страшно руками за что-то цепляться. Мало ли что вокруг?

Рэйвен скользила вперёд ногами всё быстрее и быстрее, с ужасом предвкушая конец паденья. Боясь представить, что может ждать в конце пути.

Вот почему она раз за разом не может просчитать риски? Почему каждый раз считая себя в безопасности, попадает впросак? Казалась бы, ты в отчем доме, в окружении волшебных, зачарованных стен, где каждый трещинка в граните нацелена тебя охранять. Что может угрожать?

А у так называемого «жениха» родители в гостях, как в заложниках. Вряд ли Саурхан и Аэрлин воспримут исчезновение Рэйвен, как подарок и манну небесную? Даже если особых чувств к новообретённой дочери и падчерице оба не испытывают, само по себе подобное похищение разе не оскорбление?

Вспышка света в конце длинного чёрного тоннеля резанула по глазам. Рэйвен непроизвольно зажмурилась.

Открыв глаза, обнаружила себя в очередной каменной комнате, чем-то напоминающий чертоги Аэрлин, только в алых тонах. Впечатление было что всё вокруг сделано из рубинов и ярко-алых гранатов, в святящихся прожилках внутри себя. Так вены просвечивают порой через человеческую кожу.

Не успела Рэйвен подняться с пола, на котором растянулась в конце своего пути, как сверху «прилетел» и её попутчик.

Недолго думая, Рэйвен набросилась на него:

– Я не соглашалась участвовать в твоих нелепых выходках! Твоя идиотская шутка не кажется смешной! У тебя ещё есть время, чтобы всё исправить до того, как мои родители отреагируют на это!

Выражение лица Бэллиана заставило Рэйвен смолкнуть. Оно осталось серьёзным. Ни тебе язвительного ехидства, ни торжествующей радости и издёвки, уместные в данном случае.

– Я требую немедленно вернуть меня обратно! – попыталась выдержать взятый тон и темп Рэйвен, но даже себя не впечатлила.

– К сожалению, не могу этого сделать.

– Это почему же?

– Случившееся не моих рук дело.

– Правда? – попыталась усомниться Рэйвен. – В одном мгновение ты предлагаешь полетать, в другое – летим. Но ты здесь не при чём?

– Мы не полетели. Мы упали.

– Я заметила. Не морочь мне голову.

– Уже сказал и повторю снова – к тому, как мы попали сюда, я не приложил ни руки, ни копыт, ни крыла, ни рыла. Скажу тебе больше – я даже толком знаю, где мы.

– Как же так? Такой умный, вредный, сильный, настоящий Ночной Дракон и вдруг – понятия не имеешь?..

– Сам в шоке. Но это, к сожалению, правда.

Бэллиан отвернулся от Рэйвен. Его взгляд обежал комнату по кругу. Разведя руки в сторону так, словно держал на них невидимые нити пряжи, он что-то беззвучно зашептал. Между его пальцами стал разгораться красный шарик, быстро обрастающий алыми наростами-иголками.

Иголки росли, как медленно выдвигающиеся антенны. Слышалось лёгкое потрескивание высокого напряжения.

Рэйвен держалась, не задавая вопросов. Не мешала «истинной паре» сосредотачиваться. Вдруг чего интересного да выйдет? Хотя пока, увы, ничего, кроме любопытных цветовых эффектов.

Энергетический шарик опал и сдулся.

– Так и должно быть? – фыркнула Рэйвен. – С какой целью ты вообще его наколдовал?

– Мы под землёй.

– Это тебе шарик сообщил? Надеюсь, на его создание тебе не понадобилось много сил? Я и без всякой магии могла тебе сообщить тоже самое. Мы падали, как ты сам заметил. С учётом того, что и без того мы были в пещерах.

– Мы не просто под землёй. Мы в Нижнем мире.

– Проще говоря, у тебя дома?

– Я бы назвал это слишком большим упрощением. Или преувеличением. Мой дом находится в Нижнем Мире, но он сам – гораздо больше.

– Не трать так много слов попусту.

– Не указывай мне, что делать, – сверкнул глазами Бэллиан.

По его лицу чешуёй зазмеился драконий панцирь, но в следующую секунду кожа снова сделалась чистой, как у младенца.

– Ух ты! Впечатляет! А я так не умею, – с издёвкой протянула Рэйвен.

– Веселишься? – растянул он губы в неприятной ухмылке. – Рад за тебя. В общем, я тебя понимаю. Почему бы и нет? Ты ведь веришь, что всё в моих руках и что я могу исправить ситуацию к лучшему в любой момент? Не стану тебе мешать. Веселись и дальше.

– Ладно, испорть мне настроение. Раскрой истинное положение дел. Кто, кроме тебя, может быть причастен к нашему похищению? Твоя любовница?

– Лимайа вполне способна на такое.

– О! Ревнивая демоница? Всё интересней и интересней!

– Но Лимайа всего лишь шестёрка в мире демонов. Она суккуб. Её талантов при любом раскладе не хватило бы на то, чтобы пробить защиту в Городе Драконов. Так что, хоть мотив у неё и есть, это вряд ли она.

– Она могла бы действовать с кем-то в паре. Не так сложно отыскать твоего врага. Или врага твоим родителей. Было бы желание.

Черты лица Бэллиана заострились. На щеках, шее и голом торсе вновь блеснула чешуя, как рыбье брюхе в потоке воды. Мелькнёт и исчезнет.

–Кто-то из Высших Демонов вполне мог использовать эту вертихвостку, чтобы подобраться ближе к моей семье.

Бэллиан рассуждал вслух и выглядел искренним. Если только ему не вручали драконьего Оскара за актёрское мастерство.

Рэйвен огорчилась. Если он говорил правду, значит, они и в самом деле в большой беде.

– Как такое вообще возможно? Я слышала, магия драконов одна из самых сильных в мире. А тут какие-то демоны…

– Да не «какие-то демоны», – передразнил её Бэллиан, – а Высшие, а за ними обычно стоят другие Князья, такие же Драконы, как и мы. В моём мире всегда идут разборки, кровная месть или передел земель с дележём собственности. Да и что ты хочешь? Это же Ад!

– Опять интриги, скандалы, расследования? Как же всё надоело. Честно, я уже замучилась. Ладно, ты им нужен в качестве заложника, чтобы влиять на твоего отца. Я здесь при чём?

– Да за компанию, чтобы я не скучал. Мы здесь надолго застряли. Самим-то нам из этой темницы нипочём не выйти, – со вздохом заметил Бэллиан, усаживаясь прямо на пол, скрещивая ноги перед собой. – Чем время скоротаем, невестушка?

– Посвятим его разработке планов освобождения?

Бэллиан хмыкнул:

– Ага. Можно ещё отчёт написать, как мы докатились до жизни такой. Мне моя идея больше нравится.

– Ясное дело. Она же твоя.

– Смысл составлять планы, не зная наверняка, против чего придётся действовать? – дёрнул бровью Бэллиан.

– Но ведь предположить, какими будут следующие шаги противника можно? – стояла на своём Рэйвен.

– Если и кабы, гадание на кофейной гуще – много в этом проку? Полная ерунда, – презрительно передёрнул обнажённым плечом парень. – Чем предполагать, лучше, подождав, узнать наверняка.

Рэйвен провела ладонью по алым стенам. Гладкие, без единой выщерблинки, прохладные, они глушили магию не хуже металлических наручников. Ничего невозможно почувствовать, немая тишина.

– Расскажи мне о твоём мире, – попросила Рэйвен.

Бэллиан, взглянув на собеседницу, пожал плечами.

Пауза была продолжительной.

Она уже, было, решила, что поддерживать разговор он не желает, но Бэллиан всё же ответил:

– Ад – огромен, ведь сюда, как в отстойник, стекаются падшие души со всех миров. Это как канализация под мирозданием. Правят здесь Князья-Драконы, а демоны им вынуждены подчиняться. Каким образом сюда попали первые из Драконов, большинству неизвестно, да это и неважно. Все Князья подчиняются самому главному.

– Феодальный строй, – констатировала Рэйвен.

– Я не совсем понял, что ты сейчас сказала?

– Это совсем неважно, правда. Так, неудачная попытка мыслить вслух с оттенком иронии. Продолжи, пожалуйста, свой рассказ?

– В отличие от других миров, чьи границы и очертания изначально строго ограничены и мало поддаются изменениям, Нижний Мир изменчив и постоянно увеличивается. А иногда наоборот, земли проваливаются в никуда, перестают существовать. В определённых рамках Драконы способны влиять на формирование пространства. Скажем, приходишь на чёрную, покрытую пепелищем пустошь, и организуешь из пепла дворец, сад, фонтаны, леса и реки. Всё, что в голову придёт и на что силы хватит. Создавай с учетом того, что тебе постоянно потребуется поддерживать сотворённое собственными силами, как кровью. Без подпитки магией Драконов всё снова начнёт рушиться. Спустя какое-то время на месте садов, лесов и рек вновь будет алое небо да чёрная пустошь. Каждый Князь отвечает за определённый участок земли.

У отца лет пятьсот или около того, плюс-минус, вышла размолвка с одним из высших демонов, находящихся в услужении у другого Князя. Уничтожить демона без того, чтобы не оскорбить права другого Дракона и не начать очередную адскую войнушку между двумя мини-мирами не получилось, поэтому демон до сих пор и гадит, где только может. Не исключено, что сегодняшняя выходка его рук дело.

– Но разве демоны не слабее драконов?

– Ни один демон не в состоянии противостоять чистокровному дракону.

– То есть, мы сейчас в этой яме потому, что не полноценные и не чистокровные? В этом вся суть? Ты тоже полукровка?

– А кто ещё, если моя мать – человек?

– Драконы же не влюбляются в людей?

– Влюбляются иногда, хоть и редко. В истории моих родителей вообще всё мутно, странно и загадочно. Матери пришлось пройти какой-то сложный, запутанный ритуал, чтобы обрести бессмертие рядом с отцом. Сейчас она бессмертна, но смертность, как вирус, передала мне. Неправильная инициация всё усугубила. Словом, достать меня демону довольно просто. А через меня, наконец, докопаться до отца.

– А чего он вообще до вас докапывается? Раз проблема, в чём бы она там не была, пятьсот лет назад себя исчерпала?

– Не исчерпала, как видишь.

– И чего демон хочет-то? Новых земель?

– Спорные земли давно пеплом рассыпались. Демон хочет мести.

Рэйвен стало не до смеха. Так себе перспектива – встреча с демоном, которые ничего иного, кроме как уничтожить их, не желает. То есть, проще говоря, непереговороспособен?

– Подведём итог? Итак, у твоего отца был могущественный враг, давно пытающийся отомстить за застарелую обиду. Отец твой из благих побуждений не желал устранить проблему. Демон затаился и ждал своего звёздного часа. Твоё рождение его к нему приблизило, потому что полукровка-дракон – это шанс получить желаемое…

– Ты права, это действительно шанс, которого пришлось ждать очень долго.

Рэйвен с интересом уставилась в алые глаза, возникшие в поднявшемся красном тумане.

Демон выбрал странную форму для проявления.

– Я давно слежу за твоей семьёй, Бэллиан.

– Рад тому, что у тебя так много свободного времени, что ты не знаешь, как его лучше убить, – сощурился Бэллиан. – Ну, и полное отсутствие личной жизни, раз ты готов себя полностью посвятить чужой.

– Твою я точно неплохо наладил, – засмеялся демон.

И под красными, словно кровью наполненными глазами, парящими в воздухе, нарисовался алый и жуткий, клоунский, широко растянутый рот.

– Ты думаешь, что разгадал мои намерения, дракончик?

– Я не люблю тратить время впустую. И я никогда не гадаю.К чему долгие раздумья над тем, что и без того просто и понятно.

– Что ж тебе понятно, полукровка?

– Убивать меня тебе ни к чему, да и с рук подобное убийство не сойдёт. Ваша раса труслива, ты на это не пойдешь. Ты не смерти моей хочешь, а унижения моего отца. Когда-то он запер тебя в аду, отправив грешную душу платить по счетам. Теперь ты жаждешь отплатить ему той же монетой. Хочешь обратить меня в демона?

«Демонические» глаза и губы растаяли. Следом начали растворяться сами стены. Поднялся ветер такой силы, что дышать стало сложно – слишком густой стеной вставал воздух.

Волосы Бэллиана, до этого туго сплетённые в косу, выбивались прядями и словно водоросли, плавали вокруг лица.

Про волосы Рэйвен и говорить не приходилось, они клубились вокруг голову, разлетаясь в стороны, как у Медузы Горгоны.

– Что происходит? – кричала она, стараясь перекрыть ветер.

Их окружала та самая чёрная пустошь, о которой Бэллиан говорил совсем недавно. Вокруг вихрились чёрные смерчи, как перевёрнутые бокалы с тонкой ножкой.

И из этой черноты выступил демон.

Как его описать? Антропоморфных очертаний в нём не было, он был огромен, весь бугрился наростами и выступами. Звериную морду короной венчали острые рога.

Рэйвен попятилась. Гарантий того, что тварь не атакует, не было. Как и надежды на то, что в случае атаки удастся отбиться.

Бэллиан, прищурившись, смотрел на приближающегося демона. И снова под кожей его то тут, то там проглядывала крокодилья чешуя.

– Ты узнаёшь эти земли? – голос грохотал как гром, который вдруг научился произносить слова. – Когда-то они принадлежали твоему отцу. Но теперь это очередная Адская Пустошь. Живым с неё можно уйти только если ты дракон или демон. Драконом тебе стать уже не дано, твоя похотливость давно замутнила чистые источники дара. Но стать демоном тебе вполне по силам. Для этого всего-то и нужно убить часть себя, заключённую в твоей истинной паре. Можешь выбрать Тьму и найти выход, а можешь остаться верным и умереть рядом с такой же калекой, как сам. Выбирай, Бэллиан. Не знаю, насколько ошибусь? Мне кажется, я знаю, каким будем твой выбор.

Демон хохотал. Всё вокруг ходило ходуном, словно при землетрясении не меньше пяти баллов.

Потом демон исчез, но ветер и смерчи остались. Внутри них вспыхивали алые разряды молний.

Рэйвен впервые было до такой степени страшно. Всегда оставался шанс что тот, кто тебе даже не друг, выберет наименьший пусть сопротивления.

– Я не собираюсь тебя убивать! – с презрением процедил Бэллиан. – Стать демоном в мои планы не входит. Отсюда могут уйти и Драконы.

– Но мы – не они! Ни ты, ни я. Должен быть другой выход!

Стоя посредине огромного чёрного поля, над которым гуляют столбы пыли и вьются чёрные смерчи – какое направление выбрать? Куда не взгляни, всюду одинаково безрадостно.

Бэллиан развернулся к ней и Рэйвен против воли не могла оторвать от него глаз.

Хорош, чёрт! Даже красавчик Айзек на его фоне выглядел бы бледно. А исходящая от него притягательная сила? Магия это или масштаб личности, но противиться мрачноватому обаянию юного Ночного дракона было сложно. Рэйвен не встречала никого, кто был бы так сексуален.

Бэллиан словно весь сочился сексом, был пропитан им. Может быть, это как-то связано с тем, что его инициировала демоница, питающаяся этим типом энергии? Может быть, это была его личная особенность?

А может, именно так действуют друг на друга те, кто предназначен один другому с самого рождения, составляя «истинную пару»?

– Проще всего сделать именно то, чего от нас все ждут, – увещевал её Бэллиан. – Объединившись, позволить нашему внутреннему Зверю наконец-то расправить крылья.

Рэйвен сощурилась.

Она вполне допускала возможность того, что всё происходящее гигантский розыгрыш в подходящих декорациях с целью добиться изначально намеченного результата. Играть же по написанным кем-то правилам она соглашалась лишь тогда, когда видела в этом личную выгоду для себя.

– Этот выход меня категорически не устраивает, – заявила она уверенно. – Даже в качестве самого последнего варианта. Я останусь верна мужу.

– Так сильно его любишь, что согласна умереть здесь?

Не в привычках Рэйвен было бросаться пафосными словами. Когда голод, жажда и безысходность припрут к стенке, кто ж знает, как себя поведёшь?

Когда на одну сторону весов ляжет верность любимому, а на другую – твоя жизнь?

– Увидим, – произнесла она вслух. А пока придётся временно окапываться здесь.

– Ладно, – с усмешкой согласился Бэллиан. – Хоть я и не дракона, но на то, чтобы воссоздать из подручного материала жильё с минимальным комфортом, моих сил хватит.

Чем больше Рэйвен думала, тем больше убеждалась, что всё происходящее розыгрыш и ловушка. В принципе, расчёт верен и прост. Чем силой тащить осла в нужную сторону, лучше заставить его добровольно идти в нужную погонщику сторону. А для того, чтобы осёл шёл вперёд, нужно перед носом повесить морковку.

Заключить их сюда вдвоём объединив общей опасностью – отличный повод заставить сблизиться. История с демоном, скорее всего, не больше, чем легенда или вымысел. В преисподней, наверняка, достаточно демонов, желающих угодить господину-дракону?

Свои мысли Рэйвен предпочла держать при себе. Пусть противник удостоверится в том, что она заглотила наживку.

– Уверен, что следует оставить всякую попытку пробиться наверх?

– Это бесполезно. Шагать в любом направлении можно до бесконечности, пока сил хватит, но ничего не поменяется. Будет всё тоже самое, – обвёл руками окрестности Бэллиан, как бы приглашая Рэйвен оценить прелести пейзажа.

Она изобразила покорность и подавленность:

– Делай, как знаешь. Это твой мир.

– Что ж? Начнём с создания укрытия? – подмигнул ей Бэллиан.

Отвернувшись, он раскинул руки в стороны и закрыл глаза.

Утихший, было, с отбытием демона, ветер вновь стал набирать силу.

Сначала чёрная пыль столбом поднялась в воздух. К ней со всех сторон устремились чёрные смерчи. Внутри них всё чаще и яростней сверкали алые молнии. Чем ближе смерчи приближались друг к другу, тем сильнее убыстрялись, будто непонятная сила притягивали их всё с больше силой.

Один огромный и чёрный вертикальный смерч опоясало вторым, третьим, четвёртым.

Всё кружилось, вертелось и видоизменялось.

Прогремел гром такой силы, что земля под ногами содрогнулась.

И вот уже перед Рэйвен и Бэллианом вместо подвижных, гибких смерчей возвышался замок с острым шпилем.

– Извини, но садов и райский птиц пока не будет, – с неприятной ухмылкой произнёс он.

– Он настоящий? – с сомнением протянула она, косясь на спутника.

– Войди и посмотри.

Стоило сделать шаг, как под ногами проступила каменная тропа, упирающаяся в двустворчатые двери. Двери распахнулись сами собой, словно челюсти чудовища, готовые сожрать жертву.

«Подавитесь», – пообещала Рэйвен очередным «чертогам»

У Бэллиана был свой план – у неё свой.

Может быть, драконья магия и не способна вывести их отсюда. Но что насчёт некромантии её отца?

Осталось дело за малым. Незаметно связаться с Хэйлом.

Глава 25

Внутри замок очень напоминал жилище Сиурхана. Возможно, так выглядели все драконьи дома? Комнаты, коридоры, залы менялись по твоему усмотрению в тот же момент, как тебе приходило это в голову.

С одной стороны – удобно. Экономит столько сил и времени. Захотел огонь в камине? Пожалуйста. Камин расположен далековато – усилие воли и вот ты уже напротив весёлого пламени.

Но, видимо, Рэйвен была драконом меньше, чем человеком. Ей всё происходящее нравилось меньше и меньше. Она скучала по обыкновенному, человеческому, устойчивому пространству, где для того, чтобы попасть из спальни в столовую, нужно пройти знакомым коридором. Где цветок не рассыпается ворохом пыли у тебя в руке после того, как ты, ненароком, подумала, что его аромат тебе не по душе. Где все вещественное, а не как пластилин, в момент изменяющееся.

Рэйвен скучала по Хэйлу, отцу, брату. Даже по несносной Анне и Розамунде.

Рэйвен хотела вернуться в Академию и продолжить обучение. Она желала вернуть свою жизнь. Выпутаться из драконьих сетей.

Стоило им войти в замок, обнажённый торс Бэллиана скрылся под камзолом.

Одежда сделала его облик более строгим. Возможно, всё дело в цвете и линиях – острый воротник, перетянутый пояс. Подведённые чёрным глаза выглядели не только жёсткими, но ещё и порочными.

С каждой минутой, проведённой рядом, Рэйвен доверяла ему всё меньше. И вела себя, соответственно, всё более осмотрительно и приветливо, словно боясь прежде времени разбудить опасного хищника.

– Могу я пойти к себе в комнату, чтобы немного отдохнуть, привести в порядок и мысли и чувства. Ты ведь не против?

Он, как и Рэйвен, улыбался:

– С чего бы мне возражать против такого невинного желания?

Но взгляд Бэллиана оставался острым, как у насторожившегося хищника. Рэйвен, не оборачиваясь, чувствовала, как тот упирался ей в спину. И боялась, что Бэллиан использует против неё их общий дар – слышать потаённые мысли.

Перешагнув порог спальни, она сразу же запечатала дверь, поставив все возможные защитные руны и заклятья, но даже это не успокоило её полностью. Замок был творением рук Бэллиана, а значит, подчинялся ему так же, как подчинялось его тело. В таких условиях сложно изолироваться на сто процентов.

Рэйвен не сомневалась в том, что Драконыш контролирует ситуацию на 99, 5 процентов. Оставалось ещё 0, 5, и она собиралась использовать их по полной.

Сжав обручальное кольцо, связующее её с Хэйлом, Рэйвен провела обряд крови, взывая к той невидимой, но прочной нити, что протягивается между людьми после магического обряда объединения.

Ошибиться нельзя, есть только один шанс. В заклинание следует влить всю имеющуюся в запасе магическую силу. Истощения Рэйвен не боялась, его она тоже просчитала и намеревалась использовать. Именно оно должно было погрузить в сон, образуя нечто вроде моста между ней и Хэйлом.

Стоя в центре пентаграммы, Рэйвен несколько раз нараспев прочитала нужную комбинацию заклинаний.

Как не старалась, всё равно пропустила момент, когда провалилась в беспамятство.

Для неё всё выглядело так, словно стены вокруг начали таять, как дворец Снежной Королевы. Они выгибались во все стороны, рассыпались, клубились чёрным туманом. Из густого, как дым пожарищ, тумана, высовывались жуткие, оскаленные морды. Обнажённые человеческие фигуры, тянули к Рэйвен руки, будто стараясь вырваться с её помощью на свободу.

Уши заполнились стенанием, рычанием, странным шумом и тресками. Послышался долгий невнятный гул, а потом всё исчезло.

Рэйвен, радостно озираясь, поняла, что находится в библиотеке Магической Академии. Прямо перед ней сидел Хэйл, застыв над распахнутым толстым фолиантом. Он с изумлением и радостью смотрел прямо на неё.

Хвала Высшим Силам! У неё получилось!

– Рэйвен?..

– Молчи! Не перебивай, пожалуйста, – бросилась она к нему, кладя руки на стол, за которым он сидел. – У меня очень мало времени. Нас могут прервать в любую секунду. Хэйл, передай отцу, что я в большой беде. Моя мать не просто так искала меня все эти годы. По негласной договорённости я помолвлена с одним из Ночных Драконов. Это Стражники Ада. Они хотят запереть меня в Подземном Мире.

– Что?.. Подожди, я не понимаю. Что ты такое говоришь?!

– Не важно, что ты понимаешь, а что нет. Скажи отцу, пусть найдёт способ вытащить меня их Ада.

– Ты в Аду?! Но – как?.. Как такое возможно? Господи, Рэйвен! Ты ведь живая?

– Я – Дракон. Драконы способны проходить между мирами не умирая. Слушай, и не перебивай, пока я всё не скажу. В мире Драконов, в Драконьем Городе, меня ждал мой помолвленный жених, что в их мире называется истинной парой. Он что-то там тоже с инициацией напортачил, и теперь может стать демоном. Чтобы этого не случилось, его родным позарез нужно консумировать наш брак, после чего часть наших сил вернётся к нам обоим. Но сам понимаешь, мне уже тогда отсюда не вырваться.

– Рэйвен…

– Скажи отцу – довериться матери было ошибкой. Она, может быть, думает, что делает для меня лучше…

– Отправляя тебя в Ад?!

Какие же родным было его лицо. Какими любимыми все несовершенные черточки. Даже то, как он сутулился, нравилось Рэйвен.

– Не беспокойся. Мы найдём способ всё исправить, – постарался успокоить Хэйл Рэйвен. – Даю слово.

Рэйвен верила ему. Раз Хэйл дал слово, он его сдержит чего бы ему это не стоило.

Кстати, о цене?

– Прошу, не рискуй напрасно! Будь осторожен. Слушайся отца, он обычно хорошо знает, что делает. Только не забывай о том, что в случае, если всё пойдёт плохо, он легко пожертвует тобой.

– Если всё пойдёт плохо, я буду не против того, чтобы мной пожертвовали, – грустно улыбнулся Хэйл.

– Не говори так! – разозлилась, испугавшись, Рэйвен. – Не заставляй меня жалеть о том, что я прошу тебя о помощи. Я пытаюсь вырваться оттуда ради тебя, и ты мне нужен живым. Ясно?! У меня на наше будущее огромные планы. Не смей меня этого лишать.

Рэйвен чувствовала, как невидимый пространственный пылесос начал работу, высасывая её из одной реальности, чтобы забросить в другую.

– Береги себя. Помни, я слишком сильно тебя люблю, Колд Хэйл, чтобы у тебя было право на раннюю смерть.

Всё резко заволокло чернотой, будто рядом взорвался дом и осел густой, вязкой пылью.

А в следующий момент Рэйвен открыла глаза и увидела рядом с собой Бэллиана.

Лицо у того было весёлое и злое.

Он стоял, опустившись над ней на одно колено, низко склонившись к распростёртой на полу жертвой.

Рэйвен охнула, когда его жёсткие пальцы больно сомкнулись на её предплечье:

– Выспалась, дорогая?

Рывком Бэллиан заставил её подняться:

– Пора вставать. У нас много дел. Я надеялся всё обставить по-хорошему. Жаль, ты не захотела.

– Убери от меня свои лапы!

Но хватка Бэллиана сделалась только жёстче. Рука его с плеча Рэйвен переместилась на её горло. Да ещё когтями обросла.

Ого! Она так не умеет.

Но несмотря на страх, на сердце сделалось легче. Маски сброшены и притворяться, кажется, никто больше не собирается?

– Что ты мне сделаешь? – с вызовом прошипела Рэйвен. – Насиловать станешь? Или убьёшь?

– Тоже вариант! – растянул губы Бэллиан в злой усмешке. – Как одно, так и другое.

– Ты же обратишься в демона?

– Порой мне кажется, лучше стать полноценным демоном, чем быть всё время оставаться драконом лишь наполовину.

Его рука разжалась, словно пружина, отбрасывая и опрокидывая Рэйвен на землю.

– Думала, сможешь меня обмануть?

– Думала!

Рэйвен и не пыталась ничего отрицать, не чувствуя за собой никакой вины.

– И обманула.

– Для чего?! Зачем ты это делаешь? Почему ты сопротивляешься? Чего хочешь этим добиться?

– Свободы. И шанса остаться с человеком, которого люблю.

– Ты не можешь любить другого. Ты предназначена мне. Ты – Дракон, Рэйвен. Человек для нас – мусор.

– Наполовину я тоже человек. Как и ты, между прочим.

– Даже будучи полукровкой с одним крылом, ты всё равно Дракон. Нравится тебе это или нет – ты одна из нас! Ты бессмертна. Ты никогда не состаришься. Ты – венец Мироздания, поддерживающий его столб. А твой драгоценный муж? Что он такое? Как ты станешь жить с ним через какие-то жалкие четверть века, через двадцать лет? Ты не успеешь даже толком повзрослеть, как он начнёт превращаться в жалкую развалину.

Бэллиан жестоко рассмеялся, в лучших злодейских традициях:

– Старость, Рэйвен, знаешь, что это такое? Это жалкое убожество. Наказание людям за их бесконечную жадность и похотливость. С годами их внешний облик всё больше соответствует внутреннему содержанию. Суть людей уродлива, поэтому так мало среди них тех, кто умеет стареть красиво, с достоинством. Их тела покрываются морщинами, клонятся к земле, как надломленный куст, ноги отказываются держать и нести, руки – трясутся, не в силах ничего больше взять. Но всё это сущий пустяк с той трансформацией, что претерпевают их души. Чем быстрее жизнь уходит от них, тем больше они придаются пороком. Старики женятся на молодых, покупая их тело и развращая их души, старухи исходят злостью и завистью, отравляя жизнь детям бесконечным нытьем о своих страданиях.

Лишь единицы понимают, что суть жизни не в том, чтобы схватить и держать, а в том, чтобы насладиться и отпустить. Не рвать цветы – дать им цвести в саду, не держать животное в клетке – а отпустить на волю, не приковывать к себе любимого, требуя во всём выполнять свою волю, а принять его таким, какой есть, стараться сделать счастливым, наслаждаться каждым мгновением рядом. А если он захочет уйти – пусть идёт. Всё равно человеку не дано ничего удержать. Уйдёт всё. Даже сама жизнь.

Но допустим, твой муж сумеет понять, в чём смысл человеческой жизни, окажется сильнее проклятия собственного рода-племени. Пусть он и в самом деле окажется благородным и сильным. Ну, для представителя человеческой расы, благородным и сильным, конечно, – неприятно усмехнулся Бэллиан. – Он всё равно останется смертным. Он, рано или поздно, умрёт. Что тогда? Ваш брак неравный, Рэйвен, он почти неприличен. Любое существо обретает счастье лишь с тем, кто ему ровня, кто подобен ему самому. Ты должна принадлежать мне. Именно со мной ты будешь счастлива.

– Нет, – твёрдо ответила Рэйвен. – Я не буду с тобой счастилва. Я не люблю. Я люблю моего мужа и найду способ переиграть судьбу, вернуться к нему. Я далеко не первый Дракон, полюбивший смертного. Твои родители тому пример. Они нашли выход? И мы найдём.

– Какая же ты упрямая, Рэйвен! Но это ничего, – рассмеялся Бэллиан. – Мне это даже нравится. Лёгкая победа обесценивает любовь.

– Ты много говорил о правильном пути, о способности отпускать, которой, якобы, лишены люди? Ну так прояви чудеса милосердия! Отпусти меня!

Бэллиан глянул на неё изумлённо и развёл руками:

– Отпустить – куда, дорогая?

– К мужу.

– Да, ты права. Это был бы красивый поступок. Вполне в сентиментальном жанре. Ты уважаемый сентиментальные романы?

– Нет.

– Я тоже. Но всё равно красоты некоторых сюжетов это не отменяет. Пожертвовать собой, своим счастье ради счастья другого – вот суть высоких отношений! – паясничал он. – Но, вот незадача, чтобы отпустить тебя, я должен открыть портал; чтобы открыть портал, мне нужно стать драконом. Но чтобы стать драконом я обязан тебя поиметь. В идеале бы – по обоюдному согласию и к взаимному удовольствию. Кто его знает, чем тут чёрт не шутит, может и насилие сойдёт? Но это пресловутое насилие сведёт к нулю всё, о чём мы тут говорили ранее. Что ты будешь делать? Никак героем мне не стать!

Он издевался. И открыто получал от этого удовольствие. Вот гадина!

Рептилоид.

– Но, пожалуй, я всё же не станут тебя насиловать, прекрасная принцесса. Нет, как и положено огнедышащему гады, сторожащему сокровища, дождусь, пока появится твой Белый Рыцарь. Потом, по законам жанра, ему придётся сразиться с Драконом, чтобы отвоевать заточённую в суровом замке принцессу. Вот когда выиграю, тогда и изнасилую. В смысле, возьму причитающийся приз.

– Почему ты так уверен в собственной победе? – прорычала Рэйвен. – Может быть, победит Белый Рыцарь? Более того, по законам жанра именно Белый Рыцарь всегда и побеждает.

Бэллиан уже направился к двери, но замедлив шаг, бросил на девушку мимолётный взгляд:

– А если выиграет Белый Рыцарь, то… тогда всем крышка. Просто ума не приложу, как вы сумеете отсюда выбраться. Обычно так они и завершаются, победы Белых Рыцарей – всеобщей катастрофой для всех. Но я буду надеяться на благоприятный исход. Может, твой муж умнее, чем мы оба думаем? Может, он вообще не полезет в пекло? Дома пивко и таранька, а принцесс-то везде, откровенно говоря, пруд пруди. Он не придёт, ты обидишься и дашь мне наконец, и мы взлетим к небесам, как и положено Сыновья Неба.

– Да пошёл ты! – Рэйвен одновременно и злилась, и смех её разбирал.

– Я-то пойду, но чуть попозже. Вот тут мысль пришла, кажется, мудрая. Знаешь о чём? Настоящие хэппи-энд, он всегда не большее, чем яркая банальность. Хэппи-энд – это как корыто, от которого свинья никуда не уйдёт. Для нас с тобой хэппи-эндом станет, если твой драгоценный Белый Рыцарь не явится на честный бой. Потому что, если он всё-таки сюда пробьётся, одному из нас с ним придётся умереть, а тогда хэппи-энда энда не будет. Для одного из нас, конечно. Для тебя-то в любом случае – свадебка. Ладно, белая лебёдушка, красна-девица, посиди тут до поры до времени. Только спать не думай! Встретимся в финале.

Стоило ли втягивать Хэйла во всё это? В том, что Бэллиан его не пощадит, сомневаться не приходилось.

«Не бывает безвыходных ситуаций. Не бывает!» – твердила себе Рэйвен как мантру.

Выход нужно найти. И он должен быть правильным. Потому что, чтобы мы не думали о жизни, она во многом похожа на математическую задачу, на заданный урок. Всё стане как тонкое кружево лишь тогда, когда все неизвестные уравнения сойдутся.

В открытом противостоянии у мага из Ущербного Мира против Дракона шансов нет. Нельзя допустить поединка между ними.

Рэйвен перебирала возможные варианты, но получалось, что помешать она ничем не может. Разнять? Будет пытаться, конечно, но план, прямо скажем, так себе.

Уговорить-уболтать? Попытаться сбежать? Попытаться связаться и на этот раз просить Колда не приходить сюда?

Да кто её теперь послушает?

Прохаживаясь от стены до стены, Рэйвен совершала настоящий мозговой штурм. Но осада не венчалась успехом. Ценных идей не было, хоть плач.

Рэйвен замерла на полушаге, пристально вглядываясь в разгорающийся алый уголёк. Сердце её сжалось от страха и надежды. Что это? Происки врагов? Или появление друга?

Красная точка расширялась распространяясь, так может только свет – мгновенно и во всё стороны сразу. Будто невиданный цветок расцветал всеми лепестками разом.

Свет становился ярче, с каждой секундой его делалось всё больше.

Рэйвен радостно вскрикнула, когда из образовавшегося портала ей навстречу шагнул Хэйл.

– Рэйвен?

Без слов она шагнула в его раскрытые объятия. и словно два крыла его руки сомкнулись у неё за спиной. Рэйвен почувствовала знакомый острый запах специй и трав, словно навечно впитавшиеся в складки его одежд.

Муж. Какое странное слово, когда применяешь его к Колду.

– Получилось! Я сумел тебя отыскать! Сумел прорваться.

Рэйвен почувствовала, как вспыхивают от удовольствия щёки. От прилившей крови им стало горячо.

Она понимала, что на его реплики ненужно отвечать. И в ответ просто смотрели. Глаза её сияли, как звёзды.

Несколько мгновений они обменивались взглядами, но, как всегда, в какой-то момент им этого стало мало. Они потянулись друг к другу, один – склоняясь, другая – приподнимаясь на носочки, соединяя губы, дыхание и руки. Одна душа почти прикоснулась к другой, заставляя тело вздрагивать в упоённой истоме.

– Я ужасно боялся, что потерял тебя навсегда. Что не смогу отыскать.

– Но ты нашёл.

– Какие нежности! Как трогательно! Уси-пуси, ми-ми-ми! И сразу же: та-та-та-там! Я – Чёрный плащ!

Бэллиан с усмешкой выступил из тени.

Эффектный чёрный плащ на нём и правда был.

Красивыми фалдами он спадал от пояса, перехватывающего тонкую талию, до пят. Верхнюю часть тела плащ обхватывал тесно, как перчатка. Плечи Бэллиана казались нереально широкими по сравнению со станом благодаря острым, шипованным накладкам, похожим на броню. Шею защищал высокий, острый воротник, а обнажившаяся грудь, исчерченная незнакомыми Рэйвен рунами, открывалась низким, v-образным вырезом.

Тяжелые волосы на этот раз были заплетены волосок к волоску, прилизаны к черепу так плотно, что в первый момент Бэллиан казался вовсе лысым, но стоило приглядеться внимательней, и истинная картина становилась ясна. Коса спадала ему ниже пояса.

В одном ухе качалась серебреная серьга с остро, зловеще подмигивающим алмазом. Глаза, густо подведённые чёрной тушью, делали его облик ещё более порочным и опасным.

Опустив руки вдоль тела, расставив ноги для упора так, словно в любой момент готовился нанести магический удар Бэллиан спокойно, с вызовом смотрела на Хэйла.

В его взгляде не было даже искорки любопытства или интереса. Так смотрят на пустое место

– Я украду у тебя ту, что ты так долго искал, человечек. Хотя нет, постой? Почему украду? Я заберу себе по праву ту, что обещана мне с рождения. Сам по себе ты никто. Ты должен понимать, что некоторые вещи и люди созданы просто не про твою честь. Как там у вас принято говорить? Нет человека – нет проблемы?

Облик Хэйла был куда более прозаичен. На нём была простая кожаная, местами вытертая, куртка да самые что ни на есть прозаичные джинсы.

Лицо – скуластой и худое, где по-настоящему примечательны были лишь глаза – живые, умные и ясные.

– Значит, это ты?

– В смысле? – вкрадчиво протянул Бэллиан.

Каждое его слово, каждый его жест как у хорошего актёра, был рассчитан на то, чтобы производить впечатление. Очаровывать и устрашать.

– Я – это я. Но какой смысл ты вкладываешь в это слово?

– Ты мой соперник и мой враг.

– Ну что ты? Конечно, нет, – снисходительно, со скрытым вызовом, ухмыльнулся Бэллиан. – Ты не можешь быть мне соперником. И врагом. Но это действительно я – тот, кто тебя уничтожит.

Хэйл молча скинул куртку на землю, оставаясь в одном тонком шерстяном свитере.

– Слишком много разговоров. Если хочешь драться – давай. Докажем не словом, а делом свою подлинную силу.

Запрокинув голову, Бэллиан искренне расхохотался:

– Насмешил, человечек. Зря ты так! Ведь пока я тут ораторствовал, ты мог бы ещё немного подышать перед смертью. Да, кстати, надеюсь, ты не успел достаточно нагрешить? Я хочу, чтобы в итоге и духу твоего тут не было. В прямом смысле этого слова. Отправить светлую душу в рай благое дело!

Хэйл ударил первым. Обычным боевым огненным диском.

Бэллиан, уклонился с нечеловеческой пластикой, пропуская диск над собой.

От его руки к диску протянулась узкая огненная лента, слилась с ним, как ниточка с воздушным шаром.

Бэллиан потянул за «ниточку» и диск поплыл над его головой, будто и вправду привязанный. Остановив его перед собой, дракон дунул и диск, взорвавшись тысячами огненных игл, понёсся в сторону Хэйла.

Глава 26

Выставив вперёд руку Хэйл успел поднятьь щит. Огненные иглы ударялись об него, разбрасывая искры, поглощаясь или отлетали, рикошетили.

Бэллиан сделал пас рукой, меняя траекторию полёта игл. Шит Хэйла стал изгибаться, трансформируясь и теряя форму, словно сдувающийся шарик. Огненная нить оплела его и в следующий миг защиту сдёрнули, отодвигая в сторону, словно занавес или отслужившийся реквизит.

Рэйвен вдруг всей кожей ощутила, как воздух вокруг налился вязкой темнотой. К её удивлению, связана она была не с Бэллианом, а исходила от Хэйла.

Теоретически темнота не имеет оттенков, но на метафизическом уровне ощущалось, как темнота пульсировала, текла, как река, заполняя собой всё вокруг.

Предчувствие чего-то дурного танцевало вокруг скрученными кольцами, вызывая у Рэйвен позывы к тошноте.

Хэйл резко вскинул руки вверх. Новое заклятие ударило в сторону Бэллиана.

Рэйвен готовилась увидеть нечто грандиозное, но заклятие оказалось простеньким – воздушная струя. Чтобы уйти от удара, Бэллиан просто прыгнул в сторону.

Не успел он приземлиться в прыжке, как в его сторону нёсся огненный смерч, расходясь сферическими кругами. Бэллиан расхохотался и заметался по комнате, перепрыгивая через огненные кольца с нечеловеческой скоростью.

Видимо, выдохнувшись, Хэйл вынужден был взять передышку. Смерч исчез.

На лице Бэллиана продолжала играть насмешливая улыбка:

– И это всё, что ты можешь? Мне даже не надо с тобой драться. Я полностью опустошу всю твою магическую силу, попросту уклоняясь от твоих ударов. Ты слаб, как я и предполагал.

Их последних сил Хэйл сделал движение пальцами, посылая следующее заклинание и вокруг Бэллиана заклубился туман, едкий и токсичный. Он уплотнялся, превращаясь в вязкую субстанцию.

Рэйвен заметила, что пренебрежительная усмешка сошла с лица самонадеянного юнца, когда туман загустел до состояния камня.

Видимо, игра стала Бэллиана утомлять. Он резко вскинул руки и камень, покрывшись слоем изморози перед тем, как покрыться трещинами, разлетелся осколками в стороны. Высвободившись, он, видимо, решил закончить поединок, не видя смысла его затягивать. Показательная часть подошла к завершению.

Хэйл тоже это понимал и сосредоточился, готовясь выдержать сложнейшие заклинания. Как мог, он постарался себя обезопасить, окружив себя несколькими слоями защиты.

Рэйвен видела, как Бэллиан плавно поднимает руки, начиная выбрасывать сконденсированную мощь. От рук его изливался яркий свет.

Знание о том, что этот удар станет для Хэйла последним, было безусловным. Она знала это, хотя никогда прежде пророческого дара за собой не замечала.

Рэйвен почувствовала, как её трясёт. В голове словно звучал погребальный колокол. Воздух вокруг словно прогнулся, будто музыка полилась по позвоночнику. Эта музыка плыла по кромке сознания, а потом пришло ощущения невероятной силы. На долю секунды воздух наполнился свистом и ветром, запульсировал от высвобождающейся силы и энергии.

Вокруг распространилось золотое сияние. На высоте в два человеческих роста золотое мерцание стало сгущаться, образуя фигуру – тень дракона.

Рэйвен с диким чувством ужаса и восторга поняла, что разбрасывает в стороны не руки, а взмахивает кожистыми крыльями. Она видела, как золотистое сияние распространяется от её тела.

Рэйвен захлопала крыльями и, широко распахнув пасть, метнула огромный сгусток пламени между двумя молодыми людьми. Защитные коконы, что оба наспех сплели, вспыхнули синими цветом и опали.

Рэйвен, издав трубный звук, ударом магии, приправленным ударом крыла, расплела разом все заклинания, удерживающие замок. Тот стал рассыпаться пеплом.

Пепла было слишком много. Он грозил их всех погрести под собой. Рэйвен непроизвольно дёрнулась вперёд, стремясь спастись, но потом зависла на месте, понимая, что не может оставить тех, кого любит, гибнуть на месте.

Вязкая, тяжёлая темнота, которую Рэйвен чувствовала с первых моментов, материализовалась, обращаясь в падающих чёрным пепел.

Отчаянно, изо всех сил желая вырваться отсюда и вытащить остальных, она заколотила крыльями по воздуху, стараясь светом разогнать тьму.

Она словно выплывала с глубины, поднимаясь выше и выше.

Через мгновение она поняла, что стоит на террасе у входа в жилище Аэрлин и Сиурхана. Рядом, отчаянно кашляя, делал попытку подняться на ноги Хэйл.

Их окружали Аэрлин и Сиурхан, Андриас и Риана.

При виде застывшего в трёх шагах Бэллиана Рэйвен пришла в себя и мгновенно рассталась со своим Зверем, вновь принимая истинное обличье.

– Как я и предполагал, это сработало.

Повернувшись на голос, Рэйвен увидела ещё одного гостя отчима:

– Адриан? – чувствуя себя так, словно очнулась от кошмара, Рэйвен переводила взгляд с одного лица на другое.

Хэйл выглядел таким же обескураженным и удивлённым, как и она.

– Что всё это значит? Это что? Всё было розыгрышем?

Бэллиан усмехнулся:

– Простым путём ты идти отказывалась, так что пришлось изобретать нечто особенное. Моя любовь к игре и розыгрышам оказалась очень кстати.

Отчего-то наравне с облегчением Рэйвен испытывала обжигающую досаду, отчасти походящую на обиду.

– И да, можешь не благодарить, если не хочешь, – подмигнул Бэллиан перед тем, как отойди к родителям.

– Я ничего не понимаю, – покачал головой Хэйл. – Где мы? Что вообще происходит?

Аэрлин, воздушная и прекрасная, приблизилась, с интересом глядя на избранника своей дочери:

– Это твой муж?

«Тот самый, из-за которого было столько проблем? – читалось в её взгляде. – И что в нём такого особенного?».

Особенного ничего не было. Красота, как известно, в глазах смотрящего.

– Да, мама. Познакомься. Колд Хэйл.

– Очень приятно, – мелодичным голосом пропела Аэрлин.

– Рад видеть вас своим гостем, – приветствовал их Сиурхан. – Добро пожаловать к моему столу. У нас сегодня есть повод для праздника. Всё прошло успешно, благодаря вам обоим.

Рэйвен заметила в руках у всех хрустальные фужеры. В них плескалось нечто, напоминающее шампанское.

Адриан подошёл и лично протянул бокал Рэйвен:

– Прошу, выпей со мной. У нас есть замечательный повод.

Рэйвен не посмела отказать.

Это было не шампанское. На вкус – гораздо лучше, слаще и мягче.

– С инициацией, прекрасная дама! – провозгласил тост Верховный Дракон перед тем, как оставить Рэйвен.

– Ты как? – поинтересовалась Рэйвен у Хэйла. – Всё в порядке?

– Да как сказать? Начинаешь понимать рыбу, вытащенную из воды. Всё вокруг заставляет напрягаться. И всё время такое чувство, что ты чужой на этом празднике жизни, – усмехнулся Хэйл криво, вертя в длинных пальцах фужер с напитком. – Что это, кстати?

– Нектар и амброзия, – ответил Бэллиан. – Смертным её не дают. И правильно делают. Незачем бездарно разбрасываться лучшими дарами. Поздравляю вас обоих.

Улыбка сразу сошла с лица Хэйла.

– С чем? – грубовато спросил он.

Присутствие Бэллиана явно его раздражало. Рэйвен тоже чувствовала себя рядом с ним не в своей тарелке, неловкость в её душе смешивалась с грустью.

Бэллиан задержал на Рэйвен смеющийся взгляд, в зрачках его время от времени отражались отблески далёкого адского пламени:

– С хэппи-эндом.

Хэйл собирался что-то сказать, но Рэйвен его опередила:

– Спасибо, Бэллиан. За крылья.

– На здоровье, дорогая. Лишний раз не мешает на опыте убедиться, что у любой задачи есть два решения, при условии, конечно, что общие составляющие обязательны.

Хэйл вопросительно приподнял бровь:

– Выходит, всё было розыгрышем?

Бэллиан остановил на сопернике тяжёлый, прямой, немигающий взгляд:

– Драконьим розыгрышем.

– У него есть свои особенности?

– Конечно. Видишь ли, человек, когда играют такие, как я, кое-что всегда бывает по-настоящему.

– Например?

– Наш поединок был вполне всерьёз, насколько я понял. Правда, мне так и не удалось нанести ни одного удара? Но если бы я это сделал, боюсь, хэппи-энда бы не получилось. С другой стороны, как по мне, он и так какой-то половинчатый.

– Как и всё в этой истории, – заметила Рэйвен.

– Верно, – поддержал Бэллиан. – Но ведь у любой истории всегда бывает продолжение. Я подожду, пока ваша закончится.

– Долго придётся ждать, – мрачно процедил Хэйл.

На этот раз взгляд Бэллиана был полон ехидного веселья:

– Я подожду. В отличие от некоторых, я бессмертный. Ну а пока, будьте счастливы, голубки.

Рэйвен заставила себя не смотреть ему вслед. Она собиралась от всей души исполнить сделанное ей пожелание. Быть счастливой. Здесь и сейчас.

Было бы ложью утверждать, что сердце её ни на мгновение ни дрогнуло и не усомнилось в сделанном выборе. Так иногда бывает. Ты встречаешь двух одинаково достойных людей. И каждый из них достоин твоей привязанности и счастья. И каждый занимает в сердце место.

Но в жизни нельзя иметь всё и сразу. Чтобы не запутаться в ней окончательно, не потерять себя и не предавать других нужно порой сделать самое простое – оставаться верной данному слову, клятвам, взятым на себя обетам.

Да, брак с Хэйлом был неравным с самого начала. Да, возможно, судьба не ошибается и Бэллиан действительно её «истинная пара». Когда-нибудь, прожив человеческую жизнь сполна, вкусив всех её горестей и радостей, Рэйвен вернётся в Драконий Город. Но это будет не сегодня и не завтра.

Рэйвен потянулась к Хэйлу, взяв его под руку. Он выглядел уставшим, измотанным и опечаленным. Он всегда слишком чутко чувствовал её настроение.

– Рэйвен? – окликнула дочь Аэрлин. – Я вижу, ты сделала свой выбор? Что ж, мне горько, но это твоё право. К сожалению, людям нельзя надолго задерживаться в Драконьем Городе. Стоит промедлить, и назад вернуться они уже не смогут. Никто из живых не имеет право долго находиться в сумерках на Меже.

Муть и дочь обнялись:

– Я ещё увижу тебя? – спросила Рэйвен с надеждой.

– Конечно. Я обязательно тебя навещу.

– Спасибо тебе за всё, – Рэйвен перевела взгляд на Андриаса. – И вам.

Задержала его на Бэллиане:

– И тебе. Особенно – тебе.

Он кивнул, подтверждая, что принимает её благодарность:

– Ещё увидимся.

– Самое время всем уходить, – прозвучал голос Верховного. – Светает. Попутного ветра и лёгкого пути.

Рэйвен раскинула руки и ощутила, как уже знакомый ток побежал по телу.

Золотисто-алый дракон с маленьким седоком летел навстречу рассвету, навстречу жизни и новым надеждам, а свет разгорался всё ярче и ярче, пока не поглотил его и не выпустил в другом мире.

Рэйвен встретила новый день с миром в сердце и любимым – рука об руку, расставшись со Зверем, которого больше не боялась.

КОНЕЦ КНИГИ

Для обложки использованы фотографии со свободным использованием с сайта http://www.pinsdaddy.com/ shutterstock.com/search/fantasy

Автор обложки: neangel