Глава 4

Я проснулась от запаха кофе, и на несколько секунд, ещё не открыв глаза, оказалась в прошлом. Снизу доносилась негромкая возня, звякала посуда, шумела вода, и сердце сжалось раньше, чем я успела вспомнить, что это ничего не значит.

Глеб как будто нарочно взялся стать идеальным. Готовит, встаёт раньше, варит этот проклятый кофе. Идеальный муж. Только почему сейчас, а не тогда, когда это имело значение?

Я встала и пошла в ванную. Она была ещё не доделана, но уже было видно, какой она получится. Тёплой, уютной, чуть старомодной, в английском стиле, как я и хотела.

Латунные краны, белая плитка с тонким бордюром, деревянная полка под окном. Я представляла, как буду лежать здесь по вечерам с книжкой и чашкой чая. Не сложилось. Вместо меня здесь будет другая хозяйка.

Я спустилась вниз и попыталась изобразить спокойствие.

— Доброе утро.

Глеб обернулся и обвёл меня взглядом.

— Доброе. Как спалось?

— Неплохо, а тебе?

— Нормально, — хмыкнул он. — Диван вполне удобный. Тебе со сливками, как обычно?

— Да, спасибо. Тебе помочь?

— Всё готово. Садись.

Со стороны мы, наверное, смотрелись как нормальные люди. Только я знала, что ни у меня, ни у него на душе нет никакого спокойствия. Слишком уж хорошо мы друг друга изучили.

— Какие на сегодня планы? — спросил он, поставив передо мной кружку.

— Закончу дорожку, там немного осталось. А потом уже возьмусь за приятное, за посадки.

Он кивнул.

— Я камень в гараже отложил. Помогу тебе.

— Да там работы всего ничего. Справлюсь.

— Ань, не говори глупостей. Ещё тебе тяжести таскать.

Я хотела возразить, что таскала и потяжелее, и без него прекрасно обходилась, но что-то в его тоне меня остановило. Зачем нарываться?

После завтрака мы вышли во двор, над садом ещё стоял лёгкий туман, и воздух был такой чистый и холодный, что я вдохнула его полной грудью. Всё вокруг блестело росой, клён горел сквозь дымку, и на секунду мне стало почти хорошо.

— Хорошо здесь, — Глеб буквально продублировал мои мысли.

Я не стала развивать, мы сюда не поразвлечься приехали.

— Ладно, давай начнём поскорее, — сказала вслух, и он кивнул.

Дорожку мы доделали быстрее, чем я думала. Я показывала, куда класть камень, подбирала плиты, формируя красивый рисунок.

— Щебень подсыпь, вот сюда, и утрамбуй как следует.

Он не спорил, таскал плитняк, ворочал тяжёлые камни и трамбовал основание. Я подгоняла их один к одному, засыпала швы отсевом и проливала водой.

Он делал всё, что я говорила, и мы работали в такой слаженной, привычной связке, будто и не было этих месяцев, будто мы всё те же двое, что когда-то с нуля начинали строить дом.

Я даже поймала себя на том, что любуюсь им. Тем, как он наклоняется, как прорисовываются мышцы под тонкой тканью, как он на секунду замирает, вытирая лоб тыльной стороной ладони. В который раз пришлось напомнить себе, что мы почти в разводе, и не стоит рвать себе душу.

Когда последний камень встал на место, я выпрямилась и оглядела работу.

— Отлично вышло, — удовлетворённо заметил Глеб.

— Да. Спасибо за помощь. Дальше я сама.

Мы постояли, глядя друг на друга. Я видела, что его что-то гнетёт, но муж мне достался — не большой любитель разговоров о чувствах. Вот и сейчас он просто кивнул и ушёл. Возможно, будь он откровеннее, многих проблем нам бы удалось избежать. Но что уж теперь.

Я вздохнула, проводив его взглядом, и взялась размечать первую клумбу вдоль новой дорожки. Работа была тихая, знакомая, под неё хорошо рефлексировать, но я гнала от себя мысли о том, что там у него крутилось на языке. Мои попытки понять Глеба так и не увенчались успехом.

Телефон зазвонил, когда я размечала второй изгиб. Наташа.

— Ну как ты там? — выпалила подруга. — Живая?

— Живая. Клумбы размечаю.

— Клумбы? Ань, ты дом продавать приехала или сад разбивать? Привели бы в порядок по-быстрому да выставляли, чего корячиться-то с посадками, зима на носу.

Я улыбнулась, придерживая плечом трубку.

— Покупатель хочет как на картинке. Влюбился в проект и готов прилично доплатить, а мне после развода деньги не помешают.

— Понятно. Ну хоть кому-то ваша мечта достанется. Ой, прости…

— Да ничего, ты права.

Повисла пауза. Я слышала, как она возится, устраивается поудобнее.

— Как самочувствие?

— Да отпустило вроде, тошнить перестало…

— Вот и славно, ты отдыхай побольше, — улыбнулась я.

Не так давно они с Владом сообщили нам, что беременны. И если уж быть совсем честной, кроме огромной радости за друзей, которые так долго к этому шли, я испытала постыдную горечь. За себя. За нас с Глебом.

А потом случился развод, и стало не до того. Сейчас грустные мысли меня отпустили, я готовилась стать крёстной, балующей их малыша. Кто знает, может, и я когда-то стану мамой. Только теперь эти перспективы отодвинулись ещё дальше.

— А вы-то как там, вдвоём? — осторожно спросила Наташа. — Он тебя не изводит?

Я глянула на дом, в окне наверху двигалась тень.

— Наоборот. Готовит, помогает, кофе с утра варит, — я усмехнулась. — Ведёт себя так, будто и не он вовсе.

— Ань, — Наташа помолчала, потом сказала осторожно, будто пробуя ногой лёд. — А ты не думала, что, может, он и не такой козёл, как ты решила? Мужики же дуболомы. Влад мне полгода не говорил, что у него на работе проблемы, я уж думала, разлюбил, а он просто не хотел меня грузить.

— Наташ.

— Всё, молчу. Не лезу.

— Дело не в том, козёл он или нет, — я с силой воткнула очередной колышек. — Дело в том, что я пять лет была второй. И это не изменится, даже будь он святой.

— Поняла, — вздохнула она. — Просто жалко вас, дураков.

На самом деле на свадьбе Наташи и Влада мы с Глебом и познакомились. А через год поженились сами. Она — моя лучшая подруга, Влад — его лучший друг. Как, интересно, теперь будет? Дни рождения, общие праздники…

Мы поговорили ещё немного и попрощались. Я сунула телефон в карман и поработала ещё с полчаса, пока не пересохло в горле. Пошла в дом за водой.

Дверь была приоткрыта, я шагнула в прихожую и услышала голос Глеба. Он говорил по телефону, и я застыла на пороге, сама не зная почему.

— Нет, Оль, в этот раз сама, — он звучал на удивление жёстко.

Я замерла.

— Да не плевать мне. Просто ты взрослый человек, разберёшься. Нет. Я сказал нет.

Он сбросил вызов и ушёл, не заметив меня, а я осталась в прихожей, с грязными руками и пересохшим горлом, не понимая ровным счётом ничего.

Он отказал ей, впервые за пять лет. Почему сейчас?