Глава 23

— Элайджи, выше? — крикнула Катарина, и я, наплевав на этикет, на правила воспитания, просто закричала:

— Немедленно спускайся!

Элайджа вздрогнул. И развернулся ко мне.

Но мне было плевать на то, что он делает.

А вот то, что Катарина была в четырех метрах над землёй…

— Катарина, спускайся!

— Все хорошо, мама? Элайджи, выше?

Пасынок усмехнулся, оскалился.

— Да! Ты же умеешь левитировать, с тобой ведь ничего не случится!

Катя действительно, взмахнув потоком магии, подбросила себя на ветку выше.

— Катарина, я тебя прошу, слезь, слезь… — Затрясло меня от воспоминаний и от боли, которая не давала мне расслабиться.

— Мама, все хорошо, сейчас… Элайджа, а теперь? — Катарина взмахнула руками и, наплевав на то, что она в платье, взяла и оседлала ветку.

Яблоня противно захрустела.

— Она сломается, Катарина, слезь, — я подбежала, постаралась подпрыгнуть, но это никак не повлияло на ситуацию.

— Да, теперь ты залезла так же высоко, как и я когда-то. Ты самая смелая девчонка из всех, кого я знаю! — прозвенел в ушах голос пасынка.

Катарина расхохоталась и захлопала в ладоши, а я, развернувшись, посмотрела на Элайджи.

— Ты специально… — дрогнули мои губы. Элайджа склонил голову к плечу, став невозможно похожим на молодого Альваро.

— Ну что ты, я просто показываю сестрёнке, что она может абсолютно все. Ведь она дочь истинных и дара у неё хоть половником черпай, мама… — Последнее Элайджа произнёс особо едко и зло, так, чтобы я поняла, что происходило в его голове.

Я сузила глаза и покачала головой, понимала, что просто так этот засранец не останется в доме, а если и останется, то я ему язык оторву.

— Катарина! — подняла взгляд на дочь. — Спускайся немедленно, иначе я сейчас позову отца.

Видимо, отец все-таки был какой-то величиной, которую нельзя было игнорировать, поэтому Катарина, вздохнув, перекинула ногу через ветку и, повиснув на руках, стала медленно планировать вниз, а когда до меня оставалось не больше сорока сантиметров, я поняла, что дочка расстроена.

— Мам, ну я просто хотела…

— Никогда, слышишь? Никогда не делай так, пожалуйста. Я тебя умоляю. Ради всех богов драконьих и человеческих, никогда так не делай, не позволяй играться своей жизнью. Пожалуйста…

— Мам, я… — Катерина испугалась, но я прижала её к себе и стала нацеловывать.

— Я очень… Я очень за тебя боюсь. Я не хочу, чтобы тебе было больно, пожалуйста, девочка моя, — произнесла дрожащим голосом.

Катя, уловив моё волнение, поспешно, несколько раз кивнула, обняла меня крепче крепкого.

— Извини, я не хотела, чтобы ты боялась.

— Просто пообещай, что этого не будет. Просто пообещай, что ты не будешь свою жизнь ставить под угрозу.

— Хорошо, мама, хорошо…

Я обхватила личико ладонями и заглянула в глаза.

— Я на тебя не злюсь, я тебя люблю, просто очень сильно переживаю.

Катарина поспешно кивнула, и Дарина, выбежав на крыльцо со стороны террасы, взмахнула ручками.

— Приехали, приехали на занятие надо. — Проверещала Дарина, и Катя, бросив на меня взгляд мысленно спросила, может ли быть свободна. Я кивнула.

Она могла быть свободна.

Катерина пробежала мимо Элайджи, бросив на него извиняющийся взгляд, а когда она исчезла вместе с Дариной за дверьми оливковой гостиной, я тяжёло посмотрела на пасынка.

— Тебе кажется, это весело? — Спросила и шагнула к нему навстречу.

— Да, ты же видишь, как я умираю со смеху.

Я приблизилась вплотную, смотрела на него сверху вниз.

— Что тебя все время так бесило, что у отца истинная появилась, и дети родились, так?

Элайджа хохотнул и покачал головой, провёл указательным пальцем по нижней губе.

— Меня просто, в принципе все всегда бесило. Мать свою я не знал, и как бы ты не старалась, ты не могла её заменить просто потому, что ты девчонка слабая, тощая, которая нормально даже за ребёнком уследить никогда не могла.

Я знала, почему он притащил Катарину к яблоне. Показывал, напоминал.

— А ещё… Ты свою слабость подчеркнула тем, что не родила отцу наследника. И поэтому чему я должен радоваться? Тому, что у отца истинная всего лишь какая-то посредственность?

Элайджа смотрел мне в глаза.

Я не понимала, почему он не чувствует того, что во мне нет дракона. Вероятно, отсутствие магического потенциала у него сейчас глушило инстинкты. Это не Дербиш, который со своим драконом был явно на короткой ноге.

— И после этого ты вдруг будешь задаваться вопросами: а что же пошло не так? Айра, все не так пошло с самого начала, с того самого дня, как ты впервые ступила на порог отцовского дома, потому что у тебя ничего никогда не было. Самый максимум, на который ты расщедрилась, это вдруг оказаться просто удобной, красивой постельной игрушкой для отца. И на этом все. То есть все твоё предназначение скрывалось в том, чтобы ублажать моего отца. Но ты даже с этим не справилась, потому что он быстро нашёл тебе замену. Так что как шлюха ты посредственная, как мать — ты неудачная, ну и в целом… Девочкам даже повезёт, ксли они вовремя поймут, что равняться на такую, как ты, это глупость несусветная, потому что их в дальнейшем только и ждёт то, что они также будут постельными грелками для каких-нибудь вельмож и все на этом!