Глава 80

Арина.

Я боялась, что новости какие-то Альваро привёз не самые радужные.

А ещё боялась, что он мог разозлиться.

И поэтому, когда я зашла к нему в кабинет, была нацелена на то, чтобы провернуть своё желание с тем, что шагну в портал до конца. То есть уже даже несмотря на то, что он был зол, либо доволен, либо раздражён. Поэтому я стребовала с него клятву о том, что как минимум семьдесят лет он ещё будет жить.

Ну, для драконов это не такой уж и большой возраст. Если они не помирают от глупости или яда.

Клятва прозвучала.

Видимо, во мне капельки магии остались, потому что когда Альваро поклялся присмотреть за детьми, мою руку оплело тонкое свечение.

Альваро улыбнулся.

— И я могу тебе сказать…

— Что, к сожалению, оказался плохим мужем? — Перебила я. — Мне без разницы, каким ты был мужем. — Холодно заметила я, не желая, чтобы он обращался ко мне как к Айре.

Альваро грустно улыбнулся.

— Отравила тебя моя бывшая тёща — мать Росины.

Я снова присела в кресло и стала быстро-быстро соображать, а Альваро рассказывал подробности.

— Я рада, что виновный понёс наказание. Но это однозначно всегда очень плохо, когда умирают люди.

Мне, если честно, было наплевать. Но я понимала: для Элайджи — это бабушка, а для Альваро — это память о погибшей жене. Так вообще подумать, Альваро какая-то Синяя борода, ей-богу. Одна жена умерла родами, Айру отравили. Я фактически третья жена получается, чуть не померла в ванной комнате Шантильи.

Ну вот кто он после этого, как не Синяя борода?

— Эксперимент на завтра назначим. — Произнёс Альваро, разминая шею.

— Я буду готова.

Но прежде чем мне быть морально к этому готовой, я побежала к Иоланте, которая сейчас была занята отладкой корсета для Элайджи.

— Я не хочу, чтобы он шёл со мной. — Залетев в её спальню, произнесла я и нахмурилась.

— Выстрели ему в плечо. Он замешкается, а ты прыгнешь в портал. — Буркнула Иоланта и скосила глаза на свой редикюль.

Я без слов её поняла и сделала шаг вперёд. Она не могла сама вытащить тонкий женский револьвер, потому что была очень сильно занята — на ней было трое очков и все с разноцветными линзами.

— Это сработает?

— Да, сработает. — Недовольно произнесла она и цокнула языком, потому что я её отвлекала.

В следующий момент она отложила бумаги и переключилась с маленького автономного двигателя на кристаллах, на меня.

— Но ты просто подумай: а если мы неправильно рассчитаем? Если получится так, что тебя выкинет не в твоём мире и это дорога в один конец?

— Просто даже если меня выкинет не в моём мире, в каком-то другом, не магическом, я не могу позволить, чтобы девочки остались хотя бы без отца. Оба родителя уйдут — это слишком. Альваро этого не понимает. Он одержим желанием вернуть свою жену. Отчасти я могу принять такой расклад. Он не может себе позволить просто ничего не делать. Но я подумаю за него. И как здесь правильно стрелять?

Иоланта встала с козетки и подошла ко мне.

— Вот сюда нажимаешь. Вот здесь. Вот так вот делаешь.

— Здесь же простые пули? Они ему не повредят? — Поспешно уточнила я и ощутила дрожь в руках.

— Драконий бог, для того чтобы убить целого дракона обычным выстрелом, надо ещё очень сильно постараться. Целься куда-нибудь в плечо. Даже если не попадёшь, он ошарашенный не сможет быстро среагировать, а я закрою портал, как только ты в него шагнёшь.

— То есть вы меня поддерживаете?

— Нет, не поддерживаю. — Отвела взгляд Иоланта. — Пока ты здесь… Пусть не моя дочь, но в тебе есть что-то от неё и кажется, что всё не так потеряно. А в твоём плане я практически лишаю самолично себя дочери, подписываю ей смертный приговор. Поддерживаю ли я? Да нет, не поддерживаю. Но если выбирать между отсутствующими родителями, погибшими скоропостижно и мёртвой дочерью, мы будем выбирать меньшее из зол.

Иоланта резко развернулась, не давая мне заметить, как из глаз потекли слёзы.

Я тяжело вздохнула.

— Простите, что всё так вышло.

— Да причём здесь ты? — Выдохнула Иоланта и тряхнула кистью, потому что рука была зажата тяжёлым массивным браслетом, который отзывался на все её эксперименты.

Сегодня ночью было особенно тяжко. Я прижимала дочерей к себе, нацеловывала их, понимая, что последний раз смотрю на пушистые волосы Дарины и на тяжёлую косу Кати. Старшая во сне вела себя беспокойно, вздрагивала и тяжело вздыхала. Младшая жалась ко мне, как котёнок.

— Простите меня, пожалуйста. Простите, что всё так вышло. Простите, что не удалось ничего исправить. — Шептала я на несколько тонов ниже.

И утром у всех чувствовалась нервозность. Элайджа — бедный, который сам себя запаковывал в корсет, был дезориентирован. Глаза красные, как будто бы полночи не спал.

— Да не спал. — Тихо выдохнул Элайджа, когда я вопросительно вскинула брови. — Мне казалось, что это всё нереально.

Альваро сидел смурной, с тёмными синяками под глазами. Шкатулка почтовая звякнула несколько раз и Альваро отвлёкшись от завтрака, поспешно начал читать корреспонденцию. Это был сейчас единственный способ как-то связываться с миром, поскольку двери Шантильи были до сих пор закрыты. Беатриса была рассеянная. Иоланта — собранная, слишком недовольная. Казалось, что она даже во время завтрака мысленно вела расчёты, бросала косые взгляды на меня, на Элайджу и в конце концов на Альваро, словно бы пытаясь его мысленно убедить в том, что он совершает ошибку или глупость.

Я весь день провела с дочерьми. А когда ближе к шести вечера стало понятно, что всё закончится здесь и сейчас, я отвела девочек к Беатрис.

Элайджа, грохоча железом, вышел из библиотеки и вскинул брови.

— Что это вы там задумали?

— А я смотрю, тебе корсет натирать перестал? Отлаживай механизм. — Недовольно буркнула я и передёрнула плечами.

Забрала из своей спальни уличные сапожки, высокие и туго облегающие ногу, потому что не понимала, где окажусь. На плечи накинула пальто. Из редикюля, который всё собирался уехать вместе со мной и девочками, нагребла в карман несколько монет. И револьвер.

Револьвер — самое главное.

Спустившись в подвал, я ощутила запах пороха, горячего металла и немного крови. Альваро уже растянул всю сеть портального переноса на стене. Иоланта сидела и подсчитывала последние координаты.

— Ни в коем случае не отпускай моей руки. — Холодно произнёс Альваро, становясь рядом со мной.

Я опустила глаза.

— И, пожалуйста, без самодеятельности. Без самодеятельности.

Арка портала, которая была на месте обычного портала для пространственного перехода, а не межмирового, полыхнула ярко-голубым светом, заставляя глаза тут же заслезиться. Альваро набрал в грудь побольше воздуха, полоснул стилетом по запястью, расплёскивая свою кровь и арка стала меняться. Пространство, свечение стало как будто бы гуще, плотнее. Уже не лёгкий молочный туман, а что-то похожее на хмурые тучные облака.

Альваро взмахнул ладонью, стараясь поймать мою руку. Но в этот момент я, развернувшись, вытащила револьвер, упёрла ему прямо в плечо и нажала курок. Грохот чуть ли не свёл с ума, но я понимала, что у меня не будет другого шанса. Альваро пошатнулся, его откинуло на шаг назад.

Иоланта крикнула:

— Иди!

И видит мой Бог, а ещё и драконий, последний взгляд в его глаза, которым я мысленно просила прощения за то, что сделала, за то, что заняла место его жены, за то, что оказалась такой неправильной и чуждой для этого мира. И, наверное, даже за то, что я не померла от того яда.

Всего лишь шаг — мороз по коже и лёд вместо крови по венам.

Я шагнула в никуда, задержав Альваро и не дав ему возможность совершить самому большую ошибку в своей жизни.