43. Мой Дами

В бальном зале теперь уже был приглушённый свет. Народ развлекался, кто-то разговорами, кто-то танцами, когда музыка стала тише, а Габри произнёс:

– Благословение королевской крови! Принцесса Нориэлла и принц Тревор! – он озвучил это вместо папы. Я его не видела, но по голосу узнала сразу же.

Брат крепче сжал мою руку, а после мы стали спускаться по широкой изящной лестнице, и нас фотографировали. Вспышки ослепляли с разных сторон, а зал, что на несколько секунд сначала замолчал, теперь уже бурно аплодировал, и послышались множественные разговоры отовсюду. И это было понятным, ведь то, что у нашего короля оказалось ещё двое детей, было неожиданностью для всех. В том числе для мистера Шарля, на которого я кинула быстрый взгляд, но он тут же перешёл к Дамиену.

Бывший истинный, что сидел за столом, медленно встал, а затем рукой облокотился о стол. Я выдохнула и чуть не побежала к нему. Мне ведь показалось, что Дами ещё не до конца выздоровел, вот его и повело немного. Но Тревор не пустил.

– Куда собралась? – прошептал он мне на ухо, крепче сжимая мою руку. – Мы сейчас ни в коем случае не должны опозорить отца. Давай просто сделаем это. Улыбайся, сестрёнка.

Я кивнула ему, после чего сделала, как брат велел – улыбнулась. Даже, кажется, позировала репортёрам или кем они являлись, эти люди с фотоаппаратами?..

Только вот мысленно я уговаривала время идти быстрее. Чего ждала и сама не понимала, но то, что Дами, возможно, женится на Луизе, меня до ужаса пугало. И ведь я никогда прежде не обращала внимание на его жизнь. Даже больше – я мечтала, чтобы друг детства исчез с моих глаз!

Эта была любовь?.. Тревор ведь именно так пояснил мои странные чувства.

Тот Дами, которого я знала в детстве и правда стал мне настолько близок, что сердце на куски рвалось, когда наша дружба распалась. Я тогда сильно страдала от этого. Почти также, как и сейчас...

Музыка вновь стала громче, когда нам на встречу подошёл отец и те двое мужчин, которых я встретила в коридоре вместе с папой. Он представил их нам с братом, и это оказались короли соседних стран – западной и восточной. А потом, когда к нам уже направлялся Дами, которого я увидела боковым зрением и не могла оторвать от него взгляд, папа вдруг принялся знакомить меня с каким-то парнем, а также представил мне его, как принца западной страны.

Я испугалась. Помнила, что папа как-то говорил про принца и то, что он может мне приглянуться. Это осознание до льда под кожей напрягло меня, хоть я и понимала, что отец никогда насильно не выдаст меня замуж. Он ведь у нас самый лучший, как и Габри. Поэтому я лишь мягко улыбнулась на это и повернулась к Дами. Наверное, хотела показать отцу, кто действительно волновал меня сейчас.

Дами направлялся к нам, несмотря на то, что его окликнул несколько раз мистер Шарль, что стоял в окружении принцессы, а также короля Востока, что уже успел покинуть наше общество с папой и вернулся к своим. Только вот Дами не слушал своего отца, он, как и я, казалось, не видел никого вокруг. Кроме... меня?..

Судорожным движением поправив диадему, я усмехнулась, потом посмотрела вбок, тут же возвращая взгляд на Дами. Немного подёргала низ платья и кинула взгляд на папу, что говорил мне что-то. Я видела это, только шум в ушах от волнения перекрывал все звуки. Также я сцепила руки в замок и несколько раз раскачалась взад-вперёд. Вообще, вела себя так, что внутренне сама себе приказывала остановиться и прекратить этот абсурд!

Дами... Он улыбнулся, прищурившись, и наклонил голову чуть вперёд, отчего я сглотнула вязкую слюну и замерла, словно являлась статуей, а не человеком. Вмиг стало жарко, и я сделала два больших глотка воздуха, прежде чем Дамиен оказался прямо передо мной.

Высокий, с укладкой и в смокинге. От него исходил невероятно приятный запах, что кружил голову. Я множество раз разглядывала бывшего истинного в больнице, но сейчас от его прямого взгляда щёки запылали, и я посмотрела в пол на глянцевую плитку. Даже произнести ничего не могла, хотя мне вопить хотелось о том, что этот парень – мой истинный! А не какой-то там Луизы, которая...

Я посмотрела быстро в ту сторону, где она стояла. А, когда увидела, что ей и дела нет до моего Дами, то широко улыбнулась, почувствовав, как камень с плеч падает.

– Нора, ты в порядке? – папа положил руку на мой локоть и сказал это тихонько на ухо.

Я лишь кивнула, во все глаза вновь таращась на Дамиена. А он смотрел на меня в ответ и улыбался. Чёрт, его улыбка была самой лучшей, что я видела в жизни. Кажется, собиралась поплыть от этого.

– Ваше высочество, – произнёс он хриплым и низким голосом и поклонился.

Я тут же протянула ему руку, чтобы он поцеловал её, как и Луизе. Чувство режущей ревности родилось во мне и не собиралось исчезать, пока Дами не сделает это. Я ведь тоже являлась принцессой, а значит он был обязан сделать это, иначе...

Я уже хотела начать злиться или обижаться, горечь растеклась по венам, но не успела. Дамиен взял мою руку в свою горячую и сухую. Молнии, почти такие же, как и за окном, прожгли нутро дотла, я вспыхнула, подобно фейерверку, когда к спрятанной в душе любви прибавилось чувство вновь возникшей на запястье метки. Я заплакала, поскольку сердце облилось долгожданным теплом. И даже не корила себя за то, что забыла надеть браслет. Скорее всего, внутренне я желала получить эту метку сегодня.

***

Мы с истинным стояли в гостевой комнате, в которую Дами отвёл меня сразу же после проявления очередной и последней метки. В ушах всё ещё стоял гул гостей, которые вопили от неожиданности и радости лицезреть такое в живую. Ну конечно, это они ещё не знали предысторию такого поворота событий!

Мои руки дрожали, когда я изо всех сил держала Дами за ворот пиджака. Казалось, что я никогда не отпущу его. Чёрт! Да я даже отругать его за прошлое не могла! Стояла и дышала его запахом, не отрывая взгляда от его синих ярких глаз.

Мы молчали, похоже, вечность, прежде чем Дами произнёс:

– Прости меня. Прости, прости, прости...

А затем сжал в объятиях так крепко, будто бы боялся того, что я растворюсь на молекулы, исчезну или уйду. Только вот это было обоюдно. Я также, как и Дамиен, мечтала впитать себя в него или наоборот, лишь бы больше не терять. Не убиваться, не страдать и не посещать центр истинности.

Любить... Я желала любить этого человека и любила его. До безумия, колких мурашек и бабочек в животе. Теперь, когда все знали, что мы истинные, во мне образовалось счастье. Это ведь значило, что я не сплю?.. Что это не сон, и Дами по-настоящему просит прощение?..

– Элла, прости. Я кретин, подонок и идиот... – шептал он мне на ушко, щекоча волосами, отчего у меня всё внизу живота сводило. – Я люблю тебя. Ты та, кто наполняет меня удовольствием и мотивацией, та, кого я хочу оберегать и радовать всю жизнь. Ты самое прекрасное в моей жизни, Элла... Пожалуйста, не бросай меня снова... Прошу...

Его тёплые губы блуждали по моим волосам и виску, пока крепкие руки стискивали платье, сжимая его в пальцах. Меня затрясло. Я была так поглощена происходящим, что могла только часто кивать и прикрывать глаза от удовольствия того, что Дами рядом, и я нужна ему также, как и он мне. Это казалось нереальным...

А затем... Он медленно и осторожно прикоснулся к мои губам. И за всё время наших страданий мы лишь сейчас сделали это – впервые поцеловались.