ГЛАВА третья

— Арлин?

Даррен, который уныло подпирал спиной стену около приемной ректора, при виде меня выпрямился и приветливо улыбнулся. А затем подскочил ко мне и с силой сжал в своих объятиях.

Я жалобно пискнула, практически услышав треск своих многострадальных ребер. Нет, все-таки, этот противный блондин слишком силен для столь худощавой комплекции.

— Ты мне все кости переломаешь, — с трудом выдохнула я, поскольку Даррен и не собирался отпускать меня.

— Извини. — Даррен тут же отстранился. Правда, его руки по-прежнему лежали у меня на талии. Блондин с подозрением прищурился и спросил: — Арлин, ты себя хорошо чувствуешь? Какая-то ты бледная сегодня.

— Плохо спала, — коротко ответила я. — Кстати, а ты не в курсе, где София? Она не ночевала в комнате.

— Другими словами, тебя отпустили из лазарета уже вчера? — изумленно спросил Даррен. — Странно, госпожа Лоренсия убеждала меня, что тебе как минимум пару-тройку дней лучше провести под наблюдением.

— Как видишь, она передумала, — сказала я. — И все-таки, София случайно не у вас была?

— Нет. — Даррен покачал головой. Нахмурился и добавил: — К слову, и Бернард куда-то запропастился. Я думал, что он решил воспользоваться удобным случаем. Раз ты в лазарете, то комната освободилась. Стало быть, ничто не мешало этой парочке поразвлечься в свое удовольствие. Но раз ты говоришь, что Софии не было, то как-то это очень странно.

Да уж. Не то слово. Сердце невольно кольнуло беспокойство. Куда подевались эти двое?

— А вдруг… — испуганно начала я, но тут же замолчала.

В этот момент из-за поворота коридора показалась и наша парочка. Бернард шел первым. Обычно жизнерадостный парень сейчас был сам на себя не похож. Глубокие морщины избороздили его лоб, плечи были опущены, а на лице застыло какое-то растерянное и одновременно огорченное выражение.

В отличие от него, София вся лучилась радостью. Она чуть ли не бежала вприпрыжку, широко размахивая руками и рассыпая звонкую дробь своих каблуков.

При виде меня она лучезарно улыбнулась.

— Доброе утро! — поздоровалась она. — Даррен, Арлин, как я рада вас видеть!

Мы с Дарреном переглянулись. Затем одновременно уставились на Бернарда.

Парень остановился, не доходя до нас несколько шагов. Тяжело вздохнул и весь закручинился.

— Представляете, мы с Бернардом придумали способ, как избежать исключения! — София внезапно понизила голос до драматического шепота. — Так что не стоит печалиться, друзья. Мы остаемся в академии!

— Да неужели? — скептически проворчал Даррен и многозначительно приподнял бровь. — Что-то верится с трудом.

— А вот сами увидите. — София горделиво вздернула свой прехорошенький носик. — Сейчас я вам расскажу…

— Нет! — Даррен аж подпрыгнул на месте, перебив Софию. Тут же зажал уши обеими руками, выкрикнув: — Ничего не хочу слушать! Я сыт твоими придумками уже по горло, София!

— И не надо так вопить, — обиженно протянула она. Перевела на меня выжидающий взгляд.

— Даже не думай, — предупредила я и на всякий случай попятилась. — Что бы вы там ни придумали — мы с Дарреном в этом участвовать не будем.

— Подумаешь. — София презрительно скривилась, явно оскорбленная в лучших чувствах. — Ну и не надо. Потом сами благодарить будете, что я все так ловко разрешила.

По всему было видно, что Бернард ее оптимизма не разделяет. Воспользовавшись тем, что София стояла спиной к нему и увидеть его не могла, он мученически закатил глаза к потолку, а затем сделал красноречивый жест, как будто перерезал себе глотку.

Что-то даже не по себе от такой пантомимы. Видимо, София придумала что-то из ряда вон выходящее, раз обычно благосклонный к ее причудам и выдумкам Бернард так реагирует. Пожалуй, стоит все-таки расспросить у этой парочки, что они планируют сделать.

Но задать вопрос я не успела. Дверь в приемную распахнулась, и в коридор выглянула секретарша Артена Войса — сухощавая пожилая женщина в строгом черном шерстяном платье.

— Ректор готов вас принять, — прохладно проговорила она и посторонилась, пропуская нас внутрь.

Как и следовало ожидать, у меня тут же затряслись коленки. Нахлынули привычные сомнения в верности поступка. А может быть, все-таки передумать? Может быть, рвануть прочь, оставив эту троицу самим разбираться? Артен прямо сказал, что в таком случае меня не исключат.

— Идем? — шепотом спросил меня Даррен и протянул мне руку.

Я помедлила еще секунду, но приняла ее. И мы вместе вступили в кабинет Артена.

Ректор, как и в мой прошлый визит сюда, сидел за столом, разбирая какие-то бумаги. Он чуть привстал, приветствуя нас. Скользнул взглядом по Даррену, Бернарду и Софии. Задержал его на мне и вдруг улыбнулся. Его темные глаза потеплели, как будто он искренне обрадовался увидеть меня здесь.

— Господин Войс! — София бесцеремонно протиснулась вперед. Присела перед ректором в глубоком реверансе да так и замерла, словно не смея выпрямиться. Пролепетала, подобострастно глядя на него снизу вверх: — Позвольте засвидетельствовать вам мое бесконечное уважение и восхищение. Для меня великая честь быть здесь.

Бернард, стоявший позади меня, издал страдальческий стон. Шумно завздыхал, принявшись переминаться с ноги на ногу.

Любопытно. Неужели София вздумала соблазнить ректора? В принципе, я бы этому не удивилась. По-моему, это у нее излюбленный способ решения любых проблем, если судить по тому, как часто и настойчиво она пыталась склонить меня к подобному. Но в таком случае София поступает очень и очень глупо. Или всерьез полагает, что на Артена подействуют ее чары?

— София Клибси, — устало проговорил Артен, откинувшись на спинку кресла, — встаньте, пожалуйста, прямо. Я не король и не заслуживаю подобных почестей.

— По-моему, вы заслуживаете их гораздо больше, чем наше величество, — льстиво проговорила София.

— Встаньте!

О, я хорошо запомнила этот тон еще по вчерашнему вечеру. Поэтому совершенно не удивилась, когда София тут же выпрямилась. И преданно захлопала длинными ресницами, глядя на Артена в упор.

— А заодно отдайте мне ту колдовскую куколку, которую прячете в своем декольте, — потребовал с ехидной усмешкой Артен.

— Какую куколку? — нарочито изумилась София.

Артен вместо ответа лишь высоко вздернул бровь, глядя на Софию в упор.

И было в его взгляде что-то такое… Трудно описать словами, но он смотрел на мою подругу не как на живого человека, а так, словно мысленно уже жестоко убил, расчленил и сейчас прикидывал, как избавиться от тела.

София гулко сглотнула, мгновенно перестав улыбаться. Побледнела так сильно, что это стало заметно даже через искусно наложенный макияж. После чего покорно запустила руку в вырез платья.

— На стол, — сухо скомандовал Артен.

Я изумленно распахнула глаза, когда моя подруга и в самом деле положила перед ректором нечто, отдаленно напоминающую человеческую фигурку в миниатюре, слепленное из черного воска.

— Что это такое? — пробормотал себе под нос Даррен. Покосился на Бернарда, который вновь принялся вздыхать и сопеть.

— Где вы это взяли, София? — полюбопытствовал Артен. Вооружился графитной палочкой и с нескрываемым отвращением тронул странный предмет.

— Купила, — неохотно призналась девушка. С обидой пожаловалась: — Между прочим, я за эту куколку целое состояние отдала! Пришлось заложить кольцо, подаренное родителями.

— Ну и глупо. — Артен покачал головой, отложил в сторону графитную палочку и прищелкнул пальцами.

Тотчас же над куколкой вспыхнуло бесцветное пламя. Секунда, другая — и от нее не осталось даже пятна сажи. А самое удивительное, что пламя по непонятной причине пощадило полировку стола, которая осталась такой же безупречной.

— София Клибси, вы в курсе, что в Герстане любые заклинания и магические предметы, так или иначе затрагивающие волю человека, считаются вне закона? — с воистину змеиным присвистом поинтересовался Артен, легким движением руки разогнав дымок, повисший в воздухе после уничтожения куколки.

Я мысленно ахнула от его слова. Ничего себе. Неужели София имела глупость купить куклу, посредством которой можно управлять действиями человека?

София медленно попятилась под гнетом тяжелого немигающего взгляда ректора. Было видно, что она с трудом сдерживает слезы — губы и подбородок мелко задрожали, в глазах заметалась паника.

— Но я… я… — пробормотала она. — Я не хотела ничего дурного!

— О да, конечно. — Артен ядовито хмыкнул. — София, вы понимаете, что я имею полное право вызвать полицию? И, скорее всего, вы очень надолго отправитесь в тюрьму.

София шмыгнула носом раз, другой, а потом и вовсе расплакалась. Причем не так, как она плакала обычно, — с крупными слезами, красиво и медленно стекающими с ее глаз. А по-настоящему. Ее нос мгновенно распух и покраснел, губы беспрестанно кривились в попытках сдержать рыдания.

— А как же приворотные зелья? — вдруг подал голос Даррен. — Как ни крути, но они влияют на волю человека, заставляя влюбляться в того, кого нужно заказчику. Однако я что-то не припомню, чтобы они были под запретом.

— Потому что приворотные зелья — это чушь, — буркнул Артен. — Обычно они базируются на природных афродизиаках.

— На чем? — удивленно ляпнула я, впервые услышав подобное слово.

— На веществах, которые усиливают половое влечение, — любезно разъяснил мне Артен. — А с учетом, что зелья обычно добавляют в вино, то их эффект вполне объясним. К тому же продавцы настойчиво рекомендуют создать соответствующую обстановку. Романтический вечер, алкоголь. И без всяких зелий подобное сочетание часто приводят к совместной ночи. Нет, есть, безусловно, и настоящие приворотные зелья. Но их найти не так-то уж просто. — И сделал паузу, вновь все свое внимание обратив на притихшую Софию.

Та немного успокоилась за то время, пока Артен отвечал на вопрос Даррена. Но стоило ректору только замолчать — как слезы с удвоенной силой хлынули из ее глаз.

— Я больше не буду, — жалобно протянула она.

— Конечно, вы больше не будете, — зловеще пообещал ей Артен. — Потому как, София Клибси, еще одна подобная шалость — и вы год будете драить туалеты в академии. Клянусь своим даром.

То есть? Другими словами, Артен не собирается исключать Софию?

— Вам еще повезло, что куколка оказалась фальшивкой, — чуть мягче продолжил Артен. — Воистину, мастеров, способных создать нечто подобное, в Рочере еще меньше, чем стоящих травников, умеющих варить настоящие приворотные зелья.

— Фальшивка? — чуть слышно пискнула София.

— И я очень надеюсь, что она вам действительно дорого обошлась, — насмешливо проговорил Артен. — Потому что за свою глупость надо платить.

— Я же говорил, — буркнул Бернард. — Мне тот хмырь сразу не понравился. Так соловьем пел, свой товар расхваливая, а сапоги дырявые. То же мне, великий маг нашелся.

— Ладно, забудем об этом маленьком недоразумении, — великодушно предложил Артен. — Однако, молодые люди, и это вас всех касается: это был последний раз, когда ваши так называемые шалости сходят вам с рук. В следующий раз наказание будет суровым и незамедлительным.

Так, еще страньше. О каком еще следующем разе он говорит?

— Значит, так, — продолжил тем временем Артен. — Я буду сегодня краток. И без того на вашу развеселую компанию слишком много времени потратил. Тем более давно наступили каникулы. Я не могу и не хочу все лето проводить в рабочем кабинете, гадая, что вы там еще вздумаете натворить. Вчера я принял решение по поводу вашей дальнейшей судьбы.

После чего придвинул к себе уже знакомый мне лист бумаги.

Надежда, зародившаяся было в моей душе после слов Артена, мгновенно погасла. Нет, он точно нас выгонит. Просто, наверное, вздумал поиздеваться напоследок.

— София Клибси, Даррен Ротч, Бернард Альпи и Арлин Бун, — торжественно зачитал Артен. — За осквернение усыпальницы академии вам выносится строгое предупреждение с занесением в личные дела.

И замолчал, поочередно посмотрев на каждого из нас.

Мое сердце сначала рухнуло в пятки, затем радостно забилось где-то в горле, когда я полностью осознала слова Артена Войса.

Другими словами, нас все-таки не исключат!

— Но это еще не все, — зловещим тоном обронил Артен.

Я вновь замерла в тревожном ожидании. Наверняка ректор придумал для нашей четверки какую-нибудь гадость. Не может быть, чтобы мы так легко отделались!

— После окончания каникул всю осень ваша четверка должна будет отработать на факультете некромантии в качестве добровольных помощников, — завершил Артен после короткой паузы.

— На факультете некромантии? — вырвалось удивленное у Даррена.

— Как-никак, главным пострадавшим в результате вашей шалости признан Родерик Робертс, — пояснил Артен. — Полагаю, вы не будете с этим спорить. Кстати, на вашем месте я от всей души принес бы ему извинения и самую горячую благодарность.

— За что? — не вытерпев, брякнул Бернард. — Он нас чуть живьем не сжег!

— Но не сжег ведь, — хладнокровно парировал Артен. — И, между прочим, господин Робертс ходатайствовал за вас передо мной. Просил не применять слишком уж суровых санкций. Причем как в первый раз, когда вы призвали его на кладбище, так и во второй, когда выдернули из мира мертвых душу его отца. К слову, именно он просил отправить вас к нему на факультет.

— Зачем? — испуганно пискнула София. — Что он с нами собирается там делать?

— Полагаю, он хочет, чтобы вы прониклись уважением к усопшим, — мягко сказал Артен. — К тому же из-за определенной специфики на факультете некромантии всегда был недостаток рабочих рук. Вот и убьем двух вампиров одним осиновым колом. Вы попытаетесь загладить свою вину перед Родериком, а он получит исполнительных и, самое главное, небрезгливых помощников.

— Небрезгливых? — с еще большим ужасом переспросила София. — А что мы там должны будем делать?

— Это господину Робертсу решать. — Артен пожал плечами. Усмехнулся и добавил: — А вообще, у вас впереди целых два месяца, чтобы отдохнуть и с новыми силами и энтузиазмом взяться как за учебу, так и за эту подработку.

Я покосилась на Даррена. Тот ответил мне мрачным угрюмым взглядом. Да уж. Вроде бы, и радоваться надо, что нас не исключили. Но почему-то вместо этого плакать тянет. Я совершенно не удивлюсь, если Родерик нас мертвецов из могил заставит выкапывать для практических занятий по некромантии, к примеру.

— Но это же не наша специализация, — сделал последнюю попытку переубедить ректора Даррен. — Мы с Бернардом — боевые маги, девушки — целительницы. В чем именно будет заключаться наша помощь?

— Не прибедняйтесь, — язвительно посоветовал ему Артен. — У вас так точно имеется талант к некромантии. По крайней мере, один ритуал вы совершили вполне успешно.

— Да, но… — вскинулся было возразить Даррен.

— А вообще, это Родерику решать, — перебил его Артен. — Полагаю, он найдет занятие, достойное вашей неугомонной четверки.

Утешил так утешил, что называется. Не удивлюсь, если осенью нам по лопате вручат и отправят на ближайшее кладбище.

— В общем-то, на этом все, — проговорил Артен. — Молодые люди, не смею вас больше задерживать. Наслаждайтесь летом и отдыхом. Надеюсь, что до самого окончания академии я о ваших проказах больше не услышу.

После чего многозначительно показал глазами на дверь.

Бернарду и Софии повторять приглашение не пришлось. Эта парочка шустро рванула прочь. Поторопился за ними и Даррен. Но на пороге остановился и бросил на меня изумленный взгляд, осознав, что я осталась стоять на месте.

— Иди, — тихо попросила я. — Я сейчас. Одну вещь только уточню.

Даррен пожал плечами и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. А я посмотрела на Артена, который широко улыбался, глядя на меня.

— В чем дело, Арлин Бун? — полюбопытствовал он. — Какие у тебя остались вопросы ко мне?

— Вчера вы сказали, что никогда не меняете своих решений, — несмело напомнила я. — И что судьба нашей компании уже предопределена.

— И? — вопросительно протянул Артен. Кивком показал на лист бумаги, который лежал перед ним. — Вообще-то, это тот же самый документ, который ты видела вчера. Я в нем ничего не изменял.

— Но я думала, что вы исключите моих друзей! — воскликнула я.

— Разве я тебе такое сказал? — Артен в притворном изумлении вскинул брови. — По-моему, я говорил тебе, что твои друзья заслуживают строгого наказания за свои поступки. Не более и не менее. Все остальное ты домыслила сама.

Я нахмурилась, припоминая вчерашнюю беседу. А ведь и впрямь. Артен ни разу прямо не заявил, что выгонит нас из академии. Лишь щедро сыпал зловещими намеками.

— А если бы я не пришла сегодня на встречу? — поинтересовалась я.

— То тем самым сильно бы меня удивила, — сказал Артен. — Однако я был почти уверен в том, что этого не произойдет.

— Ну а все-таки, — не унималась я. — Что бы произошло в таком случае?

— Да ничего особенного, — честно ответил Артен. — Твои друзья в любом случае остались бы в академии. Ну а ты осенью была бы избавлена от неприятной необходимости подрабатывать на факультете некромантии.

Я немного помолчала, глядя на Артена. Он широко улыбался и выглядел на редкость довольным жизнью.

— Я удовлетворил твое любопытство? — наконец, спросил он. — В таком случае я бы предпочел вернуться к работе. Арлин, я ведь не шутил, когда говорил, что вся эта история с вашей развеселой компанией отняла у меня много времени.

— Как вы думаете, что именно господин Робертс заставит нас делать? — все-таки задала я последний вопрос.

— Понятия не имею. — Артен широко всплеснул руками. — Как я успел убедиться, фантазия у Родерика весьма богатая. К тому же за несколько месяцев он точно придумает что-нибудь интересненькое. Так что скучать вам точно не придется.

— Звучит как угроза, — пробурчала я себе под нос.

Артен лишь насмешливо усмехнулся. Я помедлила еще секунду, затем склонила голову, прощаясь, и отправилась к дверям.

— Постарайся хорошо отдохнуть летом, — уже мне в спину проговорил Артен. — Тебе это будет полезно.