Воспоминания. Часть 39. Пункт, которого в плане не было

Дополнительное соглашение прислали после обеда. Я внимательно прочитала документ, проверила перечень разрешённых материалов, срок действия доступа и условия конфиденциальности. Затем подписала его и отправила юристам.

Всё выглядело совершенно обыденно. Несколько страниц юридического текста, электронная подпись, стандартное подтверждение получения.

А между тем именно эти несколько страниц отделяли меня от сведений, к которым прежде невозможно было приблизиться.

Я осталась работать в небольшой переговорной, которую обычно использовала во время приездов в офис Шахова. За стеклянной стеной проходили сотрудники, из соседнего кабинета доносился приглушённый разговор, а где-то неподалёку периодически звонил телефон.

Ближе к четырём на корпоративную почту пришло уведомление.

«Доступ к информационным ресурсам предоставлен в соответствии с согласованным перечнем».

Я некоторое время смотрела на экран, прежде чем открыть письмо. В нём содержались инструкции по входу и список разделов, которые теперь стали доступны моей рабочей учётной записи.

Финансовая аналитика, договоры и приложения, реестры контрагентов, а ещё платёжные данные по проектам и логистические отчёты.

Я открыла первый раздел и дождалась загрузки. На экране появилась таблица с названиями проектов, датами, суммами и ссылками на связанные документы. Всё было организовано достаточно удобно, чтобы человек, знакомый со структурой компании, мог быстро найти необходимые сведения. Я перешла к одному из договоров, проверила наличие приложений и открыла финансовую модель. Система работала.

Кирилл выполнил своё обещание. Я откинулась на спинку кресла, чувствуя, как напряжение последних недель постепенно сменяется странной, почти болезненной пустотой.

Халид готовил операцию пять лет. В этом я не сомневалась. Кроме того, он совершенно точно выбрал меня на эту роль неслучайно. Оставалось разобраться в мотивах. Но пока было не до этого.

Он тренировал меня пять лет. Подготовка, чужие имена, новые привычки, тщательно выученные правила поведения. Пять лет, в течение которых я постепенно отказывалась от всего, что могло напомнить окружающим об Арине.

И теперь результат этой работы помещался на экране обычного корпоративного ноутбука.

Я получила доступ к сведениям, которые при должном анализе могут разрешить империю Шахова.

Конечно, здесь были не все секреты Шахова. В компании наверняка существовали документы, которые хранились отдельно и были доступны лишь узкому кругу сотрудников. Но и того, что открылось передо мной сейчас, должно было хватить, чтобы аналитики Халида начали настоящую работу.

Мне не требовалось самой разбираться в каждой финансовой операции, искать подозрительные платежи или восстанавливать цепочки подрядчиков. Для этого у Халида были специалисты, которые умели видеть за безупречно оформленными договорами то, что их составители предпочли бы скрыть.

Моя задача заключалась в другом - получить возможность работать с исходными материалами и подготовить всё необходимое для следующего этапа операции.

Я посмотрела на небольшую строку в верхней части экрана, где рядом с моим именем указывались дата входа и уровень полномочий.

Анна Власова. Авторизованный пользователь.

Странно было видеть собственную легенду, официально вписанную в систему компании человека, который когда-то знал меня совсем под другим именем.

Я закрыла документ и вернулась к рабочей презентации. Торопиться не следовало.

Каждое обращение к корпоративным материалам фиксировалось, а Макс наверняка внимательно проследит за тем, чтобы установленный порядок соблюдался. Поэтому первые действия должны были полностью соответствовать тем задачам, ради которых мне предоставили доступ.

И всё же я не могла избавиться от ощущения, что сегодня произошло нечто необратимое. Кирилл сам открыл передо мной дверь, за которой хранилась значительная часть его деловой жизни. Он сделал это добровольно, уверенный в собственном решении и, возможно, даже довольный тем, что сумел настоять на своём.

Когда-то я считала эту уверенность одним из самых привлекательных его качеств.

Теперь она станет причиной его падения.

...

Кирилл появился около пяти. Я как раз закончила вносить последние изменения в расчёты, когда дверь переговорной открылась и он заглянул внутрь.

— Не помешаю? — спросил он.

— Если только ненадолго, — ответила я, сохраняя серьёзное выражение лица. — У меня тут работа, между прочим.

Он рассмеялся и вошёл.

— Уже успела воспользоваться новыми возможностями?

— Проверила, что всё открывается, и посмотрела структуру данных. Завтра начну полноценный анализ.

Кирилл подошёл к столу и взглянул на экран.

— Ну как, довольна?

Я закрыла ноутбук и повернулась к нему.

— Кирилл, я ведь действительно не просила тебя расширять доступ настолько сильно.

— Знаю. - удовлетворённо сказал он, как говорит человек, готовый сделать баснословной цены подарок ради своей будущей выгоды.

Ох, его выгоду я могла предположить легко.

— Тогда зачем?

Он посмотрел на меня с лёгким удивлением, словно вопрос показался ему странным.

— Потому что считаю это правильным.

— Несмотря на возражения Макса?

Улыбка исчезла с его лица.

— Анна, давай не будем снова возвращаться к этому разговору.

— Я не хочу вмешиваться в ваши отношения, — объяснила я. — Просто мне не нравится, что из-за моего проекта между вами возникло напряжение.

Кирилл некоторое время молчал, затем придвинул соседнее кресло и сел напротив.

— Послушай, — произнёс он уже спокойнее. — Макс - хороший специалист. Я доверяю ему и ценю его мнение, но это не означает, что он всегда прав.

— Разумеется.

— Иногда он видит угрозу там, где достаточно обычной осторожности. А иногда забывает, что бизнес не может существовать исключительно по правилам службы безопасности.

Я внимательно слушала. Кирилл говорил уверенно, не повышая голоса, и, вероятно, действительно верил каждому своему слову.

— Ты ведь сама предложила ограничить доступ, — продолжил он. — Не стала спорить, требовать исключений или доказывать, что тебе все обязаны. И знаешь, что я об этом подумал?

— Что именно?

— Что человек, который понимает границы, обычно гораздо реже пытается их нарушить.

Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось, потому что именно этим я и собиралась заняться. Шахов же произнёс это с такой спокойной убеждённостью, что мне на мгновение стало трудно смотреть ему в глаза.

Когда-то Кирилл говорил мне похожие вещи - о доверии, честности, о том, как важно встретить человека, рядом с которым не приходится ничего изображать.

Тогда я верила ему. Теперь он верил мне. И эта перемена почему-то вопреки всем моим ожиданиям не приносила удовлетворения.

— Надеюсь, ты не пожалеешь о своём решении, — сказала я.

Кирилл улыбнулся.

— Не пожалею.

Он протянул руку и накрыл мою ладонь своей. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но я сразу почувствовала знакомое тепло его пальцев.

— Аня, — произнёс он тише, — ты слишком серьёзно относишься к вещам, которые давно решены.

Я посмотрела на наши руки.

— Возможно, потому что привыкла отвечать за последствия.

— Это - хорошая привычка, — согласился Кирилл. — Только иногда стоит позволять себе просто принимать то, что тебе предлагают.

Я медленно высвободила ладонь, сделав вид, что мне необходимо убрать документы.

— Особенно если речь идёт о корпоративных секретах?

Он рассмеялся.

— Особенно если речь идёт о доверии.

Я подняла глаза. Кирилл смотрел на меня с той открытой заинтересованностью, которую уже почти перестал скрывать. После Покровки между нами оставалось невысказанное обещание близости, и сейчас я видела, что он помнит о нём не меньше моего. Однако сегодня я не собиралась давать ему новых поводов для надежды.

— Спасибо, Кирилл, — произнесла я, поднимаясь. — Постараюсь оправдать твоё доверие.

Он тоже встал, но не попытался меня задержать.

— Я в этом не сомневаюсь, — ответил он, шепнул он мне на ухо, притянув к себе.

Почему-то именно эти слова оказались самыми болезненными за весь день.

...

Выйдя из бизнес-центра, я остановилась возле ступеней и вдохнула холодный апрельский воздух. После тёплого офиса улица показалась особенно сырой. Над городом висело низкое небо, машины медленно двигались по вечерним пробкам, а прохожие торопились мимо, пряча лица от ветра.

Я достала телефон и открыла защищённый мессенджер. «Доступ предоставлен. Финансовая аналитика, договоры с приложениями, реестры контрагентов, платежи и логистика. Ограничен проектами второго этапа. Условия подписаны».

Ответ Халида пришёл через несколько минут.

«Хорошо. Работай по плану. Ничего не ускоряй без необходимости».

Я вздохнула и убрала телефон.

Никаких поздравлений, никаких восторженных слов. Халид никогда не придавал особого значения промежуточным победам, если впереди оставалась основная работа. И всё же я знала, что сегодня он получил именно то, чего ждал.

Теперь многое зависело от его людей. От того, какие несоответствия они сумеют обнаружить, насколько глубоко получится проверить финансовые связи Шахова и какие сведения окажутся достаточно серьёзными, чтобы разрушить его безупречную репутацию.

Я не знала, что именно они найдут, и, пожалуй, впервые не была уверена, что хочу знать заранее.

Перед глазами неожиданно возникла Нина - её спокойная улыбка, усталые глаза, руки, обхватившие чашку кофе в торговом центре. Я вспомнила, как она рассказывала об отце, помогающим Кириллу в самом начале, и о том, что за долгие годы брака постепенно разучилась прислушиваться к собственным желаниям. Потом подумала о мальчиках, которых видела на даче. Они не имели никакого отношения к поступкам отца, но неизбежно окажутся рядом, когда последствия этих поступков станут достоянием чужих разговоров.

Я остановилась у перехода, дожидаясь зелёного сигнала светофора.

Пять лет назад меня бы не заинтересовали подобные рассуждения. Тогда я хотела только одного: чтобы Кирилл потерял всё, что когда-то предпочёл мне. Чтобы однажды он почувствовал ту же беспомощность, с которой я смотрела на разрушенную собственную жизнь. Теперь я знала его жену, видела детей и понимала, что месть никогда не ограничивается одним человеком, даже если направлена исключительно против него.

Но это не меняло прошлого. И не отменяло того, ради чего я вернулась.

Загорелся зелёный, и я вместе с остальными пешеходами перешла дорогу. В кармане завибрировал телефон. Прилетевшие сообщение оказалось от Кирилла.

«Ты сегодня слишком серьёзная. Надеюсь, это не из-за меня?»

Я невольно улыбнулась. Несколько секунд смотрела на экран, подбирая ответ, затем написала:

«Скорее из-за объёма работы, который ты на меня взвалил».

Он ответил почти сразу.

«С этим я могу помочь. А вот с твоим упрямством, боюсь, придётся смириться».

Я не стала продолжать переписку. Убрала телефон и пошла к метро, чувствуя, как постепенно возвращается привычное спокойствие.

Сегодня Кирилл доверил мне часть своего бизнеса. Завтра я начну работать с документами, которые ещё вчера были для меня недоступны. А через некоторое время Халид получит материалы, способные уничтожить Кирилла. Я должна была испытывать удовлетворение.

Мне оставалось доиграть свою роль - подвести Кирилла к краху. На это в операции Халида был свой пункт в плане. А вот то, чего в плане не было - остаться собой и не дать Шахову забраться мне под кожу. И, пожалуй, это было сейчас сложнее всего.