Эпилог

Прошло два года.

За это время я успела окончательно привыкнуть к тому, что живу в поместье генерала Сюй Цзе, что придворные называют меня госпожой Сюй, и что я навсегда попрощалась с центральным водопроводом.

Сюй Цзе честно исполнял свое обещание. Я ни разу не пожалела о своем выборе. С каждым днем наша любовь только увеличивалась, хотя казалось, куда еще больше.

Единственное, что меня расстраивало, это отстутствие детей. По меркам империи мне шел уже двадцать шестой год, мои ровесницы имели большие семьи, а я никак не могла забеременеть.

Сначала я не обращала внимания. Думала, что в моем мире возраст — не приговор, но и не обращать внимания на эту проблему не могла. Я стала нервничать.

Наверное, виной всему был монастырь Гуйчуань, или болезнь прежней Ли Цзянь, или голод, или бесконечные побоища, в которые меня постоянно втягивала судьба.

Я была лекарем и прекрасно знала, что иногда дети появляются далеко не сразу, но знания редко помогают человеку бороться с собственными страхами.

В тот день мы с Сяо Лань гуляли по столице. Вернее, гуляли мы только на словах. Моя подруга выбирала ткани для будущего ребенка.

Беременность удивительно ей шла, она буквально светилась счастьем.

— Вэй, посмотри на этот шелк.

Сяо Лань развернула передо мной рулон ткани.

— Красивый, — отмахнулась я, потому что почувствовала себя странно.

С самого утра у меня скакало давление, но я побоялась сообщать об этом Сяо Лань. Зачем лишний раз тревожить беременную?

— А этот?

— Тоже красивый.

— Сяо Лань. По-моему, ты решила скупить половину столицы.

Она рассмеялась.

— Это для ребенка.

— Ребенок будет носить ткани или открывать собственную лавку?

Сяо Лань показала мне язык и отправилась к торговцу, чтобы тот запаковал все покупки.

Неожиданно все перед глазами поплыло. Улицы столицы качнулись, шум рынка стал каким-то далеким, словно меня резко накрыло густым туманом.

— Госпожа? — опустилась ко мне одна из служанок, что нас сопровождали.

Я попыталась улыбнуться.

— Кажется, я немного…

Договорить не получилось. Меня утянула темнота.

Но вот когда я очнулась, то моментально ощутила запах лекарственных трав, идущих из курильницы. Еще кто-то трогал мое запястье через тонкий шелк.

Я приоткрыла глаза.Надо мной нависал незнакомый седой лекарь, рядом стояла бледная как полотно Сяо Лань.

— Ты и лекаря вызвала, — заворчала я тихо, чтобы не мешать старику высчитывать пульс. — Сяо Лань, не надо было. Я бы потом сама…

Она присела рядом.

— Не спорь. Ты так меня перепугала. Видно, я тебе перетрудила.

— Всего один раз я упала в обморок, зачем делать из этого такое представление?

Сяо Лань хотела что-то ответить, но не успела. В комнату ворвался Сюй Цзе.

— И одного раза достаточно, — заявил он.

Я же закатила глаза.

— Ох, хватит. У меня обычное женское недомогание. Я сама сведуща в целительстве, распознала бы симптомы усталости.

— Пусть мне подтвердит это лекарь. Ты вечно не договариваешь, — хмурился генерал и уставился на лекаря.

Лекарь же мудро делал вид, что не замечает нашей семейной перепалки.

— Господин Сюй. — Старик поклонился. — Поздравляю.

Сюй Цзе замер в замешательстве.

— С чем?

— С тем, что через несколько месяцев вы станете отцом.

Пришла моя очередь замирать. Сначала саму новость я не осознала, подумала о том, что это крах моей карьеры. Как это я могла пропустить беременность? Потом повернулась к Сяо Лань и Сюй Цзе.

Подруга закрыла рот ладонями и радостно взвизгнула. Сюй Цзе же не двигался.

— Простите, я не расслышал, — снова обратился он к лекарю.

— Госпожа беременна, — улыбнулся старик. — И каким бы сведущим человеком в медицине не была ваша жена, но активные женщины часто не обращают внимания на подобные симптомы. Увы, нам, целителям, не чужда гордыня, — едва заметно скривился он, ведь осуждал меня за подобную деятельность, — свои собственные болезни мы пропускаем.

— Это точно?

— Господин Сюй, я лечу людей дольше, чем вы живете.

Сюй Цзе медленно опустился возле ложа и осторожно коснулся моей руки. Он бы так и сидел около меня, но слишком много свидетей было.

Старик никуда не исчезал. Сяо Лань тоже.

— Значит, я действительно стану отцом?

Лекарь тяжело вздохнул.

— Господин Сюй, если вы спросите об этом в третий раз, ответ все равно не изменится.

Сяо Лань прыснула в рукав. Я тоже не удержалась от улыбки.

Сюй Цзе выглядел настолько растерянным, что я впервые за все время нашего знакомства почувствовала некоторое злорадство.

— Что такое? — не удержалась я. — А где же великий генерал, победивший армии Тьешаня?

Он перевел на меня взгляд.

— Ли Вэй, теперь ты будешь беречь себя.

— Как будто у меня есть выбор.

Он наклонился и коснулся губами моей ладони.

— Я счастлив, — тихо признался он.

Лекарь кашлянул. Сяо Лань немедленно отвернулась к окну. Оба делали вид, что ничего не заметили.

— Если вы не возвражаете, то оставьте нас, — хрипло попросил Сюй Цзе.

Спустя несколько минут гости покинули наш дом. Весь дом затих, но это на первый взгляд. На деле все слуги разносили по поместью счастливую новость.

Сюй Цзе устроился рядом со мной. Я прижалась к его плечу. Мы почти не разговаривали, будто боялись спугнуть счастье.

Иногда слова только мешают. Когда на сердце спокойно, достаточно просто находиться рядом.

Не знаю, сколько прошло времени, час или два. Я даже, по-моему, задремала, но воздух в комнате внезапно дрогнул.

Складывалось впечатление, что мне что-то снится, но движения Сюй Цзе были резкими. Нет, мы не спали.

Посреди комнаты стоял незнакомый мужчина. Высокий, одетый в белоснежные одежды. Его длинные черные волосы ниспадали ему до пояса и были заколоты красивой шпилькой.

Вокруг его фигуры едва заметно мерцал свет.

Сюй Цзе мгновенно поднялся и встал между мной и незнакомцем. Я заметила, как его рука легла на рукоять меча.

— Кто ты такой?

Незнакомец посмотрел на него с явным презрением.

— Не тебе задавать мне вопросы, человек. Но я отвечу. Я прибыл с острова Цюнхуа. Меня зовут Цзюнь Фэн. Теперь тебе стало ясно, кто я такой?

Сердце пропустило удар. Чао Ань как-то на своих занятиях рассказывал про острова небожителей. Название Цюнхуа я запомнила.

Значит, этот загадочный Цзюнь Фэн — небожитель. Сомнений не осталось. Впрочем, если я знакома с хулицзин, если использовала волшебную жемчужину, если сама перенеслась в другой мир, я вполне могла встретиться и с небожителями.

— Где жемчужина богини Линь Су? — без предисловий спросил он.

Вот уж действительно, некоторые гости даже чай не просят.

Я переглянулась с Сюй Цзе. Мне не хотелось, чтобы он выдавал мою тайну. Отчего-то испугалась за трех демониц. Он не шелохнулся.

— А зачем она тебе?

Цзюнь Фэн нахмурился.

— Мы почувствовали ее пробуждение, что кто-то использовал ее силу. Если жемчужина активировалась, значит, Линь Су скоро проснется. Этого нельзя допустить.

— Почему? — осторожно спросила я.

Взгляд небожителя стал мрачнее.

— Потому что однажды ее пробуждение уже привело к войне между небесами и демонами. И если история повторится, погибнут тысячи.

Мне не верилось в слова небожителя. Он так гневно говорил про богиню и демонов… Именно они мне и помогли.

Сюй Цзе выпрямился.

— Жемчужина уже исполнила свое предназначение. Она исполнила желание смертного человека.

Небожитель застыл. Впервые за весь разговор в его глазах промелькнуло удивление.

— Невозможно, она может исполнять только особые желания, и только особенного человека.

Мой генерал невольно обернулся и чуть усмехнулся. Правда, потом молниеносно вернул себе самообладание.

— Однако это произошло.

Цзюнь Фэн перевел взгляд на меня. Заметил.

— Тогда скажите хотя бы одно. Как вы нашли жемчужину? Она была сокрыта давно. Никто и не знал, в чьих она руках.

Я открыла рот, но Сюй Цзе снова ответил первым.

— Если хочешь получить ответ, отправляйся на гору Цзювэйшань. Мы люди, а там точно знают больше.

Этот странный Цзюнь Фэн кивнул.

— Я проверю.

И исчез, словно его никогда здесь не было.

Я еще долго смотрела на пустое место.

— Думаешь, это хорошая идея? В минуты моего отчаяния именно эти хулицзин защитили меня.

— Думаю, — бросил Сюй Цзе, — что это не людские проблемы. Если судить по твоему рассказу, эти лисы зла тебе не желали. Наверняка знали, что потом произойдет. Я бы сочувствовал не сестрам-лисицам, а этому небожителю.

Я не выдержала и рассмеялась, после чего вновь положила голову ему на плечо.

Если сестры-лисицы действительно решили разбудить какую-то древнюю богиню, то они наверняка понимали последствия лучше меня. А если нет…

Что же, я буду послушна мужу, пожалею небожителя. Потому что спорить с тремя хулицзин — занятие куда опаснее любого мятежа.

КОНЕЦ